Глава 7
Зои.
Честно говоря, я уже не знаю, как и реагировать на полное безразличие Райана. Мне это помогает вести себя отрешённо, но сердце требует тепла. Его тепла. И я ничего не могу с этим поделать. Только сдерживать порывы обиды и молча уходить прочь.
Я не придумала ничего лучше, кроме как пойти в арт-отдел и поздороваться с девочками. Конечно, поведение Шароны немного выбило меня из колеи. Теперь я понимаю, о чём говорила Эрэн. Шарона сильно зазналась, оказавшись на месте директора арт-отдела. Добилась рекомендации отвратительным, на мой взгляд, путём и забыла о том, что когда-то была моей хорошей подругой. Я определённо заслужила такого отношения, после того, как бросила её, но блин. От неё за версту веет надменностью.
— Ой, да у вас тут тихий час.
Воспоминания рабочих дней моментально пронеслись флешбеками в моей голове. Сейчас же вечно весёлый и самый шумный отдел компании больше напоминал библиотеку, в которой даже дышать громко нельзя.
— Да лааадно? Зои Грант? Это ты?
— Конечно, я, Фелиция Розмари.
— Я в шоке. Что вообще происходит?
— А я то думаю, что это наша Шарона вне себя от ярости?! Дак конечно, бывшая невеста Райана вернулась.
— Думаю, что это тут не причём, Джозеф.
— Разве? Она наебала всех нас. И тебе она больше всех рогов наставила.
— В смысле?
— Огого. Ты представить себе не сможешь, что тут было, после твоего ухода.
— И что же?
— Да пиздец, подруга. Самый настоящий.
Фелиция встала со своего места и обняла меня, её примеру последовала и Роуз. С ними я общалась более близко, поэтому остальные поприветствовали меня более сдержанно. Я обратила внимание на пустующее место, где когда-то сидела Ким. Уже было хотела задать вопрос, но по взгляду Фелиции поняла, что это связано с историей про Шарону.
— Слушай, а может как в старые добрые времена завалимся в бар после работы? Там-то всё и обсудим.
— И ещё обсудим то, что вы все отвернулись от Эрэн.
— Ты её видела?
— Я живу у неё.
Фелиция и Роуз грустным взглядом прошлись по матовым дверям, за которыми находится кабинет арт-директора. Я уже боюсь представить, что они собираются мне рассказать, раз всё настолько плохо.
— Можешь позвать её с нами?
— Могу. И позову. Эрэн сильно переживает из-за родов и ей, как никогда раньше, нужна наша с вами поддержка.
— Ты права.
— Да, а теперь предлагаю всем вместе напрячь мозги и сделать до конца дня такой рекламный проект, на который у Осборна стоять год будет.
— Ахахаха. Узнаю старую добрую Зои Грант.
— Скидывайте мне копии своих работ и подключайтесь, сейчас из нескольких маленьких какашек слепим одну огромную кучу!
— Кхм. Ты назвала наши работы говном?
— Не говном, Рози, а какашками. Так приятнее звучит.
— Девочки, я думаю, что стоит вообще забыть о какашках, кучах, говне, какулечках, какиках и даже о фикалиях.
Кажется, Джозеф не воспринял наш туалетный юмор. Собственно как и всегда. Я села за стол, на котором когда-то работала. И тут меня прошибло ядерной волной. Кажется, после меня за ним никто не работал. Картинка на рабочем столе, картинка в гугле, запросы, история, все папки и фотографии были не тронуты. Это что-то нечто. Не знаю, как и реагировать на это.
***
— А какого чёрта за рабочим компьютером сидит человек, не имеющий никакого отношения к нашей компании?
И всё же, как смириться с тем фактом, что моя весёлая и энергичная Шарона превратилась в надменную суку? К сожалению, я не из тех, кто будет мириться, а из тех, кто будет топить, невзирая на предыдущие взаимоотношения.
— Не переживай, дорогая, тебе тут не долго сидеть осталось. А если тебя это так волнует, то Райан сам сказал мне идти сюда и помогать с проектом.
