Глава 15
Я стояла возле своего шкафчика. Лекси и Кэролайн возбуждённо о чём-то спорили, а я не могла найти книгу по английскому. Паника. Сейчас как раз этот урок. Неужели я её дома забыла? Отчаянно захлопнув дверцу, облокотилась на неё лбом.
– Эй, ты чего? – Лекси испуганно подошла ближе.
– Похоже, я забыла книгу. И, как идиотка, потратила кучу времени, шарясь в этом шкафчике.
– Ну с кем не бывает, чего психовать-то?
– Ой, кто бы говорил! Когда ты свою помаду ищешь в сумке, у нас вся школа дрожит.
– Ладно, всё, закрыли тему, – закатила глаза Лекси, и мы хмыкнули.
Я облокотилась о шкафчик рядом с ней и, повернувшись к Кэролайн, наконец спросила то, что вертелось на языке уже пару дней:
– Кэр, всё не могу у тебя спросить. Что у вас с Найлом?
– Да ничего, – ответила она, нахмурившись.
– В смысле? – одновременно переспросили мы с Лекси.
– После той вечеринки мы стали чаще переписываться. Он может обнять меня, взять за руку, мы дурачимся, но он ни разу не намекнул на свидание. Я уже не уверена, что ему нравлюсь. Может, я просто «удобная подруга».
– Эй, ты чего? Конечно, ты ему нравишься! Он так на тебя смотрит, – сказала Лекси и обняла её за плечи.
– Поддерживаю на сто процентов, – кивнула я.
– Правда?.. – с какой-то детской надеждой спросила Кэролайн.
Мы рассмеялись, и втроём направились в класс. Кэролайн села впереди, Лекси справа от меня. Я достала ручки, тетрадь и вот она, моя пропажа. Книга. Та самая, из-за которой я чуть не сломала шкафчик. Я с силой кинула её на парту и громко вздохнула. Лекси, следившая за моими мучениями, прыснула от смеха. Я тоже не сдержалась. Кэролайн обернулась с недоумением, но, увидев книгу, тоже захохотала. В этот момент в класс вошли парни.
– Смеётесь и без нас? Что мы пропустили? – спросил Луи, плюхаясь на парту.
– Кэтрин искала книгу в шкафчике, психанула, а она всё это время лежала у неё в сумке, – выдала Кэролайн.
Мой смех моментально сник, когда я увидела Эйми, входящую в класс за руку с Гарри. Она села на парту и притянула его к себе, устроив его между своих ног. Им было всё равно, что вокруг другие ученики, они будто были в своей собственной реальности.
– Они разве не расстались? – вырвалось у меня.
– Да они и не встречались, – отозвался Найл, пожав плечами.
– Что?.. – я уставилась на него.
– У них... ну, что-то вроде соглашения. Без обязательств, – объяснил он уклончиво. – Странно, что он сейчас с ней. Вроде они после той сцены в столовой вообще не разговаривали.
– Весело, однако, – пробормотала я, не отводя взгляда от этой странной парочки.
Когда Гарри запустил руку под её юбку, я фыркнула и отвернулась. Благо, рядом были Луи и Найл, два ходячих генератора хорошего настроения. Их смех заразителен, и даже самый хмурый день с ними становится легче. Лекси о чём-то активно спорила с Зейном и Лиамом. Я слушала их вполуха, пока не прозвенел звонок, и все начали рассаживаться по местам. Вот только Гарри направился прямо ко мне. Нет, ну только не это. Почему не к Эйми? Дав подзатыльник Луи, он с ухмылкой устроился на месте позади меня.
Мистер Беккер вошёл в класс и сразу перешёл к делу. Объявил творческий проект в парах. Нужно выбрать книгу, проанализировать сюжет, персонажей, и сделать презентацию. Идея отличная. А вот список пар он собирался озвучить в конце урока.
Урок шёл как всегда живо. Я действительно уважала мистера Беккера за его подход. Открытый, тёплый, без занудства и давления. Он умел слушать, шутить и вдохновлять. С ним было не страшно ошибаться. За пятнадцать минут до конца он начал перечислять пары. Лекси досталась Лиам. Найл – Кэролайн. Им явно повезло. Луи попался Кимберли. Зейн – с каким-то тихим парнем. А вот когда прозвучали мои имя и... Гарри, я не удержалась:
– Что?! – в классе повисла тишина.
