ГЛАВА 9. СОН, ЧТО ОСТАВЛЯЕТ СЛЕД
В доме играла музыка. Мы услышали её ещё на подходе, и Алекс сразу догадался, кто за этим стоит.
— Изабелла. Всё-таки нашла мои диски, — произнёс он, глубоко вдохнув.
Он выглядел немного измотанным, и я понимала, что всему виной мой обморок. Но самочувствие быстро улучшилось, и уже по дороге домой я чувствовала себя прекрасно. Алекс же оставался напряжённым, задумчиво глядя в пустоту. Ни шутки, ни попытки отвлечь его не срабатывали.
Когда мы вошли в дом, от музыки стены буквально тряслись, словно здесь шла грандиозная вечеринка. Но увиденное внутри даже Алекса заставило удивиться.
— Лу?
Луцилла танцевала в ритме бешеной мелодии, а Изи и Артур водили вокруг неё хоровод, надрывая горло в песне. Мы с Алексом переглянулись и рассмеялись.
Заметив нас, Изи почти вприпрыжку подскочила и схватила меня за руку, увлекая в круг. Алекс молниеносно перехватил её запястье, но я жестом дала понять, что всё в порядке. Вскоре я уже кружилась в танце, а Алекс ушёл на кухню, где находился небольшой бар. Что-то подсказывало мне, что эта троица уже успела хорошо повеселиться.
Музыка сменилась, становясь всё более заводной, и я чувствовала, как в комнате становится жарко. Луцилла направилась в сторону кухни, и я последовала за ней, решив освежиться чем-нибудь холодным.
Алекс стоял, опершись на стойку, с бокалом виски в руке. Луцилла встала рядом. Я собиралась налить воды, но Алекс протянул мне стакан с янтарной жидкостью. Его молчаливый взгляд говорил: «Расслабься». Я не была против.
— Вы довольно долго гуляли. Как тебе это место, Элли? — спросила Луцилла.
Она была подвыпившей — лёгкая неуклюжесть в движениях её выдавала. Сейчас она казалась совершенно обычной, земной. Будто мы просто старые приятели, устроившие вечер посиделок. Это было странно, ведь обычно она держалась сдержанно и немногословно.
— Здесь замечательно. Думаю, я бы могла тут остаться. Если Алекс не против, конечно.
— О, он точно не будет. Правда, Алекс? — она хитро прищурилась.
— Почему бы и нет? Я всегда мечтал о семейном гнёздышке. Может, наконец созрел для серьёзных отношений? — ухмыльнулся он.
— Ты? Я даже мечтать о таком не смею. Хотя... Зная тебя, не удивилась бы, если бы ты вдруг изменился. Ведь раньше у тебя такой девушки не было, — в её голосе прозвучало тепло. Я смутилась.
— Кстати, Лу, к чему вся эта вечеринка посреди дня? — спросил Алекс.
— Захотелось выпустить пар. Вся эта беготня вымотала меня, а твой бар не оставил выбора. Да и Изи со своей музыкой. Они с Артуром даже на меня не смотрели, представляешь? Всё танцуют, прижимаются друг к другу.
— С каких пор ты стала такой ханжой?
— Да не ханжа я! Просто волнуюсь за неё. Артур для меня как сын, он замечательный парень, но Изи — моя дочь, и... — голос её дрогнул, стал напряжённым.
— И она человек. В этом ведь дело? — тихо произнёс Алекс.
— Да. Каждый день я вижу, как их тянет друг к другу, и разрываюсь от желания повлиять на это. Но не могу. Я не хочу, чтобы она стала вампиром. Хочу видеть, как она взрослеет, как живёт настоящей жизнью. Нам этого не дано. Мы застывшие, словно статуи.
— Это её выбор, Лу. Она взрослая. Позволь ей самой решать, иначе всё обернётся против тебя.
