Глава 26
Битвы выигрывают, зная замыслы врага
и строя планы, которых он не ждет.
Каратели - одно только слово вселяло ужас в бессмертных. Воины Апокалипсиса, несущие неминуемую смерть. Изгой знал каждого из них в лицо, несмотря на то, что никогда не работал в паре ни с кем кроме Михи. Они не ведали что такое дружба. Каждый сам за себя, одиночки, роботы выполняющие прихоть хозяина. Вечные рабы, продавшие душу самому дьяволу. Изгой смотрел в их лица и не видел там ни намека на какие-то эмоции. Впрочем, он сам раньше не отличался от них. А теперь он другой, Диана вдохнула в него жизнь, чувства. Заставила его ледяное сердце снова биться, и он перестал быть чудовищем, коим являлся на протяжении долгих лет. Вернуться обратно было равносильно добровольному заточению. Асмодей прекрасно знал об этом. Он подчинил своего непокорного тринадцатого воина. Он вернул своего раба и теперь отыграется за нанесенное оскорбление сполна.
- Мои верные воины, нас снова тринадцать и я собрал вас здесь для того чтобы выполнить свое обещание данное Изгою – приказ об уничтожении клана Черных Львов отменяется. Вы можете приступить к незавершенным заданиям немедленно.
Никто не возразил, только Миха посмотрел на Мстислава, и его белесые зрачки сверкнули и тут же потухли. Изгой готов был поклясться, что прочел в них жгучую ненависть.
- Все свободны. Миха, останься, Изгой, ты получишь задание в ближайшее время. Но я не советую тебе вести тот образ жизни, который ты вел последние месяцы. У карателя нет семьи, ты не можешь вернуться к своим ...хмм...родственникам.
Изгой кивнул.
- Шлюхи прекрасно могут заменить смертную любовницу, Мстислав, не стоит так расстраиваться. Ты скоро снова привыкнешь к своей миссии. А твоя девушка выйдет замуж, создаст семью, поверь, мы оказали ей бесценную услугу, освободив ее от такого монстра как ты.
Посмотрел на Асмодея и сжал руки в кулаки.
- Удивительно, в твоих глазах ненависть – великолепно, тем яростней ты будешь убивать. Потери закаляют моих солдат, оттачивают их жестокость. Мне не нужна сопливая баба, мне нужен прежний Изгой иди и начни карать для своего хозяина, раб. Ты достаточно отдохнул.
Изгой бросил взгляд на Миху и увидел, как тонкие губы его учителя расползлись в злорадной усмешке. Изгой никогда в жизни никого не боялся, но Миха внушал отвращение. Он отличался от других карателей особой жестокостью и изощренностью способов для убийства. Все знали, что жертвы Михи буду мучиться перед смертью не один час, а иногда и не одни сутки. Инквизитор. Так называли его за спиной. Асмодей ценил в нем именно это качество.
Мстислав дематериализовался в лесу, в нескольких километрах от Праги. Он должен найти способ оповестить семью - опасность со стороны карателей им больше не грозит и...начать искать себе новое логово. Все как раньше, снова одинок, снова изгой. Или...ему придется убить всех палачей, а потом уничтожить самого Асмодея. Но это невозможно, так что придется смириться. Он раб и стал рабом по своей воле. Он избрал этот путь, полный ненависти и жажды мести, он наслаждался убийствами, он выполнял задания с особой тщательностью и он продал свою душу. За все в этом гребаном мире нужно платить и за это тоже. На секунду перед глазами возникло нежное личико Дианы, ее глаза полные любви к нему и безграничной преданности. Какая ирония, он собирался сделать ей предложение, он хотел жениться на ней. Да, несмотря на то, что она ни разу не намекнула ему об этом, и за свою любовь ничего не просила взамен, он наконец-то был готов стать счастливым вместе с ней. К хорошему привыкаешь быстро. И он привык. Она всегда рядом, его ждут, о нем заботятся, его любят. Оказывается это дороже чем воздух, дороже, чем свобода. Изгой не хотел обращать Диану в вампира, он много думал об этом, даже один раз они говорили об обращении, но он не смог. Не хотел превратить ее в подобие себя самого, она нравилась ему такая – живая, настоящая с бешено пульсирующим сердечком, со слезами и запахом таким чудесным и пьянящим похлеще крепкого вина. Но с другой стороны Асмодей прав и Изгой не имеет право отбирать у Дианы возможность быть по-настоящему счастливой, ее жизнь скоротечна, а для него еще одно столетие пролетит как один день. Когда-нибудь Диана станет старой женщиной и умрет в своей постели в окружении внуков и правнуков, а он проследит, чтобы ее жизнь была безоблачной и счастливой – это в его силах. И он всегда может возвращаться в прошлое и наблюдать за ней даже тогда когда ее душа улетит в Рай.
