Часть 2.12
Они просидели весь вечер, обсуждая дела Тэхена, касательно лекарства. Он доступно объяснил Намджуну, что никакого вреда это не составит и более того напротив это могло бы решить много проблем тех же людей. Обращать смертельно больных, а после возвращать к жизни — это будет переломом в истории человечества.
— Ты думаешь, это правильно? — спрашивает Намджун у него.
— В былые времена люди были готовы отдавать последнее, что у них есть, чтобы спасти своих близких, — он произнёс это тише, словно это задело его прошлое. А так и было. — К тому же, для нас вампиров — человек как связующее звено с жизненным циклом. Здоровее он — вкуснее кровь.
Грустный взгляд Щинэ зацепился за лицо Тэхена, но вскоре пропал. Она повернулась в другую сторону, чтобы рассматривать весёлых ребят. Девушка не понимала, почему, когда он рядом, в груди болит, а взгляд падает на него.
***
Юнги обесиллено падает на кровать: — Черт с ними. Будем здесь.
Он пытается отдышаться, распластавшись, как звезда, по кровати.
Прошёл месяц. Ёнджу приставала к Юнги чуть ли не по три раза за день. За столько лет разлуки она истосковалась по нему, его ласкам, его касаниям и поцелуям.
Девушка встречала его на пороге, если он уезжал куда-то по делам, которыми его напрягал Ким Тэхен. Намджуна тот тоже забрал под крыло, нагрузив работой. Сейчас все ресурсы упали на счет популяции вампиров, поиск молодых и их опрос. Ким даже купил здание, куда они заселяли тех, кому было некуда идти и они просто слонялись и бесчинствовали.
На осмотр к личному врачу Ёнджу ходила чуть ли не каждые три дня. Строение вампиров отличалось и, в теории, эмбрион должен был развиваться гораздо быстрее.
В этот вечер Ёнджу не встретила мужа на пороге. Она сидела в комнате на полу и плакала, смотря на разбросанные перед ней тест-полоски и заключение врача.
«Беременна» — как удар молнией.
Мин, открыв двери, не увидел привычную улыбку и не почувствовал объятия. Он поднялся по лестнице и открыл двери их с Ёнджу комнаты.
— Дорогая? — он проходит к ней и садится на колени. Взор падает на полоски, и он смотрит на них, легко улыбаясь, — Ты чего? Радоваться же нужно. Мы же хотели полноценную семью.
Он нежно заключает ее в объятия и припадает своей щекой к ее щеке.
— Да я... Просто... Уже так расстроилась, что ничего не получается... А теперь... — она расплакалась еще сильнее, обняв его, прижавшись к нему. Ее единственный родной человек, отец их будущего ребёнка, и он рядом, а значит, она может дать волю слезам.
Тэхен приехал тем же вечером, отложив дела. Есон болтался рядом с ним, исполняя обязанности Ёнджу, пока та работает над своим положением.
Хозяева дома встречают их на пороге, и в них тут же летит хлопушка, разбрасывая конфетти.
— Ура! — прокричал блондин, хлопая в ладоши, на что Ёнджу улыбнулась.
— А Щинэ с Намджуном приедут?
Юнги уже забросал сообщениями и Щинэ, и Намджуна. Они уже мчали на всех скоростях к особняку. Девушка держала в руке букет цветов, а на заднем сидении стояла коробка со смешными детскими вещами. Черная одежда со смешными пугающими надписями.
Как только машины остановилась, Щинэ выбежала из нее, держа на руках букет. Она открыла двери и накинулась на подругу, сжимая цветы.
— Ой... Это тебе, — она вручила девушке букет и подошла к Юнги. Коснулась его плеча и сказала одно слово:
— Поздравляю.
Он легко ей кивнул головой и слегка улыбнулся.
Стол был быстро накрыт, стояли закуски и напитки, компания расселась за столом.
Есон первым подал голос, решаясь задать вопрос, ответ на который помимо Ким Тэхена знала только девушка. Потому она и согласилась помочь.
