Святой харм

      Артём упирается в стену и, не успевая уклониться в сторону, получает топором между глаз. Эхо раздаётся в голове, словно ледяная сталь пытается поговорить:

      - Каково это?

      Он просыпается в холодном поту, резко садится на кровать и берётся руками за голову:

      - Это сон. – Бормочет сам себе. – Всего лишь сон.

      Дверь открывается и из-за проёма выглядывает жена Брода.

      - Ты в порядке? Я слышала, как ты закричал.

      Артём, дёрнулся от звука двери, взглянув испуганным взглядом. После начал потихоньку приходить в себя и успокоился. Плечо противно ныло.

      - Я в порядке, просто кошмар приснился.

      - Ясно, рано ты, иди за стол позавтракаешь.

      Настя ушла и Артём, немного помедлив, оделся и вышел из комнаты. Сев за стол принялся есть.

      - Как ты? – спросил он.

      - Плохо, внезапно это всё, но что поделаешь. – Подошла к столу и поставила кувшин молока.

      - Настя, мне нужна ваша помощь, вы знаете родителей девушек из церкви?

      - Да, знаю, но не всех, а что такое?

      - Вот, – Артём нащупал в кармане сложенный листок бумаги, достал и положил на стол перед ней. – Это письмо одной из девушек, она говорила, что у неё только бабушка осталась. Я хочу, чтобы вы сходили к ней и передали это.

      - Ты хочешь, чтобы я вызвала недовольство этим письмом? Чтобы люди усомнились в церкви?

      - Да.

      - Артём, – она безнадёжно посмотрела на него и уселась за стол. – Может, хватит? Посмотри, что произошло, мало смертей?

      - Ради этого листка и нашего плана погиб Слава и ваш муж...

      - Не говори за моего мужа! – стукнув кулаком по столу, перебила Настя.

      - Я и не собирался, просто хочу закончить то, что начали. – Артём сделал последний глоток молока, встал и пошёл обуваться.

      - Ты куда?

      - Хочу прогуляться, я осторожно. – Приоткрыв дверь, он повернулся к ней и добавил. – И да, прочтите это письмо, и вы сами решите, помочь или нет.

      Артём скрылся за дверью, ведущей на задний двор.

      Найдя деревянную калитку на тропинку, он вышел и побрёл обратно, как и пришёл. Поднявшись на дорогу, пошёл к дому кузнеца. Потихоньку занимался рассвет, были слышны голоса со стороны деревни. Артём не хотел вызывать подозрений поэтому, дойдя до развилки, которая вела в лес, пошёл по другой тропе, которая стелилась сразу за деревенской дорогой и немного уводила влево. Она вела в одинокий дом. По словам Славы, там живёт сын кузнеца и очень интересно, смог бы тот выковать меч. Эта мысль интриговала и не давала покоя, отдалившись от деревни, он сбавил ход. Хотелось спокойно пройтись.

      Дом находился в метрах ста от деревни, почти рядом с лесом. Открыв калитку, он прошёл вперёд. Постучав пару раз, ничего не произошло. Артём постоял немного, собрался было уходить, но услышал шум по ту сторону двери.

      - Кто там? – слышался глухой вопрос.

      - Это Артём, я слышал ты кузнец, у меня к тебе просьба.

      - Какая просьба? – голос казался слегка уставшим.

      - Хочу себе меч, ты вроде единственный кто в этом что-либо понимает.

      Нависла тишина, лишь слышалось кукареканье петухов и пение птиц. Звуки прервал скрежет и звонкий удар, дверь открылась, и показался парень. На голову ниже, чем Артём. Короткие светлые волосы и голубые глаза. Коренастый парень смерил его подозрительным взглядом.

      - Что? – с непониманием смотрел на него Артём.

      - Ничего, не каждый день ко мне заходят люди, вот и напрягся. Я Хома, будем знакомы. – Он протянул свою большую руку. Артём переступил порог и протянул свою. Обменявшись рукопожатием, он прочувствовал насколько у него крепкая и грубая ладонь. Возможно от тяжёлой работы с железом. – Проходи внутрь.

      В доме было темно, единственный источник света – рассвет, что пробивался через окна. Это была большая комната с длинным столом и двумя скамейками. Справа стояла массивная кузница: кирпич старый местами расколот, видно древняя. Она состояла из верхнего и нижнего яруса. Напротив неё наковальня на большом пне. За печью выглядывала дверь, возможно в спальню, а рядом слева висели различные щипцы вдоль стены. Чуть ниже находились тиски.

      Артём сел за стол. Хома нашёл мешок с древесным углём и высыпал в печь, затем занялся розжигом.

      - Так ты говоришь, меч нужен. – Сидя перед печью, заговорил он.

      - Да, я слышал, ты в таком разбираешься.