Но и он в этой проклятой жизни успел сделать хоть немного хорошего – он вернул Камиллу домой, он спас любимую Анну и он обеспечил безопасность своей семьи. Его миссия исполнена, он должен вернуться туда, откуда пришел – обратно во тьму. Но даже оттуда он сможет охранять их и заботиться. Каратели отныне под его контролем. Он снова в строю и в тылу врага. Это не самое худшее, что могло с ним произойти.
- Господин, вы вернули предателя, вы дали оружие в руки нашему врагу.
Асмодей усмехнулся:
- Твоя ненависть к Изгою меня пугает, разве ты не самый равнодушный и бесчувственный из всех моих убийц или тебя одолевают человеческие страсти? Ревность и зависть знакомы холодному сердцу Палача?
Миха нахмурился, стиснул челюсти:
- Это не зависть, это ненависть к тому, кто предал моего хозяина и достоин смерти как пес, достоин умываться кровавыми слезами. Разве он не понесет наказания за предательство? Он победил? Получил все что хотел?
Асмодей внезапно исчез и появился совсем в другом конце коридора, все еще в образе старика.
- Он понесет наказание и умоется кровавыми слезами, никто не может безнаказанно портить мои планы, а тем более раб.
- Но как? Вы пощадили Братство, вы отозвали нас с задания, с чего бы это ему плакать? Вы приказали не трогать Вороновых и Мокану, а все остальные не волнуют Изгоя.
- Ты ошибаешься, Миха. Верно, я обещал не трогать Вороновых и Мокану, но насколько я помню - его маленькая кошечка не носит такой фамилии? Та самая, которую он прячет в Карпатских горах. Почему бы тебе не наведаться к ней в гости и не отправить малышку в Рай? Так, как ты умеешь, чтобы от нее остались только жалкие ошметки, чтобы он не мог ее даже похоронить по-человечески и ее труп собирали по кусочкам. Справишься?
Миха захохотал и Асмодей вместе с ним. Внезапно Палач перестал смеяться и тихо произнес:
- Я хочу кое-что взамен.
- Все что угодно, мой верный воин, проси чего хочет твое ледяное сердце? Как мне угодить тебе, самому лучшему солдату?
- Я хочу получить привилегии.
Асмодей удивленно приподнял одну бровь:
- Мне нужна неприкосновенность. Мне нужны слуги, готовые верно служить и еще кое-что...
- Например?
- Есть одно место, в котором я храню ценные для меня...вещи. Мне нужно чтобы ни один бессмертный не мог туда проникнуть.
Асмодей пристально посмотрел на своего раба, а потом усмехнулся:
- И что же ценного есть у такого как ты?
- Я обязан отвечать?
- Нет, не обязан, меня это совершенно не волнует. Значит, ты просишь слуг и просишь оберег для своего логова?
- Вот именно. Я слышал, ваш Чанкр, которого пытался уничтожить Изгой...
Миха намеренно сделал паузу, давая Асмодею вспомнить, кто пытался лишить демона единственного и сильного мага.
- Ваш Чанкр имеет одну занятную вещицу – камень. Черный алмаз. Он создает ауру неприкосновенности тому месту, в котором находится и не одна тварь из нашего мира не может туда проникнуть. Ни один бессмертный.
