Создания

- Вожак, - молодая женщина чуть склонилась и робко спросила, - Почему никто не приходит? Ведь прошло уже достаточно времени...

Санра поспешно поднялась к ней на встречу, отмечая, что все в пещере смотрят на неё.

- Быть может их что-то задержало, - она неуверенно улыбнулась, в ободряющем жесте, - Они наверняка пытаются пробиться к нам, просто монстров слишком много.

- А может быть такое, что мы проиграли? - раздался вопрос с другой стороны.

В пещере воцарилась тишина. Девушка обвела всех взглядом и с надеждой в голосе произнесла:

- Нет, нас гораздо больше, чем их! Мы точно победили! Пожалуйста, давайте верить в Созданий! Природа не оставит нас! Орлы знают, что мы здесь.

- А что если Орлы погибли? Как нам теперь узнать, ведь Слышащий Виньялиса улетел, а наш... наш Аргон погиб? - вышел вперед взрослый мальчик. Его глаза покраснели от слез, но он старался держаться. В толпе раздался одинокий всхлип - пожилая женщина сжала кулак у рта, подавляя уже было отступившие рыдания по погибшему внуку и его родителям.

- Даже без Слышащего мы все еще дети Природы и Она приглядывает за нами! - уверенно произнесла Санра, - Мы будем наблюдать за деревней и ожидать помощи! 

Спустя время выставили дозорных у маленького окошка, что было сделано в толще скалистой стены. Искусные строители Менельтора создали сложный механизм из зеркал, отражавших изображение, что позволяло видеть деревню, находясь в убежище.

Долгое время были видны лишь Нифрауги, что рыскали по плато, да останки растерзанного в клочья огромного Орла. 

Медленно сгущались сумерки. Ночь оседала плотным густым туманом темно-серого цвета. Даже внутри пещеры удушливый воздух пропитался гарью, гнилой плотью и кровью. Оставшиеся жители Менельтора с исступлением сидели в ожидании прибытия остальных Созданий, которые бы убили остатки Нифраугов и освободили бы их. 

Внезапно раздался громкий возглас.

- Вожак! - мальчик, что стоял у окошка, испуганно обернулся на спешно подошедшую к нему Санру, - К ним прилетел Верховный Вампир... 

Девушка взглянула в отверстие в стене и увидела огромного крылатого монстра, который оглядывал заваленный проход. Его бездонные глаза нащупали едва заметную выемку с зеркальцем. Санра дрогнула и сжала вспотевшую руку в кулак, ей показалось, будто он видит её. В темноте ночи замерли серые силуэты слепых Нифраугов. Лишь глухим алым светом сиял взор Верховного Вампира. Он слегка оскалился в усмешке и произнес:

- Ваши Создания одержали победу! Возрадуйтесь! 

Его голос прогремел эхом в пещере. Менельторцы радостно выдохнули и начали обнимать друг друга, поздравляя со скорым освобождением. Лишь Санра перевела на Первую встревоженный взгляд. Что-то было не так. Почему он сообщает им об этом?

- Но вас они бросили! - раздалось следом, - Ваша драгоценная Природа не поможет вам! Никто вас не спасет!

Наступила оглушительная тишина. Создания замерли, в ужасе поднимая глаза на своего Вожака. 

Девушка вытащила заглушку в скале, но Первая одернула её руку. 

- Не отвечай ему, Санра! - прошептала она, - Он лжет! Это же порождение Тьмы!

- Лгу ли я? - раздался ответ, - Тогда почему же никто не пришел? Почему ни единое Создание не попыталось проведать Менельтор? Даже Орлы умудрились пробиться в безопасное место. И где же их славные Охотники? Где Волки? Где Барсы? Я вижу лишь мертвые туши Медведей! 

Санра задрожала. В её голове судорожно крутились озвученые вопросы, на которые она пыталась найти ответы. Почему никто не пришел за ними? Она в отчаянии взглянула на Первую. Та лишь поджала губы в неверии. 

- Они скоро прибудут! - крикнула Санра яростно ударяя ладонью по камню, - Убирайся со своими выродками! 