      - От кого слышал?

      - От дяди Славы, говорил, что ты мечтал ковать оружие.

      Хома разжёг угли и начал раздувать, между делом спрашивая:

      - Так ты со Славой знаком, значит, давно я его не видел. Хоть раз бы зашёл.

      Артём умолк, вспомнив вчерашнюю ночь, после холодно произнёс:

      - Его убили...

      Огонь начал разгораться, охватывая всё больше углей. Дом наполнялся тёплым и мягким светом от огня. Медленно повернувшись к Артёму, Хома замер. Тот молча посмотрел на него и отвернулся к столу.

      - Что? Когда? – Он встал и уселся перед Артёмом.

      - Вчера ночью, эта долгая история.

      - Я никуда не тороплюсь.

      Артём рассказал о ситуации в церкви, о том, как он попал к Славе, о знакомстве с Бродом, Семёном. И наконец, о драке в лесу. Показал ему зажившую рану на ноге и швы на плече, для твёрдости своих слов. Хома смотрел, недоумевая, словно ему сказку на ночь рассказывают. После он пошёл к ведру с водой и обдал лицо. Затем вернулся к столу.

      - Мда... не зря говорят: "Моя хата с краю – ничего не знаю".

      - Поэтому я и пришёл к тебе. – Нагнулся над столом Артём.

      - То-то я думал, чего у тебя лицо какое-то мёртвое снаружи было, надеялся, что ты хоть порог переступишь.

      - Порог?

      - Ты не знаешь? Считается издавна, если человек не может переступить порог, то перед вами нечистая сила. – Поучал Хома.

      Артём на секунду задумался, смогли бы священники переступить порог.

      - Неплохо, надо запомнить. – Ненадолго отвлёкшись, он вернулся к началу разговора. – Мне нужен меч, короткий и лёгкий.

      - Это потребует времени, через неделю минимум.

      - Мне нужно завтра.

      - Ты сдурел? Хорошие мечи куются месяцами, если не годами. Нужно сделать лезвие, закалить, заточить, проделать дол. А ещё гарду, эфес, навершие...

      - Я не прошу сделать хороший клинок, – он достал из-за пазухи нож и положил на стол. – Вот, рукоятка есть, просто сделай лезвие под неё.

      Хома стих, когда увидел нож. Он удивился, откуда в церкви имеется настоящий кинжал и для чего он? Тайна, покрытая мраком. Взяв его в руки, принялся осматривать. Позолоченная гарда, вместе с эфесом изображала распятого Иисуса на кресте, внизу навершие из серебра. В глазах загорелся интерес. Артёму это понравилось, и он ухмыльнулся одними губами:

      - Так что, сможешь?

      - Лезвие сделать да, но не гарантирую его хорошую прочность. – Он покрутил кинжал перед глазами и спросил, не отрывая взгляд. – Ты собираешься устроить переворот?

      - Собираюсь. – Коротко бросил Артём.

      - Ты упомянул о семье, что если они пойдут против тебя? Что тогда? Тем более, много ли противников церкви, учитывая, что вас разгромили в лесу?

      Хома попал в сердце первым вопросом, несмотря на не взрослое лицо оно зрело в корень. Артём не знал, что ответить, старался не думать об этом, до этого момента.

      - Надеюсь, семьи там не будет, вряд ли меня узнают, а насчёт того кого больше, посмотрим, вестей из леса не будет, не знаю долго ли.

      После он встал со стола и направился к двери:

      - Поэтому и говорю, что меч нужен завтра.

      - Понял. Насчёт меча, я предупредил, и ещё, – остановил исчезающего за дверью Артёма, – деревня уже проснулась, лучше иди через задний двор вдоль леса, если ты на той стороне улицы обитаешь.

      - Спасибо, я учту.

      Дверь захлопнулась, а Хома, покрутив ещё немного кинжал, положил на стол и принялся за дело.

      Артём так и поступил, пройдя через задний двор, он пошёл вдоль леса, стараясь не упасть в овраг. Выбравшись на ту самую дорогу, он пошёл к дому Насти. На окраине деревни было безлюдно, и его никто не видел. Артём пробрался через задний двор и вошёл внутрь. Позвав Настю, понял, что та ещё не вернулась, взяв кувшин со стола, он отпил молоко, снял ботинки и пошёл в комнату. Недосып и уставшие мышцы давали о себе знать, он пластом упал на кровать. Вечером его начала трясти жена Брода:

      - Артём! Проснись у меня новости.

      Он с трудом выбрался из сна, немного придя в себя, глянул на Настю, та была вся на эмоциях.

      - Что? Что случилось? – спросонья спросил он.

      - Я отнесла письмо Нюте, бабушке той Софьи, она была в шоке, когда прочла и решила рассказать об этом всей деревне, начиная с родных девушек. – Быстро объясняла Настя, нервно заламывая пальцы.