– Что-то не так, Кэтрин? – удивлённо спросил мистер Беккер.
– Нет, простите, мистер Беккер. Всё в порядке.
– Ну и отлично.
Я уже хотела провалиться под парту, когда услышала прямо у уха знакомый хрипловатый голос:
– Даже странно наблюдать за тобой сейчас. Такая скромница, прилежная ученица, а как вспоминаю тебя в том топике и короткой юбочке, аж слюни течь готовы.
Мир немного поплыл. Я резко обернулась. Гарри сидел с самодовольной ухмылкой. Меня передёрнуло.
– Иди к чёрту, придурок, – процедила я, и, конечно же, он тихо рассмеялся.
Лекси сразу метнула на меня вопросительный взгляд. Потом на Гарри. Потом снова на меня. И тут же появилась её любимая ухмылка «я же говорила». Я спрятала лицо в ладонях. Спина горела под взглядом Стайлса. Я чувствовала, как он там за моей спиной сидит, самодовольно скалится. Чёрт. Ну почему именно он?
***
– Сколько учусь здесь, постоянно задаюсь вопросом: почему мы не сидим вместе с парнями? – спросила Лекси, усаживаясь за наш излюбленный стол.
– Не знаю. Я, когда пришла сюда, то в первый мой день мы сидели здесь, после чего так и сидим здесь. Это типа «наш столик», – жуя, ответила я.
– А меня больше интересует то, что было между тобой и Гарри на уроке, – хитро улыбаясь и облизывая ложку, спросила Кэролайн.
– Ты тоже это заметила? – воодушевленно подхватила Лекси.
– Думаю, что это все заметили, – рассмеялась Кэролайн.
– Что он тебе сказал на ухо? Этот сучёныш слишком тихо произнес, я не разобрала, – её тон так и сочился досадой.
– Стоп, он что-то сказал ей на ухо? – шокировано произнесла Кэр, а Лекси замотала головой, ожидая мой ответ. – Боже, я пересаживаюсь назад, всё самое интересное упускаю.
– Если вы сейчас не замолчите, я прибью вас при сотне свидетелей, – прошипела я.
– Все, что пожелаешь, но только сначала расскажи, – я мучительно простонала.
– Он сказал, что готов пустить слюни при воспоминании о моем наряде в клуб. Только не орите, пожал... – но было уже поздно, эти дуры завизжали на всю столовую. Я тут же опустила голову в ладони.
– А что за реакция была на то, что вы работаете вместе? – успокоившись, спросила Кэр. – Я еле сдержалась, чтобы не засмеяться вслух.
– Я просто не думала, что буду с ним. Вот и удивилась. Я даже не сразу поняла, что сказала это вслух, – ковыряя вилкой салат, я уже хотела плакать от такого «подарка» судьбы.
На секунду повисло молчание. Я почувствовала, как Лекси и Кэролайн переглянулись. Ну конечно. Кто угодно заметит, что у меня на лице всё написано.
– Ну а ты, Кэр, наверное, очень рада? Это такая возможность вам сблизиться и побыть наедине, – мой голос стал чуть ехидным, теперь моя очередь поддевать. Лекси тут же подхватила настроение и усмехнулась, а Кэролайн покраснела до ушей. Так ей и надо.
– На самом деле да, я рада, хотя была очень удивлена, но в отличие от некоторых умею сдерживать свои эмоции, – с ухмылкой произнесла Кэролайн, после чего в неё полетел огурец из моего салата. – Эй!
К нам подошли ребята, а Найл успел поймать летящий мимо своей цели огурец. Лиам и Найл сели по бокам от девочек, а мистер Стайлс расположился в вальяжной позе рядом со мной, закинув свою руку на спинку моего стула. После трех попыток скинуть ее, я сдалась, а на его лице расплылась победная улыбка.
– Кэтрин, что это было на уроке? – спросил Луи, который пристально наблюдал за нами. – И что ты тут огурцами кидаешься? – мне кажется или мое лицо начало гореть от неловкости и смущения.
– Я просто не ожидала, что буду работать вместе с Гарри и вот вышла такая реакция. С кем не бывает, – Луи бросил очередной взгляд с неким подозрением, а я в ответ закатила глаза. – А огурец прям так и напрашивался к Кэролайн. А вы чего всей толпой к нам пришли? Вам ваш столик надоел, решили к нам перебраться? – отлично я сменила тему, просто шикарно. Еще тупее что-то сказать не могла.