- Онтамагол? Ты хочешь получить Онтамагол?
- Да, именно его я хочу получить. Вы можете отдать его мне?
Асмодей задумался, а Миха не торопил, он только тихо прошептал:
- Я никогда ничего не просил, хозяин. Я не просил денег и славы, я не требовал титулов и почестей - я верно служил моему господину. Но если вы считаете, что я не достоин подобной награды...
- Замолчи. Я не говорил чего ты достоин, а чего нет. Онтамагол единственный в своем роде, но он не настолько силен как ты думаешь. Все верно – бессмертные не могут проникнуть за пределы его воздействия, но...не все бессмертные. Есть те, для кого Онтамагол просто булыжник. Не знаю, остались ли такие там, в мире людей.
- Ответьте – я получу камень или нет? Таких бессмертных в том мире не осталось. Миха позаботился об этом много лет назад.
- Ты его получишь. Убей сучку Изгоя и я награжу тебя щедро, как ты того заслуживаешь. Выполняй задание.
- С ними ведьма, с ней будет не так просто справиться. Убивать ее я не имею права.
- Она будет бессильна тебе помешать, оставь это мне.
Миха на секунду задумался.
- А слуги?
- Ты можешь найти их сам. Я даю тебе право обратить троих и сделать своими верными псами.
- Спасибо, Хозяин.
Миха опустился на одно колено и поцеловал руку Асмодея.
Марго постучала в спальню Алексея, нервно кусая губы. Уже третью ночь князь не ужинал вместе с ней. Он предпочитал уезжать в город. Сегодня вечером ненавистные вампиры должны подписать договор со стаей и быть уничтожены карателями, но проклятый белоглазый Палач не связался с королевой, как обещал, а князь тянет время и не дает ей окончательного ответа. Дверь спальни распахнулась, и Алексей возник перед ней во всей красе – огромный, высокий и крепкий, как столетний дуб. С обнаженным торсом и влажным полотенцем на бедрах. Ноздри Марго затрепетали, улавливая запах мужского тела.
- Кузина, не ожидал увидеть вас в столь поздний час.
Марго облизала кончиком языка накрашенные ярко алой помадой губы.
- Нам нужно поговорить, Алекс.
- Проходи.
Князь отступил в сторону и пропустил Марго, а потом захлопнул дверь. Он повернулся к женщине:
- В три часа ночи ты хочешь говорить со мной, Марго?
- Ты не появляешься на ужине, а вечером ты все время отсутствуешь, когда еще мне можно застать тебя, как не ночью?
Мужчина сел в кресло и протянул руку к бокалу с красным вином.
- Присаживайся и успокойся. Не понимаю твоего волнения.
Но Марго так и осталась стоять напротив него:
- Ты обещал, что подумаешь над моим предложением о женитьбе, об объединении кланов. Ты так и не вернул мне ответ. Завтра встреча с вампирами, грандиозный банкет, на котором все они сдохнут. Я хочу знать, какое будущее ждет мою стаю?
Алексей поставил бокал на стол и медленно подошел к женщине, взял ее за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза:
- Какого будущего ты хочешь, Марго?
Мужчина положил руку на ее пышную грудь и нашел пальцем сосок, сжал его и снова посмотрел ей в глаза:
- Ты хочешь этого?
Она закусила губу, и когда Алексей развернул ее спиной к себе и толкнул к столу, задирая подол ее платья на бедра, она призывно застонала. Его пальцы проникли под нижнее белье и сжали влажную плоть:
- Ты хочешь, чтобы я трахал тебя каждую ночь, Марго?
Она задыхалась, дрожала от охватившей ее похоти, насаживаясь на дерзкие пальцы внутри ее лона.
- Да я хочу этого.
Спустя час, Марго, обессилев, лежала на кушетке, прикрытая легким шелковым покрывалом, а Алексей наполнил свой пустой бокал до краев и снова сел в кресло, протянул ноги к камину. На женщину он не смотрел, его взгляд остановился на языках пламени, они отражались в его светлых глазах и бросали блики на смуглое лицо.