— А зачем вам ребёнок? Вы же можете просто обратить кого угодно, типо, это же тоже самое!
— Есон. — сделала замечание Ёнджу.
— Что? Всем же интересно, почему он взялся за это. Лично я не верю, что дело просто в чистокровности. Он же итак дохрена сильный и старый.
Щинэ посмотрела на Намджуна, а затем на Тэхена.
— Может... Расскажете все как есть? Мы же все вместе уже...
Их взгляды встретились, и она вновь скривилась от боли, потому сразу же опустила глаза на стол, рассматривая еду.
— Я был сыном обычного фермера. Как доводилось в те времена, чтобы прожить хоть как-то, семьи заключали договоры с чуть более знатными и полезными. Меня женили, по началу, чувств не было, но со временем мы с женой пошли на контакт и вскоре у нас появился ребенок. Жили душа в душу, не знали страданий и горя, пока однажды не началась засуха. Люди императора подняли налоги, и стало совсем тяжко. Едва ли сводя с концы с концами мы продолжали жить, как жили. Пошли дожди, за ними пришла чума, а за ней в город стеклись вампиры. Моя жена умерла, обнимая нашего усопшего сына, заболел и я... Хотел умереть, все ждал, когда это случится, пока в наш дом не зашел один вампир. Он пообещал мне вечность, пообещал, что ее душа переродится и я найду ее, быть может, не сразу, но найду. Я был в отчаянии и согласился... — он сделал паузу, — С годами я завел необходимые связи, поднялся в социальном статусе, заработал огромное количество денег и золота. Счастья это не приносило. Прошло столько лет, а я продолжал искать, наткнулся на лекарство, решил отвлечься... В голове было сотня мыслей о том, как его можно использовать иначе... Думал, вдруг она еще ребенок, вдруг больна... Я не смог бы забрать ее жизнь... Теперь, все как есть.
— Вы нашли ее, верно? — спросил Есон, но Тэхён ему не ответил.
Чой шмыгнула носом, не сводя с него взгляда.
— Надеюсь, вы ее найдете.
Она стала кусать внутреннюю сторону щеки и потянулась за бокалом вина. Шепнула Намджуну на ухо о том, что ей плохо и извинилась перед всеми. Она вышла на задний двор и боль в груди утихла, но не до конца.
Чой присела на скамейку возле сада и стала рассматривать цветы. Немного посидит и вернётся.
Послышались чужие шаги. Ким Тэхён прошел следом за девушкой и присел рядом.
— Что-то не так? — спрашивает он, — хорошо себя чувствуешь?
Щинэ коротко взглянула на него и съежилась.
— В груди болит.
Она чуть от него отсела и старалась не смотреть. Почему-то было стыдно перед Намджуном, что ее тело и душа не реагирует на него так, как реагирует на того, с кем она провела всего одну ночь.
— Это может быть из-за того, что твоя связь не с тем, кем нужно. Такое иногда бывает, но, как правило, это не смертельно. — Он засунул руку в карман и протянул несколько капсул. — В небольших дозах для давно обращенных действует как обезболивающее. Но если попросишь — могу разорвать вашу связь и сможешь спокойно жить как жила.
Девушка задумалась, опустив голову вниз. На глазах выступили слезы, но она сдерживается, чтобы не заплакать.
«Намджуну будет лучше без меня. Я не чувствую к нему ничего, а мучить себя и его — не хочу».
— Если вы, правда, можете это сделать, я буду вам благодарна.
— Тогда пока прими их. Завтра жду тебя в лаборатории. Не будем же мы, в самом деле, портить всем праздник, верно? — он улыбнулся заботливо, а после поднялся с места и протянул девушке руку.
— Давай же...
— Спасибо.
Девушка протянула ему руку, и они прошли в дом. Усевшись рядом с Намджуном, она ещё несколько раз взглянула на Тэхена, а после включилась в лёгкую беседу с ребятами.