4.
Какаши мрачно созерцала принесённые из её квартиры вещи. Несколько смен формы, боевое снаряжение, водолазки и хитай-ате, пара фотографий в рамках, стопка оранжевых книг, большая синяя чашка, набор сёги. Венчал это всё немного приунывший, но без сомнения живой, Укки-кун.
- Спасибо. - Уронила она и захлопнула за посыльным дверь. Перенесла из прихожей вещи и некоторое время молча пялилась на неаккуратную кучу на полу. А потом, взяв оранжевый томик, принялась методично выдирать страницы. Злой оскал не сходил с лица, глаза лихорадочно заблестели.
- Вот тебе притяжение, восторг! Вот неземное блаженство! Чтоб тебя! С-су-у-ука!
Гнев и ощущение собственной беспомощности, обида и биджуу знает что ещё, всё скопом выплеснулось на ни в чём не повинную бумагу. Какаши кромсала и драла томик за томиком, пока от них не остались одни клочья. Пожалуй, в таком невменяемом состоянии она не бывала ещё ни разу.
Оглядев комнату, усыпанную драной бумагой, Какаши успокоилась так же быстро как и вспыхнула. Уже без злой радости собрала шуршащий мусор и вынесла за дом, в контейнер. Сверху побросала пустые обложки и без сожалений щёлкнула зажигалкой. Огонь радостно вгрызся в страницы, принялся облизывать оранжевый картон. Какаши подпихнула туда ещё несколько страниц, потерянных из общей кучи, и вернулась в дом. Ей ещё разобрать всё то, что она свалила на полу. А заодно и решить, что она сможет сделать с ситуацией и с собой. Обретённая слабость бесила и тревожила, её следовало срочно изжить.
Когда Обито пришёл, в доме был полный порядок, пепел был надежно захоронён дерновым пластом, а сама она сидела у себя, осматривая и правя оружие, откладывая то, что нуждается в отбалансировке и более серьёзной заточке. Синяя форма, водолазка, хитай и жилет - почти прежняя, только маску не надела. Постучав, Обито зашёл и прислонился к косяку.
- Я хочу ещё раз извиниться. Какаши, я был до биджуу неправ, не должен был... лезть к тебе.
- Прав, не прав, должен, не должен... Извинился - я услышала. Теперь можешь идти куда шел. - Какаши смерила его тяжёлым взглядом, рука удобнее охватила рукоять куная, корпус чуть качнулся назад.
Сейчас, имея в руках оружие и влезши в привычную шкурку, Какаши чувствовала себя много увереннее. Да и недавняя истерика позволила сбросить приличную часть лишних эмоций. Больше она не позволит ему приблизиться ближе вытянутой руки. Ещё хотелось бы уничтожить, убить, растоптать, но пока нет, рано.
- Надо поговорить. О том, что мы будем делать дальше. Нам придется какое-то время жить рядом и мириться друг с другом. Что ты о этом думаешь, Какаши?
- Я не заглядываю дальше завтрашнего дня. А сегодня, Обито, я не хочу тебя ни видеть, ни слышать. Но придется, вижу. Значит так - пока перемирие. Надеюсь, ты хоть немного уважаешь мою уступку и не станёшь навязываться?
- Что взамен?
- Моя лояльность. Я не стану портить тебе жизнь, не стану портить её Мадаре.
- Ого, какая доброта! С чего бы это?
- Я не имею возможности испортить вашу жизнь сильно, а детские выходки скорее смешны, чем действенны.
- Хм. Ты это серьёзно? Я думал, ты нас ненавидишь.
- Ненавижу. - подтвердила она. - И совершенно не считаю, что Мадара достоин поста Каге. Зато он лучшее пугало, куда лучше чем любой другой шиноби. Ива и Кумо рано или поздно начнут подумывать о войне с нами.
- О. Думаешь? - Обито шагнул вперёд.
