I. Путь на запад.
В истории будут прописаны выдуманные имена и имена скизов, они будут как второстепенные герои этого сюжета.
﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏
Утро, 4 сентября ближе к полудню дня все сидели в своих вагонах, кто-то рассказывал о своей жизни, скорее это были пожилые бабушки, кто-то читал книги. Лежали люди на верхней полке это тем кому было лень делать что либо.
По счетам, в этом поезде было 6 купе, а поезд был не из самых лучших. Весь обшарпаный, мебель вся стертая, старая рваная и обесцвеченная.
Чуть позже чем 5 минут вышел один парнишка, на нем был синий спортивный костюм. Парень решил не выходить из вагона в тамбур и закурив тут, это было против поездных правил, но проводник исчез давным-давно. И долгое такое отсутсвие заставило этого парнишку поднапречься.
Парень прошелся по коридору, зачем-то заглянул в оба тамбура и в туалеты. Прислушился к грохоту колес и лязгу стыков. И вернулся к окну напротив двери в свое купе.
Достал из кармана пачку сигарет и закурил. Хлопнула, отъезжая, дверь третьего купе. Выглянул один из «злых» парней, тот что читал Чейза, явно его прятель. С несколько нарочитым безразличием любитель детективов тоже прошелся по коридору, достав свои сигареты и подошел к парню в синим костюме попросить огоньку.
- Ну, что? Тихо? - спросил шепетом по-корейски.
Надменный пожал плечами, ничего не говоря.
- Эх, в вагон-ресторан бы сбегать. Пива взять они в холодильнике для своих и для начальников обычно ящик держат. Пусть дорого возьмут, но пива холодненького сейчас бы в кайф глотнуть. За две бутылки родину продам!
- Забудь, - тоже шепотом, кривя в раздражении холеное лицо, ответил парень из последнего купе и отодвинулся от рвзговорчевого.
-Да ты чего, Ли Сон? Не строй из себя буграто! Сгоняй для нас и для себя. Подохнем от жары да и от вони. Никто не узнает, - настаивал любитель детективов.
- Иди в купе, залезь на полку. Скули там о пиве, сколько захочешь, - отвернувшись, через плечо посоветовал Ли Сон. - И чтобы я тебя до вечера не видел и не слышал. Топай. И не зли меня, Чхве Ин!
Чхве Ин вернулся в свое купе, аккуратно запер дверь и после этого крепко выругался:
- Вот, блять, козëл! Поимею ещё, хуй тебе в одно место.
Его сосед лежал на нижней полке, укрывшись мокрой от пота простыней.
- Как там наше пиво? - спросил без особой надежды у Чхве Ина.
- Сука, командует, - опять выругнулся проситель. - Говорит, запритесь и скулите на здоровье. Наверное, достоинство своё уронит, если для нас сгоняет.
- Ну и наплюй на него, - вздохнул, посоветовал приятель. - Он в начальники на неделю попал, сам понимаешь, покрасоваться надо. Лучше представь, какой это кайф, что мы в Сеул поехали. Точняк! Я ведь из Пусана еще никуда, так, по деревням мотался. Но это не то. В столицу едем!
- На таких же как и мы посмотришь? - с издевкой поддакнул Чхве Ин.
- А мы чего? Хуже что-ли?
- Брось, ты. Мы не в других странах родились.
- На Ли Сона зря слюной брызжешь, если честно. Он перед отцом за груз головой отвечает. У него отец, сам знаешь какой. Сыну, если что неладное, первому голову оторвет.
- Ты действительно дурак или прикидываешься? - вызверился вдруг Чхве Ин. - Ты заткни пасть! Нашел о чем болтать да каркать, недоносок деревень. Чтобы я тебя до самого Сеула больше не слышал. Накличешь тут...
- Больно мне надо с тобой болтать, - обиделся сосед, спрятался с головой под серую от пыли простыню.
Парень в спортивном ксотюме, названный Ли Сон, продолжал стоят у окна и смолить сигареты одну за другой. Он глядел сквозь стекло на небо..
Хлопнула дверь возле дальнего от Ли Сона тамбура. В вагон вошел нищий: с культями, замотанными тряпками, вместо обеих рук, в грязном и рваном пиджаке с вывернутыми дырами карманов. К лацканам пиджака было приколото несколько медалей и орденов. Веревочкой за шею крепилась консервная банка из под фасоли. Седая щетина, яркая, как белый иней, после заморозка на темной траве, чуток обглаживала испитое с желтыми и бурыми потеками после бритья лицо инвалида. Он с трудом ковылял по трясущемуся вагону на подгибающихся, странно вывернутых ногах. Постучал в купе к солдатам. Служивый высунулся и кинул в банку скомканную бумажку. Из следующег купе не отозвались. Старик приблизился к Ли Сону. От него сильно воняло мочой и перегаром.
Ли Сон задержал дыхание и прижался к поручню у окна, стараясь на коснутся грязного старика.
Старик же сам остановился напротив Ли Сона.
- Папироску...одолжи, сынок, - невнятно пробурчал инвалид.
Парень медленно достал из нагрудного кармана пачку сигаре, чуть скосил вниз глаза, выбивая щелчком указательного пальца. В ту же секунду что-то негромко клацнуло: на запястья его вдруг сведенных рук легли тесные, из черной стали, кольца «браслетов». Он все ещё ее успел ни испугаться, ни дёрнуться, даже звука не проронил, когда удар крепкого кулака в горло, снизу вверх, опрокинул его назад, на спину. Падая, Ли Сон ударился затылком об пол и потерял сознание. Ещё он успел почувствовать боль во рту от прикушенного языка и даже мимолетно удивиться: на поду коридора, на песке, вровень с его глазами валяется пиджачок нищего инвалида вместе с фальшивыми культями, с прицпеленными к рукавам пиджака.
У «нищего» не получилось вовремя подхватить падающего парня. Грохот упавшего тела был слышен двум парням в запертом купе.
Чхве Ин отбосил книжку, быстро вскочил с постели, поднял руку и вынул из-под сумки на багажной полке спрятанный там ТТ. Другой рукой вынул из ремня нв брюках складной нож, подушечкой большого пальца утопил кнопку, и лезвие выскочило с сухим шелчком. Он настороженно вслушивался в шумы за дверью, жестами требуя от соседа тишины. Тот тоже достал пистолет и из под простыни кау был, в черных трусах на голом теле. Они переглянулись: надо было срочно что-то предпринимать - либо проверять обстановку в коридоре, либо ещё что. Но никто из двоих не делал первого шага.
продолжение следует..
﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏
это мой первый фф, надеюсь вам зайдёт. суть поймёте чучуть позже, просто прочитайте. минсоны будут, только позже