17 глава
Я совсем перестала себя узнавать: стала более тихой, слабой, а в зеркало и вовсе не хотелось смотреть. Мне было одиноко в замке одной, даже очень. Аня была увлечена своей семьёй, Толя погрузился в дела, а Артём проводил всё своё свободное время с Лилией, а от чувства ревности я просто сгорала. Мне хотелось быть на её месте! Хотелось, чтобы улыбался мне, трогал меня, а не приходил лишь тогда, когда ему нужен секс. Я запретила себе плакать, отныне для меня это было табу.
Прошло уже больше недели, как я наблюдаю эту сладкую парочку гулящей на территории замка. Меня спасало одно — я была не одна, но и терпеть больше подобное отношение была не в состоянии. Ком обиды душил меня, а в голове созрел план, чтобы уйти. Я чувствовала себя здесь лишней, и это чувство съедало меня каждый день. Моя маленькая малышка росла во мне, пиналась, она была моим единственным источником радости и в отличии от её отца, мне не хотелось её убить, хоть она и не входила в мои планы ближайшие лет этак десять.
***
Лёжа на постели, я терпеливо ждала, пока лекарка сделает осмотр и выпишет новый рецепт медикаментов. Ничего со мной не случится, если я поживу дома, там, по-крайней мере, нет людей, при виде которых тянет на тошноту. Женщина покачала головой, что-то бубня себе под нос.
— Не бережёшь ты себя, а ребёнок страдает, — прошептала она и вручила мне листок с названием витаминов.
— Мой ребёнок страдает от того, что её отец — идиот! — произнесла я колкую фразу и нисколько о ней не пожалела. А чего обижаться-то, это ведь правда!
— Попридержи язычок! — я думала, что Артём уже забыл дорогу, ведущую в мою спальню. Отвернувшись от мужчины, я положила руку на достаточно заметно округлившийся живот, слегка поглаживая.
— А то что? — знахарка вышла, увлекая за собой Владыку. Неужели есть что-то, о чём я не должна знать? Неужели с моей дочерью что-то не так?
Не помогут никакие лекарства, если душа устала бороться. Еле встав с кровати, я придерживала рукой поясницу, медленно подходя к подоконнику. Время летело с такой скоростью, что я просто не успевала следить за его быстротечностью. На улице было так красиво, наступила весна и сидеть в четырёх стенах, вовсе не хотелось. Последние полгода, наши отношения с Артёмом были натянуты, как струны на музыкальном инструменте. Я ощущала себя брошенной, но дала себе обещание, что мой ребёнок никогда не испытает этого чувства.
По спине пробежался холодок и мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Владыка вспомнил и зашёл к заброшенной игрушке.
— И долго ты ещё будешь издеваться над нашей дочерью? — глухо задал вопрос, а я так и не рискнула к нему повернуться спиной. Я тяжело выдохнула и всё же облокотилась об подоконник, заглядывая в его наглые и бессовестные глаза.
— Удивительно, — одна моя ладонь лежала на животе, будто уберегая от прикосновений биологического отца. — Я хотела тебе задать тот же вопрос: ты долго ещё будешь издеваться надо мной и над нашим ребёнком? — мужчина поджал губы, не зная что ответить. Я видела, как он нервничает и переживает, именно поэтому на него напал приступ молчания.
— Саша, ты очень многого не знаешь, — грустно ответил Владыка и повернулся ко мне спиной. Меня охватила волна злости и, развернув его за плечи, я вцепилась в его руку, требуя ответа.
— Так просвети меня! Скажи, чего я не знаю и, наконец, покончим с этим раз и навсегда! — внизу живота я почувствовала резкую боль, но у меня были силы, чтобы терпеть её, поэтому я не придала этому особого значения. — Артём!
— Я не могу, — сейчас он казался мне таким настоящим. Перед собой я сейчас видела его человеческое обличье, где он боится выражать свои чувства, а с другими становится жестоким и беспощадным монстром. — Эта ситуация подставит тебя под удар, а я не могу этого допустить. — сейчас меня мало волновали его различные виды отговорок. За полгода у меня появились собственные выводы, которые, как я погляжу, сделала правильно.
— Отлично, — с печальной иронией ответила я, продолжая говорить. -Ты можешь и дальше продолжать всё держать в себе, твоё право, только ни меня, ни нашей дочери ты больше во дворце не увидишь, — эта фраза звучала так сильно, как гром среди ясного неба. Я понимала, что ранила его словами, а он практически убил меня своими действиями. Так что счёт остаётся равным.
