Глава 17
Райан.
— Да, Лестор. Надо решить это как можно быстрее.
—...
— Я всё понимаю.
—...
— В чём проблема, Лес?! Найди его и сделай всё, как надо.
—...
— Любая сумма.
— Пуапуа!
Я обернулся на источник звука и не смог сдержать смеха.
— Всё, Лес, я тебе перезвоню, – отклонив звонок я убрал телефон в карман брюк, –Что с тобой, пацан?
Кристиан, держа маму за палец, медленно и неуверенно вышагивал босыми ножками по полу. Лицо, шея и руки перепачканы шоколадом. Он что-то бубнит себе под нос на своём непонятном языке и громко смеётся.
— Зои, ты что с ребёнком сделала?
— Как бы сделала его ты, а сейчас мы просто перекусили.
Моя красавица.
Нежная, красивая, весёлая. Характерная, стервозная. И побесить любит. Сегодня она приготовила для меня какой-то подар. И признаться честно, я взволнован. На ней лишь лёгкое платье, виднеются лямки купальника, широкополая пляжная шляпа и солнцезащитные очки. Можно предположить, что мы идём на пляж, логично. Вот только Зои Грант, логика и обыденность - нечто не совместимое.
— Ты так и не скажешь, куда мы пойдём?
Мы сидим в ванной комнате и пытаемся отмыть следы раннего десерта с нашего сына.
— Нет, это же сюрприз! – воскликнула она, сведя брови к переносице.
— Я понял. Это многоходовочка!
— Нет, это сюрприз, Райан.
Критично ответила Зои, накинув на Кристиана большое мохровое полотенце.
Умиротворение, спокойствие и благодать. Вот что я чувствую, выходя на улицу с любимой девушкой и сыном. Летний ветер приятно щекочет лицо, напоминая тебе о том, что ты живёшь, прохожие не кажутся угрюмыми и вечно торопливыми, а лучи солнца будто прокладывают тебе индивидуальный путь.
Страшно пускать Зои за руль, но выбора нет. Никогда не видел её в роли водителя. Она выглядит такой маленькой на фоне салона внедорожника, что нельзя удержать улыбку умиления. Или я просто уже не способен не улыбаться, видя её.
Такая серьёзная, вцепилась в руль, как в спасательный круг, напряглась. Такое чувство, будто она не машину ведёт, а отряд на войну. Я пытаюсь ей сказать, расслабься, но она меня не слышит. Сама серьёзность.
***
Я держу на руках Кристиана, а Зои ведёт меня по узкой тропинке прямиком на деревянный мост. Пришвартованные яхты величественно покачивались на лёгких волнах, а над нашими головами кружили чайки. Яхта с именем «Лореляйн» выделялась из общего пейзажа своими размерами и идеальной чистотой. Карма белая-белая, как утренний снег, даже золотистая надпись не померкла ни на секунду.
— Ого. Только не говори, что ты купила яхту, – я не смог оторвать глаз от прекрасной «Лореляйн», настолько велико её притяжение.
— Арендовала, так сказать, пошли.
Меня одолели странные и непонятные чувства, стоило только вступить на палубу. Ощущение, будто я тут уже бывал. Мысленное слайд-шоу вырисовывало разнообразные пейзажи и картинки.
Солнце. Чайки. Дельфин вдалеке. Мамина улыбка. Папин крик. И...
— Ну как тебе? Готов встать за штурвал?
Зои обняла меня со спины, привстала на носочки и положила голову на моё плечо. Если это не сладкий сон, то что тогда? Неужели реальность.
— Готов, капитан!
— Хорошо, мы тогда пока с Кристианом пойдём и приготовим что-нибудь перекусить.
— Давай, родная.
Поцеловав Зои в макушку, завёл мотор яхты. Телефон в кармане вибрирует уже раз сотый за сегодня. Джесс и Шарона оборвали мне все линии. Даже страшно в мессенджеры заходить. Миллион гневных сообщений от Шароны, с толикой переживания, и пара миллиардов сообщений от Джесс. Стараюсь максимально скрывать тот факт, что мы с Зои снова вместе. Только это не так легко. У Джесс чуйка на Зои, а её верная подруга с радостью расскажет во сколько я пришёл на работу, а во сколько ушёл. Жизнь под куполом, лучше и быть не может. Пока ещё не время раскрывать карты. Да начнётся смертельная гонка, победитель получит счастье.
***
— Почему я в роли фотографа? Может я тоже хочу сфотографироваться с вами,– прижавшись к моей груди спиной, Зои показывает мне как пользоваться фотоаппаратом моментальной печати.
— Если ты вдруг найдёшь штатив, то мы обязательно сделаем совместное фото.
— А вот возьму и найду.
— Отлично, но сначала сфоткай меня с Крисом.
