6. Холодно
music: Antonio Pinto, Dudu Aram - Self/Less
Холодно.
После того, как Кай отпустил её, Сэт направилась в свои покои. Открыв дверь, девушка прошла мимо удивлённой Синдри. Кажется, та что-то сказала, но Сэт её не услышала. В ушах стояли только глухие волны собственной крови, подчиненные отчаянному биению её сердца, серый шёпот страха, заполнивший все внутри.
Руки не слушались, когда она пыталась расстегнуть пуговицы - ей не хватало воздуха. Она начала тянуть платье, пытаясь разорвать ткань.
- Господи, Сэт, - закричала прибежавшая Синдри. Она схватила подругу за руку, чтобы не дать ей поранить себя.
- Я хочу это снять, - прошептала Сэт, затем начала повторять это все громче и громче, пока не перешла на крик. - Я хочу это снять. Я хочу снять! Хочу снять! ХОЧУ СНЯТЬ!
Синдри бросила попытки справиться с пуговицами на платье Сэт и, сняв привязанный к поясу нож, разорвала ткань у неё на спине и у горла. Одежда соскользнула с плачь девушки и красной кучей упало к её ногам. Синдри едва успела поймать Сэт до того, как она рухнула на колени.
Девушка пыталась сдержать слезы, но они давили на горло, не давая дышать. Она не должна их никому показывать. Ведь слёзы - признак слабости, как говорил ей отец. Она старалась их сдержать, очень старалась, но...
Кап...
Кап...
Кап...
Соленые капли потекли по её щекам - молчаливые свидетели её поражения.
- Сэт... Пожалуйста, - Синдри пыталась успокоить подругу, но не находила слов для утешения, поэтому просто тихо шептала ей пожалуйста, поглаживая её по вздрагивающей спине и стараясь обнять покрепче. Будто хотела оградить её своим телом от всех бед.
Они сидели на холодном полу, обнявшись, пока их слёзы не смешались и затем высохли. Пока Сэт не перестало трясти от слёз и начала бить дрожь от холода. Когда её всхлипы прекратились, Синдри осторожно взяла её лицо в свои ладони и убрала прилипшие к щекам мокрые волосы.
- Расскажи мне... - Сэт лишь упрямо покачала головой. - Но ведь, если ты мне не расскажешь, как я смогу тебе помочь, милая?
- Никто... Никто не сможет, - сказала Сэт хриплым голосом. - Он заберёт все и никто не сможет...
- Да кто, черт возьми?!
- Кай! - Сэт не произнесла, а выплюнула его имя. - Он сказал мне, что будет участвовать в Восхождении.
- Мать-Луна, - голубые глаза Синдри наполнились ужасом, а пухлые губы задрожали. - Я ушам своим не верю... Но ведь кровь должна быть чиста, правящие линии нельзя смешивать - это закон племени!
- Как видишь, все линии мертвы и его больше некому остановить.
Сэт высвободилась из рук подруги и направилась на дрожащих ногах к большой каменной купальне, до краев наполненной горячей водой. Пар окутывал тонкую фигуру девушки, размывая линии, отчего она стала похожа на призрак.
- Но ведь должен же быть выход!
- Син... Он. Имеет. Право. - Сэт закрыла глаза и молча уставилась в своё отражение в воде - бледная, тощая, со впалыми щеками и чёрными усталыми глазами - она и была призраком самой себя. Когда она заговорила, Синдри могла поклясться, что её голос впитал в себя печаль всего её народа. - Каждый мужчина племени имеет право принять участие в Восхождении. Даже у него оно есть. Каждый может побороться за меня. Каждый может выиграть меня... А я - нет.
Девушка шагнула в воду, даже не почувствовав обжигающей боли почти кипящей воды. Она не ощущала тепла - только холод, заполнивший все внутри.
Чтобы Сэт смогла согреться, служанки еще дважды наполняли ванну горячей водой. Волосы Синдри завились в золотистые кудряшки, а лицо раскраснелось от теплого пара, но она знала, что ее подруге нужно время, пока та не захочет выйти из воды.
Позже они лежали вдвоем на кровати, укутавшись в теплые халаты, пока старая служанка Сэт Нанна расчесывала костяным гребнем ее длинные черные волосы. Когда Сэт была маленькой, Нанна была ее няней и фактически заменила девочке мать. Поэтому, даже повзрослев, девушка не перестала называть ее няней. Старая женщина тихо напевала им грустную балладу о влюбленных, разлученных злой колдуньей, позавидовавшей их счастью. Она превратила юношу в волка, а деву - в Луну. С тех пор каждое полнолуние волк поет Луне о своей любви и тоске по ней.
- Как грустно, Нанна... Я помню эту песню, мама в детстве часто ее пела для меня.
- У леди Сив был чудесный голос, - с печальной улыбкой произнесла Нанна. - Когда она пела, весь мир затихал. Все так любили слушать, как она поет, особенно твой отец.
- Правда? - удивилась девушка. В ее памяти отец остался жестким и требовательным правителем с неизменной морщиной между бровей. Ей было трудно представить, как он тратит время на такое легкомысленное занятие, как музыка. По правде говоря, о своем отце, кроме как о правителе, она почти ничего не могла сказать - все свое детство она провела вместе с няней в дали от столицы, изредка радуясь визитом родителе в зимние месяцы в канун зимнего солнцестояния. - Расскажи мне о них.