– Нет, наш столик самый лучший. В самом центре, – гордо ответил Зейн.
– Мы решили подойти и договориться насчёт работы этой, – сказал Лиам, пожимая плечами.
– Может, вы к нам переберётесь? Раз мы стали тусить вместе. У нас место для вас всегда есть, – предложил Луи.
Найл в это время с абсолютно невозмутимым видом стащил картошку у Кэролайн, и она тут же шлёпнула его по руке.
– Нас пока устраивает свой. А за вашим вечно вьются всякие надоедливые, – ответила я и сделала глоток кофе.
– Это ты сейчас на меня намекнула? – с притворённым удивлением спросил Гарри.
– Ой, а как ты догадался? Только про свою девушку забыл упомянуть для полной картины, – я облокотилась на стол, улыбаясь ему с лёгкой насмешкой.
– Так и говори, что ревнуешь, – рассмеялся он, будто действительно польщён.
– А как тебя не ревновать? Где ещё найдёшь такого высокомерного идиота? Ты же у нас эксклюзив, – с сарказмом бросила я, не скрывая улыбки.
Гарри рассмеялся, как будто я только что сделала ему лучший комплимент за день.
– Рад, что ты наконец это признала, – подмигнул он. – Только не делай вид, будто я тебе совсем не нравлюсь, – произнёс тихо, будто это был секрет, который должна была услышать только я.
– «Нравишься» — громко сказано, – фыркнула я, но с трудом сдерживала улыбку. – Скорее, привыкла к твоему идиотизму.
– Это уже что-то, – он кивнул, словно я снова сделала ему комплимент.
– Ну что? Договаривайтесь, а нам ещё по-девчачьи надо поболтать, – сказала я, пытаясь вернуть разговор в менее напряжённое русло.
– Дорогая, нас тоже это касается, – сказал он и... взял мой кофе прямо из рук.
– Эй, это мой кофе! – я возмущённо вскрикнула.
– Может, я тебя спасаю от передозировки кофеином? – невинно предположил он. – После школы едем ко мне, – невозмутимо произнес он.
– А может, я занята? – язвительно ответила я.
– Ну значит, не будешь, – он подмигнул мне и ушёл к Эйми, которая только что появилась.
– Придурок! – выкрикнула я ему вслед. Он поднял руку в воздух и снова подмигнул. Я не сдержала улыбку. И да, все это видели.
– Что? – спросила я, когда заметила, как на меня смотрят. – Можете позаниматься у нас, – попыталась перевести тему я, хотя голос был уже не такой уверенный.
– Джексон не даст нам спокойно работать, – ответил Лиам. Я только рассмеялась.
– Да, справедливо. Мой брат – стихийное бедствие.
– Кстати... – начал Луи, прищурившись. Его голос звучал лениво, но взгляд был слишком пристальным. – Вы с Гарри случайно не забыли рассказать нам, что между вами что-то происходит?
– Между нами? – переспросила я, сделав вид, что не поняла. – Ничего не происходит.
Сказала я слишком быстро. Слишком резко. И, судя по взглядам ребят, это не осталось незамеченным.
– Правда? Потому что со стороны всё выглядит иначе, – Зейн приподнял бровь. – Перешёптывания, кофе, эти ваши взгляды...
– Вам кажется, – сделала я глоток и крепче обняла чашку, как будто она могла меня защитить.
– Может, ты и права, – пожал плечами Найл. – Но странно: как только вы «ничего не обсуждаете», он сразу оказывается рядом с Эйми. Будто нарочно... – он бросил взгляд в ту сторону, где Гарри уже стоял рядом с ней. – Такое поведение больше похоже на попытку убедить всех, что между вами действительно ничего нет, – тихо добавил он, но мы всё равно услышали.
Я резко подняла на него взгляд, но тут же отвела глаза и нахмурилась. В груди что-то сжалось, но я не хотела этого показывать.
– Ну и пусть, – сказала я холодно. – Я вообще рада, что он свалил.
Луи усмехнулся и произнес:
– Ага, конечно. Судя по твоему лицу, ты прямо сияешь от счастья.
Я закатила глаза и сделала глубокий вздох, чувствуя, как раздражение смешивается с усталостью.