- Предполагаю. И Камень и Облако отделались легче всех в этой войне, у них больше шиноби осталось в строю. И они же - наши давние противники в экономической сфере. - Опять этот холодный тон с нотками превосходства, тот самый, что бесил в юности, тот что заставлял скрипеть зубами и творить глупости.
Кунай соскользнул с её ладони, повис на отставленном мизинце, качнулся маятником, раз, другой. И влип обратно, перехваченный. Этот хват Обито ещё помнил - так Какаши почти постоянно делала, готовясь атаковать или защищаться. Он отшагнул назад, и как можно беспечнее пожал плечами.
- Наверняка мы этого не знаем. В любом случае должно пройти некоторое время прежде, чем они решатся действовать. Ты ела что-нибудь? Я собираюсь заглянуть в Ичираку и хочу пригласить тебя туда.
- Нет. Обедать вместе - уволь. Я лучше пройдусь по рынку и что-то себе приготовлю. Или куплю.
- А я так и не научился. - беззаботно пожал Обито плечами. - Условно съедобно могу, не больше. Наверное, не судьба.
- Ты можешь попросить, чтобы тебе кто-нибудь готовил обенто. Не бесплатно, конечно, но не разоришься. Так многие делают. Или нанять кого-то из гражданских, чтобы приходили и готовили. И готовлю я так себе. Это, чтобы не считал, что можешь рассчитывать на мою помощь.
- Наверное, так и сделаю. - Кивнул Учиха. - Я пойду что ли...
- Да. - Рассеяно уронила Какаши, придирчиво разглядывая что-то на лезвии. Обито вышел, ткнулся лбом в противоположную от двери стену и немного так постоял, охлаждая горящий лоб.
"Совсем мороженая. Видно только злость. - думал он. - Или хорошо прячет другие мысли и эмоции. Может ещё не потеряно ничего? Может, сумеем хоть как-то разговаривать?"
Больше всего ему бы хотелось отмотать время назад. Вернуться и изменить всё.
Какаши уронила на пол кунай, который только что так пристально разглядывала. Пальцы её мелко задрожали. Какаши обхватила плечи руками и склонилась вперед, унимая себя. Кажется, она свои нервы переоценила. И совсем утеряла профессионализм. Она сойдет с ума здесь. Она не выдержит и перережет глотку учиховскому ублюдку... И как всё-таки хреново без чакры!
С того дня оба демонстративно почти не замечали друг друга, лишь иногда, бывало, сцеплялись в злой, язвительной перепалке. Первое время они вообще пребывали в весьма зыбком подобии спокойствия. Однако, оно быстро расползалось в клочья, стоило им хоть ненадолго оказаться рядом. Обито злился и выбивал этим вину, Какаши вытесняла злостью брезгливое отвращение к этому человеку и фантомные ощущения.
Учихе вскоре дали допуск к миссиям и Мадара тут же запряг родственничка по полной. Какаши же почти всё время была в какой-то странной прострации. В отсутствии Обито на неё находило равнодушие. Изредка она разбавляла эту прострацию набегами в бары и на неё даже стали нездорово поглядывать. Взгляды эти она ловила, понимала с чем они связаны, но менять ничего уже не хотелось. Единственное, что она делала с удовольствием - навещала в госпитале, а потом и дома Наруто и Гая. Там же она виделась и с Сакурой. К Саске её, как и остальных не допускали, единственный, кто его видел регулярно, был Джуго, он и приносил вести о нём. Как ни странно, умудрялась ещё вывести на общение Карин. Она по-соседски забегала вечерами с обенто или коробкой данго, болтала ни о чём и обо всём, делилась переживаниями и Какаши ненадолго отмирала. Успокаивала Узумаки, говоря, что никто не позволит убить Саске и объясняя, что никто не собирается прогонять прочь Джуго. Да, опасен, если трансформируется, но тут полно сильных шиноби и вообще, рыжий уже лучше себя контролирует. И нет, Суйгецу просто задира. Ему всё равно кого цеплять. Какаши даже специально последила - Карин позволила себе быть уязвимой только в её присутствии. Для остальных она так и осталась капризной стервочкой. Это напрягало и обязывало, почти как тогда, когда на неё вдруг повесили тройку генинов. Правда сейчас уже не прошибало настолько сильно.