Верховный Вампир громко рассмеялся, оглашая плато утробным глухим звуком. Он склонил голову на бок и произнес низким хриплым голосом:

- Они оставили вас. Только глупец сунется в Скалы сейчас. Никто не готов рисковать своим племенем ради кучки выживших. Они сейчас зализывают раны и празднуют победу, оплакивая собственные потери. 

- Лжец! - Санра до скрипа свела челюсти. 

- Если бы я лгал, то сейчас отряды Созданий пробивались бы с боем сюда, освобождая вас, - он огляделся, - Но тут лишь мы! Вы сами по себе, и ты знаешь это. 

Девушка отступила, закрывая звуковое окно заглушкой. Руки её дрожали, а по лицу катились слезы от боли и разочарования. Ей хотелось убежать от всего, спрятаться и зажать уши руками. В её сознании проносились все события прошедшего дня. 

- Не слушай его, Санра, - проговорила Первая, однако, без прежней уверенности в голосе.

- Но он прав, - она подняла на неё свой отчаянный взгляд, - Если бы они победили, то уже пришли бы за нами. Они бы не бросили нас!

- А вдруг он просто пытается нас выманить? - спросил мальчик, что до этого следил за плато, - Что если Создания проиграли? И мы последние выжившие? 

- Да, так оно скорее всего и есть! - раздалось вокруг, - Они бы нас не оставили одних! Он лжёт!

Санра сделала затяжной вздох и выдох. Конечно, почему она сразу не подумала об этом? Её взгляд замер, постепенно каменея. Последние выжившие... Остается уповать лишь на помощь Природы.

- Я допустила ошибку, усомнившись в наших братьях и сестрах, - произнесла она дрожащим голосом, утирая слезы на осунувшимся лице, - Скорее всего остальные уже погибли, а их деревни разрушены, как Менельтор.

Все замерли в немом ужасе, ожидая её дальнейших слов. Девушка сжала кулаки, с болью врезаясь ногтями в ладони. Ей нужно было оставаться сильной, как её отец. 

- Высоко в Скалах есть Укрытие, предположительно именно там изначально поселились первые Медведи. Оно сокрыто от всех, про него знает лишь Первый род. Мы последуем туда.

- Но почему бы не остаться здесь? Переждать? - спросила вышедшая вперед женщина.

- Это место рассчитано на кратковременное пребывание, - отозвалась Санра, выравнивая голос и сосредотачиваясь на внутреннем самоконтроле, - Мы тут в ловушке - это вопрос времени, когда она найдут выход отсюда. Нужно выбираться, пока к ним не пришло подкрепление.

- Но как нам укрыться от них? - спросила другая женщина.

- Пробиться, попытаться выжить. Пусть Природа поможет каждому из нас. 

Воцарилась тишина. Все принимали новую реальность. Никто не придет к ним, потому что некому. Они - последние.

- Мы последуем за тобой, Вожак, - произнес один из старейших Охотников Менельтора, до этого молчаливо стоявший в стороне. 

Все остальные молча закивали в обреченной решимости выжить любой ценой. 

***

Рассвет наступил почти незаметно. Менельторцы еще несколько часов просидели в ожидании чудесного спасения, но количество Нифраугов на плато лишь увеличивалось. Это означало лишь одно - Создания проиграли эту битву. Прилетел еще один Верховный Вампир и первый, тот, что разговаривал с ними, отдал ему приказ искать выход из пещеры. Медлить более было опасно. 

Санра спешно вела менельторцев обходной тропой, поднимаясь все выше и выше. Все шли молча, лишь шуршал камень под ногами. Старики несли на руках грудных малышей, женщины помогали тем, кто был уже на позднем сроке беременности, дети по-старше шли впереди, следуя за Первой. Оглядываясь на них, сердце Санры болезненно сжималось от груза ответственности. Она иступлено ждала знака от Природы, чтобы знать, что Она с ними, что Она поможет.

Они уже поднялись высоко, когда ей отчаянно захотелось бросить последний взгляд на их деревню. Нифрауги должно быть разрушили уже все дома. 
Она ступила в узкий проход меж отвесных скал - отсюда открывался последний вид на Менельтор. Осторожно прикрывая живот, девушка протиснулась к высокому уступу. Первая позади шепнула ей:

- Не задерживайся, нам нужно спешить.

- Я лишь взгляну, - ответила тихо девушка, ставя ногу на неровный выступ и на руках чуть подтягиваясь, чтобы выглянуть из-за каменной стены. 

