Часть 99
Я отошёл к противоположной стене шкафов и, встряхнув руку, чтобы предотвратить содрогание костяшек, которое частенько прибывает у меня после сильного удара, я обошёл вокруг себя и посмотрел на Клэр, продолжавшую сидеть на корточках, понурив лицо в колени, прикрывая его руками. Теперь же я не слышал её всхлипов, лишь лёгкие содрогания её тела мозолили мне глаз. Я набрал в лёгкие воздуха, и тяжело выпустив его из лёгких, я протёр лицо руками, теперь, как и Клэр, наверно, слыша лишь музыкальные удары об стены школы.
/Cigarettes after Sex – Flash/
Я стоял у шкафчиков, опершись о них спиной, смотря на Клэр и на то, как же жестоко мы обошлись друг с другом. Теперь любой, кто мог бы пройти мимо, мог бы увидеть двух молодых людей, которые теряли друг друга в ненужных криках, разрывая на себе одежду чтобы доказать свою правоту. Всё это такое дерьмо! Я просто стоял и смотрел на женщину, которую я любил, и которая любила меня, она бы не кричала бы на меня и не плакала бы сейчас, если бы не любила. Она любит, я знаю это.
Ты же мужчина, ты должен быть умнее. Не всё в этом мире измеряется силой.
Я качнул головой, определённо соглашаясь с собственной мыслью.
- я задам тебе лишь один вопрос, - спрашивал я себя в голове. – ты любишь её?
Я смотрел на её голые, стройные ножки, которые выглядывали из-за складки её меховой мантии, на её тонкую ручку, которая вытирала слёзы с горящих щёк и на эти волосы, и на часто мелькающие глаза сквозь пальцы.
-да, да, я люблю её.
Разговор заканчивался, и я отставал от стены, подойдя к её телу, сидевшему на полу. Я брал её худенькие ручки в свои большие ладони, чтобы снова увидеть её глаза, спрятанные где-то за длинными пальцами. Она поднимала глаза на моё лицо, и я видел их блеск, когда наши взгляды встречались, понимая, что она думает над тем, что сказала мне пару минут назад.
-Гарри, прости, я не хотела...- её пухлые губки опять начинают трястись, из-за того, что она думает, что её слова значили что-то для моего самолюбия.
Я кивнул головой, медленно закрыв глаза и тут же открыв их, давая ей знать, что она может молчать, так как мне не нужны были её извинения, ведь я не мог больше держать эту гложущую обиду на её язык, который не знает, что он производит и выпускает из её аккуратного и такого соблазнительного рта. Она просто, смотрела на меня, пока я понимал, что она правда была абсолютно простой, живой, настоящей, чувственной и могущей испытывать те же самые чувства, которые испытывал к ней я. Её большие, сияющие глаза смотрели в мои, будто я был нечто другое чем она. Клэр не была такой как я. Я был тяжёлый, грузный вес, который мог передвигаться и только и делать, что приносить себе ненужное, мерзкое, иногда осуществляемое под моим приказом удовольствие, которое не стоило того. Оно не стоило того. Клэр была лёгкой, белоснежная, как мягкая простыня, готовая к новым ощущениям, ощущения, которые могли прийти и постучаться к ней лишь тогда, когда она была готова. И она оказалась готовой, прождав того дня, когда я снова увижу её слёзы.
Я смотрел на неё, немного суживая глаза, присматриваясь к её чертам лица, которые, казалось, должны запомниться мне именно такими – невинными, чистыми и простые. Такими, какими я всегда их любил. Я потянул её руки, заставляя её встать, но её снова начинали бить слёзы, беспощадно и мучительно ударяясь об стенки её груди, отражаясь стуком её сердца и новым сокращением лёгких.
-Не надо, Гарри, – она морщилась, показывая мне, что она не в силах вставать с колен каждый раз, когда жизнь снова подбивает её ноги и она падает, но всё ещё делая вид для окружающих, что она в порядке. –я устала.
Эти слова, проскользнувшие в мою голову, сквозь шум музыки, продолжавшей разбивать стены школы и выкидывать из зала молодых людей, которые могли обратить на нас внимание и тогда, обязательно ввязались бы в момент нашей жизни, где мы должны остаться одни, она и я, против всех.
-Я смогу за нас обоих. – я моментально приподнял её тельце за руки, не обращая внимание на её подавленное состояние.
Когда её попка поднялась с пола, я бросил её кисти, схватив талию так сильно любимого мною тела. Мы встали, вместе. Мы всегда должны были вставать со дна вместе, но я вынырнул быстрее, обвинив единственный свой спасательный круг в измене.