К концу третьей или даже четвёртой недели такой полужизни, Кабуто, обследовав её, заявил, что отправляет запрос фуин мастеру и скоро ей снимут все блоки. Впервые за долгое время куноичи совершенно не хотелось в бар. А ещё чуть позже её обрадовали новостью, что Майто выписывают со стационара на домашнее лечение. Это значило, что друг теперь точно не умрёт от каких-либо осложнений. Помимо того, Кабуто шепнул, что Цунаде и Орочимару-сама ищут способы вернуть ему полную подвижность и зацепки для этого есть.
Гай остановил Обито почти у порога дома. Бледный и исхудавший, он казался маленьким в своей громоздкой каталке. Но отнюдь не растерял своей сверхестественной бодрости. Громогласно поздоровавшись, он привлек внимание всей улицы и Обито Учиха почувствовал себя крайне неудобно. Внимание он не любил, даже опасался его. Тем более, что внимание ему доставалось негативное. Или демонстративно-презрительное равнодушие, что цепляло ещё сильнее.
- Какаши же живет с тобой?
- У меня, - поправил Обито, чувствуя, как растет общее внимание. - Она моя подопечная. Пока не выздоровеет.
- Пусть приходит завтра, моя Юность в этот день расцветает ещё сильней!
- У Гая-сенсея именины. - пояснил юнец, везущий коляску, точная копия своего учителя. - А заодно отпразднуем и выписку из госпиталя.
- И ты тоже приходи. Раз уж вернулся и служишь Конохе. - Добавил Гай. - Будут некоторые старые знакомые. Отпразднуем в барбекю и позапускаем фейерверки в парке. Да и просто выпьем, пообщаемся.
Обито кивнул, хотя и пребывал в неком ступоре. Его. Только. Что. Пригласили. На день рождения. Пусть прицепом к Какаши, но и без ярко выраженной неприязни. Человек, который может и не встать с инвалидного кресла до конца дней и, именно по его и Мадары вине. И, биджу его дери, он не станет игнорировать это приглашение.
- Придём. - Пообещал он. - Обязательно.
В прихожей было темно, сёдзи в гостинную было прикрыто. Оттуда доносился негромкий разговор. Разуваясь, Обито прислушался.
- И что будешь делать? Сейчас моя пешка сожрет твоего офицера. И король остается беззащитен.
- Я, даттебаё, не сдамся! И это было нечестно - так заманивать!
- Зато стратегически и тактически верно, Наруто.
В голосе Какаши проскальзывали едва заметные тёплые нотки, хотя Обито нисколько не сомневался, что лицо по-прежнему бесстрастное, а во взгляде вселенская скука. У неё всегда такое выражение.
- Сакура-чан послезавтра вернется с миссии и привезет новости от Гаары. А ещё я собираюсь переехать в дом отца. Представляешь, он уцелел, даже не облупился.
- Это хорошо. А ты сам сейчас чем занимаешься? Кроме будущего переезда.
Обито легонько постучал и отодвинул сёдзи.
Какаши и Наруто сидели над доской сёги. Узумаки ерошил затылок, озадаченно разглядывая фигуры, а Какаши Хатаке невозмутимо цедила чай.
- Я дома.
- Здравствуйте, Обито-семпай! - Наруто просиял улыбкой и, бросив последний взгляд на доску, встал. Какаши пробормотала что-то невнятное, скорее всего выражала огорчение, что Обито не прибили на миссии.
- И тебе, Наруто-кун. Как идёт выздоровление?