Луцилла метнула в него взгляд, полный протеста. Я чувствовала исходящий от неё жар, напряжение росло. Алекс не отступал, оставался таким же непоколебимым. В воздухе пахло грозой.
К счастью, он решил смягчить тон.
— Подруга, давай оставим это. Половина бутылки ещё не выпита, а музыка всё так же играет. Так что давай развлекаться, — он осушил стакан и плавно задвигался в ритме мелодии.
— Эй, малышка, прибавь громкости! — крикнул Алекс, подзывая меня.
Музыка вновь увлекла меня. Мы танцевали, приближаясь и отдаляясь друг от друга. Луцилла колебалась, но когда мы протянули к ней руки, она не устояла. Спор забылся, уступив место ритму и смеху.
День сменился ночью. После ужина все разошлись по своим комнатам, кроме Алекса и Луциллы. Они остались в гостиной — в компании друг друга и крепкого алкоголя.
Я чувствовала легкую усталость и решила немного вздремнуть перед ночной охотой. В спальне я буквально рухнула на кровать, и сон моментально овладел моим сознанием.
Я очутилась посреди мёртвого поля, усеянного телами. Это напоминало побоище после жестокой битвы. Вдалеке раздавались глухие звуки выстрелов и взрывов, заставляя землю под ногами слабо дрожать.
Где-то на окраине послышался треск веток. Я обернулась — среди деревьев мелькнула тень. Не раздумывая, я поспешила за ней, ловко пробираясь сквозь заросли, несмотря на колючие ветки, царапающие кожу.
Только сейчас я заметила, что одета в солдатскую форму. Но не современную, а старую — времен Первой мировой войны.
Фигура впереди двигалась быстро, но я уже различала очертания её силуэта.
Женщина?
— Кто ты? — окликнула я, приближаясь.
Ответа не последовало. Она лишь слегка повернула голову в мою сторону — и улыбнулась.
Я сделала ещё шаг, но в следующее мгновение женщина резко развернулась и молниеносно бросилась на меня. Я не успела среагировать. Острая боль пронзила грудь. Я судорожно вдохнула, широко распахнув глаза. Пальцы вцепились в её плечо, пытаясь удержаться на ногах. А потом я увидела её лицо — и оцепенела.
Передо мной стояла... я. Моя точная копия. Она нагло смотрела мне в глаза и ухмылялась, наслаждаясь моментом.
Я не успела ничего сказать — она снова ударила ножом. Ещё раз. И ещё. Ноги подкосились. Я рухнула на землю, рука соскользнула с её плеча.
Наклонившись ко мне, она прошептала:
— Долго ты ещё будешь прятаться, мышка? Выходи же скорее поиграть, — с этими словами она занесла нож для нового удара.
Я вскрикнула, перехватывая её руку, и с силой оттолкнула от себя. В ответ раздался раскатистый, леденящий душу смех. Дыхание сбивалось. Я с трудом поднялась на ноги, судорожно ощупывая пояс. Пистолет.
Пальцы обхватили холодную рукоять. Я вскинула оружие и, вложив последние силы, выстрелила ей в голову. Тело рухнуло. Кровь медленно растекалась по земле.
Я шагнула ближе, но позади послышались тихие шаги. Резко обернулась — и снова увидела её. Она стояла целая, невредимая. Она подмигнула и вытянула руку с пистолетом. А затем выстрелила в меня. Я вскрикнула и... проснулась.
Открыв глаза, первое, что я увидела, было взволнованное лицо Алекса. Он крепко прижимал меня к себе, его объятия были напряженными, словно он боялся меня отпустить. Я глубоко вздохнула, осознавая, что это был всего лишь сон. Но, чёрт возьми, насколько реальный.
— Ты долго не просыпалась, — сказал он, голос звучал напряженно. — Я пытался тебя разбудить, но ты только кричала и металась из стороны в сторону. Элли, что происходит? Что ты видела?