Ноги её подкосились, а дыхание сбилось. Мимолетная радость сменилась расстерянностью. В глазах предательски защипало. Сознание отчаянно искало логическое объяснение увиденному. 

На плато стоял Вожаки Лантира и Ардена. Они оглядывали местность. Нифраугов не было. 

"Почему только сейчас?"

"Мы можем возвращаться?" 

"Так мы победили!"

К Вожакам подошли остальные Создания. 

"Мы можем спуститься! Они всех убили!"

Подлетел Орел. Они о чем-то переговорили. И Создания оставили плато. Ушли так, словно им нужно было спешно его покинуть.

Никто не проверил их убежища в скале, никто не пошел вверх по тропе. Хотя они знали, что у народа Менельтора есть скрытый путь в скалах. Агр-Балл лично рассказал им про него. Однако ни один Орел не полетел оглядывать местность. Все просто ушли. 

Санра уже повернулась, чтобы спуститься вниз, пребывая в смятении. 

Внезапно позади раздался шум. Девушка поспешно прошла к тропе. 

Менельторцы с ужасом смотрели на Нифраугов, что столпились чуть ниже по склону. Перед ними стоял Верховный Вампир. Он усмехнулся и произнес, обращаясь к девушке:

- Все еще считаешь меня лжецом, Вожак?

Санра отшатнулась назад, бессознательно прикрывая живот. 

- Почему? - едва слышно прошептала она, оглядываясь в сторону выступа, будто бы сомневаясь в том, что только что увидела.

- Почему вас оставили? - монстр злорадно улыбнулся, - Как я и сказал - никто не хочет рисковать своими ради кучки стариков и беременных женщин с детьми. Хочешь знать, о чем они беседовали?

Вампир склонил голову и низким голосом прохрепел:

- Они говорили о том, что вы станете обузой, бесполезным грузом на их плечах, голодными ртами, которые им придется кормить...

- Ты лжешь! - яростно воскликнула Первая, перебивая его, - Это неправда!

- Это не может быть правдой? - спросил её Верховный с усмешкой, - Не можете в это поверить? Но взгляните на свой дом! Он пуст. Орел прилетел лишь за останками своего сородича, не более. 

"Какой Орел?". Санре показалось, что она задыхается. С надеждой она всматривалась в небо, но Орлов не было видно. Тогда она бросилась обратно к уступу. На плато сидела девушка и собирала останки и перья. "Ария! Они выжили! Значит, помощь прибудет!". Санра нервно улыбнулась, сжимая камень руками. 

Но спустя время Ария обратилась и улетела, крепко держа в лапах плотно завязанный мешок. 

Санра смотрела на её удаляющийся силуэт широко распахнутыми глазами, не веря в увиденное. "Ария, ты же знаешь, что мы здесь!". Девушке стало плохо, ледяной пот скатывался по лбу и вискам, смешиваясь с горячими солёными слезами. В ушах раздавался тяжелый звон. Она прислонила голову к прохладной скале, стараясь восстановить ровное дыхание. Спустя пару мгновений она, пошатываясь, вышла обратно на тропу. Менельторцы смотрели на нее в ожидании разъяснений. Лишь Первая побледнела и закусила губу до крови. 

- Скажи же им, что ты увидела, Вожак! - прогремел Верховный с ликованием. 

Санра подняла оцепеневший взгляд на своих сородичей и произнесла:

- Там... Там были Ликар и Мохана, а еще... Еще там была Ария и еще Орлы... 

- Так мы победили! - воскликнул взрослый мальчик, радостно улыбаясь. Но старики и женщины стояли молча, осознавая жуткую правду.

- Да, - Санра прокашлялась, пытаясь совладать с эмоциями внутри, - Но... Они ушли. 

- Ушли? Как они могли уйти?  - спросил все тот же мальчик. 

- Они и вправду бросили нас? - один из старейших Охотников задал вопрос, звучавший в головах остальных. 

Девушка кивнула. 

- Но может они не знают? - воскликнула одна из молодых женщин. 