- Мадара-сама не хочет выпускать меня на миссии. - Пожаловался Узумаки. - Я уже могу использовать дзюцу, я уже здоров! А он меня в штаб, к чуунинам! Говорит, мне надо уметь с бумагами ладить. Достало!
Обито и Какаши переглянулись и почти одинаково улыбнулись. Наруто, не замечая, болтал, перескакивая с темы на тему, а потом возвращаясь к штабу и бумажкам.
- На самом деле это хорошо, Наруто.
- Ну почему? Я же крут, могу запросто сделать кучу миссий!
- Хокаге подготавливает себе преёмника. Ведь ведение документации очень важно для этого поста.
- Точно! Цунаде-баа-чан всегда возилась с бумажками и дедуля Третий тоже... - Наруто осёкся, на лице озарение, в глазах сумасшедшая радость. - О! О-о-о! Круто! Я научусь лучше всех!
- Может, зря? - задумчиво спросил Обито, наблюдая за радостным рыже-чёрным тайфуном. - Всё ещё может поменяться.
- Думаю, не зря. Наруто будет замечательным Хокаге и прелесть-какой-чувак-сама это понимает.
Обито вздохнул. Он никак не мог привыкнуть к язвительным кличкам от Какаши. Но всё же лучше чем изначальный "мудозвон", "старпер" и прочие, не менее яркие. Наруто хихикнул, закинул за голову руки.
- Какаши-сенсей, а у вас когда нибудь закончатся эти ваши прикольные словечки? Будет жалко, если да.
- У меня хорошая фантазия, Наруто. Так, что нескоро.
Наруто один из немногих, кто воспринял разоблачение Какаши спокойно. Нет, он конечно, первым делом сообщил, что это "круто и вообще." Но больше ничего, ни домыслов, ни обсуждений. Кроме него вполне адекватно отреагировал Гай, как ни странно, и некий Сай Акаши. Вполне, правда, может быть, что последний в силу своей малоэмоциональности. Гай, же, скорее всего, просто знал раньше и для него новостью этот финт не оказался.
- Наруто-кун, партия откладывается, уж прости. Мы с Какаши пойдем выбирать кимоно и подарки. Майто Гай пригласил нас на свой день рождения.
- Ой-е-е! А когда?! Я же должен тоже найти классный подарок!
- Завтра. - Ответила Какаши, наблюдая за метаниями ученика.
- Всё! Меня нет! - Узумаки сиганул в окно, только след простыл.
- С чего такая щедрость? Ты же не хотел, чтобы я показывалась на люди.
- Я не хотел, чтобы ты по барам шарашилась, а приглашение лучшего друга дело совсем другое.
- Мда... Но на кой мне кимоно? В форме пойду.
- Для того, чтобы все окончательно убедились в том, что ты и вправду девушка. Хочу развенчать разом добрые полсотни слухов о тебе.
- Ну, ты невероятно добр. Хотя, за возможность поздравить Гая, я и клоунский костюм нацепила бы. Кстати, раз уж об этом речь, просвети-ка о слухах.
- Я оплачу покупки. А слухи... На кой они тебе?
- Так, любопытно. Ладно, рано или поздно сама узнаю.
Какаши усмехнулась, пряча недобрый взгляд. Раз уж Обито Учиха так подставился, грех не воспользоваться. У Гая она появится в самом лучшем и дорогом кимоно, какое сможет найти.
Прогулка по улицам немного подняла ей настроение. Коноха всё ещё прежняя, люди всё такие же. Шестое лицо, правда, на скале совсем не то, что нужно, но уже не вызывает столько злости. Перегорела, что ли?
Выбор кимоно не занял много времени. Какаши потащила Обито в один из элитных магазинов Сарутоби, Асума как-то рассказывал, что там есть очень редкие и дорогие ткани. Какаши никогда не думала, что это знание ей может пригодится. Обито же ничуть не огорчился, расплачиваясь за выбранные шмотки. Себе он взял кимоно не хуже. Какаши даже расстроилась, что траты его нисколько не тронули.