Я посмотрела в его глаза — тепло и беспокойство, отражённые в них, постепенно растворяли мой страх. Казалось, этого мерзкого сна и не было вовсе.
— Это просто кошмар, бессмыслица какая-то, — пробормотала я.
— Что тебе снилось?
— Женщина. Моя точная копия, только стерва ещё та. Она ударила меня ножом и что-то говорила о том, что я прячусь, или что-то в этом духе. Бред. Но знаешь, этот сон вызвал то же чувство, что и предыдущий.
Алекс нахмурился.
— А если это не просто сны? Может, это обрывки твоего прошлого? Ты не ощутила ничего знакомого?
Я покачала головой.
— Нет. Но, я чувствую, что они как-то связаны. Алекс, я не уверена, что хочу знать, кем была раньше. Вдруг я совершала ужасные вещи?
Он немного сжал мои плечи, заставляя посмотреть ему в глаза.
— Мне не важно, кем ты была. Важно, кто ты сейчас. Ты — девушка, которую я люблю. Всё остальное не имеет значения. Устрой ты геноцид, мои чувства к тебе не изменились бы.
Я невольно улыбнулась, но сердце сжалось от его слов. Я прижалась к нему сильнее, впитывая тепло его тела. Рядом с ним я чувствовала себя удивительно спокойно и безопасно. Какое бы у меня ни было прошлое — оно теряло свою власть, пока он держит мою руку.
— Останься здесь, — сказал он, чуть ослабляя объятие. — Я схожу на охоту сам. Если хочешь, могу позвать Лу, чтобы она была рядом.
— Нет. — Я мотнула головой. — Я пойду с тобой. Нужно немного отвлечься.
— Уверена?
Я не стала отвечать. Просто встала, накинула куртку и, обернувшись, подмигнула ему. Алекс усмехнулся и, не теряя ни секунды, направился к выходу. Я последовала за ним. Вместе мы растворились в ночи, скрываясь в глубине леса.
Мы выследили оленя, что осторожно брёл сквозь чащу, изредка замирая и прислушиваясь. Одно резкое движение — и в следующее мгновение я уже обхватила его шею, ловко поворачивая до хруста.
Мы всегда старались делать это быстро, без лишних страданий для животных. Алекс не раз говорил мне, что кровь жертвы, умирающей в агонии, становится хуже — теряет насыщенность, да и вкус становится неприятным. Мы не стали затягивать, просто склонились над добычей, утоляя голод прямо на месте.
Теплая, густая кровь мягко разливалась по горлу, растекаясь по телу приятным приливом силы. Вкус был глубоким, насыщенным — наполняющим нас изнутри. В одно мгновение голод исчез, уступая место удовлетворению.
Когда мы вернулись домой, там царила тишина. Все уже спали. Мы поднялись в спальню, не желая ни о чем думать. Просто быть рядом.
Я положила голову ему на грудь, прислушиваясь к размеренному биению сердца. Алекс лениво перебирал пряди моих волос, словно завороженный их мягкостью. Так прошла ночь. Мы не вспоминали ни Соломона, ни мои сны, ни что-либо ещё, способное омрачить этот момент. Только покой, тепло и тихие разговоры.
Утро, как всегда, встретило нас ароматами свежего завтрака, что наполнили весь дом уютом. Алекс ещё спал, и я позволила себе немного понаблюдать за ним. Длинные густые ресницы отбрасывали мягкие тени на его кожу, волосы слегка взъерошены, а на лице — безмятежность. Я осторожно провела пальцами по его прядям, и он чуть заметно пошевелился.
«Наверное, ему снится что-то приятное», — подумала я, продолжая наблюдать за ним.
Я лежала на боку, он тоже. Вдруг он снова шевельнулся, на этот раз медленно открывая глаза. Увидев меня, он лениво потянулся, а затем быстрым, почти хищным движением притянул меня ближе. Наши лица оказались так близко, что я могла рассмотреть золотистые искры в его зрачках.