- Не знают? - отозвался Верховный Вампир, - Ария умолчала о том, что вы укрылись в пещере? Ликар и Мохана позабыли о том, что у вас есть путь отхода? Даже мы нашли его! Природа не увидела, что вы еще живы? Вас бросили! Примите эту горькую правду! 

Санра с трудом сделала вдох и взглянула на собственные трясущиеся руки. Последние живые Создания? Единственные уцелевшие? Их просто брешили оставить на погибель. Она повернула голову в сторону крылатого монстра. 

- Зная это, - Верховный Вампир поднял на неё темно-алый взгляд и оскалился, - Бегите! Бегите так быстро, как только можете! 

Нифрауги в слепом нетерпении клокотали и хрипели, проходясь острыми когтями по камням и издавая жуткий звук. Они словно чего-то ждали.

- Быстре! - Первая схватила Санру, которая пребывала в шоке от осознания, - Бери матерей с детьми и беги! Не оглядывайся! 

- Бабушка, - девушка подняла на неё заплаканное лицо, - Мы и правда одни?

Пожилая женщина утерла слезы на бледном лице внучки и сурово прошептала:

- Для нас ещё есть надежда! Ты им нужна, Санра. Спаси их, стань для них Вожаком. 

- Но какой смысл? Какой смысл жить после такого? - разочарование и обида клокотали в молодой душе, что так трепетно верила Природе. 

- Найди новую цель! Ты обязана! - Первая коротко поцеловала девушку в лоб и прошептала, - Утри слезы, запри страх, стань сильнее. Слабость разрушит тебя и погубит всех. 

Санра сглотнула и подняла воспаленные глаза на бабушку, которая в миг обратилась в огромную Медведицу. Многочисленные шрамы свидетельствовали о значительном военном опыте, а седая морда с затупившимися желтыми клыками - о её возрасте. Монстр встал на задние лапы и проревел:

- За мной!

Старые менельторцы решительно вышли вперед, обращаясь в свою вторую Сущность в последний раз. Никто из них не дрогнул, никто не раздумывал, никто не сожалел. 

Санра сделала глубокий вздох. Она уже нашла для себя новую цель. Прозвучал приказ беременным женщинам и детям:

- Следуем за мной так быстро, как можете! Обращаются все! Маленьких детей сажаем на спины! 

- Но есть еще совсем грудные малыши! - воскликнула одна из женщин в ужасе.

Санра кивнула и сказала: 

- Пеленки в зубы! Медведи быстрее нас, ну же!

Женщины сажали на спины Медведицам маленьких детей, которые еще не умели обращаться. Затем они приняли облик вторых Сущностей и бережно подхватили редкие пеленки с младенцами. Глядя на это девушка на мгновение осознала, что все эти крохи - уже сироты. 

Медвежата неуклюже топтались рядом с Медведицей Санры, которая для их Сущностей являлась сейчас единственным маяком. "Держитесь рядом, но не смейте попасть под лапы!" - отдала она им приказ. 

Девушка кинула последний взгляд на Первую. "Не оглядывайся!" - сказала та ей. 

И они рванули вперед в скалы, которые заботливо скрыли их от налетов Верховных Вампиров. Путь предстоял неблизкий, но большая часть его проходила таким образом, чтобы сверху невозможно было проследить за ними. 

Санра отогнала на самые  удаленные участки сознания смерти оставшихся сородичей, сосредоточившись на дороге и контроле над маленькими медвежатами, которые еще не знали баланса между двумя Сущностями и сейчас были полностью отданы своей животной части. 

Спустя время сердце болезненно сжалось. Санра ощутила, как собственная Медведица поддерживает её, забирая себе большую часть контроля над сознанием. Девушка хотела было окунуться в эту боль, но что-то внутри неё запротестовало. Если она сейчас отвлечется, если уступит слабости - это коснется остальных. Ей нужно было сосредоточиться на том, чтобы вывести всех к безопасному убежищу. Нифрауги уже должно быть бросились за ним вслед по горной тропе. 

"Ускоряемся!" - отдала она приказ. Медвежата, напуганные и уставшие, жалобно пищали. Санра забрала себе часть их страха, чтобы те продолжали бежать за ней. Медведицы позади подгоняли отстающих, слабо подталкивая их мордами. Гонка со смертью продолжалась. Нифрауги дали им фору, но для чего? 

Гулким эхом раздавались шершавые звуки когтей по камню. 