Подарок Гаю Какаши выбирала долго. Это раньше, не сомневаясь, она бы купила новые утяжелители или нестандартное оружие, но сейчас это было бы издевательством. Наконец, она выбрала набор для тренировок плечевого пояса. Зная Гая, можно не сомневаться, что тот продолжает доступные ему тренировки. Обито добавил небольшой бонсай и маленькую, уже упакованную коробку.
Выйдя, Какаши вздохнула и тоскливо посмотрела наверх. Верхние пути ей ещё недоступны. А так хотелось промчаться, ловко огибая встречных, чтобы в лицо ветер и мягко шуршащие кроны вокруг. И забраться в излюбленную глушь за стеной. Она слабо тряхнула головой и повернулась к Учихе.
- Я хочу пройтись и навестить Куренай.
- Я буду дома. - Ответил Обито. - Или проводить?
- А потом поползут слухи, что меня Учихи под конвоем водят. Спасибо уж. Не будет сюрпризов, обещаю.
- Тогда до встречи. - широко улыбнулся Обито и, подхватив пакеты, запрыгнул на крышу.
Какаши проводила его безразличным взглядом и направилась по улице в сторону дома Юхи. Сейчас она уже должна быть дома, а если и нет, Какаши знала где её искать. В сквере, рядом с домом, Куренай обычно гуляла там с Мираи. Дочь Асумы росла крепкой и сильной, по слухам, была очень похожа на отца, хотя, по правде говоря, судить ещё было рановато.
Юхи Куренай встретила Какаши с радостью. Усадив за стол и безапелляционно сообщив, что та будет сейчас обедать, джонин засыпала её ворохом вопросов. Вопросы Юхи перемежала рассказами обо всех и всём, лучилась теплом и радостью. Она сильно изменилась, в лучшую сторону. Хотя, иногда проскальзывало во взгляде что-то, не то сожаление, не то тоска. Какаши точно знала, что любовью у Асумы с Юхи и не пахло, скорее привязанность и взаимопонимание, дружба, а потом и договор.
- Ты как пропала, очень редко выползаешь из квартала Учих. Это, что Обито Учиха тебя взаперти держит?
Какаши едва не подавилась. От кого, а от Юхи такого вопроса ожидать было сложно. Эта куноичи всегда узнавала ответы самостоятельно и досконально, на любые интересующие её вопросы. А, впрочем, чему удивляться - Куренай есть чем заниматься и помимо того.
- Нет, я просто не люблю любопытствующих. А их, сама понимаешь, до хрена. А Учихе не до того - на него повесили группу ученичков и гоняют на миссии. Но вообще-то я выхожу из дому.
- Слушай, а он как, нормален? - Юхи сделала круглые глаза. - Как ты с ним в одном доме уживаешься? А выходишь... Слышала я, куда ты выходишь. Но проводить с тобой воспитательные беседы не буду.
- Нормален? Не более, чем наши. А уживаюсь... Ну, больше всего это похоже на перемирие после затяжных боёв. Когда обе стороны подсчитывают потери и собирают силы в кулак.
- Война закончена, Какаши. - Сочувственно глянула на неё Юхи. - Ты не боишься, что сражение, которого ждёшь, станет слишком кровавым? Мы все и так много потеряли.
Какаши выпрямилась, отложила палочки и долго молчала. Ей совсем не хотелось откровенничать. Да и озвучивать причину такой непримиримости... лишнее.
- Это не совсем сражение, больше сопротивление. Я же должна для чего-то жить, Юхи. Путь мести не для меня. Я уже давно от этого устала.
- О! Заведи семью. Асума и Мираи лучшее, что было, есть и будет в моей жизни. Думаю, тебе тоже стоит попробовать. Ребенок - лучшее лекарство от любой болезни.
