А на дороге - кости мертвецов

     Бинты были слабо завязаны. Момо сейчас не в состоянии делать перевязку брату из-за разногласий, поэтому Минхо проявил самостоятельность. Он снял косуху со сломанной молнией и бросил её на стол. Джисон открывал новую упаковку бинтов.

— Поможешь? — хмыкнул Минхо и указал на футболку.

Джисон взял её за края и помог снять. Он и представить не мог, что, освободив Минхо от старых бинтов, он обнажит чужую душу. Кожа торса и рук была розовой с белесовато-серым струпом с толстыми желеобразными пузырями.

Третья степень ожога.

— Жуть, правда? — поморщился Минхо.

Джисон промолчал.

Минхо вручил ему свежие бинты и попросил выйти из «транса».

— Почему ты скрываешь свои раны? — наконец выдавил он и начал перевязку.

— Я не в той ситуации, чтобы демонстрировать свои слабости, квокка. Все пострадавшие заслуживают жалости и поддержки, но если они устроят коллективный плач, то не выживут, — сказал Минхо.

Его кожа не потеряла чувствительность. Каждое джисоново прикосновение отдавалось болью в теле, которую старший с трудом сдерживал.

— Ещё будучи в корпусе средней школы, мы договорились с ребятами, что не станем делиться своим прошлым. Мы решили бороться до конца. Так мы стали сильнее, — он грустно ухмыльнулся и добавил: — не хочу, чтобы на меня смотрели с жалостью, поэтому даже не смей жалеть и подбадривать меня!

Джисон немного разозлился.

— А как я должен реагировать на твои ожоги? Хвалить их? Минхо, это так не работает. Я испытываю к тебе сочувствие, которое перекрывает восхищение твоим мужеством, терпением и силой. Но держать такую ношу под замком молчаливости — не выход. Кто-то мог задеть твои раны, делая тебе больно, кто-то мог не знать о них и взваливать на тебя работу выше твоих физических возможностей, да что угодно!

У Джисона руки тряслись, когда он бинтовал чужое тело. Минхо эта реакция забавляла. Он начал смеяться.

— Ты так уверен в том, что мной могут помыкать? Квокка, я в себе уверен, так что и ты следуй моему примеру.

— Ты такой упрямый, Минхо, — рвано выдохнул он.

Старший взял его за руку и приложил её к своей груди.

— Ты умная квокка, ты правильно сказал, что мы с тобой носим маски, а друг в друге находим тех, перед кем можем их снять, — Минхо погладил большим пальцем чужую ладонь, — за всё время, проведённое с ребятами, я ни с кем не смог сблизиться. Все либо боялись и старались держаться подальше, либо видели во мне кумира и подражали. Потом ты появился, отпор мне дал, теперь переживаешь за кожу, при виде которой тянет блевать…

— Не говори так! Кожные покровы пострадали, но от их вида не тошнит. Что с тобой случилось в прошлом? Я понял, что ты не комплексуешь по поводу внешнего вида, ты просто не хочешь пугать остальных, ведь если они увидят, что их главный защитник травмирован, то поселят в своей душе чувство страха за будущее.

Джисон провёл подушечками пальцев по изуродованному торсу. Минхо отвернулся, крепко стиснув зубы. Тема болезненная.

— Ты читаешь меня так, словно свой дурацкий учебник по физике, — криво усмехнулся старший.

— Нет, я тебя понимаю, а не анализирую.

Джисон взял Минхо за подбородок.

— Посмотри на меня, — Минхо подчинился, — я не знаю, живы ли мои родители, из близких у меня только вы, но ты… — он выдержал паузу, собираясь с мыслями, — ты мне по-особому дорог, поверь. Сколько раз я попадал в передряги, и сколько раз ты меня выручал. С тех пор я чувствовал с тобой особую связь, но не знал, как к тебе подступиться. Если ты будешь со мной скрытным, то я сдамся, я перестану предпринимать попытки поговорить с тобой и оставлю в покое. Не возвышай стену между нами, ведь мы оба этого не хотим.