"Вожак! Они приближаются!" - раздалось в голове Санры. Та и сама уже ощущала гнилой воздух, что сгущался вокруг. Они не успевают! 

"Не останавливаться!" - отдала она приказ и добавила: "Что бы ни случилось продолжать следовать вперед!"

Один медвежонок оступился и с протяжным хрипом упал. Медведицы перепрыгивали его, не замедляясь. Он сжался под огромными тенями и закрыл глаза. Его подхватила одна из последних Медведиц, что бежала в самом конце их небольшого отряда, необремененная ношей. Раздался писк боли - она в спешке схватила его слишком сильно, едва прокусив кожу на загривке. "Терпи!" - раздалось в его голове, подчиняя и принуждая смиренно смолкнуть. 

Тропа подходила к концу. Впереди виднелся естественный мост, приближавший к сокрытому пути к Убежищу. Открытое пространство представляло риск быть атакованными Верховными Вампирами, которым будет достаточно просто столкнуть Медведиц в ущелье. Санра взревела от досады и злости. Боялась ли она? Страх, который она забрала у малышей и некоторых молодых женщин, разливался по ее жилам, но в голове было ясно, словно после хорошего сна. Она связалась с одной из наиболее взрослых и опытных Медведиц: "Гхати, веди всех к зарослям боярышника". "Но как же ты?" - "Это приказ, Гхати, не обсуждать!" - "Слушаюсь" - "Бегите прямо в заросли, дальше слева будет утес, а тропа будет вести в сторону. Иди вдоль утеса, прижимаясь к кустарникам - там тропа идет с уклоном. Не сворачивай!" 

Санра остановилась у моста, пропуская Медведиц вперед. Гхати промчалась мимо. "Выживи!". Девушка кивнула подруге, не задерживая ту. 

Она подогнала отставших Медвежат, сурово отдавая приказы следовать за остальными. Они ощущали себя растерянными, оставляя Вожака позади, но её воля подавляла их инстинкты, принуждая подчиниться. 

Вдалеке раздался клокочущий звук приближающихся Нифраугов. Шерсть поднялась дыбом, а из пасти капала слюна. Она готова была выплеснуть всю боль наружу, позволить ей утонить в ней, чтобы не чувствовать боли, не чувствовать страха, ничего не чувствовать. Лишь убивать, выигрывать время для её народа, брошенного всеми, оставленного самой Природой. 

В воздухе загрохотали крылья Верховным Вампиров. "Нет, нет, нет... Всем быстрее пересечь мост!". Один из монстров спикировал на них. Санра лишь беспомощно наблюдала, как он врезается в одну из Медведиц, что несла на себе девочку лет четырех. С протяжным воплем они полетели вниз. Их крик затонул в тумане. Следом еще один Верховный Вампир скинул следующую Медведицу, которая держала в зубах упавшего ранее медвежонка. Они были последними, кто пытался успеть пересечь мост. 

"Не останавливаться!".

"Нет, Вожак, мы будем сражаться вместе! И вместе встретим конец!" - раздалось в её голове. 

Санра с ужасом обернулась на Медведиц, которые с решимостью стояли лицом к мосту. Дети слезли с их спин. 

"Прикажи им обернуться". 

Девушка замотала головой, но в голове раздавались их голоса. "Прикажи!". "Прикажи!". "Прикажи!". "Это наш выбор!". Медвежата обернулись, возвращаясь в первый Облик. Мальчики и девочки забрали грудных детей у женщин, взяли за руки детей, отошли назад. "Отведи их, Гхати" - Санра кивнула Медведице, которая взглянула на неё. Та кивнула и, рыкнув, пошла вперед, ведя детей за собой. Имело ли это смысл? Едва ли, ведь их уже обнаружили. 

Теперь Санра понимала, почему у тропы им дали время собраться и разделиться. С ними просто играли. Верховные хотели проследить за ними, обнаружить Убежище. 

"Если... Гхати, если они прорвуться..." - "Да, я знаю. Мы спрыгнем, я столкну их, если потребуется. Мы не отдадим наших детей на растерзание". 

Немое принятие со стороны всех женщин.  