Алекс улыбнулся, прищурившись, и, не давая мне опомниться, поцеловал — жадно, с той неистовой энергией. Этот поцелуй бодрил лучше любого завтрака.
Какое-то время мы просто лежали, наблюдая друг за другом, будто заново изучая. Наконец, он негромко произнес:
— Доброе утро.
Я улыбнулась и ответила:
— Доброе утро.
— Проголодалась? Луцилла снова постаралась, запах просто невероятный.
— Я бы ещё немного полежала вот так.
— Меня не нужно уговаривать, — усмехнулся Алекс, прижимаясь ко мне крепче. — Мы можем пролежать здесь хоть весь день. Никто ничего не скажет, да и спешить нам некуда.
Именно так мы и сделали. Никто не беспокоил, никто не входил в комнату — только я и он, наедине. Время текло незаметно: несколько часов мы болтали обо всём подряд, Алекс много шутил, и я не могла удержаться от смеха. Мы любили друг друга, а потом просто лежали, наслаждаясь тишиной и теплом.
Ближе к вечеру в дверь всё же постучали. После короткого приглашения в комнату неловко вошла Изи.
— Алекс, ты мог бы помочь Артуру с запасами крови? Он ведь здесь впервые и не знает, где их достать. Мама вдруг куда-то сорвалась, сказав только, что едет решить какое-то дело.
Его лицо приобрело серьёзное выражение:
— Артур тоже не в курсе её дел?
— Нет. Мы были вместе, а мама с полудня сидела у себя. Как только стемнело, она уехала.
Алекс нахмурился, задумчиво кивнув.
— Хм. Ладно. Дай мне пару минут, скажи Артуру, чтобы ждал у входа.
— Спасибо, Алекс.
Я заметила, что Алекс был слегка встревожен, и предложила помочь им с Артуром. Но он покачал головой:
— Лучше побудь с Изи. Она переживает за мать.
Я понимала, что Алекс прав. Изи знала, что, когда Луцилла вот так срывалась куда-то, это редко означало что-то безобидное — ни поход за покупками, ни встречу с друзьями. Обычно это было чем-то опасным, связанным с прошлым, которое Луцилла не могла оставить. Оставаться с Изи было правильным решением, и я не стала спорить. За это время эта девчонка успела стать мне близким человеком.
Не прошло и пяти минут, как Алекс с Артуром уже покинули дом в поисках запасов крови. Мы же с Изи остались в доме.
Порой, находясь среди вампиров, я забывала, что она — человек. Беззащитная перед теми опасностями, которые стали для меня новой реальностью. Но, в отличие от меня, у неё было куда больше опыта в этом мире. Она жила рядом с вампирами с самого детства, знала их повадки, их страхи, их врагов.
Я решила разрядить обстановку.
— Пойдем на кухню, заварим чай? — предложила я.
Изи кивнула.
— Хорошая идея.
К тому же, мне давно хотелось спросить её об Артуре. О той странной, почти невидимой связи, что объединяла их.
На кухне у Алекса стоял электрочайник, которым я воспользовалась. Как только вода закипела, я взяла с настенной полки коробочку с чайными пакетиками. Чёрный чай с ароматом бергамота. Когда я залила его кипятком, по комнате тут же разлился насыщенный, согревающий запах.
— О, мой любимый! — улыбнулась Изи, вдыхая аромат.
Мы сели на высокие стулья у стойки, что располагалась в середине помещения. Повисло неловкое молчание. Изи выглядела взволнованной, и мне хотелось её как-то успокоить.
— Ты бывала на родине своей мамы? — спросила я, пытаясь прервать эту тишину.
Она удивленно моргнула, словно не ожидала такого вопроса.
