Глава восьмая
— Внимание всем постам! Говорит штурмовая группа Альфа! Нам нужно подкрепление! — Кричал в рацию один из участников штурма на убежище Марнова. Позади раздался взрыв и молодой солдат упал замертво, вместе со своими сотоварищами, рядом ведущие бой.
Беспорядочная стрельба, дым от гранат, вспышки взрывов и крики штурмового отряда — всё это создавало абсолютный хаос, не позволяющий спланировано вести операцию. Даже в численном меньшинстве, Питерский Линчеватель успешно противостоял штурму.
— Он справа! — крикнул Осов своему стажёру Саше, стоя с ним спина к спине внутри квартиры. Пули насквозь проходили гнилые деревянные стены. Они оба беспромедлительно начинали стрельбу в сторону, где, в темноте, появлялся хоть малейший намёк на Марнова.
— Я его не вижу! — В ответ кричал Пало, стараясь разглядеть Линчевателя в каждой тени вокруг. Он никак не мог понять, как один человек мог вести бой в двух местах одновременно, в доме и на улице.
Через несколько минут беспорядочной стрельбы, когда вокруг Осова и Пало были уже мертвы, пули перестали залетать внутрь дома. Но огонь снаружи не утихал ни на секунду.
Оба полицейских насторожились, не разрывая связку. Глазами они продолжали водить вокруг себя, ища свою цель.
— Ну и где он? — Произнёс Саша. После этих слов их обоих толчком повалило на пол. Стажёр выронил свой автомат из рук. Взглянув на лежащего рядом полковника, он увидел, что тот лежал без сознания.
Рукой Саша попытался нащупать автомат там, куда он упал, но на этом месте ничего не было.
— Это ищешь?— Сказал смодулированный голос Линчевателя где-то над головой Пало.
Подняв взгляд, он увидел расслабленно стоящего над ним Марнова. По какой-то неизвестной причине, Саша робко согласно кивнул головой в ответ.
Марнов навёл на лоб стажёра его же автомат. Под бешеной волной адреналина Саша схватил Линчевателя на ногу и потянул на себя.
Падая, Марнов случайно выпустил очередь пуль в сторону. Быстро опомнившись, мститель увидел над собой озлобленного Сашу, намеренного ударить его ножом, который входил в часть вооружения участников штурмового отряда. Быстро оттолкнув полицейского ногами, Марнов быстро подпрыгнул в вертикальное состояние.
— Лучше сдайся, — произнёс Саша, прокрутив нож в ладоне, — всё равно ты окружён, — в голосе стажёра непонятно откуда взялась уверенность и твёрдость.
— Разве? — задал риторический вопрос Марнов, указав пальцем в разбитое окно, за которым штурмовая группа, обделав штаны, стреляла непонятно куда и по кому. Марнов прекрасно понимал, что в данной ситуации именно он занимает главенствующую позицию. Поэтому в его движениях чувствовалась расслабленность и неторопливость.
Ироническая насмешка заставила Пало вспылить. Он набросился на свою цель, широко размахивая ножом.
Марнов быстро и гибко уворачивался от каждой попытки стажёра поразить его. Для него молодой полицейский казался лишь грушей для битья. Но вдруг прозвучал звук выстрела, что заставило мстителя дрогнуть. Он взглянул в сторону и увидел как Осов держал в руке пистолет.
Это секундное промедление позволило Саше попасть одним из множества махов по плечу Марнова. Твёрдую броню он не прорезал, но тканевый верхний слой он порвать смог. Рефлекторно, следующим ударом последовала сжатая ладонь в кулак по лицу Марнова.
Вместо того, чтобы действовать в ответ полицейским, Линчеватель начал убегать из квартиры.
Нехарактерное для Марнова поведение удивило молодого стажёра. Но состояние полковника было сейчас важнее, чем погоня за мстителем.
— Николай Яковлевич, вы как? — нервным голосом спросил Саша, помогая ему подняться с места.
— Я в порядке, — откашлявшись, ответил Николай. — Бежим за ним! — воскликнул он и отправился вслед за Марновым.