– Знаете, что? – сказала я, с едва заметной усмешкой. – Я вас всех обожаю, особенно когда вы молчите.
Сделала последний глоток кофе и поставила чашку на стол. В комнате повисла тишина, но внутри меня всё еще бушевала буря.
***
Я стояла с Лекси и Кэролайн у входа в школу, кутаясь в куртку от холодного ветра. Мы смеялись, обсуждали проект, бросались глупыми идеями и поддразнивали друг друга в ожидании наших так называемых «напарников». Лиам и Найл уже вышли, и мы разошлись. Остался только один Гарри.
Прошло больше десяти минут. Я закатила глаза и набрала его номер. Первый гудок. Второй. Третий. Без ответа. Позвонила снова. Тишина. Третья попытка — и снова игнор. Щёки залились жаром, хотя вокруг был холод. Я уже собиралась развернуться и уйти, когда вдруг услышала голос за спиной:
– Кэтрин! Подожди!
Я обернулась и сразу пожалела об этом. Рядом с ним шла Эйми. Они смеялись. Через секунду она потянулась к нему и поцеловала в губы. Долго. Настолько, что мне стало противно. И только, когда она отстранилась, Гарри наконец вспомнил, что где-то тут должна быть его напарница по проекту. Он махнул мне рукой, будто я просто мимо проходила. Будто не опоздал. Будто ничего не произошло. Я стиснула зубы, ничего не говоря, и подошла к его машине. Он разблокировал двери, и я молча села внутрь.
Мы ехали в полной тишине. Я смотрела в окно, стараясь не думать. Гарри изредка поглядывал на меня. Ни одного слова извинения. Ни одного объяснения. Хорошо. Тогда и я не скажу ни слова.
Дом, в который мы приехали, был большим, уютным, окрашенным в приятный синий цвет с белыми оконными рамами. Он казался чужим, как и сам Гарри в этот момент. Я молча прошла внутрь, заметив, что прихожая была на удивление аккуратной. В гостиной слева от входа царил лёгкий творческий беспорядок: книги, подушки, плед, пара чашек.
– Что будешь пить? Чай, кофе? Газировку? – спросил Гарри, появляясь в дверном проёме кухни.
– Зелёный чай. Без сахара, – ответила я коротко. – Если не сложно, можешь дать мне ноутбук?
– Конечно, – он скрылся за дверью, и через минуту вернулся с ноутбуком.
Я сосредоточилась на проекте. Вбив в поисковик необходимые источники, начала набрасывать план, делать пометки. Погружённая в работу, я даже не заметила, как вернулся Гарри. Он поставил на стол передо мной чашку с чаем и блюдце с моим любимым мармеладом. На секунду я опешила.
– Не знала, что ты тоже любишь этот мармелад, – пробормотала я с лёгкой улыбкой, не глядя на него.
– Не люблю, – ответил он. – Просто запомнил, что ты его ешь в школе. Думал, приятно будет.
Я удивлённо подняла глаза. Он серьёзно? Гарри Стайлс, наблюдательный? Он сел рядом и начал читать мои наброски. Мы выбрали «Унесённые ветром» как тему для анализа, и он, к моему удивлению, включился в обсуждение. Он смеялся над моими саркастичными замечаниями про Скарлетт, спорил, защищая Ретта, и даже предложил несколько отличных формулировок.
***
Спустя полтора часа.
– Ты правда думаешь, что смысл «Унесённых ветром» сводится только к борьбе за выживание? – я не могла сдержать раздражения.
– А что ещё? – Гарри пожал плечами. – Скарлетт идеальное доказательство этому.
– Но книга о гораздо большем, – настаивала я. – Это про сложные отношения, про ошибки и чувства, которые разрывают героев. Она не просто выживает, она ломает всех вокруг, включая себя.
– Она эгоистка, – сказал он прямо. – Если бы она не думала только о себе и своих целях, то все бы сложилось иначе.
– Вот именно, – я почувствовала, как голос дрожит от эмоций. – Её эгоизм и есть ключ к пониманию персонажа. Это не просто история о выживании.
– Я смотрю на роман иначе. Это реалистичная картина жизни в трудные времена. Нет места идеалам и красивым словам.
– Тогда зачем нам вообще этот проект, если ты не видишь глубины? – спросила я, не пряча обиды.