— Что? — ошеломлённо и возмутительно переспросил вампир, смотря на меня с ненавистью. — Что ты сейчас сказала?
— Я сказала, что ты предал меня, сначала рассказав мне красивые сказки, а после пошёл изменять на глазах у всего дворца, — я чувствовала, как моё сердце ускоряется, начиная быстрее гонять кровь по венам, тем самым повышая адреналин. — Ты в любое время сможешь увидиться со своим ребёнком, но я так больше не могу. Ещё одного предательства с твоей стороны я не переживу и будет лучше, если я уеду, — мой вариант не понравился Тёме, если не сказать совсем. Эту идею он не поддержал и я не понимала причину. Зачем меня мучить, зачем заставлять видеть как мой любимый человек, предпочитает другую?
Он был выше меня на две головы и прислонившись своим лбом к моему, положил руки на живот и прошептал в самые губы:
— Ты никуда не уедешь, а эти проблемы скоро закончатся и я обещаю тебе, ты поймешь меня, узнав правду, — заверив меня, вампир оставил прощальный поцелуй. Меня конкретно уже достала эта таинственность, а неизвестность, что была, пугала ещё больше. Выйдя из комнаты, я целенаправленно шла в сад, чтобы порадовать свой глаз распустившимися цветами.
— Какие люди, — в коридоре я столкнулась с Лилией, что улыбкой Чеширского кота встретила меня. — А что мы тут делаем?
— Было бы логичней этот вопрос задать тебе, ведь твоя главная задача, вовремя ноги раздвигать для нашего правителя, а шастать по дворцу в твои требования не входит! — я была рада, что несмотря на ту боль, которую мне причинили, у меня есть силы дать отпор. Моя малышка толкнулась, давая мне понять, что она полностью находится на моей стороне.
— А тебе завидно? — я с укором посмотрела на соперницу, поглаживая поясницу, что так не вовремя заболела. — Ведь он к тебе приходил последний раз, когда ребёнка тебе заделал? — ну не дрянь же? Я решила взять во внимание предупреждение лекаря и перестать нервничать ради здоровья своей малышки. В коридоре послышался звук пощёчины, что разрезал воздух. Какой смысл был тягаться с ней складом ума, если можно было заткнуть её простым и доходчивым способом?
— У меня хоть ребёнок от любимого мужчины есть, а тебе скоро присвоят титул главной шлюхи этого дворца, — я усмехнулась, чувствуя себя лидером и победителем в этой схватке. — На большее ты не способна.
Не обращая внимание на её душераздирающие крики, я направилась на прогулку, обогащая организм кислородом. На улице было так тепло, что от блаженства я прикрыла глаза, наслаждаясь солнечными лучами, что падали на моё тело, согревая. До самого вечера я просидела в саду, ведь не хотелось заходить в замок, но ночевать на улице мне никто не разрешит, а тем более в моём положении.
После душа я лежала на постели и держала в руках книгу, стараясь вникнуть в то, что автор хотел сказать этим произведением, но неожиданно мой взгляд переметнулся ко входной двери, возле которой стоял Артём.
— Комната твоей подстилки дальше, — грубо отозвалась я, продолжая читать. Я не поняла, почему он подходит? Ой, не нравится мне этот хищный взгляд. — Секса не будет! — он усмехнулся и рухнул рядом на кровать, разговаривая с дочерью. — Она на тебя обижена точно также, как и я.
— Да? — наигранно поднял брови, упираясь на руку. — И что же мне сделать, чтобы две мои принцессы простили меня?
— Шлюху по кругу отправить, — пробубнила я себе под нос и была удивлена, что Артём услышал, ведь я действительно сказала это очень тихо. Совсем забываю о том, что у древних очень хороший слух.
— Саша, — застонал он, снимая халат. Только не говорите мне, что сегодня он будет спать здесь. — Подвинься, это половина кровати моя!
— Ага, сейчас, — я фыркнула и даже с места не пошевелилась. — Хочешь спать в этой комнате, то весь пол в твоём распоряжении, а если нет, где комната твоей шалавы ты знаешь, — довёл меня до нервного состояния, а потом удивляется, почему я так агрессивно себя веду.
— Ты договорилась, — прошептал он, а после залез на кровать, начиная целовать шею, спускаясь к плечам.
— Э-э-э, всё, отодвигаюсь, — я сдалась не потому, что слабая, а потому что знаю, чем бы закончились эти поцелуи, а вернее с них всё и начинается. — Ой, — вампир недоверчиво посмотрел на меня, а я почувствовала резкую боль внизу живота. Кажется, сегодня ночью я стану мамой…