- Я тебе верю, но пока не могу себя даже заставить об этом думать. - совершенно искренне ответила Какаши. И вправду, мысль о том, чтобы кого-то к себе допустить вызывала приступ ярости и дрожь отвращения. Частично ей удавалось подавить этот рефлекс, но лишь частично.
- Ты слишком долго жила чужой жизнью... - Покачала головой Куренай. - Тебе уже не нужно быть сильной и жесткой. Как только поймешь это, примешь, так и наладится всё.
- Может быть. - Фальшиво улыбнулась Какаши. - Ты завтра придешь к Гаю?
- Мы придем. - Юхи склонилась к кроватке и поправила одеяльце. Какаши некоторое время смотрела на круглое, розовое личико, крохотные кулачки, сжимающие одеяльце, непокорный тёмный хохолок и пыталась представить матерью себя. Не получалось, не виделось. Воображение, обычно вполне живое, отказывало.
- Я пойду, пожалуй. Хочу немного пройтись по Конохе, раз уж выбралась.
Куренай понимающе улыбнулась и проводила гостью до двери. Какаши попрощалась и поскакала вниз, перепрыгивая то одну, то две ступеньки. Лишь внизу показное веселье слезло с лица и она на миг замерла, привалившись к стене спиной и прикрыв глаз. Визит к Юхи дал совершенно неожиданный результат - примирил ее с действительностью. Наличие Учихи Мадары на посту Каге больше не казалось таким странным и неприемлемым. Но... Облегчать Учихе задачу Какаши не станет. Пусть хоть бесится, хоть убьет, но вести себя вызывающе она станет всегда.
День рождения у Гая был как сам Майто - весёлый, полный жизни и азарта, пускай именинник не мог пока вносить столько же сумятицы как и раньше. Какаши здорово повеселилась, глядя как реагируют друзья и знакомые на её наряд, отвечая на каверзные и не очень вопросы. Обито поначалу таскался следом с сумрачной мордой, но потом его, как-то уж очень ловко, утащила Митараши. Куда именно, Какаши так и не поняла, но вздохнула с облегчением. Небольшой переполох вызванный тем, что Ли перепутал стаканы и хлебнул сливового вина и дальнейшая сумятица с его успокоением, хитроглазый Генма настойчиво предлагающий сыграть в карты на желание, смеющаяся над перешучивающимися Котзумами Куренай, Тихиро, подпирающая её плечо и объясняющая, что Кабуто в работе зверь и она очень хочет стать ученицей, его или Цунаде-самы, остальные гости смеющиеся, кучкующиеся по интересам. Саке и горячее, плюющееся ароматным соком мясо. Звёздное, чуть покачивающееся небо и скамеечка в парке. Сидящий рядом на скамейке, Морино Ибики рассказывает о проказах своей мелкой. Забавно, в лицах. Какаши и не подозревала, что он так умеет. Это всё умиротворило Какаши, доказало, что если мир и перевёрнут, то не до конца. Или, может, это саке так подействовало? Как бы то ни было, вернулась домой она в замечательном настроении. Обито дома не было и Какаши очень надеялась, что он и не вернётся. Тошнота и нервная, нутряная дрожь уже не пробирали её от вида Учихи, но и находиться в одном доме напрягало, злило и заполоняло чёрной тоской.
Надежды полностью оправдались. Утром его всё ещё не было. Какаши пощурилась в окно, умылась и уныло попялилась в холодильник. Есть не хотелось совсем. Но надо, чтобы сбросить это полупохмельное состояние. Не сказать, что она много выпила, но всё равно было что-то такое. Потому Какаши всё же поела и выпила чаю.
Из полудремотного состояния ее вывели визитеры. Мастер фуин и один из Хьюга. Она и забыла... Какаши пригласила гостей в дом, предложила чаю, но оба отказались.