— Эм, ну, я хотела бы, конечно. Но мама уехала оттуда ещё ребёнком. Бабушка с дедушкой переехали в поисках работы и стабильности — в те времена в Италии было тяжело. Не знаю, как там сейчас, но по фотографиям, фильмам. Это потрясающе красивая страна.
— Я многое знаю об Италии, но понятия не имею, была ли там когда-нибудь. Так что мы с тобой в похожем положении.
— Мама редко говорит об этом. Она была слишком маленькой, чтобы запомнить что-то конкретное. А бабушка с дедушкой — они погибли в автокатастрофе, ещё до моего рождения.
Изабелла, несмотря на свою энергию и жизнерадостность, становилась особенно уязвимой, когда речь заходила о матери. Я надеялась, что Луцилла когда-нибудь обретёт покой и наконец обратит внимание на дочь. Они обе в этом нуждались.
— Так вы с Алексом значит теперь вместе? Знаешь, я рада. Он хоть та ещё задница, но я всегда желала, чтобы он встретил кого-то, кто его полюбит. Ею оказалась ты, я рада.
Я поставила чашку на стойку и, немного помедлив, спросила:
— А что насчёт тебя и Артура? Раз уж мы тут делимся откровениями.
Изи замерла, а потом неожиданно покраснела, будто я застукала её за чем-то запретным.
— Да что у нас может быть, — пробормотала она, опустив взгляд. — Он ведь вампир. Хотя, признаюсь... я к нему неравнодушна. Он с нами не так давно, с тех пор как мама ему помогла. А я влюбилась, как дура. Но зачем я ему? Я постарею и умру, а он будет жить, словно ничего не произошло.
Я внимательно посмотрела на неё.
— Да, ваша ситуация не из легких. Мне трудно судить. Я проснулась вампиром. У меня не было выбора. А вот у тебя он есть.
— Вот именно. И я не знаю, чего хочу, — Изи устало потерла лоб, — Я мечтаю о простых вещах: выучиться, найти хорошую работу, выйти замуж, нарожать кучу детей. А что я смогу, если стану вампиром? Моя жизнь остановится. Днём я не смогу даже выйти на улицу.
В её голосе звучало отчаяние. Я поняла, что Изи всерьёз об этом думала.
Изи взяла чашку с уже остывшим чаем и сделала небольшой глоток. Казалось, она собиралась с мыслями. После короткой паузы тихо произнесла:
— Я не уверена, что мои чувства к Артуру сильнее этого желания, — она закрутила чашку в руках, не глядя на меня. — Он понимает это. Уважает мой выбор, каким бы он ни был. Хотя, я вижу, как ему тяжело. Он ведь сам недавно стал вампиром. Его жизнь была совсем другой.
— Какой? — Я задумчиво провела пальцем по краю своей чашки. — Я догадывалась, что с ним произошло что-то ужасное, но не спрашивала, не хотела тревожить.
— В принципе, это не тайна, — Изи вздохнула. — Артуру было двадцать, когда его обратили. Он с родителями часто выбирался на природу: походы, кемпинг, костры. Они любили это. Но однажды на их лагерь напал вампир — один из шайки Соломона. Он убил родителей у Артура на глазах. А его самого сначала напоил своей кровью, а потом свернул ему шею.
Я вздрогнула.
— А когда Артур очнулся, — голос Изи задрожал, — этот урод заставил его испить крови родителей. Просто ради забавы.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Это ужасно, — едва слышно прошептала я. — Бедный парень. Даже представить страшно.
— Да, — глухо отозвалась Изи. — А потом они забрали его к себе, в логово. Развлекались, издеваясь над ним. Вампиры быстро регенерируют, но его шрамы заживали долго. Даже несмотря на то, что он пил человеческую кровь.
— Как же Луцилла спасла его?
— Случайно. — В глазах Изи мелькнуло что-то тёмное. — Мама наткнулась на их логово. Разделалась с несколькими из них и уже собиралась убить Артура, но заметила на нём цепи. Тогда она поняла, что он просто жертва. И решила помочь.