Князь отпил вино и откинулся на спинку кресла, его могучий торс с ярко выраженной мускулатурой и с густой порослью светлых волос блестел от пота.
- Мои планы изменились, Марго. Вампиры не умрут ни завтра вечером, ни в ближайшее время.
Глаза, Марго все еще затуманенные после бурного секса с князем вдруг резко распахнулись:
- Что это значит, Алекс?
- Это значит, что я заключаю с вампирами совсем иную сделку, и ты не станешь мне перечить, Марго, иначе от твоей стаи останутся лишь жалкие воспоминания.
Маргарита вскочила с кушетки, ее глаза вспыхнули желтым фосфором.
- Сегодня я официально объявлю о помолвке с Кристиной. Мы сыграем свадьбу через месяц. Уже на этой неделе она вернется в свой дом.
С диким ревом раненной волчицы Марго бросилась к князю с намереньем выцарапать ему глаза, но Алексей одним ударом мощного кулака свалил ее на пол. Марго застонала и закрыла лицо руками, сквозь дрожащие пальцы на белый ковер закапала кровь.
- Никогда, не поднимай руку на своего короля, женщина. Ты смиришься с моим решением, если хочешь остаться в этом доме и иметь все надлежащие почести бывшей королевы. В противном случае я прикажу отправить тебя в темницы для непокорных ликанов, и ты сдохнешь там, как никому ненужная старая сука.
Марго медленно поднялась с пола, вытирая кровь с разбитой губы:
- Ты ничтожество, Алекс. Ничтожество и предатель.
Алексей снова ударил ее по лицу, и она опрокинулась навзничь у его ног:
- Ничтожество - это ты и твой тупой сын, который не смог заключить мир с теми, кто мог быть самыми лучшими союзниками. Превратил вампиров во врагов. Скажи спасибо, что твоя невестка молчала, иначе Воронов камня на камне не оставил бы в этом доме. Ты тупая старая шавка, Марго. Ты ни хрена не смыслишь в политике. Пошла на сделку с карателями. И что? Они не оставляют свидетелей, думаешь в этот раз для тебя сделают исключение? Черта с два. Завтра состоится великая сделка времен и народов нашего ордена. Мы породнимся с вампирами раз и навсегда, мы станем на новый уровень, мы вознесемся до небес и смешаем две враждующие расы.
- Тебе просто нравится эта белобрысая дрянь. Ведь так? Тебе нравится эта шлюшка, которая соблазнила моего сына и родила ему ублюдка-полукровку. Я видела, как ты на нее смотрел.
Алекс переступил через женщину, лежащую на полу, и набросил на плечи шелковый халат.
- Она не шлюшка. Эта самая красивая и самая сильная женщина из всех, кого я когда-либо встречал в этой жизни. Она родит мне наследников, и я буду править двумя объединенными стаями, а ты, если не прикусишь свой ядовитый язык, годный лишь для того, чтобы лизать мой член, замолчишь навсегда. Не зли меня, Марго. Я бы никогда не женился на такой сучке как ты. Твой отец предал моего отца еще несколько веков назад, он предал так же и тебя саму, продав в вечное рабство. Я бы не породнился с тобой, даже если бы ты была последней женщиной на земле. А теперь, пошла вон. Подумай над моими словами. Надеюсь, к рассвету, ты примешь правильное решение.
Лина расчесывала длинные волосы дочери, с наслаждением наблюдая, как они искрятся и переливаются перламутром при свете тусклых лампочек в номере отеля. Она смотрела на отражение Крис в зеркале и с трудом сдерживала слезы, закусив нижнюю губу. До боли красивая в этом нежном белом шелковом платье и холодная. Лина физически ощущала холод от нежной кожи, от светло-голубых глаз, даже от неестественной улыбки, застывшей на губах Кристины. Материнская гордость сменялась отчаянной тоской. Ее девочка, самая сильная в их семье, самая отважная и такая нежная и ранимая, она снова идет на закланье, снова отдает себя в жертву ради семьи, и никто не в силах этого изменить.
