Глава 3
Шли дни,я не выходила в школу,врачи выписали мне больничный и посоветовали постепенно заново вливаться в коллектив класса. Действительно, мой невроз требовал к себе особого внимания: любое неожиданное событие или происшествие вызывало у меня тревогу и слёзы. Себя я занимала музыкой. Я писала песни,в частности они были достаточно примитивными: что-то о любви,что-то об одиночестве. О любви писать я не умею,так как сама никогда этим чувством не болела,точнее никогда не осознавала,что люблю,а когда это чувство начинаю появляться,я просто избавлялась от него и сжигала мосты.
Помню в начале средней школы со мной пытался завести отношения одноклассник. Мы вместе ходили на уроки математики. К счастью он быстро потерял интерес и переключился на более популярных девочек. От него всегда неприятно пахло потом и мясной нарезкой.
Средняя школа выдалась для меня тяжёлым испытанием. Всё строили из себя взрослых,а я была наблюдателем. Все "подруги" переставали со мной общаться,как только находили себе мальчиков,а я оставалась одна в коридоре,стоя у красных шкафчиков,где раньше мы с ними проводили всё свободное от уроков время.
Проснись, мой хороший, проснись. Смотри уже рассвело.
Дни выдались жаркими: на улице начала появляться травка и первые листики. Апрель - чудесный месяц,когда тебя переполняют эмоции,но к сожалению эти эмоции обходят меня стороной.
- Солнышко, я испекла печенье. Пойдём,поможешь мне его отнести к соседям.- Мама уже совсем пришла в себя. Она снова начала красиво красить глаза,но на её лице появились морщины,а светлые волосы начали отдавать серебристым оттенком. Я очень удивлена,как за какой-то месяц человек может состариться лет на пять. Мама подошла ко мне и провела рукой по моим волосам.
Я быстро надела черные штаны и кофту,натянула носки и спустилась к маме. Она уже стояла в прихожке,красила губы помадой. В её руках находилась корзинка с печеньем и открыткой "добро пожаловать!".
Соседский дом был ярче нашего: свежая краска, чистые окна и цветы на подоконниках. Мама позвонила в дверь и спустя несколько секунд нас поприветствовала милая девушка. На вид ей было не больше 25 лет,она поправила волосы рукой и скромно поздоровалась.
-Меня зовут Мари Браун,а мою дочь Скарлет. Мы живем в соседнем доме. Испекли сегодня печенье,решили зайти,познакомиться.- Мама чувствовала себя уверенно,на моём же лице была натянутая и неловкая улыбка.
- Очень приятно, меня зовут София. Проходите,сейчас я поставлю чайник. - Девушка впустила нас в дом.
В доме очень вкусно пахло: выпечка, цветы и чистое бельё,но запах покойного мистера Чанчулли,а именно аромат его ужасно острых духов,больше походивших на перцовую настойку,всё ещё был в комнате. Казалось,что этот запах впитали в себя стены, пол и потолок. Место,где раньше стоял книжный шкаф с сотнями итальянских книг,теперь занимал телевизор с новой приставкой,а туалетный столик заменило электронное фортепиано. Дом очень изменился,здесь теперь нет той атмосферы старческого одиночества и боли, фотографий военных лет на стенах и пыльных полок,теперь здесь есть жизнь. Молодая жизнь.
За невинным разговором,обсуждением погоды и ландшафтных дизайнеров пролетел час. София оказалась очень приятной дамой: она любила кофе,была фанаткой джаза и мечтала о домашней белой кошке. Она как будто была тем самым идеалом женщины, о котором так часто писали в журналах: красивая укладка на светлых волосах, маникюр и макияж в стиле нюд. Мама тоже была такой,до того как стала беременна.
Я, убаюканная голосами женщин,заскучала. Часы на стене мирно тикали, третья чашка чая уже закончилась. Тут на лестнице послышались шаги. Они были медленные,но решительные. Из-за угла показался молодой человек: белая футболка, джинсовые шорты, полосатые красно-зелёные тапочки и неопрятная укладка темных волос. Парень был сонным и бледным.
- София,у нас есть что-нибудь перекусить?- не замечая нас он прошел к кухонному гарнитуру и открыл один из верхних шкафов, взял из шкафа упаковку с сладкими хлопьями и вышел из комнаты.
Женщина,которая по виду напоминала его старшую сестру или мать, не обратила на парня внимание,но съёжилась и потёрла руки,как будто почувствовала холодок.Небольшое неловкое молчание прервало диалог.Слово за слово,разговор получилось восстановить.
Посидев несколько минут я поняла,что моё терпение исчерпано. Я спросила у Софию о расположении уборной и прошла на второй этаж. Лестница так же скрипела,как при прошлом хозяине,стены украшали новые обои. Я шла по длинному коридору,симметричному коридору в нашем доме. Дома действительно были одинаковой конструкции,хоть и выглядели совершенно по разному. Проходя мимо двери аналогичной двери в мою комнату я заметила тени двух ног в щели между ней и полом. Казалось,что человек стоял впритык к двери,подслушивал. Я напряглась,но прошла в туалет.
Туалет был точно таким же как в нашем доме. Ванна,раковина и унитаз. Ничего лишнего. На кране в ванной лежала мочалка,она была влажная. Мама часто сушила так мочалки,оставляя ванную после себя в полной чистоте, она подписывала работу единственным грязным пятном, росписью,её мочалкой. В комнате пахло сыростью и лавандой,как будто запах грибка пытались скрыть шампунем или стиральным порошком.
Я умылась: лицо было красным и жирным, зеркало передавало каждый изгиб моего опухшего века. "Аллергия"- подумала я. Да,весна всегда была периодом "счастья" аллергиков. Чихающие,сопливые,опухшие,они выходили на улицы и умирали от прекрасного цветения и яркого солнышка майских деньков.
Послышался стук. Я вытерла руки о полотенце,так же пахнущее лавандой и сыростью, открыла деревянную дверь. За ней никого не было. "Нечистая сила"- сказала бы мама в этот момент. Я снова прошла мимо двери,на этот раз житель комнаты не показал себя.
Спустя некоторое время я лежала у себя в комнате. Окна напротив были открыты, в них виднелась светлая комната,шкафы с книгами и та самая дверь,мимо которой я проходила,когда была в гостях у покойного мистера Чанчулли. Казалось,что в комнате никого нет, что теперь одна совсем заброшена,необитаема,несмотря на новое обсутройство.
Раз.
Два.
Три.
Четыре.
Тихая музыка. Гитара. Казалось, что тот самый мексиканский мотив,что когда то напевал себе под нос сосед, снова слышится из комнаты.
Раз.
Два.
Три.
Ветер играет с занавесками и доносит до моей комнаты запах лаванды и сырости.
Раз.
Два.
Глаза закрываются и тело теплеет,становится горячим,как будто температура в комнате поднимается. У меня жар?
Раз.
Голова тяжелеет и я перестаю ощущать реальность.
Соловьи пели,уже рассвет.