Санре хотелось кричать и выть от приближающегося ужаса. Тяжесть сотни потерь и осознание скорого конца для всех разбивали её рассудок на мелкие осколки. В ушах заложило, будто её ударили чем-то тяжелым по голове, но она все никак не могла потерять сознание, сбежав в блаженную темноту. Сердце гулко стучало в груди, словно стало в несколько раз больше. Оно било по рёбрам и замирало с каждым её вдохом. Её мутило. 

Из-за поворота тропы появились первые Нифрауги, и она приготовилась их встретить. Убить столь много, на сколько её хватит. 

Остальные Медведицы оскалились, готовые атаковать Верховных Вампиров, круживших в вышине, наслаждавшихся происходящим. 

Их осталось так мало. Покинутые всеми. После смерти она вернется и отомстит всем им, всем Созданиям, что просто оставили их умирать. Пусть даже ей придется стать порождением Тьмы, уродливым и бездумным. Она отомстит всем. 

Из пасти раздался громогласный рёв, полный отчаяния и решительной ярости. Горячая слюна стекала на холодный безмолвный камень. Перед взором пронеслись все менельторцы, которые погибли за последние сутки, в воздухе словно бы еще стоял крик тех, кого скинули с моста. Она потеряла их всех, прожила смерть каждого из них, прожила их боль, их страх. "Ненавижу!"

Огромная Медведица свирепо кинулась вперед, сметая Нифраугов, вымещая на них всю ненависть, что клокотали в её душе. Позади неё Медведицы сцепились с Верховными Вампирами. 

Кто-то упал. 

Убить! Убить их всех! 

Внезапно со стороны поворота раздался шум борьбы. Санра добила последнего Нифрауга, благо тропа была узкая и сразу на неё нападали не более двух монстров. Её глаза расширились от удивления, когда она увидела, что Нифрауги внезапно стали останавливаться или нападать на тех, кто продолжал движение. 

"Вожак! Обернитесь!"

Санра повернулась к ущелью и взору её предстал огромных размеров Верховный Вампир с темно-серой гладкой кожей, плотно облегающей переплетения мощных мышц. Крылья с острыми костяными пластинами на краях в размахе покрывали тенью всё пространство моста. На её глазах он одним ударом убил Верховного, вырывая ему хребет через горло. В следующее мгновение его крылья отшвырнули в сторону другого. И пока тот пытался развернуться лицом к нему, он проломил ему голову, размозжив её о камни с такой силой, что мозги в перемешку с кровью разлетелись в разные стороны. 

Оставшиеся Медведицы в замешательстве смотрели на развернувшуюся бойню. Они инстинктивно жались к кустарникам боярышника, ощущая опасность, исходившую от монстра. Тот же спокойно окинул их взглядом, словно изучая. Все его действия излучали силу и мощь. Он определенно был уверен в своих действиях. Осознанный и даже глубокий взгляд остановился на Санре, которая, позабыв о Нифраугах на тропе, теперь не отрывала от него взора. Верховный Вампир опустился на мост, сложив крылья позади. Рядом с ним приземлился еще один Верховный, меньших размеров. Он окинул небо внимательным взглядом, принюхался и обратился к Медведице:

- За вами послали довольно жалкий отряд. 

Первый монстр молча разглядывал Санру. 

- Но вы довольно неплохо держались, - продолжил второй, с поразительной осознанностью во взгляде. 

- Замолкни, - негромко произнес первый Верховный, выступая вперед. Глухой голос его был тихим, но Санре показалось, что даже её кости задрожали от него. Второй монстр покорно пропустил его, чуть склонив голову. 

- Жизнь твоих Созданий зависит от твоего решения, - молвил монстр все так же спокойно и равнодушно.

- Какого...? - рявкнула дрогнувшим голосом Медведица. Ей было очень страшно, она лихорадочно пыталась осознать происходящее, но организм не справлялся с нагрузкой. Одно она знала наверняка - ей никогда не одолеть такого огромного Верховного Вампира, но без боя она не погибнет. 

- Готова ли ты отказаться от прежних убеждений? - он чуть склонил голову, - Готова ли отказаться от Природы?

- Она оставила нас, нам она не нужна, - ответила Санра, встречая немое согласие со стороны Медведиц. 

- Это хорошо, - кивнул монстр, - Значит мы договоримся. 