- Крис, еще не поздно передумать, еще не поздно согласиться с планами Ника и Габриэля. Нам это под силу, мы сражались с большим числом противников.
Кристина посмотрела на мать и отрицательно качнула головой:
- Сейчас все иначе, и ликаны нам не враги больше, они должны стать союзниками. Если это единственный способ вернуть нам мир, то я так и сделаю. Я хочу быть красивой сегодня, вплети в мои волосы жемчуг.
- Крис...я давно хотела спросить.
- Спрашивай, ты знаешь – у меня нет от тебя секретов.
- Ты и Габриэль...что между вами происходит?
Лина могла поклясться, что внешне Кристина осталась совершенно спокойной, только напряглась немного, и пальцы сильнее сжали край стола.
- Ничего такого, о чем стоит рассказывать.
Лина закрепила последнюю шпильку на волосах Крис и положила руки ей на плечи.
- Но что-то происходит ведь так?
- Парень думает, что влюблен, а я пытаюсь его в этом переубедить. Вот и все.
Лина резко развернула дочь к себе:
- И все, Крис? Позапрошлой ночью он вышел из твоего номера, полуголый. Ты считаешь, что это совершенно ничего не значит или думаешь, что я настолько наивна?
Кристина тяжело вздохнула:
- Я считаю, что ты не должна придавать значения таким мелочам.
- Когда моя дочь плачет в одиночестве в своей комнате после того, как ее покинул мужчина - я не считаю это мелочью.
Крис посмотрела Лине в глаза.
- Это была слабость, мимолетная глупая слабость.
Лина грустно улыбнулась и провела ладонью по бледной щеке дочери:
- Мы плачем не потому что мы слабые, Крис. Мы плачем, потому что слишком долго старались быть сильными.
Крис прижалась к ее руке.
- Я так устала быть сильной, иногда мне кажется, что я высечена из гранита, который изнутри подтачивает ядовитая серная кислота, и когда-нибудь я рассыплюсь на маленькие кусочки забвения.
- Значит он не просто мелочь и слабость, Крис? Ты сейчас пытаешься обмануть меня или себя саму?
- Я не пытаюсь никого обмануть. Мы слишком разные. У него своя дорога, а у меня своя. И они никогда не пересекутся.
- Но они уже пересеклись. Даже самые мелкие ручьи впадают в океан, пройдя длинный путь.
- Но мой океан из крови, а его океан полон чистоты и благородства. Это пустой разговор, через час я подпишу все бумаги, и это не будет иметь никакого значения.
- Давай на секунду забудем о договоре, забудем о той реальности, что нас окружает. Если бы ты могла выбирать - ты бы хотела испить чистой воды из его океана?
Кристина посмотрела на мать:
- Если бы я могла выбирать - я бы хотела в нем утонуть.
- Он бы этого не допустил.
- Я знаю. А я не допущу, чтобы мои реки крови окрасили его океан в красный цвет боли и страданий.
Лина поправила складки на платье Кристины.
- Когда-то твой отец считал себя не достойным любить такую как я, когда то он все решил за нас обоих. Он искромсал мою душу на части и истерзал свое собственное сердце, он толкнул меня в объятия другого мужчины, потому что хотел, чтобы я была счастлива без него. Именно по той же причине, по которой ты отвергла Габриэля. У каждого в судьбе появляется однажды тот единственный, после встречи с которым - ты меняешься. И совершенно не важно, была ли эта встреча самой счастливой или принесла тебе адскую боль. Ты просто осознаешь, что в этот момент ты изменилась и такой как прежде уже никогда не будешь.
- Я сделала свой выбор, мама. Я своего решения не изменю.
- Я знаю, в этом ты похожа на своего отца. Я только молюсь, чтобы ты снова не обрекла себя на мучения. Я надеюсь, что Алексей будет хорошим мужем, и ты не пожалеешь о своем выборе, а Габриэль встретит достойную женщину и забудет о тебе когда-нибудь.