Её ножки встали на плитку, цокая каблуками, которые отрадно проскользнули лёгким и приятным шлейфом благодарности, что она приняла их, не отказав анониму. Как только она встала она закинула свои руки за мою голову, скрещивая их на моих плечах, приближая своё безумно красивое лицо ближе к моему, которое было одержимо ею. Я, проскользнув руками, под её меховую мантию, положил свои руки на её ягодицы, немного присев и подняв тонкие и стройные ножки, которые успели пленить всех в праздничной зале, заставил Клэр улыбнуться, чему я был так рад. Теперь на её лице лёгким отпечатком оставался тот сплин, который так никчёмно украшал её ровную и гладкую кожу.
-Ты должен был спросить меня, прежде чем делать так. – она заявила, взглянув на моё лицо, которое теперь находилось на непривычной для меня низости чем её.
-Я должен был? – я посмотрел на неё в ответ, нагло улыбнувшись, предъявив ей, что я не обязан отчитываться за то, что делаю рядом с ней, ведь я знаю, ей чертовски это нравится.
Её тело, придерживаемое моими руками, стало чуть подрагивать, когда я нёс её в известном лишь мне направлении.
Вдруг, она опустила своё лицо к моему виску, слегка гладя мои волосы за ухом и медленно оттягивая их, будто маленький ребёнок, которому было нечего делать. Её губы находились в определённой близости от моего уха, из-за чего я стал отдельно чувствовать, как её влажная нижняя губка касается моей кожи, что приводило меня в минутное возбуждение, вперемешку с чувством, что я безгранично влюбляюсь, в то что она так редко делает – заставляет меня чувствовать напряжение внутри моих брюк.
Моё лицо нашло её аккуратный подбородок и уткнувшись в него своим носом, я закрыл глаза, чувственно закусывая губу, когда ощущал, как она касается моих волос и как она целует мой висок, перемещая эти неконтролируемые губы к моей щеке. В голове что-то будто щёлкнуло, я чуть не потерял себя от того как она ласкала меня, пока я не увидел через закрытые веки, что нас окутал сумрак. Я, не мешкая на счёт того, что происходит, что я должен сделать, как это начать, я просто знал, что моя нога открыла дверь сама, без особого разрешения со стороны моего разума. Послышался тихий приветствующий скрип двери и лёгкое подёргивание металлической ручки, на повреждённом замке. Сумрак растворился за спиной, приведя на смену абсолютный мрак, который покрыл наши фигуры, продвигаемые мною вовнутрь этой нефти, которая опустошила всё в одной комнате, позволив двери благополучно закрыться по инерции. Лишь маленькое продолговатое окно, видимо, это был кабинет директора, так как мои ноги встали на что-то мягкое и не такое звучное как холодный и голый пол, ведь лишь ковёр, который находился только в кабинете директора, мог точно дать мне понять, где мы находимся.
На моих бёдрах сидела та женщина, которая пришла так не скоро после того, как я определил всех тех, кто когда-либо мог так же обвивать мою поясницу ногами, кто мог бы так же целовать моё лицо, но теперь я ощущал губы, целующие меня по-другому. Я хотел этого уже по-другому.
Холодный электрический свет лампы в коридоре, пробивался в длинное продолговатое окно, ведущее в небольшой кабинет, где теперь находились две тени, предвкушающие последствия, продолжая ступать тихо, по телам друг друга. Я слышал, как она дышала и как её резкие вздохи тревожили мои ресницы, когда она вскидывала голову, при нашем прикосновении там, совсем нечаянно, но так ярко, что её бёдра тут же отпрыгивали от моня, и ещё долго боясь опуститься на выступающую местность мужских брюк.
Когда мои колени, в медленном продвижении по кабинету, достигли мягкой опоры, я понял, через воспоминания в своей голове, что это кожаный диван, на котором я сидел, во время моего интервью с директором, когда только пришёл в Брокшоу, чтобы стоять здесь, через некоторое время, и сжимать в руках Клэр Райдер.
Я опустил свою руку на поверхность дивана и отыскав пальцами рычаг механизма чёрного дивана, я грубо дёрнул за него, изменившись в лице, от победоносного проявления контроля над ситуацией. Я увидел, как Клэр смущённо поджала губы, поправляя рукой свои волосы и опуская пальцы руки на свои губы, чтобы не выдать своей дрожащей губки, которая предательски двигалась, приводимая в это состояние самой Клэр. Когда я стал аккуратно наклоняться вперёд, лишь сильнее сжав бёдра своего сокровища, которое так ослепляло меня своим блеском голых, белых плеч, что мне казалось, я был сводим ими сума. Её тело, отдельная от меня божественная сущность, мягко опустилось на прогибающуюся опору, так как должно приземляться настоящее женское тело - мягко, без резких движений, будто спрашивая разрешения у того, кто заставляет его делать это.