Он отступил в сторону, открывая ей путь к мосту. Она в непонимании взглянула на него.

- Чего ты ждешь?! Что тебе нужно?! Я не позволю играть с нами! Сражайся! 

- Меня это не интересует, - безразлично отозвался монстр, - Меня зовут Адхакар и я старейший из живущих крылатых Существ. И я гарантирую вам безопасность до следующей нашей встречи. 

Чуть отшатнувшись, Санра прохрипела:

- Зачем тебе это?

Адхакар расправил крылья и ответил:

- Мы можем быть полезны друг для друга. 

Он взмыл вверх, следом за ним взлетел второй Верховный. Нифрауги позади нее молча отступили, скрываясь за поворотом. 

Санре показалось, что скалы сжались и давят на нее. Она зажмурилась, опустив морду к земле. 

"Что это было?" - раздался в голове голос Гхати. 

"Не понимаю... Но нападать сейчас он не намерен". 

Санра быстро пересекла мост и с оставшимися Медведицами присоединилась к подруге и детям. 

***

Через неделю к ним прилетел Адхакар. Он заявился в сопровождении второго Верховного Вампира. Однако в сами гроты они залетать не стали, так как там было довольно тесно для их роста. 

- Чего ты желаешь? - спросил Адхакар Санру, когда та вышла к нему на небольшой выступ. 

Та без раздумий ответила:

- Отмщения. Всем Созданиям. Природе. Я хочу, чтобы она прочувствовала ту же боль. 

- Тогда мы будем полезны друг другу, - равнодушно отозвался Верховный Вампир. 

- Но в чем твой интерес помогать нам? - она плотно сжала губы, чтобы те не дрожали. Испытывая какой-то всеобъемлющий страх, в то же время, девушка благоговела перед этим величественным монстром. Он казался ей едва ли не мудрецом - столь глубоким был его взгляд. Он не пытался с ней играть или угрожать ей, в его действиях не было напускной бравады. Санра была уверена по какой-то неведомой ей причине в том, что он не будет лгать ей. Или может она хотела, чтобы это было так? 

Адхакар устало ответил, словно бы на его плечах лежала изнуряющая ноша:

- Я лишь хочу положить конец этой бесконечной борьбе. Единственная возможность, которую я вижу, это уничтожение Созданий. И тут наши интересы сходятся, как я понял из твоих слов.

- Да, но ведь останемся еще мы..., - Санра осторожно поспыталась вглядеться в его глаза, но не выдержала и отвела взгляд.

- Я не обещаю вам сохранение жизни, однако, гарантирую, что помогу отомстить, - он сделал паузу и добавил, - Я не знаю, получится ли у нас, так что не могу знать наперед, как всё сложится. 

Санра что-то тихо прошептала, и лишь Адхакар её услышал. Уголки его губ лишь слегка дрогнули, говоря о том, что он был удивлен. Он кивнул и ответил:

- Значит решено. 

Адхакар перестал испытывать чувство ненависти как только отрешился от слепого служения Тьме. Его мысли прояснились в тот же момент, все эмоции стали ему подконтрольны, а каждая клеточка в организме отзывалась на его волю. Он мог быть яростным или же милосердным. Но как только он это осознал - весь спектр чувств притих. Ни одна эмоция больше не владела им, лишь холодный рассудок. Его действия были выверены и точны, без сожалений, без злобы. Он знал, что равных по силе ему нет, но эта мысль не питала в нем ни гордости, ни тщеславия. Это был лишь факт, один из тех, что он принимал как данность. 

В одиночку даже ему не по силам было сокрушить Природу с её Созданиями. А вот с жаждущими кары Медведями шансы в разы увеличивались, ведь можно отбить сотни ударов спереди, но погибнуть от кинжала, ударившего в спину. Слеп тот глупец, что думает, что ему все ведомо. А именно такими глупцами были Природа и Тьма. 