– Чтобы говорить правду и видеть полную картину сюжета. Без излишнего романтизма, – сказал он твердо.
– Правда сложнее и многограннее, – ответила я. – И мы должны показать это, а не упрощать.
– Ладно, – Гарри глубоко вздохнул. – Тогда будем работать по-своему. Ты пишешь часть про чувства и психоанализ, я про исторический контекст и социальную сторону.
– Отлично, – бросила я. – Главное, не перепутай «глубину» с банальностями.
– Не волнуйся, я тебя процитирую.
– Очень смешно.
– Я стараюсь, – он усмехнулся и подкинул в воздух мармеладку из пакета, который лежал рядом на диване. – Хочешь?
Я не ответила, просто взяла одну и точно метнула в него. Мармеладка попала в плечо.
– Эй! – возмутился он.
Он схватил одну из подушек и кинул в меня. Я, не раздумывая, схватила ближайшую и метко бросила в ответ. Началась настоящая война: подушки взлетали в воздух, как снаряды, мармеладки разлетались по комнате. Мы смеялись, словно дети, будто весь остальной мир растворился где-то далеко за пределами этой комнаты.
Я резко метнулась вперёд и неожиданно запрыгнула Гарри на спину. Он пошатнулся под моим весом и, не успев среагировать, завалился вперёд прямо на диван, увлекая меня за собой. Мы оба упали, громко смеясь. Он попытался перевернуть меня, но я, удерживая равновесие, сжала его туловище ногами, намертво вцепившись. Я чувствовала, как его мышцы напрягаются подо мной, как он пытается вывернуться, и всё-таки одерживает верх.
Всё произошло в доли секунды. Я оказалась под ним, прижатая к дивану, его руки опирались по обе стороны от моей головы, а грудь тяжело поднималась от смеха. Но в этот момент всё изменилось.
Смех стих.
Между нами несколько сантиметров. Я чувствовала его горячее дыхание, как медленно оно касалось моей кожи, щекотало губы, обжигало щеки. Его взгляд был сосредоточенным, будто он впервые меня по-настоящему разглядывал. Гарри медленно, почти с благоговением, отодвинул с моего лица прядь волос, кончиками пальцев, заставив моё сердце пропустить удар.
Он наклонился. Осторожно. Нежно. Его губы прикоснулись к моим так, будто он боялся, что я исчезну, если он будет слишком резким. Мягкие. Чуть сладкие от мармелада. С этим вкусом смешивалось что-то запретное, завораживающее. Не выдержав этого тонкого, мучительного напряжения, я ответила. Поддалась.
Поцелуй стал глубже. Горячее. Жаднее. Он впивался в мои губы, будто давно хотел этого. Властно, без сомнений. Его язык мягко приоткрыл мои губы, и в голове загорелись все мысли разом. Я прикусила его нижнюю губу, едва, но достаточно, чтобы услышать от него сдавленный рык. Глухой, хриплый, такой, что внутри всё скрутило от удовлетворения и желания.
Он чуть отстранился, но не ушёл. Губы еле касались моей кожи, скользили вниз по подбородку, оставляя лёгкие поцелуи, будто испытывая мою реакцию. Я выгнулась ему навстречу, открывая шею. Своё самое чувствительное место. Когда его горячие губы коснулись кожи чуть ниже уха, я вздрогнула и не сдержала тихий стон. Это вырвалось само.
Его рука, сильная, но в то же время нежная, медленно сжимала мою талию, а затем, почти незаметно, начала скользить вниз, к краю моей кофты. Гарри замер, поднял на меня взгляд. Его глаза были тёмными от желания. Расширенные зрачки, влажные губы, ямочки на щеках, вспыхивающая улыбка. В нём было всё: желание, страсть, нежность, наглость. Его дыхание участилось. Моё тоже.
Он забрался под кофту, и его ладонь коснулась моего живота. Кожа будто вспыхнула под этим прикосновением, и я снова вздрогнула. Гарри заметил, и его губы растянулись в наглой, самодовольной улыбке.
– Чувствительная, да? – прошептал он, и его голос хрипел, будто от усилий держать себя в руках.
Я не ответила. Вместо этого я запустила руку в его мягкие, немного влажные кудри и потянула его обратно к себе, в поцелуй. Он тут же подчинился, снова накрыв мои губы, уже не стесняясь. Его язык исследовал каждый уголок. Я тянула его волосы, и он снова издал этот низкий, животный звук прямо на моих губах. Мурашки побежали по спине.
