Глава 18
— О чём это вы шепчитесь? — Спросил он, видно не услышал, что перед этим говорил его дед.
— А что, хочешь к нам? Садись, но повторять ничего не буду, это наши с Элиной секретики. — С миловидным выражением лица пролепетал мистер Мартин, перед этим подмигивая мне одним глазом.
— Спасибо за приглашение, но я пожалуй откажусь. Я принёс документ, давайте закончим дело и секретничайте дальше сколько влезет. — Нейсон обвёл нас своим подозрительным взглядом и подошёл ко мне, раскрывая при этом страницы чёрной книги, размером с большую папку.
Я только сейчас поняла, что сижу у самого края дивана, нависая всем остальным телом на краюшек стола. Теперь ясно, почему Нейсон на нас так посмотрел.
— Ты должна оставить отпечаток пальца рядом со своим именем, я его уже туда внёс. — Нейсон указал мне где и что я должна сделать, держа при этом во второй руке коробочку с тушью, чтобы покрасить палец.
Я пробежалась глазами по открытому листу. Сплошные имена с фамилиями, а рядом с ними отпечатки пальцев. Больше ничего. Книга была очень толстой, но заполнена не до конца, только половина. Я в списке последняя, передо мной на этой странице ещё три имени: Орис Коверден, Ису Харисс и Нейсон Ризерфорд. Теперь после Ориса Ковердена красивым калиграфичным почерком выведено моё имя: Элина Сангрейн.
Я обмакнула указательный палец в содержимое коробочки и оставила свой отпечаток возле своего имени, как это сделали все до меня. Только стоило мне оторвать палец от листа, как страницы стали быстро пере- листываться, а имена в них – сиять. Надписи залились золотым цветом, освещая самих себя, словно под- светка. Книга захлопнулась, но свет от её содержимого всё ещё остался.
— Что произошло? — Непонимающе воскликнула я, оглядываясь вокруг. Нейсон смотрел на меня довольным взглядом, а краюшек его губ был приподнят в самодовольной улыбке.
— Книга тебя признала. Твоя наэ оставила свой след в ней, а жизненная сила всех остальных почувствовала тебя. — Разъяснил Нейсон.
— Открой её, Элина. — Добродушно добавил мистер Мартин.
Я так и сделала. Страницы все ещё сияли, но сейчас было видно, что не все имена залились золотым цветом, только те, что были ближе всего ко мне, а все остальные мерцали тус- клым отблеском серого цвета.
— Почему только некоторые имена золотые, что на счёт всех остальных?
— Яркие, это оружейны, которые живут в наше время, все остальные, к сожалению, погибли. Но частичка их души всё ещё здесь. — Сказал мистер Мартин, перебивая звонок, который поступил на его телефон.
Я отложила книгу и подошла к окну. Мне сейчас срочно нужно на воздух. Здесь так душно или это из-за шока, что я испытала, дотрагиваясь до книги. Но если бы мне предложили сделать это снова, то я бы ни за что не отказалась. Это было просто восхитительно.
Мистер Мартин вновь весь погрузился в работу. Телефонный звонок был насыщенным. Кто-то кричал, кто-то жаловался с того конца провода, а мистер Мартин всё это спокойно выслушивал, давая советы.
Нейсон подошёл ко мне со спины. Остановился за мной, но по его дыханию можно было понять, что смотрит он туда же, куда и я. Было бы интересно узнать о чём он думает. О чём можно думать, смотря в окно? Ну, кроме того, чтобы хотеть выйти на просторы холодного воздуха.
— О чём задумалась? — Тихо спросил Нейсон своим низким голосом.
— Хочу выйти на улицу. Можно?
— Иди, но подожди меня, я пойду с тобой. Вдруг ещё в какую-то передрягу попадёшь. — Издевательски произнёс он.
— Да я...— Я резко обернулась, яростно жестикулируя одной рукой своё негодование, по поводу его слов. Но, увы, продолжить своё возмущение не вышло. Нейсон стоял намного ближе ко мне, чем я думала. Моя голова врезалась в его жёсткую грудь, а указательный палец, который уже успел взметнуться немного вверх, оказался в лапах этого ходячего шкафа. Его быстрая реакция меня поразила. Я отшатну- лась назад, поднимая глаза на Ней- сона. Тот, в свою очередь, не дал мне вырвать руку из своей ладони. Он смотрел на меня, приподняв одну бровь. Его взгляд просто проедал меня на сквозь, что я даже огляде- лась по сторонам, с надеждой куда- нибудь сбежать, но, увы, с лева нахо- дился книжный стилаж, а с права широкий простенок, ведущий к бал- кону. Он был завешен блекло голу- быми, матовыми шторами в пол. Они закрывали половину обзора с того угла, в котором находилась на данный момент я.
