8 часть
**Среди своих**
Часть 8
---
11:23. Подвал загородного дома
Фанерные ставни дребезжали от порывов ветра, отбрасывая на стены причудливые тени. Денис лежал на койке, его грудь поднималась в такт хрипящему дыханию. Капельница, привязанная к самодельной стойке из лыжной палки, мерно капала в прозрачную трубку.
Лёха сидел на ящике из-под боеприпасов, вглядываясь в знакомые черты друга. За десять лет, прошедших с их последней встречи, Денис постарел не на возраст — на целую жизнь. Глубокие морщины у глаз, седина в щетине, шрамы, которых раньше не было...
— Очнись уже, старик, — прошептал он, поправляя одеяло.
За спиной скрипнула дверь. Ольга вошла, неся в руках жестяной таз с водой.
— Ты должен отдохнуть, — сказала она, ставя таз на тумбочку.
— Не сейчас.
— Он не придет в себя раньше вечера.
Лёха поднял глаза:
— Ты уверена?
— Я ввела ему седативные. Организму нужно восстановиться.
Она смочила тряпку, начала протирать Денису шею. В свете тусклой лампы Лёха заметил, как дрожат её пальцы.
— Почему ты это делаешь? — спросил он неожиданно для себя.
Ольга замерла.
— Потому что должна.
— Не верю.
Она резко повернулась, и Лёха увидел в её глазах то, чего не замечал раньше — страх.
— Ты прав. Это не просто долг.
Из кармана халата она достала сложенный вчетверо листок. Развернула.
Лёха узнал почерк Дениса еще до того, как прочел первые строки:
"Если читаешь это — значит, я либо в коме, либо мертв. Ольга — единственная, кому можно доверять. Она знает..."
Дальше шли три строчки, тщательно зачеркнутые.
— Что это значит?
— Я не знаю, — Ольга сжала бумагу. — Он передал мне это письмо месяц назад. Сказал, что если с ним что-то случится — я должна найти тебя.
Лёха встал, подошел к узкому подвальному окну. Стекло было покрыто изморозью.
— Значит, он готовился.
— Да. И боялся.
— Денис ничего не боялся.
— Ошибался, — Ольга положила руку на повязку на груди Дениса. — Боялся. И теперь я знаю чего.
Она подошла к Лёхе, протянула другой листок — вырезку из современной газеты.
"В Новоржевске обнаружено тело с признаками насильственной смерти".
Фотография показывала знакомый переулок в центре города.
— Первая жертва?
— Нет. Последняя.
Ольга указала на дату — три дня назад.
— Это Сергей Малышев. В списке он седьмой.
Лёха перевел взгляд на тетрадь, лежащую рядом.
— Но у нас только три креста...
— Потому что остальные еще живы, — раздался хриплый голос с койки.
Они обернулись.
Денис смотрел на них мутными, но осознающими глазами.
— Но ненадолго.
---
11:47. Кухня
Череп разливал самогон по гранёным стаканам, когда Лёха и Ольга вышли из подвала.
— Ну что, воскрес?
— Воскрес, — Лёха взял стакан, но не пил. — Марк на посту?
— На крыше. Ни одна мышь не проскочит.
Сашка сидел в углу, обхватив голову руками.
— Он... он говорил что-нибудь про отца?
Лёха взглянул на Ольгу.
— Пока нет. Но он попросил собрать всех здесь. Скоро выйдет.
Череп хмыкнул:
— Значит, будет рассказывать сказки на ночь?
— Сказки про кровь,— из дверного проема раздался слабый голос.
Денис стоял, опираясь на косяк, его лицо было серым от боли.
— И про смерть.
Он сделал шаг вперед и рухнул бы, если бы Лёха не подхватил его.
— Ты совсем ебнулся? Тебе двигаться нельзя!
— Некогда, — Денис сжал его руку. — Они уже знают, что я жив.
Он посмотрел на каждого по очереди, останавливаясь на Сашке.
— Прости, пацан. Твой отец... он был хорошим мужиком.
Сашка сглотнул, кивнул.
Денис опустился на стул, передохнул.
— Всё началось в девяносто четвертом. Тогда мы думали — просто разборка. Оказалось...
Он закашлялся, Ольга подала ему воду.
— Оказалось, мы были пешками.
Дверь распахнулась, ворвался Марк.
— Машины! Три внедорожника! Едут сюда!
Лёха схватил пистолет:
— Крутов?
— Не знаю. Но едут не просто так.
Денис поднялся, опираясь на стол.
— Они нашли нас.
Череп уже заряжал обрез:
— Ну что, по-тихому или как?
Лёха посмотрел на Дениса.
— Решай.
Тот медленно кивнул:
— По-тихому не получится.
Где-то снаружи уже слышался рёв двигателей.
---
Конец части 8.