Он отстранился лишь затем, чтобы стянуть с меня кофту, медленно, будто растягивая удовольствие. Его взгляд остановился на мне и не отрывался. Не похотливый, жадный до прикосновений, жаждущий. Губы Гарри вернулись к моей шее, теперь уже смелее. Он оставлял мокрые, влажные поцелуи, спускаясь ниже, к ключицам. Иногда чуть прикусывал, оставляя следы. Следы, которые, я знала, будут гореть ещё долго. Я не могла остановиться. Не хотела.
Но вдруг громкий звонок в дверь. Как гром среди ясного неба.
Гарри замер. Его дыхание было горячим, губы едва касались моей кожи. Он издал сдавленный стон, словно от боли, медленно поднялся с дивана и, неохотно, оттянул пояс джинсов вниз, чтобы привести себя в порядок.
– Прости, придется потерпеть немного, и мы продолжим, – быстро чмокнув меня в губы, он побежал к входной двери.
Моя кожа ещё помнила его губы. Его дыхание жгло следом по шее. Пальцы, будто призраки, всё ещё касались живота, вызывая дрожь. Щёки горели, как после лихорадки. Грудь вздымалась, сердце билось где-то высоко, под горлом. Всё внутри пульсировало, будто меня вывернули наизнанку, открыв каждое уязвимое место. Я прижала ладони к лицу, чтобы хоть как-то прийти в себя, но даже сквозь пальцы ощущала, как внутри всё ещё отзывается его прикосновениями.
Пока его не было, я на всякий случай, надела обратно кофту и поправила волосы. Увидев оставленный бардак, я постаралась по-быстрому прибрать все и села в кресло, где сидела изначально. Мои щеки и губы горели, а дыхание до сих пор было учащенным. Боже, что на нас нашло? Это же неправильно, так нельзя...Он меня дико раздражал, а сейчас я очень хотела его.
Я услышала стук каблуков. Резкий, звонкий, раздражающе уверенный. Звук, от которого по коже пробежал холодок. Шаги быстро приближались к гостиной, и прежде чем я успела что-либо понять, в комнату вошла Эйми. Она не произнесла ни слова. Просто бросила сумку на комод, будто дома, и прошлась по мне взглядом. Презрительно, оценивающе, с той надменной самоуверенностью, которой владеют только такие, как она.
И тогда на пороге появился он.
Гарри.
Секунда и всё рухнуло. Он не смотрел на меня. Он смотрел куда-то мимо. Его губы были чуть приоткрыты, как будто он собирался что-то сказать, но не сказал. Конечно. Всё сразу стало на свои места. О чём я, чёрт возьми, думала? Всё, что было между нами несколько минут назад не имело значения. Не существовало вовсе. Его молчание звучало громче, чем любые слова. И я поняла.
Моё дыхание сбилось. Не от волнения, а от боли. Тупой, режущей, противной боли, которая разливалась по груди, заполняя всё внутри.
"Он просто развлекается с ней."
"Не влюбляйся."
"Не ведись."
Голос Найла звучал, как чьё-то далёкое предупреждение. Я проигнорировала его. Я поверила Гарри, когда он прикасался ко мне, когда смотрел в глаза, когда целовал так, будто никого, кроме нас не существовало. А теперь?
«Он просто развлекается... только с ней".
Только теперь это была я, кто оказался в этой роли. Щёки вспыхнули от унижения. Не от того, что она появилась, а от того, что я поверила. От унижения. От осознания, что меня использовали. Что я позволила. От того, что впустила его так близко. Глупая. Наивная. Просто очередная. А я оказалась просто перерывом. Развлечением между ссорами. Господи, как же противно.
Сжав зубы, я сделала всё, чтобы внешне оставаться спокойной. Холодной. Безразличной. Руки предательски дрожали, когда я взяла лежащий на столе ноутбук и быстро отправила себе нужный файл на почту. Мне нужно было выбраться отсюда.
– Я доделаю свою часть дома и пришлю тебе, – произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Не буду вам мешать.
Молчание. Ни один из них не проронил ни слова. Только взгляды, прожигающие спину. Быстро собрав свои вещи, я направилась к выходу, чувствуя, как внутри всё сжимается. Хотелось сбежать. Исчезнуть. Закрыться в комнате и забыть, что я вообще здесь была. Ком подступал к горлу.