— Извини пожалуйста, я нечаянно. Не думала, что ты так близко. — Начала оправдываться я. Хотя сказать бы ему пару ласковых, по типу: "Сам, дятел, виноват. Зачем так близко подошёл, да ещё и провоцировать меня вздумал". Ну правда, у меня от его слов мурашки по коже прошлись, и вообще я не виновата в том, что в академии у Нейсона есть ненормальные фанатки.
Нейсон притянул меня к себе за руку, и наклонился к моему уху.
— Я всегда очень близко, запомни это.— Прошептал он мне на ухо, да так, чтобы точно никто не услышал, кроме меня.— Криворучка вновь вошла в дело? Тогда мне точно нужно идти с тобой, мало ли куда ещё влетишь.
— Да при чём тут криворучка, а? — Стала возмущаться я, ощущая при этом его дыхание на своей шее. — Не руками же я в тебя врезалась, да и говорю же, нечаянно. — Пробормо- тала я, пропуская слова Нейсона о том, что он "всегда очень близко", это пугает, но и в то же время частичка правды в этом присутствует. Нейсон всегда рядом, не считая времени, когда я сплю.
— Ты своим пальцем могла задеть меня, если бы я не помешал. И после этого говоришь, что ты не криво- ручка? Тогда кто? Кривоножка? — Издевательски спросил он. Боже мой, актёр без Оскара. Ему нужно было в театральный поступать, а то такой талант в никуда тратит.
Я сердито посмотрела на Нейсона, одаривая его своим негодованием. Что мне ещё ему сказать, чтобы он перестал так меня называть? Поста- вил, блин, клеймо на душу. А главное за что? За то, что я случайно один раз вышла из проёма быстрого перемещения, не посмотрев, где именно выхожу? Так он и так после этого устроил мне взбучку. Что ещё для счастья нужно?
Нейсон, не отрываясь, смотрел на меня. Я уже хотела рвануть к выходу, чтобы поскорее попасть на улицу, но забыла, что приставучий Нейсон всё ещё держал меня за руку. Я резко остановилась, а он вновь приблизил- ся ко мне. Его масивное тело буква- льно нависало надо мной. Что он хочет от меня услышать? Я уже вроде бы всё сказала, а теперь я просто хочу выйти на воздух! Кислород, дайте кислорода! О2, для тех, кто не понял.
— Так спешишь избавиться от моей компании? — Спросил он, ну, или констатировал факт. Я и вправду хочу выйти на лицу, в какой-то степени, из-за Нейсона, но только потому что из-за него у меня всё лицо уже, наверное, красное, как помидор. Я чувствую прилив крови к моим щекам. Чувствую пот, стекающий по моей спине, от резкой смены эмоций. Я боюсь, как бы Нейсон не понял, что это из-за него. Не хочу позориться. Вообще это всё побочный эфект от увиденного. Спихнём всё на книгу и забудем обо всём остальном.
— Нет, просто тут душно. Хочу на свежий воздух. — Промямлила я, опуская глаза в пол.
Нейсон дотронулся до моего лба, возвращая своему лицу обыденный, серьёзный вид.
— Постой в гостиной какое-то время. Не выходи на улицу сразу. Заболеешь, отстанешь от учебного графика.
— Ладно. — Сказала я, направляясь к выходу из кабинета. Мистер Мартин всё ещё разговаривал по телефону, а Нейсон не сделал и шага с места.
Я закрыла дверь комнаты и мигом очутилась подле лестницы на первый этаж. Даже не знаю как быстро я сюда прилетела. Никто за мной не шёл, но это не помешало мне пробежаться. Надеюсь я сама беспаливность. В доме до сих пор никого не наблюдается. Я спокойно вышла на улицу, не постояв и минуты в гостиной, как сказал Нейсон. Не знаю чем я думала, но сейчас мне срочно нужен был свежий воздух, чтобы мозг обновил свою работу. Я вышла на алейку и пошла куда-то по ней.
Воздух был очень сухим. На столько, что резало горло и нос, если резко вдыхать его. Я шумно выдохнула и изо рта распылился белоснежный пар. Мороз щипал лицо, которое пять минут назад сгорало от жары. Теперь я задумалась на счёт резкого перепада температуры. Наверное из-за этого Нейсон и сказал мне подождать, чтобы я остыла. Но что уже сделаешь.
Последние часы перед рождеством, а на улице всё ещё не было снега. Что же это за праздник без него? Хотя не будет у меня никакого праздника. Грустные мысли вновь захватили мой разум, но даже сейчас, в такую минуту, мне не удалось насладиться ими. Кто-то окликнул меня.
Знакомый, но почему-то встрево- женный голос, вновь позвал меня. Это был он. Нейсон.