Выбежав за полковником на улицу, Саша поразился увиденному: куча трупов солдат; оторванные конечности; всё ещё живые, но серьёзно раненые молодые парни — всё это лишило стажёра дара речи. Но быстро опомнившись, он побежал дальше.
В далеке Саша заметил как полковник ошарашенный сидел возле угла соседнего заброшенного дома.
— Николай Яковлевич! — Испугавшись, что они упустили Марнова, или, ещё хуже, Линчеватель ранил полковника, Саша подбежал к нему. Но взглянув в сторону, стажёр увидел лежащего на земле мстителя. Полковник уже стянул с него маску и Саша впервые встретился лицом к лицу с, уже в возрасте, Андреем Марновым. — Вы что... Убили его? — тихим, прерывистым от бега голосом спросил Саша.
— Нет. Кажется, сердце ёкнуло, — спокойно ответил полковник.
— Надо вызвать скорую! — Воскликнул Саша.
— Уже, — сказала в рацию Елизавета, сидевшая в микроавтобусе за пару улиц от места штурма, в целях безопасности. — Скоро будет.
Анна и Дмитрий Пало у себя дома по телевизору смотрели выпуск новостей, который прямой трансляцией показывал репортаж телеведущей возле оцепленной территории.
Анна со слезами на глазах, прикрыла дрожащими руками открытый от шока рот. Она прекрасно понимала, что среди раненых и мёртвых солдат, которых грузили в колонны скорой помощи, может быть и её сын.
Дмитрий, хоть и не показывал своего состояния, переживал все те же эмоции волнения и переживания, что и его супруга.
Голос телеведущей перебил звонок. Экран телефона Анны показал имя абонента "Сыночек". Моментально появившееся расслабление, перекрыл страх, что вместо Саши она услышит голос врачей с трагическими новостями.
— Ало? Мам? — услышала Анна голос своего сына, приняв звонок. Её тяжёлое, надутое переживаниями, сердце почувствовало неожиданную лёгкость.
— Саш... Сашенька? — дрожащим голосом произнесла она. По щекам покатились слёзы, но не горя, или радости, а от быстро скачущего нервного состояния. — Ты в порядке? По новостям...
— Со мной всё в порядке, мам, — Саша перебил её. — Я в участке. Мы поймали его, — вместо радости, в его голосе чувствовалась неуверенность.
— Приезжай домой. Я тебя жду, — Анна взглянула на своего мужа. На его лице так же было заметно облегчение. — Мы тебя ждём.
— Прости, мам. Нам теперь надо кучу отчётов заполнить. Как закончим, сразу приеду.
— Хорошо, мы тебя ждём, — спокойно, даже для самой себя, отреагировала Анна. Ей сейчас было совсем не важно, где её сын, главное, что он был в порядке.
— Ты как? — тихо произнесла Лиза, подошедшая к Саше, сидящему с поникшим лицом за столом Николая. Она понимала его состояние. Ночь выдалась для всех непростой. Для недавно начавшего службу Саши тем более.
Он впервые участвовал в подобной бойне. Романтизированный образ служению закона рухнул в его голове. Разорванный прямым попаданием из гратономёта человек... Подобное он и в кино не часто видел. Лицезреть такое Саша никак не ожидал во время учёбы в академии.
"А ведь я мог умереть так же" — крутилась мысль в голове стажёра. Никогда, до сегодняшней ночи, похожие рассуждения не тревожили его.
— Я в порядке, — соврал Саша прямо в лицо девушки. И Лиза прекрасно осознавала это.
Она взяла стул и присела рядом с ним. Сейчас ей было необходима чья-нибудь компания. Хоть она и не видела весь творящийся ужас возле дома Марнова, но все крики, вопли, и разгруппированные от паники переговоры были слышны через рации участников штурма.
Если честно, она не хотела беседовать с Сашей, но просто помолчать с кем-то, кто понимал её состояние, ей хотелось.
Мишахин и Осов сидели в кабинете Владимира. Несколько часов они обзванивали ближайших родственников погибших ребят, чтобы их забрали из морга.
По статистике, в три месяца погибают два-три сотрудника полиции. И каждый раз Мишахину было сложно сообщать об этом. Но сегодня особенно тяжко держать в руках телефон, смотря на длинный список фамилий.
