Глава 4
— Ни-ки, можешь задержаться после работы?
Эти слова преследовали его весь день.
Обычно после офиса он сразу шёл в кондитерскую Джисона, но сегодня задержался — потому что сам Хван Хёнджин лично попросил его остаться.
Ни-ки нервно переступил с ноги на ногу, глядя, как Хёнджин неторопливо листает бумаги за своим огромным, идеально чистым столом. Вампир выглядел так же, как всегда: строгий, сдержанный, в дорогом костюме, но с каким-то ленивым, насмешливым выражением лица.
— Зачем я здесь? — Ни-ки всё-таки решился спросить.
Хёнджин поднял глаза.
— Ты всегда такой нетерпеливый?
— Когда меня заставляют сидеть в офисе допоздна — да, — буркнул Ни-ки, скрещивая руки.
Хёнджин усмехнулся и встал.
— Знаешь, ты интересный.
Ни-ки нахмурился.
— Что?
— Сначала жалуешься, что я строгий. Потом жалуешься, что я слишком много внимания тебе уделяю. Ты определись уже, малыш.
Сердце Ни-ки ухнуло вниз.
— Я не…
Он не успел договорить — Хёнджин уже оказался перед ним, прижимая его к столу.
— Ты что-то говорил?
Голос вампира был низким, почти мурлыкающим. Его пальцы легко скользнули по запястью Ни-ки, медленно, нарочито неторопливо.
— Ч-что ты… — Ни-ки сглотнул, чувствуя, как по коже бегут мурашки.
— Ты такой забавный, когда краснеешь, — Хёнджин хмыкнул, наклоняясь ближе. — Интересно… Ты весь такой?
Губы Ни-ки приоткрылись, но он так и не нашёлся, что ответить.
Потому что в следующий момент тёплые, жадные губы накрыли его собственные.
В это же время, в кондитерской Джисона…
Дверь в кладовую с глухим стуком захлопнулась, и Джисон не успел понять, как оказался прижатым к холодной стене.
Чан смотрел на него сверху вниз, тяжело дыша.
— Ты правда не понимаешь? — его голос был низким, немного хриплым.
— Не понимаю что? — Джисон тоже дышал часто, сердце бешено колотилось.
Чан не ответил сразу. Вместо этого он наклонился, носом скользнув по его щеке, к виску, к шее.
— Чан…
— Ты… правда не чувствуешь? — губы вампира прошлись по его коже, и Джисон едва не застонал.
Руки Чана были горячими. Пальцы жадно пробежались по спине, потом скользнули под футболку, ладони сомкнулись на талии, легко прижимая ближе.
— Скажи мне «нет», и я остановлюсь, — прошептал Чан, едва касаясь губами его уха.
Джисон судорожно выдохнул.
— …Я не могу.
— Хороший мальчик, — Чан усмехнулся.
И в следующий момент жадно впился в его губы.