- Ну, - пожилая женщина вздохнула, откладывая гребень и разделила волосы на пряди, чтобы заплести их в косы. Она всматривалась в потолок, словно пыталась увидеть там воспоминания о своих правителях сквозь туман времени. - Твой отец - верховный волк Тотт, души не чаял в своей жене, леди Сив. До самого своего последнего вздоха он верил, что именно она - его мэйт. И он ждал, что связь между ними вот-вот даст о себе знать. Но, к сожалению, времени им было отмерено не так много...
- Папа верил в мэйтов? - удивилась Сэт. - Но ведь их не было в королевстве столетиями, многие говорят, что мэйты - всего лишь красивая легенда.
- Какая чепуха! Мэйты не выдумка, юная леди и твой отец это знал. Более того, он верил, что рано или поздно, мы все снова сможем чувствовать наши родственные души.
- Как многого я о них не знала...
- Ох, детка , они тебя очень любили.
- В это трудно поверить, няня. Даже ты была мне ближе мамы. Я все время их ждала, мне казалось, что я сделала что-то неправильно, обидела их чем-то или разочаровала. Почему они отослали меня так далеко от себя?
- Даже не смей так думать, деточка. Твои родители любили тебя больше, чем ты можешь себе представить! Когда ты родилась, наш грозный предводитель - сильнейший и мудрейший король Тотт не смог сдержать слез радости. Он взял тебя новорожденную в руки и назвал тебя самым большим своим сокровищем. Так и твоя мать - соловей варгов замолкал, когда тебя не было рядом. Она любила тебя больше жизни и ваша разлука была для нее самым сильным ударом.
Сэт зачарованно слушала Нанну, словно она рассказывала ей о жизни сказочных существ из далеких королевств. О той волшебной жизни и семье, которую ей всегда хотелось иметь и которая, как оказалось, у нее было, но она об этом слишком поздно узнала. Получалось, что всю свою жизнь она провела в неведении, терзаясь чувством вины и одиночеством.
- Но зачем? Почему, няня? Для чего они держали меня так далеко от себя? Вы с Синдри заменили мне семью, к чему были все эти жертвы?
Няня долго не отвечала. За окном завывал ночной морозный ветер. В западных лесах зима наступала быстро, но не была такой жестокой, как в северных горах. Снег окутывал ветки деревьев, к утру они таяли, а ночью снова замерзали, от чего с восходом солнца возникало чувство, будто они хрустальные. Когда ночной ветер гулял между ветками, ледяные капли стучали друг о друга и раздавался хрустальный звон - песня зимнего леса. Сейчас он пел грустную песню - утешение всем одиноким путникам.
Сэт спрятала руки в складках халата, чтобы скрыть дрожь в пальцах. Но Нанна прекрасно знала свою подопечную, ей не нужно было видеть ее, чтобы знать, что у нее на душе. Она взяла принцессу за руку и погладила по волосам:
- Что бы ни случилось, знай - это делалось чтобы защитить тебя, дорогая. Король и королева вложили в тебя всю свою любовь и использовали всю свою силу, чтобы о твоем существовании никто не узнал.
- Но от кого меня хотели защитить?
- Я... - Нанна колебалась с ответом. Было видно, что старая женщина борется сама с собой, подбиряа слова. - Я обещала твоей матери оберегать тебя, если ее не станет. Мне...
- Няня! - Девушка взяла ее за плечи и заставила посмотреть ей прямо в глаза. " Как же она похожа на отца, - подумала женщина, - те же черные глаза с золотистой радужкой, от которых невозможно спрятаться". - Что мне угрожает?
Синдри, которая все это время молчала, тоже вмешалась, - тетушка Нанна, если Сэт, помимо этого ублюдка Кая, что-то угрожает, будь добра, просвяти.
- Нет, этто не лорд Кай, но...
Раздался стук в дверь и в комнату, не дожидаясь ответа, вбежал запыхавшийся слуга. Увидев лежащих на кровати он засмущался и покраснел и дрожащим голосом сообщил:
- Прошу меня простить, Ваше Высочество, я не хотел так бесцеремонно врываться, но я только что узнал, что лорд Рендалф распорядился приставить стражу к дверям покоев Ее Высочества. Только что закончилась встреча с главами домов... П-простите, что я подслушивал, но... Он сообщил, что вам грозит опасность после бала во дворце короля Эирига и что Вас теперь всюду будут сопровождать волки Ночных Стражей... Я прибежал, как только узнал, подумал, что Вы захотите знать. П-простите.
Слуга поклонился и быстро вышел за дверь.
- Пекло Солнца! Ночные Стражи - это личное войско Мортена Рендалфа.
- И теперь, когда моего дяди нет в живых, они подчиняются его сыну... Кай запер меня, будто животное в клетке.
- Так, Сэт, только не паникуй, я... я не знаю как, но мы найдем выход!
Но девушка в это слабо верила, она лишь устало покачала головой, не в силах сказать что-то, только потерла вновь замерзшие пальцы.
Холодно.
- Что ты еще у меня хочешь забрать, Кай?