Она, самовольно опустила свои ноги по обе стороны моей фигуры, не сделавшей ей одолжение и не опустившись с ней на диван, теперь она робко придерживала свою мантию, так же, как и в зале, только сейчас, она делала это намеренно, заставляя меня заметить это, приподнимая своё лицо и встряхивая этими сияющими волосами, роскошно, детка, всё что ты делаешь должно быть откровенной роскошью, показывая, чем я должен заплатить чтобы овладеть тобой.
Я приподнял один уголок губ, затем раскрыв губы и наклонившись, я одарил белые плечи Клэр аккуратными поцелуями, чуть касаясь её кожи, слыша тихий звук освобождения воздуха и заточения её губ, которые откровенно открывались навстречу моему лицу, умоляя поцеловать их так же как я делал это с её плечами, так же подарить эту минуту наслаждения, когда она подчиниться и примет мой язык, нежный, но требовательный к её предаваемому наслаждению рту. Но я, лишь прибавив к своим действиям руки, коснулся её накидки, предлагая девушке снять её, что она безусловно сделала, всем своим видом, попросив меня сделать это самому. Я усмехнулся, выдернув из её рук материю и скинув её с нагих плеч.
Я был удивлён, когда её руки, некогда лежавшие на её коленях, плавно подплыли к моему пиджаку, потягивая его вниз, как лапки маленького котёнка, капризно просящего ещё кусочек сладостной плоти.
-Сними его, Гарри. – её голос изменился, теперь я почувствовал, как она руководила мною.
Я указал на пиджак, взяв его край в руку, спросил этот ли пиджак стоит мне снять.
-Да, Гарри, - её пальцы находились над моим кожаным ремнём, ближе к моему левому ребру, поглаживая тёплую кожу. - просто сними его.
Я сдёрнул с себя рукава пиджака и задев пальцами его ворот, я кинул его на рядом стоящий стол директора. Я знал, что вид белой рубашки на большом, мужском теле сводил её сума, так как она, скромная Клэр, которую я знал, приподняв юбку своими тонкими пальчиками, и забравшись ими ближе к непослушным бёдрам, примкнула иной рукой к своим губам, сжимая свою нижнюю губку пальцами, она смотрела на меня, стоящего без пиджака, гладившего её ножки выше колена и приподнимая её юбку, я хотел отыскать её запястье, которое напрасно забрело туда, где мог работать лишь я и моя опытная ладонь.
Но мне стало дико интересно как она сможет приласкать себя, прежде чем поймёт, что всё это лишь детская шалость маленькой девственницы, которая трогает себя, возбуждая во мне пульсацию, ползущую по моим бёдрам, отдавая напряжением в моих брюках. Её тонкое запястье, приползшее к её мягким трусикам под шуршащей юбкой, аккуратно начало движение, пуская длинные пальчики в мягкие половые губы, двигаясь по влажной плоти, ощущая края мокрого влагалища. Я стоял пред женщиной, которая лёжа предо мной предавалась запретным ощущениям, впервые так сладостно трогая себя, закинув руку за голову и двигая своими бёдрами отстраняя их от поверхности дивана и снова чуть касаясь его. Клэр, раскрыв аккуратно свои губки, тяжело дышала, постанывая, изредка сжимая губы в одну линию от наслаждения, которое тронуло её бёдра.
Мои руки лежали на её голых коленях, которые были разведены, предоставляя мне безграничное наблюдения за рукой Клэр и то, как её влажные трусики отставали от набухших половых губ из-за движений молодой нимфы. В груди тяжело билось сердце, которое согревало потоком даваемой мне крови, бегущей по венам, так что я, сняв душащий меня галстук, отбросил его, поспешив поднести свои руки к воротнику рубашки, чтобы поскорей избавиться от неё.
Как только моё торс оказался освобождённым от сковывающей мою кожу материи, я, опустившись к Клэр, аккуратно, плавно, как хищник, не желая спугнуть такое зрелище, когда пухлые губы девушки были искусаны, а ровный ряд белоснежных зубов оскаливавшихся при проявлении первых признаков стона. Я опустил свою голову на лицо девушки, сталкивая наши губы в мягком, покорном поцелуе. Её губы, опухшие и влажные, ласкали мои, которые никак не могли насладиться женскими, открывавшимся от тихих стон, губами. Моя рука спустилась к её трясущимся бёдрам, когда я протолкнул свой язык в её рот, доминируя над её губами и заставляя её подчиняться равномерным поцелуям с моей стороны.