Она на мгновение замолчала, словно прокручивая в голове ту встречу.
— Он был пустой. — она посмотрела на меня, и в её взгляде отразилась тревога. — В его глазах не было ничего. Полная бездна. Он не разговаривал, отказывался есть, даже из комнаты своей не выходил.
Я не знала, что сказать.
— Мама решила, что ему подойдёт кровь животных. Какое-то время он питался ей, но потом перешел на донорскую, как и она.
— Чтобы стать сильнее?
— Его раны так плохо заживали. Человеческая кровь помогла быстрой регенерации. И да. Он чувствовал, что обязан помочь маме. А для этого нужна была сила.
До этого момента рассказ Изи был окрашен болью и горечью, но теперь что-то в ней изменилось. Её взгляд потеплел, в уголках губ заиграла едва заметная улыбка.
— Он ведь с нами уже два года, — продолжила она. — Я сразу поняла, что жалостью его не прошибешь, поэтому обрушила на него всё своё обаяние. Шутила, флиртовала, наряды яркие выбирала, а ему хоть бы что! Даже не смотрел в мою сторону!
Я усмехнулась.
— И как же ты его зацепила?
— А вот это загадка! — рассмеялась Изи. — Но, знаешь, думаю, что вовсе не я его зацепила. А он меня.
— В смысле?
Она улыбнулась, но в глазах появилось что-то нежное.
— Мы сильно поругались с мамой. Она уехала на несколько дней и оставила меня с Артуром. Я тогда уже бросила все попытки наладить с ним отношения. Просто мне было плохо. Я переживала, плакала. И вот, представляешь, именно тогда он проявил хоть какие-то эмоции.
— Пожалел тебя?
— Ага, — Изи закатила глаза. — Я сидела у камина, сжигала в огне бумажки и просто смотрела, как они исчезают. И тут он пришёл, сел рядом. И заговорил. Впервые.
— И ты что?
— А я взбесилась! — она хохотнула. — Наорала на него, вскочила, уже собиралась уйти. А он вдруг схватил меня. Обнял сзади.
— И ты?
— А я стояла вся красная от смущения, но тряслась от злости и кричала ещё громче! Изи рассмеялась, но её щеки слегка порозовели.
— А он только обнимал крепче. И вот тогда я сдалась.
Я улыбнулась.
— Вы с ним такие милые. У вас впереди ещё много времени, Изи. Ты молодая, у тебя есть время всё обдумать.
— Да, — она задумчиво покрутила чашку в руках. — Но я знаю одно: Артур примет любое моё решение. Каким бы оно ни было.
— Конечно, примет. Он же тебя любит.
— Да, но он ещё и чертовски уступчивый, когда дело касается меня! — вздохнула она, допивая чай. — Аж бесит.
Смех вырвался сам по себе.
Несколько часов мы болтали, смеясь до слёз. Изи рассказывала забавные истории из их жизни, и я не могла сдержать эмоций — её манера повествования была потрясающей. Она наполняла комнату светом, превращая обычный разговор в настоящее представление.
Время летело незаметно, пока не хлопнула входная дверь. Алекс и Артур вернулись, застав нас за беседой.
— О, смотрю, девочки, вы тут и без нас отлично развлекаетесь? — раздался знакомый самоуверенный голос.
Алекс, быстро оценив ситуацию, широко улыбнулся и, не теряя ни секунды, поспешил присоединиться, отпуская фирменные шуточки в своём стиле.
Артур вошёл спокойнее, без лишних слов сел рядом с Изи. Я заметила, как их взгляды встретились — коротко, но так нежно, что мне не потребовалось слов, чтобы понять, что они чувствуют. В этом молчании было больше смысла, чем в тысячах признаний.
Глядя на них, я почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Какое бы будущее их ни ожидало, мне оставалось только надеяться, что они найдут своё счастье.