То было не просто общение, то была не просто неприязнь. Симпатия? Что-то похожее, но чуть больше. Удивительно, но всё это взаимно. Каким бы ярым гомофобом не был Минхо: к Джисону его тянет неимоверно.

Минхо прижался к чужому лбу и рвано выдохнул в губы.

— Если ты после моего рассказа станешь смотреть на меня иным взглядом, я приму повторную попытку выбросить тебя в окно, — он поцеловал младшего в лоб, — ещё перед вспышкой неизвестного вируса в моём доме случился пожар. Я успел спасти сестру, а когда ринулся за родителями, то встретился нос к носу с пламенем. Я успел закрыть лицо руками, поэтому оно не пострадало. Тогда я утратил всякий смысл жить дальше. Я винил и до сих пор виню себя в этом пожаре, потому что возгорание случилось по моей неосторожности. Мы с сестрой потеряли родителей. На Момо легла непосильная ноша. Помимо меня ей нужно было присматривать и за своей семьёй, воспитывать первенца. Они с мужем копили деньги на мою операцию по пересадке кожи, но всё оказалось в пустую, квокка, — за весь его рассказ не было слышно жалостливого тона, Минхо говорил максимально холодно, — с появлением мертвечины я вновь обрёл смысл. Ребята нуждаются во мне, — он неестественно улыбнулся, — квокка нуждается во мне, — улыбка стала ехиднее.

— Минхо, я…

Он пытался подобрать нужные слова.

— Не говори ничего, просто будь в курсе. Пока мы не обретём спасение в этой ситуации, к своему прошлому я не вернусь, — строго произнёс он.

Джисон коротко кивнул, но на душе было не спокойно.

— Спасибо, что открылся мне.

Минхо потерял родителей, потерял смысл, который со временем вернул, потерял здоровье, но не потерял себя. Момо потеряла родителей, мужа и ребёнка. Теперь понятно, почему в ней преобладало чувство ответственности за чужие жизни, нервозность, постоянные страхи и подозрения. Брат и сестра нуждались не только друг в друге, но и в людях, которые могли их поддержать. У Момо был Хёнджин, с Минхо было сложнее.

— Ты ведь смотрел на меня глазами какающей собаки. У меня не было выбора!

— Хватит меня дразнить! А-а-а! — взвыл Джисон, на что Минхо засмеялся ещё сильнее.

Спустя какое-то время Джисон закончил перевязку. С Минхо он забывал о всех проблемах и расслаблялся.

— Бинты закончились, но при следующей вылазке в город я постараюсь добыть ещё! — сказал Джисон.

— Постарайся выжить.

Минхо потрепал его по голове.

— Пора возвращаться.

— Стой, квокка! Ты ведь соображаешь насчёт Феликса? Он кадрит тебя, дружбой с его стороны даже не пахнет, — ледяным тоном отрезал Минхо.

— На что ты намекаешь? — Джисон вскинул бровь, — ревнуешь?

— Чанбин ревнует, — недовольно бросил Минхо, — я и так знаю, что ты только моя квокка, — фыркнул он, — моя ручная квокка, не феликсова грязная фантазия.

— Воу, полегче! Ты такой собственник, — младший обезоруженно поднял руки.

— Тебя разве не предупреждали об этом?

***

Нужно было организовать отряд для поисков еды.

— Разделимся на две группы: одна останется в школе, другая отправится в город, — заключил лидер.

— Мы с Момо останемся, — сказала Дахён, — нужно постирать одежду.

Раньше этим занимались Юна и Йеджи. Это собрание Дахён не пропустила.

— В этот раз я пойду с вами, а Чанбин останется в школе, — выкрикнул Минхо.

— Чанбин, ты согласен? — поинтересовался Сынмин.

Тот положительно кивнул.

— Я на вылазку, — живо отозвался Джисон.

— Я с вами! — повторил Феликс.

— Ты точно не хочешь остаться? — обратилась к нему Дахён.