— Хм.
Это единственное, что она вымолвила, прежде чем вернуться к себе в кабинет. До этого она, видимо, где-то гуляла, но мне это не важно. Я усердно работаю в команде с ребятами, пытаясь сделать нечто нереальное.
***
Люсьен с радостью отпустил Эрэн на встречу с девочками и согласился посидеть с Кристианом. Сказал, что очень рад тому, что мы решили сходить отдохнуть. Эрэн с ним безумно повезло. Часов в пять я забрала Криса у Райана, отвезла его домой, а к шести вечера вернулась за ребятами. Эрэн поехала ко врачу, поэтому присоединиться к нам чуть позже. Настроение на высоте, а где-то внутри порхают бабочки. Такое чувство, будто тех двух лет и не было. Обычный пятничный вечер с коллегами в баре. Только в этот раз с нами нет Шароны, и я не буду изливать им душу, как меня достал мистер Осборн со своими вечными шутками.
По приходу в бар мы заняли большой стол у окна и сделали заказы. Ох, я уж забыла какое на вкус пиво. Собственно, сделала я первый глоток, обрадовалась, как на меня тут же вывали все новости арт-отдела.
— Никто не знал, почему ты вдруг исчезла. Осборн говорил, что это не наше дело. всё пошло по жопе, когда по всей компании полетели слухи, что ты спала с мужиками за деньги, крутила Райаном как хотела, чтобы остаться в Нью-Йорке и ни о чём не париться. Говорили, что нам из-за тебя не доплатили в августе, потому что ты продала здравую часть осенних проектов нашим конкурентам. Тебя возненавидели все. Мы сидели за тем столом, — Фел показала на самый дальний стол, — Когда Шарона стала нам рассказывать о том, как ты продавала эти проекты с акцией из серии: «покупаешь проект, в подрок получаешь ночь со мной». мы вроде как все понимали, что это бред, но Шар была убедительна. Мы ведь не знали, почему ты так внезапно свалила. Ну и в общем, всё это дошло до Эрэн, которая была в командировке, и до самого Осборна. Райан нам пол офиса снёс, обещал уволить всех, если лгун сам не сознается. Мы все начали защищаться, что мы не должны рисковать местами из-за того, что он трахался с обманщицей. Тогда он всё же ответил на вопрос о том, почему ты сбежала. Потом уже Эрэн устроила нам промыв мозгов, что ты бы никогда так не поступила. Прошло несколько дней, Осборн вызвал к себе Ким. Вернулась она от него вся заплаканная. Улыбнулась, сказала, что будет скучать и ушла. Видимо, она взяла всю вину на себя, чтобы другие не страдали. Всё закончилось тем, что Осборн созвал общее собрание всех отделов и задал лишь один вопрос: " кто всё ещё верит, что Зои могла так поступить с арт-отделом и со мной в том числе?». Все, кто подняли руки, были уволены.
У меня уши в трубочку свернулись, пока я всё это выслушивала. Мне пришлось залпом выпить бокал пива, чтобы успокоиться. Это мерзко, унизительно и отвратительно. Ума не приложу зачем Ким это надо было? Хотя, я даже не уверена, что это дело рук Ким. Она добрая девочка, которую больше волнует искусство, нежели сплетни. Как тут всё запущено.
— Знаете, что я вам скажу, друзья? — все озадачено на меня посмотрели, — Зои Катрина Грант вновь в Нью-Йорке. И Зои Катрина Грант готова взяться за это дело и надрать задницы мерзавцам, которые портят жизнь всему арт-отделу.
— За Зои Катрину Грант.
— За Зои.
— За тебя, Зи.
— Аххахаах, я вас обожаю.
Ну как вот можно их не любить?! Они поднимают за меня бокалы, даже после того, что обо мне говорили. Жаль, что не всегда можешь вовремя заметить змею в своём окружении. Не было никакого желания продолжать мусолить эту тему, поэтому я решила перевести тему. И знаете о чём мы говорили? Вспоминали тусовку на мой день рождение в клубе, когда напились все, кроме Райана. Все посмеялись от души, а потом Роуз и Фел поделились своими утренними воспоминаниями.