— Это последний, — тяжко вздохнув, произнёс Николай. Он отбросил телефон в сторону и лёг на диван. — Тимофеев... у него двое детей остались и мать больная, — Осов закрыл лицо подушкой. Сейчас не хотел кого-либо, или чего-либо видеть, а просто уснуть и хотя-бы ненадолго забыться.
— Такая уж у нас работа, — тревожно крутил свои усы Владимир. — Надо составить приказы на льготы их семьям, — чтобы отвлечься от переживаний, он переключил внимание на компьютер. — Кстати, зайди завтра за приказом.
— Каким ещё приказом? — удивился Осов, недоумевающе взглянув на Мишахина.
— На отпуск, — ответил генерал-майор. — Отдохните недельку. Тебе тем более разгрузка нужна.
— Какая "разгрузка", Володь? — возмутился Коля. — У нас ещё куча работы! — Его одолела злоба. Хоть он и поймал Марнова, Осов понимал, что на этом дело не заканчивается. От того факта, что на финишной прямой, прямо перед тем, как поставить жирную точку в этой истории, его насильно ограничивают от этого — кровь вскипала в нём.
— Отчёты и без тебя напишут, — так же безэмоционально ответил Мишахин.
— А до... — Николай собрался снова возразить.
— И допросят без тебя. Когда конечно Марнов выйдет из искусственной комы...
— Володь...
— Я сказал на отдых! — Мишахин ударил по столу кулаком. — И на этот раз это не обсуждается, — тут же генерал-майор смягчил голос. — Саше тоже сообщи. И этой... — Володя не надолго задумался, — Лизе. Пусть придёт. Премию ей выпишем, за помощь в следствии.
Осов понял, что в этот раз спорить бессмысленно. Хоть Мишахин часто повышал тон на Николая, но почти всегда это было для "галочки", потому-что он знал, что Осов его точно не послушает и сделает как хочет. Да и сам Коля редко когда воспринимал громкие возгласы своего друга всерьёз. Но в такие моменты, как сейчас, когда Володя находится на грани срыва, ему лучше не перечить.
Понимая безвыходность своей ситуации, Осов недовольно фыркнул носом и быстро вышел из кабинета. В общем офисе он увидел, как Саша и Лиза просто молча сидели рядом с друг другом за столом.
— Эй, малой, — обратил он внимание Саши на себя. — Завтра зайди к Мишахину за отпуском, — пройдя мимо произнёс Осов. — Лиза, тебя он тоже ждёт, — добавил он и вышел из здания.
— А меня то зачем? — пожала плечами девушка.
— Не знаю... — сказал тихо, на выдохе, Саша. — Тоже нас судить будут. Мы столько статей нарушили...
Лиза сразу громко рассмеялась, чем сильно удивила стажёра. Он вроде бы не хотел шутить, но забавная фраза как-то сама вырвалась из его уст.
— Это смешно! — закатываясь от смеха, Осипова ударила парня по плечу.
Анна сидела за кухонным столом. Молча смотрела в стену. Для того, чтобы что-то сказать просто не было сил. Хоть Саша и сообщил ей, что с ним всё в порядке, но обстановка, окутывающая в эту ночь город, давила своей напряжённостью. Дмитрий аккуратно поставил перед ней чашку чая с мятой. Он помог бы ей помочь успокоить переживания и наконец-то уснуть. Вторую чашку Дмитрий расположил на другой стороне стола и медленно присел на стул.
— Он мог сегодня погибнуть... — тихо произнесла Анна.
— Но не погибе же, — так же тихо ответил Дмитрий. Анне показалось во фразе своего мужа безразличное спокойствие.
— Да как тебе совести хватает так говорить?! — Анна, хлопнув по столу, вскочила со своего места. — Он — твой сын!
Дмитрий от удивления выпучил глаза. Обычно, свою жену он видит только в спокойном состоянии. Ссоры и скандалы совсем не привычные для её характера черты.
— Дорогая... — попытался он что-то ответить.
— Как ты можешь так спокойно об этом говорить?!
— Я... не... — Дмитрий хотел найти слова, чтобы оправдаться. Хоть он и не хотел показаться безразличным ко всей ситуации, но за два десятка лет понял, что с женой спорить бесполезно. В любом случае, лучше сразу начать извиняться.