— Нет, я пойду, — уверенно сказал он.

Феликс подмигнул Джисону, и Минхо не сумел воздержаться от колкостей.

— Чонин, ты за главного, — Сынмин опустил руку на плечо младшего, — выйдешь с Чанбином в дневной патруль.

Тот поворчал, но согласился.

Феликс передал карту лидеру, и тот обозначил новый маршрут. Дорога получилась длинной, поэтому парням следовало быть осторожней. Еда и вода заканчивались.

Покинув территорию школы, парни тихо двинулись в сторону станции. Чем дальше — тем тревожней. Минхо, будто чувствуя внутреннее волнение Джисона, похлопал его по заднице. Тот удивлённо вскинул брови, подумав, что какой-то неправильный зомби решил пошалить, но когда понял, что это Минхо, то улыбнулся в ответ.

Впереди Джисон разглядел небольшую аптеку. Он тут же вспомнил о бинтах Минхо и таблетках от головы Феликса. Аптека могла быть опустошена другими выжившими, но попробовать стоило.

— Давайте зайдём туда, — шепнул он на ухо лидеру и указал на аптеку, — мы могли бы найти полезные медикаменты.

— Это не по плану, но ты прав, — сказал Сынмин, — здание небольшое, мы с Минхо осмотримся снаружи, а ты с Феликсом поищешь лекарства.

— Мы быстро, — кинул Феликс.

Минхо нахмурился.

— Встретимся у того дорожного знака, — Сынмин махнул в сторону дороги.

— Хорошо.

По пути Джисон и Феликс не встретили ни одного зомби. Аптека не выглядела разрушенной, но полки были опустошены.

— Тут так чисто, — удивился Феликс, — кажется, не так много людей было здесь.

Он раскрыл рюкзак и убрал в него антисептики. Джисон нашёл бинты и очень обрадовался.

— Ты поэтому настоял на аптеке? — Феликс кивнул на упаковки с бинтами, — в них нуждается только Минхо, — он грустно улыбнулся.

Джисон заметил обезболивающее, стянул его с полки и помахал перед лицом белокурого.

— Тебе это нужно, — сказал Джисон и убрал упаковку в рюкзак.

Феликс округлил глаза.

— Ты запомнил?

— Разумеется. Надеюсь, на какое-то время боли перестанут тебя беспокоить. Феликс, я ни разу не пожалел, что уговорил Сынмина заглянуть сюда. Здесь были нужные тебе таблетки, теперь я спокоен.

Младший обрадовался. Джисону показалось, что феликсовы глаза заблестели. Не успел Джисон заговорить, как Феликс крепко обнял его.

— Спасибо.

— Всё в порядке…

Феликс накрыл джисоновы губы своими и поцеловал очень чувственно. Джисон стоял как вкопанный с округлившимися от удивления глазами.

— Нам пора, — как ни в чём не бывало сказал Феликс, нехотя отстранившись от Джисона.

Они направились к выходу. За дверью послышался странный звук.

— Что за хрень? — нахмурился Джисон.

Феликс поднёс палец к губам, заставляя получше прислушаться. Звук становился всё громче.

— Мерзкие твари! Сдохните!

Парни отступили назад. В дверном проёме появился мужик, который тащил за собой кусок огромной металлической трубы. Джисон выступил вперёд, прикрывая Феликса, и крикнул:

— Мы не зомби!

Мужик не слушал, а орал своё.

— Падаль! Сдохните!

Он принял их за зомби и собирался убить.

— Джисони, беги! — крикнул Феликс и оттолкнул его.

Тот задел полку плечом.

— Нет, свалим вместе!

Невменяемый замахнулся над феликсовой головой и чуть не ударил по ней, если бы не Джисон, который успел ухватиться за другой конец трубы.

— Джисони, туда, — Феликс схватил его за руку.

Они бросились в сторону запасного выхода, на бегу сбрасывая всё, что попадалось на пути, чтобы задержать мужика.

— Заперто…