- Лучше займемся делом. - сказал мастер Итиро. - Работа кропотливая и довольно долгая. Я приоткрою печать на четверть, но не спеши сразу же тренироваться. Лучше потрать пару дней на медитации, а потом потихоньку гоняй чакру без применения. Через две недели после этого я доведу шлюз до половины. Такие действия, кстати, немного увеличат твой резерв. На многое, правда, не рассчитывай.
- Да мне своё вернуть бы.
- Ты должна лечь на футон или пол и не дёргаться, не волноваться. Если ты этого не сможешь, можно усыпить тебя до конца процедуры.
- М, усыпляйте на всякий.
- Умное решение. - мастер улыбнулся. - так риск перегорания снизится до минимума.
- Пройдёмте.
В комнате Какаши вопросительно взглянула на мастера. Тот понял без слов.
- Ложитесь так, как вам будет удобно и предоставьте мне свой живот и солнечное сплетение. Можно не раздеваться, просто закатайте футболку. Я займусь печатью, а Хидеки станет следить за состоянием вашей кейракуккей. Всё дело займет около часа для первого раза. Дальше будет проще и быстрее. Окончательное снятие печати я обычно провожу без присутствия контролера из Хьюга.
- Ясно. - кивнула девушка и выполнила требуемое. Хидеки сложил пару печатей, положил ей на лоб руку. Веки Какаши будто свинцом налило. Спустя всего несколько мгновений она уже крепко спала. Мастер достал кисть, тушечницу и кивнул помощнику.
Когда она проснулась спустя час, мастер сообщил, довольно улыбаясь.
- Первая ступень прошла успешно. Остальные будут намного проще и безопаснее. Перегорания так точно не будет. Думаю, уже можно вас поздравить с возвращением в ряды шиноби.
- Благодарю вас, Итиро-сан. - совершенно искренне поблагодарила Какаши. - Если вам когда-либо понадобится моя помощь, я буду рада услужить.
- Заманчиво... Но не стоит. Отблагодарите службой Конохе. - добродушно усмехнулся мастер. - Главное, помните мои инструкции.
- Я помню, Итиро-сан. Ни в коем случае не нарушу.
- В таком случае до встречи через пару недель.
- Долго... - вздохнула Какаши.
- Где-то через неделю вы уже сможете использовать базовые техники и упражнения на контроль. К концу второй - техники до С(ц) ранга. Не спешите, это очень важно. И поешьте сейчас.
- Но я же завтракала.
- Значит устройте второй завтрак или ранний обед. Это совсем не помешает.
- Спасибо, я так и сделаю.
Провожая мастера, Какаши встретилась, наконец, с Учихой. Выглядел он мрачным и помятым. Наверняка Анко протащила Обито по всем памятным барам, напоила и исчезла. Митараши любила так делать с кандидатами в партнёры. Какаши мысленно заулыбалась, представив как Учиха в невменяемом состоянии шатается по улицам и под конец засыпает где-то на лавочке или в кустах.
- В аптечке ещё оставалось похмельное, но в холодильнике есть и пиво. Сегодня поделюсь, так уж и быть.
- Лучше таблетки. - признался Обито. - Я сейчас даже воды не рискну выпить. Рубануть может.
- Хм... Я бы порекомендовала проблеваться для начала. - Какаши достала из морозильника пакет с готовым завтраком и сунула Учихе в руки. - На, к дурной башке приложи.
- Спасибо... - Обито упал на стул и с облегчённым вздохом приложил ледяное к вискам по очереди, к макушке. Тем временем Какаши достала ещё два таких же и разодрала упаковки над сковородой. Сегодня у неё не было желания возиться с готовкой. Тем более, что и готовила она так себе. На неприхотливого человека, каковой она и была.
Лёд оживил Обито настолько, что тот почти ровно встал и деревянными ногами поковылял в ванную. Там, в аптечке был вожделенный пузырек, который он лично покупал неделей раньше для Какаши.