Я почти добралась до двери, когда позади послышались шаги, и тёплая рука схватила меня за запястье.
– Кэтрин, подожди... – Гарри.
Я остановилась, но не обернулась. Его прикосновение раньше вызывало дрожь от восторга, сейчас оно вызывало тошноту. Зачем он это делает? Почему не отпустит? Мне оставалось всего пару шагов, и я была бы свободна. Я глубоко вдохнула. Никаких эмоций, Джонсон. Ни одной лишней капли.
– Извини, но мне правда пора. Мы засиделись, – выдавила я с натянутой улыбкой, медленно поворачивая голову. – Не стоит заставлять ждать свою девушку. – Я попыталась освободить руку, но он не отпускал.
– Я могу отвезти тебя, – тихо сказал он.
– Не стоит. Я справлюсь.
– Пускай идёт, сладкий, – раздался голос Эйми из-за спины. Она грациозно подошла, обняла его за руку, и, нагло улыбаясь, добавила: – Пока, Кэтрин.
На секунду я просто смотрела на них. Он не отстранился. Он позволил ей коснуться его, после всего, что только что было. Я разжала губы, но не сказала ничего. Просто отвернулась и ушла. Дверь за мной закрылась с глухим щелчком, и только тогда я позволила себе сделать первый дрожащий вдох.
***
Мне нужно было остыть. Просто сбросить с себя всё, что разрывает изнутри. Но дома был Джексон, и мне совсем не хотелось объяснять ему, почему у меня такие глаза, почему я на грани. Единственным спасением стал прохладный душ.
Холодная вода обрушилась на кожу, обжигая, пробегая мурашками по всему телу. Иногда перехватывало дыхание, и я всхлипывала, не понимая, это от холода или от того, что внутри. Я стояла под струёй воды, вцепившись пальцами в кафель, будто надеялась, что это поможет мне не разлететься на части.
Переодевшись в длинную белую футболку с ярким рисунком и велосипедки, я чувствовала себя немного легче. Пустой. Это было странное, но спасающее чувство. Пока загружался ноутбук, я сбегала на кухню, схватила из холодильника ледяной Red Bull и вернулась обратно. Мне нужна была концентрация. Хоть какая-то цель, кроме желания всё забыть.
Я упрямо села за стол и нырнула в учебу с головой. Домашнее задание, проект... Лишь бы не думать. Лишь бы не вспоминать его дыхание, его руки, его глаза, в которых я на миг увидела что-то настоящее.
Когда я подняла глаза, часы показывали почти полтретьего ночи. С восьми вечера без перерыва. Почти с маниакальной настойчивостью я доделала большую часть проекта. Чёрт, даже саму себя немного испугалась. Осталось совсем немного. Его часть и презентация, но на это уже не было сил.
Я отправила работу на почту Гарри и машинально написала сообщение:
Я:
«Закончи пожалуйста, у меня уже нет сил. Также проверь основную часть и, если что, поправь. Работу выслала на почту. Кэтрин»
И только потом осознала, что подписалась. Как чужая. Как будто мы – просто партнёры по проекту. Как будто пару часов назад его губы не касались моей шеи, а сердце не било так сильно, что хотелось кричать.
Я пошла умыться, чтобы смыть с лица остатки воспоминаний. Вернувшись в комнату, увидела короткий ответ:
Гарри:
«Хорошо. Прости за сегодня.»
Несколько минут я просто смотрела на экран. Он просит прощения. А я.... я не знаю, что чувствую. Гнев? Разочарование? Обиду? Ужасную, мерзкую обиду. И в первую очередь на саму себя. За то, что позволила ему подойти так близко. За то, что захотела большего. За то, что почти поверила. Я начала печатать, стирала. Снова начинала. Злилась. Не могла найти слова. И наконец отправила:
Я:
«Предлагаю забыть об этом ошибке.»
Но внутри всё горело. Горело так, будто мои слова не стена, а признание. Признание в том, как сильно это меня задело. Как больно было видеть Эйми. Как гадко стало от осознания, что я была просто эпизодом. Но я не покажу. Я не дам ему знать. Я не могу позволить себе снова быть той наивной девчонкой, которой я была пару часов назад.