      - Так это хорошо же, – всё ещё сонный отвечал Артём, - я не понимаю твоего волнения.

      - Это не всё. – Она попыталась успокоиться и затем продолжила. – Поп Кирилл сделал обращение перед церковью, что завтра будет казнь безверного, противника церкви, они его выставили перед толпой – это наш Семён.

      Артём пытался внимательно слушать, но когда слова дошли его ушей резко приободрился.

      - Он жив?

      - Да, но выглядит ужасно, его будто пытали, - в свете заката Артём наблюдал как у неё наворачиваются слёзы. – Они хотят повесить его завтра. Дерево слева у входа в церковь как раз.

      - Во сколько это будет происходить?

      - Завтра вечером состоится казнь. – Настя утёрла слёзы. – Их много Артём.

      - Не переживай, иди, отдохни, учитывая, что ты отнесла письмо, завтра может всё измениться.

      - Я уже не знаю чего ждать, столько живу, а ничего подобного в этой деревне не происходило. -–Она встала и вышла из комнаты.

      Дверь медленно закрылась. Артём плюхнулся головой обратно в кровать. Размышляя обо всём, он долго не мог уснуть. Семён жив? Он совсем вылетел из головы. Нужно как-то спасти его завтра. " Буду действовать по обстоятельствам. " – Решил он.

      После этих мыслей снова попытался уснуть. К нему вернулась слабость и он отключился.

      Огонь, много огня, Артём чувствует, как ему обжигает ноги. Он вскрикивает от боли и бежит сломя голову. Начался дождь, переросший в ливень. Он жадно тянется к нему, но огонь не гаснет. Ноги подкосились, и пламя забрало его. Артём слышал, как сверху его зовут, и голос становится громче.

      - Артём, проснись.

      Открыв глаза, глубоко вдохнул. Всё тело было покрыто холодным потом.

      - Ты в порядке? Снова кошмар? – Начала расспрашивать Настя.

      - Да, кошмар, сколько можно то. – Переведя дыхание, он пытался принять вертикальное положение. – Который сейчас час?

      - Почти вечер, ты спал весь день, скоро всё начнётся.

      Он увидел лицо Насти. – Уставшее с красными глазами, похоже, от слёз.

      - Мне нужно идти, я быстро, потом пойду к церкви.

      Настя молчала и смотрела, как тот собирался, потом заговорила:

      - Твоя рана на плече ещё не зажила. Её нужно перевязать.

      - Всё в порядке. – Коротко бросил Артём и скрылся за дверью комнаты.

      Выйдя на улицу, он вдохнул свежий прохладный воздух и пошёл к Хоме. В этот раз, через главный вход, иногда оглядываясь по сторонам. С некоторых домов уже выходили люди. Детей оставляли дома, хоть те и просились с родителями. Некоторые шли семьями. На Артёма никто внимания не обращал. Оно и к лучшему.

      Артём громко постучал в дверь. Хома отворил и кивнул, чтобы тот входил. На столе лежал меч, с красивой ручкой от кинжала. Правда само лезвие было не отполировано, но это и неважно. Артём взял его в руку, потрогал лезвие. Оно было хорошо заточено.

      - Я попробовал сделать дол, вроде вышло неплохо.

      Но Артём прослушал, его завораживала тяжесть оружия в руке. По сравнению с кинжалом, клинок был тяжелее. Прослушав комментарии Хомы, он повернулся и сказал:

      - Мне нравится, это то, что нужно, спасибо. – Артём похлопал его по плечу и двинулся к выходу. Хома, почувствовав себя настоящим оружейным кузнецом, в кое то веки был горд собой. Вернувшись из мира фантазий, развернулся к нему:

      - Надеюсь, ты знаешь... – Его прервал звук закрывшейся двери, – ...что делаешь.

      Потихоньку смеркалось. Артём направился к дому Брода. Людей по дороге он не встретил. Войдя в дом, застал Настю, которая почти собралась выходить.

      - Теперь всё, можем идти.

      - Постой, – остановила она Артёма и пошла к заднему выходу, вернувшись, вручила ему что-то чёрное и большое. – Это плащ моего мужа, хороший, с капюшоном. Да и лучше бы голову прикрыть на всякий.

      Артём послушно накинул плащ, держа за спиной меч. В доме горела пара свечей в подсвечнике на столе. Он не хотел показывать клинок, чтобы не объясняться, поэтому всячески крутился. При очередном повороте задел наконечником дверь. Настя испуганно спросила:

      - Что у тебя в руке?

      - Это для обороны, мало ли что случится.

      - Топор?

      - Да. – Обманул её Артём, не хотелось выслушивать что либо, и объясняться.

      - Ладно, бог с ним, пошли скорее.