Адхакар испытывал лишь чувство ответственности за тех Верховных и Нифраугов, что последовали за ним. Его план не был скор на свершение, но вода - камень точит. Он решил воспитать детенышей Менельтора подстать себе, дабы однажды выманить всех Созданий из деревень и уничтожить всех на Равнине, столкнув их с полчищами Тьмы, тем самым положив конец постоянным смертям. Нифрауги смогут жить спокойно, не под гнетом Тьмы, а самостоятельно властвуя своей судьбой, какой бы жалкой она ни была. Как выманить Созданий из деревень, не вызывая подозрений у Медведей? Продумать план отхода. Так родился план, по которому Шаур, должен был принудить всех собраться на Равнине, а сам вернуться в Скалы. Так как Тьмы было много - ему нужен был эскорт. Для обоснования был предложен некий Источник зарождения монстров. Адхакар искал его сам, но в итоге предположил, что без Созданий порождения Тьмы будут более осознанными. Хотя в этом он не был уверен. Решение данной проблемы он отложил на потом, когда будут уничтожены все Создания. Быть может Тьма просто убьет их всех. Что ж, он с радостью встретится с ней лицом к лицу. 

Шаур стал его лучшим учеником. Мать взрастила в нем ненависть и презрение ко всем Созданиям, но он был менее импульсивным и эмоциональным нежели она. Он мог бы стать хорошим Вожаком при иных обстоятельствах. Адхакар не щадил его на тренировках, не проявлял к нему сочувствия или жалости. Шаур молча сносил все тяготы своего взросления, лишенный радости беззаботного детства, теплой материнской любви и чувства безопасности. Боль и суровые наставления сделали из него идеального воина, безжалостного и опытного. Адхакар видел многое, что укрывалось от глаз остальных, но даже он не знал, что для этого одинокого в своем несчастье юноши он стал большим родителем, нежели родная мать. Этот монстр сделал для него то, чего не сделала мать - он воспитывал его, учил выживать. В его холодности он никогда не встречал упрека или разочарования. Шаур своим искаженным представлением о заботе видел в этом отеческую любовь. Мать же продолжала дрожать при виде Адхакара. Она упрекала в слабости сына, но сама была пропитана этой слабостью. А слабость он презирал. К тому же, в неумение матери скрыть отвращение к мясу Созданий он видел лицемерие. Она ненавидела Созданий не по-настоящему. Она лишь жила в иллюзиях, в которых спрятала собственное сознание, разрушенное её всепоглощающей жаждой расплаты.

Шаур жил полярностями. Все, кто слабы, умирают. Так устроен мир, в котором он вырос. Его друзья иногда погибали на охоте. Но он не испытывал сожаления, ведь это был естественный отбор. Он бы и мать презирал, но Адхакар как-то поведал ему, что она сломалась, чтобы выжили остальные. "Тебе стоит уважать её за жертву. Не многие способны вынести то, что выпало на её долю." - так однажды он сказал юноше. Поэтому Шаур принимал раздражающее поведение Санры и терпел её вечные упрёки в свой адрес. Он ненавидел и любил свою мать, умещая эти два противоречивых чувства в своём сердце. 

Его верность Адхакару была абсолютной. И даже общение с Созданиями, которое изменило его представление о них, не пошатнуло этого. Лилит он восхищался, видя в ней что-то от матери, только без всех слабостей последней. Эта женщина тоже жила местью, но не перекладывала эту ответственность на всех вокруг. Она была настоящим воином. За ней он бы последовал, сражался бы плечом к плечу. За те несколько дней, что они провели в отряде, он проникся к ней симпатией, граничащей с восхищением. Он просто не умел иначе. Акита казалась ему интересной и умной, ведь она единственная, кто не спешила ему довериться. Шаур про себя усмехался её смекалке, ему каждый раз хотелось щёлкнуть её по носу и сказать: "Ты не так глупа, как твой брат! Умница!". Динкар раздражал его до исступления, он буквально ощущал его слабость, его душевные метания, его страх. Как кто-то столь жалкий способен стать Вожаком? Остальные его мало волновали. Птар, Ханна, Ханур - были просто Охотниками, покорно следовавшими за Динкаром. Дхарини и Деви были до нелепости наивны, словно малые дети, что никогда не видели суровую жизнь. Он бы с удовольствием избавился от каждой из них. Нежные цветы, что выросли посреди болот. Они не знали жестоких тренировок с ранних лет, не знали звука, с которым кости сращиваются в юном ослабленном теле, они не знали голода, им не приходилось кушать мясо Нифраугов или Созданий. Он ненавидел их всех за то, что они не знали, через что прошел он.