— Тебе всегда было всё равно на нашего сына! Особенно после того, как сказал, что не будет работать в твоей чёртовой лаборатории!
— Милая, ты ошибаешься...
— Вовсе нет! — Анна переместилась к дверному проёму, собираясь выйти из комнаты прочь. — Ты хоть иногда мог бы засунуть свои недовольства в собственную задницу и позвонить сыну! Он пять лет в другом городе учился, и ты ни разу не поинтересовался, как у него дела! — Женщина махнула рукой и покинула мужа.
Яркое низкое солнце на чистом небе грело своими лучами крыши домой. Это было необычно для вечно пасмурного Петербурга. Казалось, что сам город был рад поимке Марнова. Да и количество горожан стало больше. Пока Линчеватель бродил среди домов, люди предпочитали сидеть в своих квартирах.
Саша и Лиза спокойно прогуливались вдоль Садовой улицы, болтая, о самых различных темах. После нервной ночи им обоим нужна была эмоциональная разгрузка. И лёгкая весёлая беседа подходила для этого лучше всего.
Через несколько десятков минут они зашли в участок полиции. Саша сразу отправился в кабинет Мишахина. Лиза же осталась ждать в приёмной, соединённой вместе с остальным офисом. Полный обзор на рабочие места полицейских отлично показывал суматоху среди работников.
— Николай Яковлевич передал, что вы меня вызывали, — произнёс Саша. войдя в кабинет генерал-майора.
— Да-да, Саня, заходи, — ответил Владимир, подзывая стажёра рукой. — Тебе только роспись поставить, — на стол он положил всего лишь одну бумажку.
— А Николай Яковлевич здесь? — спросил Саша, черкнув ручкой в поле для росписи.
— Нет, он уже ушёл?, — Мишахин забрал документ и переключил внимание на компьтер. — Елизавета с тобой?
— Да. В холле ждёт. Мы по очереди решили заходить.
— И верно. Мне нужно с ней поговорить.
Саша быстро вышел из кабинета и через несколько секунд перед Мишахиным появилась Лиза. Её сильно удивила лежащая перед ней грамота благодарности за помощь в расследовании и приказ, о выдачи денежного вознаграждения. Но пожав плечами быстро поставив кривую закорючку собралась выходить.
— Постой, — остановил её Владимир. — Присядь, — рукой он указал на кресло напротив его стола.
Девушку это привело в замешательство. Что могло понадобиться начальнику от простого адвоката. Тем более от Елизаветы с опытом всего в несколько месяцев. Может кого-то требуется в суде защитить, или наоборот, Лизе представлены какие-то обвинения, потому что за все приключения, совершённые вместе с Сашей, они нарушили кучу статей уголовного кодекса. Что стоит одно ограбления суда. Но несмотря на все догадки, она села в кресло.
— Что от меня требуется? — поинтересовалась девушка.
— Ничего. Я хотел просто поболтать с тобой?
Лиза ещё сильнее удивилась. "С какой кстати Мишахину вести жизненные беседы со мной?" — пронеслась мысль в голове девушки.
— Да нормально вроде... — неловко растянула она.
— Как мама? Как брат? Ему же вроде уже за восемнадцать должно быть?
— Да, — неуверенно отвечала Лиза. — Они с мамой в Москву переехали пару лет назад. После смерти папы она долго над этим размышляла.
— Я и Николай Яковлевич с твоим папой вместе работали над делом Марнова, — Владимир стыдливо опустил взгляд куда-то вниз. — Он внёс вклад больше, чем все остальные. Без него мы бы не справились.
— Если бы справились, то мы бы сейчас не ловили Марнова. И сорок девять человек не лежали бы в гробах, — взгляд девушки переменился с сдержанно-удивлённого на серьёзно-угрюмое. — Мой отец каждый день защищал улицы этого города. Ловил преступников, делая его чище и безопаснее. Но умер он зазря, — встав с кресла, Лиза поспешила к выходу.
— Если ты думаешь, что твой отец погиб зря, то самый глупый человек, которого я только видел, — быстро и кратко ответил Мишахин.