Спорить с ней бесполезно, проще подчиниться. Зои встала у самого бортика, слегка облокотилась на перила. Она держит Кристиана лицом к камере, но он тут же устремляет на неё свой взгляд. Грант наклонилась ближе к малышу и улыбнулась так, как никогда раньше, а Кристиан громко засмеялся ей в ответ. Фото получилось нереально крутым. Кажется, я нашёл фотографию, которая будет стоять на моём рабочем столе.
— Ну как? – Зои подошла ко мне и взглянула на фотографию, от которой я не мог оторвать глаз.
— Это лучшее, что я когда-либо видел... – мой шёпот показался чем-то запредельно громким, что может разрушить всю идиллию.
— Брала пример с семьи.
Зои дала мне маленькую старую фотокарточку. Только там стояла моя мама, она улыбалась и держала на руках... меня. За всю свою сознательную жизнь я не ощущал себя настолько любимым ей, насколько ощутил это сейчас, увидев фото. Она смотрела на меня так, будто я вся её вселенная.
— Спасибо, Зи...
У нас очень мало семейных фотографий. Эту я никогда не видел, но она особенная. Настоящая. Вот черт. Зои даже повторила образ мамы, позу. И разве можно не любить эту девушку?! Одним своим существованием она заставляет меня просыпаться по утрам и верить в лучшее.
Отойду от накрывшей меня с головой меланхолии в сторону и расскажу о том, как мы пытались сделать совместное фото без штатива. В ход шли все подручные материалы, скотч, палки и верёвки. Как итог - разбили фотоаппарат, но перед этим получили кучу кривых и косых фотографий. То меня на половину обрежет, то у Зои второй подбородок откуда-то взялся, то Кристиан в носу ковыряется. В общем, та ещё семейка.
***
— Почему «Лореляйн»? В парке много других яхт.
Кристиан уже давно спит в каюте, а мы с Зои, заварив себе кофе, сидим на носу яхты, любуемся звёздным небом.
— Ты правда не знаешь историю о том, как «Лореляйн» связала двух людей крепкими семейными узами?!
— Нет.
— Тридцать лет назад, вечно хмурый проектировщик, который в то время работал рядовым строителем, начал работать над проектом «Ласточка». Он хотел собрать яхту, чтобы жить на ней в открытом океане. Он долго её строил, а когда закончил, то в парк наведалась великолепная аристократка. Она хотела выкупить «Ласточку», но строитель отказывался её продавать. Тогда аристократка пошла на хитрость: решила влюбить в себя, как казалось простофилю, и забрать яхту. Она не знала, что бедолага влюбился в неё с первого взгляда. Он долго думал, как впечатлить девушку своей мечты. Они начали всё больше и больше времени проводить друг с другом. Кстати, она представилась как Лореляйн. Тогда-то строитель и решил назвать яхту её именем и подарить ей. Получив желанное, Лореляйн оборвала все связи со строителем, но потом осознала, что уже жить без него не может. Она искала его по всему Нью-Йорку. Прошёл месяц, поиски не дали положительного результата. Но в поздний дождливый вечер, когда она сидела на палубе и рыдала по опущенной любви, он ворвался на полубу, промокший до нитки и с букетом цветов, сорванных с клумбы. Лореляйн встала перед строителем на одно колено и предложила ему жениться на ней. Через год они сыграли свадьбу, через пол года у них родился сын. Когда строителей впервые вслух произнёс имя своего сына, он понял, что хочет подарить этому малышу целый мир. Прошло несколько лет, и когда строитель заработал свой первый миллион, он подошёл к сыну и сказал:« Это всё ради твоей мамы и тебя, дорогой Райан».
Я до последнего отвергал мысль о том, что это история моих родителей. Они мне никогда не рассказывали этого. Да и я особо не интересовался. Мне почти тридцать лет, а я даже не знал, что когда-то мой отец был обычным строителем. Вместе с осознанием того, что я сейчас нахожусь именно на той значимой для моих родителей яхте, пришли и воспоминания двадцатилетней давности.
— Когда мне было десять, мы вышли на этой яхте в открытое море. Ночью начался шторм и меня смыло с палубы. Было страшно и холодно. Помню как как мама плакала и отец кричал. Они кинулись в воду искать меня. Тогда я научился плавать. Мама ещё долго ругалась на отца за это. Мне они сказали, что кораблик ушёл на дно. И после этого мы ни разу с семьёй не выходили в море.
— Дааа, а ещё в тот день ты бегал по яхте и представлял себя в роли капитана. – более тихо добавила Зои, приблизившись к моему лицу.
— Не представлял, а смотрел в будущее.
Хватило секунды, чтобы нам слиться воедино. Она, наверное, и представить не может, сколько для меня значит этот день, как её сюрприз греет мне душу. Зои смогла на мгновение снять с меня оковы обстоятельств и помогла почувствовать себя свободным. Хороший секс на носу яхты - мизерная крупица того, что я должен ей дать в качестве благодарности. Хотя, зная Зои, мои поцелуи и моя любовь важнее, чем материальные ценности. Важнее дорогих ресторанов, подарков и прочего.