— Ого, какие люди.
Всему хорошему свойственно кончаться. Настроение упало ниже плинтуса, стоило только услышать голос Шароны. Она пришла не одна, а с Райаном, Брендоном и… МАТЬ ЕГО ДЖЕСС. Я в шоке с происходящего.
— Да, и эти люди надеются, что у вас нет желания присоединиться к нам.
— Эй, я вернулась, сцуки!
Нежеланные гости отошли на задний план после эффектного появления Эрэн. Она со входа начала плясать и подпевать песне.
— Сразу видно — мать года. С пузом припёрлась в бар.
— Ты слишком разговорчивая стала, Шар.
— Эта противная дама я обижает, милая моя?
— Откуда не возьмись за моей спиной появился Жан. Он держал в зубах пышную короткую розу, а в руках два красивых коктейля. Этого парня явно ничего не смущает. Он толкнул бедром Джозефа и уселся рядом со мной, закинув свою руку на моё плечо.
— Всё нормально, Жан.
— Точно? Ты только скажи, и я сразу же увезу тби малыша Криса во Францию.лько представь: Елисейские поля, эйфелева башня, сгоревший Нотрдам-де-Пари и сплошная романтика.
Не могу сдержать здравого веселья, когда вижу улыбку этого парня. Иногда мне кажется, что он совсем не знает, что такое грусть и уныние. Он появился как никогда вовремя.
— Франция? Ахаха. Вези её в Японию, если хочешь, чтобы она тебе дала, сопляк. Могу скинуть название и номер. На один раз потянет.
— Ой, фуууу. Какой омерзительный тип.
— Райан, ну сколько можно? — я встала с насиженного места, — Не буди лихо, пока тихо, ублюдок ты больной.
Одной рукой я вылила на него коктейль, а в другую взяла деревянный поднос, который хорошенечко проехался по его наглой морде.
— Да как ты смеешь, шлюха, малолетняя.
Джесс в одночасье слетела с тормозов. Она вцепилась мне в волосы и попыталась ударить головой об стол, но я оказалась проворнее: перехватила её руку и вылетела из-за стола. Брюнетка не угомонилась. Брэндон и Жан пытались её откинуть в сторону, но Джесс стала пинаться и кусаться. Я не успела опомниться, как она вновь накинулась на меня, повалив на пол. Я сделала перехват и перекат. Каблук Джесс упирался мне в плечо, а одна её рука была на моей шее. Я не планировала бить её, скорее просто усмирить. Не планировала, пока она не стала меня оскорблять.
— А ну слезь с меня, шлюха. Вали домой к своей такой же как ты мамочке. Тварина, — она плюнула мне в лицо, — Вы с ней на пару клиентов за пять баксов принимаете.
Ну вот пожалуйста. Чеку сорвало, я до Марса, всем GOOD BY.
— Это я то шлюха? — звонкая пощёчина. — Я? А кто трахался с моим мужиком, зная, что мы уже обручены? Ты, паскуда! Не тебе, продавшей любовь за пачку денег говорить такое обо мне или о моей маме! — два удара, у меня уже пар из ушей валит, — Да я тебя загрызу за свою семью. И мне плевать, кто ты и что ты. — удар с ноги по почкам, готовлюсь к новому, но тут чьи-то мужские руки подхватывают меня и уносят в сторону туалетов.
— Приди в себя, Грант.
Райан набрал в ладонь холодной воды и попытался умыть меня.
— Мне очень жаль, что ты с головой зарылся в змеиную нору и пожираешь их токсичное говно. Знаешь, — теперь я умылась сама, — Лучше придурком в маму, чем мудаком в папу.
Я ушла, оставив его один на один с мыслями. Словно героиня мистической саги, я не проронила ни одной эмоции, а шла вперёд с высоко поднятой головой. Ни одна тварь больше не посмеет меня обидеть или сломить.
Я же Зои, мать его, Грант!