Лина увидела, как Крис побледнела еще больше и стиснула челюсти.
- Я тоже искренне на это надеюсь. Давай спустимся вниз, думаю, отец, да и все остальные, уже давно нас ждут.
- Крис...ты уверенна, что никогда не пожалеешь об этом решении?
- Я ни в чем не уверенна, я просто верю в то, что поступаю правильно.
- Твое сердце тоже в это верит?
- Мое сердце принадлежит единственному мужчине в этом проклятом мире и бьется только ради него – этот мужчина мой сын.
Кристина не узнавала собственный дом, со времен ее жизни вместе с Витаном еще никогда здесь не готовились к торжеству настолько шикарно. Повсюду горели разноцветные огни, вода в фонтане переливалась всеми цветами радуги. Огромная стоянка была забита иномарками, слуги сновали с подносами в руках и угощали гостей шампанским прямо во дворе. Наверняка князь готовился к этому событию не один день. Ничего подобного Крис раньше не видела. Витан и Марго не любили публичных вечеринок, скорее больше закрытые и обособленные встречи с влиятельными друзьями, но не настолько шикарно и вызывающе. Алексей встретил их прямо у порога, он бросил испепеляющий взгляд на Крис, потом вежливо приветствовал дорогих гостей. Они прошли в гостиную, и Крис снова отметила изменения, произошедшие с домом. Куда-то исчезла старинная мебель и картины, которые так любила Марго. Вместо них появились абстрактные полотна и совершенно новый интерьер. Саму Марго нигде не было видно.
- Ты красива сегодня, как никогда, – шепнул князь ей на ухо и увлек к столу, предлагая занять место рядом с ним. Остальные члены семьи расположились по правую руку от Кристины. Ник и Габриэль с ними не приехали, но Мокану обещал, что они появятся чуть позже. Кристина надеялась, что все же они не сдержат обещания, а точнее один из них предпочтет не появляться и не присутствовать при подписании договора.
- Нас ждет грандиозное пиршество. Я обещаю, что ты запомнишь этот вечер надолго, он станет одним из тех памятных вечеров в твоей жизни, о которых рассказывают внукам. Конечно, не считая дня нашей свадьбы.
Кристина посмотрела на князя – его глаза возбужденно блестели. Он пожирал ее взглядом, раскраснелся, его сердце билось в хаотичном ритме. Крис привыкла к подобной реакции – Алексей ее хочет, хочет настолько страстно, что готов затащить в укромное место и притом немедленно, предъявить свои права уже здесь и сейчас. Ничего, пусть потерпит. В этот раз все будет на условиях Крис и никак иначе.
- Я превращу каждый день твоей жизни в праздник, а каждую ночь в волшебную сказку я...
- Слишком много "я", мой князь. Слишком много слов. Я люблю не ушами, как другие женщины.
Он усмехнулся и прищурил левый глаз:
- Строптивая кошечка, обожаю твою дерзость.
- Возможно, иногда ты будешь меня за нее ненавидеть.
- Я не могу тебя ненавидеть, я могу лишь сгорать от желания закрыть твой рот поцелуем и занять твой язык совсем другими вещами, гораздо более приятными.
- Красиво говоришь, князь. Но я не неженка, прибереги их для кого-то другого. Со мной можно говорить начистоту, а не топить меня в лести.
Его ноздри затрепетали, а в глазах появилась искра гнева, он явно не любил, когда ему перечили. "Привыкай милый, так будет всегда"
- А что ты любишь? Чтобы я сказал, как мечтаю тебя оттрахать сегодня ночью?
- Вот это уже честно и нравится мне гораздо больше. Только трахать ты меня сможешь после того, как подпишешь все бумаги и наденешь мне на палец обручальное кольцо.
Их взгляды встретились, и Крис надменно отпила шампанское из бокала.
- Ты настолько старомодна, что предпочитаешь секс после свадьбы?