Осипова ненадолго остановилась в дверном проёме. В её в душе появились сомнения на счёт своих слов. Но несмотря на это, гнев на всех людей в форме не потухал.
Сонная Анна работала в своём кабинете, в лаборатории. Бессонная ночь выпытала из неё все силы. Из-за этого работа шла очень нескладно. Еле стоя на ногах, она неуверенно держала дрожащими руками пробирки с химическими компонентами. От смешивания одной жидкости с другой, колба стремительно нагрелась и лопнула. Все химикаты растеклись по столу. От усталости Анна упала на стул.
Закрыв руками глаза, она хотела уснуть. Хотела забыть всё, что произошло за вчерашний день. Хотела увидеть Сашу. Улыбку на его лице, такую же какую она видела каждый день во времена, когда он ещё ходил в детский сад.
— Дорогая, не могла бы ты... — сказал Дмитрий, зайдя в кабинет жены, но его остановил её непривычный облик. — Ты в порядке? — В ответ он услышал лишь тишину. — Анна?
— Нет, — отрезала женщина. — Я не в порядке.
— Если ты на счёт вчерашнего, — Дмитрий взял второй стул и расположился напротив жены, — то я не имел ввиде то, что мне плевать на нашего сына. — Анна, приподняв бровь, взглянула на мужа. Казалось, что секунда и она разразится смехом. — Дорогая, я сейчас серьёзно. Я люблю Сашу. И я хочу для него только самого лучшего. И сегодня ночью, я переживал за него не меньше твоего.
Анна нервно фыркнула и встала со своего места.
— Если ты вправду переживаешь за него, то хотя бы позвони ему, — сказала она и скрылась в коридоре.
— И о чём вы болтали? — Спросил Саша у идущей рядом Лизы.
— Об отце, — неуверенно ответила девушка. — Оказывается, он и с Владимиром Петровичем работал вместе.
— Твой отец был героем. Они спасли этот город.
— Нет. Мой отец умер зря, поэтому Марнов все эти двадцать лет был на свободе.
— Как ты можешь так говорить?! — Воскликнул Пало. — Твой отец был тем, кто помог обезопасить наши улицы. Не поймал Марнова? Но мы смогли. Понимаю, в силу нашего возраста, мы не помним, что в то время творилось на улицах, но мы проходили дело Марнова в академии.
— Я прекрасно знаю, что Марнов поднял бунты, — нахмурив брови, перебила его Лиза и пошла дальше. — Мне мама рассказывала.
— А ты в курсе, что он заминировал город?
Лиза удивлённо обернулась. По её лицу было понятно, что она не знала того, о чём говорил Пало.
— В доме на окраине Марнов заложил дюжину зарядов. В сумме, они могли бы поднять на воздух треть Петербурга. Твой отец первый узнал про них, но на улицах уже горели бунты, поэтому никто не мог прийти ему на помощь. Все были заняты подавлением восстания. Владимир отправился один. Он принялся обезвреживать бомбы, но на них был установлен таймер. Одиннадцать он обезвредил. Они были достаточно простого изготовления, но последняя была сделанная иначе. Обезвредить её было сложно. Владимир не успел её обезвредить, и здание разлетелось на куски. Миллионы людей были спасены. И многие мирные вернулись по домом, к своим родным и близким.
Саша увлёкшись рассказом не заметил, как на глазах Лизы выступили слёзы. Почувствовав вину за это, парень усадил её на ближайшую лавку. Тело девушки дрожало, словно она старалась не расплакаться ещё сильнее.
— Я... я... — захлёбываясь слезами, Лиза старалась что-то произнести, — я такая тупая!
— Ты не знала, — пытаясь успокоить её, Саша прижал девушку к себе.
Яркое утреннее солнце озарило её лицо. Светящиеся от влаги глаза подчёркивали их зелёный цвет. А веснушки начали сверкать, словно маленькие звёздочки. А рыжие волосы блестели золотом.
— А теперь пошли пойдём и выпьем кофейку, — смотря ей прямо в глаза, мягким, спокойным голосом произнёс Саша.
Тем временем за ними двумя из-за угла дома напротив наблюдала тёмная фигура.