- Нет, милый, я очень практична и плату беру вперед.
Он засмеялся и осушил свой бокал до дна, а Крис содрогнулась, представив себе, как разрешит этому борову забраться на себя сверху и вонзить свой член в свое тело. После Габриэля это будет похоже на осквернение.
- Что ж, я согласен на любые условия. Я подожду. Тем желанней будет приз, который мне достанется.
- Или наказание, - Кристина ядовито улыбнулась
- Я умею усмирять строптивых лошадок.
- Кнутом?
- Нет, у меня есть кое-что погорячее и потолще кнута, - маленькие глазки князя плотоядно блеснули.
- Дорогие мои гости, соплеменники, братья и сестры. Впервые я собрал вас всех в этом доме, который скоро станет моим по праву наследия и законов стаи. Многие из вас не знают меня лично, но наверняка слышали обо мне. Но я представлюсь - я князь Алексей Черногорский, и я правлю Северной Стаей уже более двухсот лет. После смерти вашего любимого короля, его мать позвала меня разрешить некоторые неприятные разногласия с нашими верными союзниками и предотвратить войну с братством вампиров. После долгих переговоров и сомнений мы достигли обоюдного решения, выгодного во всех отношениях для нашего будущего. Ваша верная королева, вдова Витана, вернется в этот дом с надлежащими почестями и вскоре сочетается со мной законным браком. Я прошу всех принять ее с честью и радушием и чтить так же, как вы чтите законы нашего ордена, в которых ясно сказано, что вдова умершего короля имеет право сочетаться браком только с членом королевской семьи и возвести его на престол. До меня дошли слухи, что некоторые из вас нарушили наши законы и изгнали наследного принца и его мать из стаи – это недопустимый беспредел. Виновники будут жестоко наказаны и, если потребуется, предстанут перед судом.
Кристина смотрела на лица ликанов и видела в них страх и презрение, совсем не этого она ожидала, когда переступила порог своего дома. Она надеялась, что они будут рады ее возвращению, но вместо этого они ненавидели ее еще сильнее. Крис встала из-за стола и обратилась к своим подданным:
- Я знаю, что вы все желаете лучшего будущего для своего народа. Вас ввели в заблуждение и заставили отречься от своей королевы и принца
- Полукровка не может быть принцем, - выкрикнул кто-то, и князь нервно отшвырнул вилку, но Крис положила руку ему на плечо и несильно сдавила, требуя молчания.
- Полукровка или нет, но он сын вашего короля. Вы все привыкли воевать за свою свободу, это в вашей крови, это в ваших сердцах и получено вами с молоком матери. А что, если эта борьба прекратиться? Вы не задумывались, что энергию ненависти можно пустить в иное русло. Можно расти и развиваться, строить будущее и возноситься все выше и выше. Война должна завершиться. Договор с вампирами должен быть заключен не на время, а навсегда. Вы обретете свободу. Мы будем способны противостоять любому врагу. Вы перестанете жить в страхе за свои земли и за свои семьи, а мы в свою очередь забудем о вечной вражде. Вы не хотите мира?
Все глаза были устремлены на нее.
- А что, если вы нас снова обманете? Предадите?
- Зачем? В чем смысл? Мы станем одной семьей. Большой и дружной. Мы уберем все границы между нами, и вы сможете жить в любом регионе на территории Братства. Разве вы об этом не мечтали? О свободе?
Воцарилась тишина.
- Дайте мне возможность подарить вам мир без войн и ненависти, дайте стать настоящей королевой для своего народа, позвольте заботиться о вас и ваших детях.
Один из ликанов встал и поднял свой бокал:
- Да здравствует королева!
Раздались вопли, звон хрусталя, смех и аплодисменты. Крис посмотрела на отца, и тот кивнул головой. "Я горжусь тобой" - она прочла в его взгляде, и сердце забилось быстрее.
- Мы отпразднуем этот день по-королевски. Вас ждут зрелища, фейерверк и море алкоголя. Веселитесь друзья, а мы удалимся для завершения формальностей.