Глава 36. «Сон»
М и х а и л
— Мы должны ускориться с моими испытаниями.
Мы ехали в Лесной Дворец. После церемонии Пелагея попросила отвезти её и Лидию туда, чтобы они могли побыть с сёстрами и провести похороны погибших девушек. Пелагея советовалась с Лидией и прислужницами, и они решили закрыть Лесной Дворец на какое-то время. Пелагея поможет с ритуалом упокоения, усилит защиту Дворца и затем вернётся к нам.
Рядом с Пелагеей на заднем сиденье расположились Лида и Костя. Костя по-прежнему себя плохо чувствовал, его восстановление шло медленно. И он чувствовал вину за то, что упустил Беллу с Лерой.
Я аккуратно вёл «рендж-ровер» по грунтовой дороге, которую немного размыло после дождя. Отец молча наблюдал за дорогой рядом.
— Какое второе испытание? — продолжил я, пытаясь вывести хоть кого-то на разговор.
— Второе испытание — выбраться из смертельной ловушки совершенно обессиленным, полагаясь только на свою смекалку, — пробормотал в ответ Костя. Он прошёл испытания и получил чин «Стражника» ещё года два назад. И всё равно не смог спасти Леру.
— Отлично, здорово! Это должна быть спонтанная ловушка?
— Нет, у нас всё давно оборудовано для таких испытаний, — хмуро ответил отец. — Все условия созданы, если можно так сказать.
— Тогда почему среди нас так мало Стражников? — мне пришлось вильнуть рулём, чтобы объехать глубокую яму.
— На то это и испытания, Михаил. Не все могут их пройти. И речь тут не столько о мужестве и бесстрашии, сколько о физических силах. Не все доходят до конца. Если ты думаешь, что это игрушки, огорчу тебя: смертельная ловушка не просто так называется смертельной.
Отец был не в себе от злости. После похорон у Каспаровых он стал ещё мрачнее и тревожнее. Поэтому я не принимал его слова на свой счёт.
— Я это понимаю. Но и нам не весёлый квест предстоит. Матушка не просто так хотела переманить меня на свою сторону. Похоже, какие-то материнские чувства у неё остались. И в этом наше преимущество.
— Что ты хочешь сделать, сын?
— У Стражников ведь есть способность внушать другим существам, да?
— С большим нюансом: надо выбрать очень удачный момент, полностью завладеть вниманием существа и самому очень хорошо сосредоточиться, — быстро проговорил Костя. — У меня, например, совершенно не было возможности внушать этой чёртовой Белле.
Я знал, что Костя был очень осторожным. И скорее всего в той ситуации он надеялся, что сможет убить Беллу без внушения.
— Как и у тех Стражников, что были с нами на битве, — кивнул отец. — Миша, ты собираешься в гости к своей маман чаи гонять?
— А может и так! По крайней мере, никто из вас этого сделать точно не сможет, вам просто не поверят. А у меня туз в рукаве...
— И ты сейчас не о своих родственных отношениях с нашим врагом, я правильно понял? — сурово заметил Александр, посмотрев на меня. Я не осмеливался ответить на его взгляд. Да он и так уже всё понял. — Есть что-то, о чём мне нужно беспокоиться, Михаил?
— Хотел бы я сам знать. Пока только знаю, что это можно использовать против «Кровавых», — краем глаза я заметил в зеркале заднего вида, что Костя тоже смотрит на меня. Ведьмочки же хранили молчание.
— Как бы это им, наоборот, на руку не сыграло... — пробурчал герцог.
— В таком случае, я сам себя убью. Но давайте не нагнетать раньше времени! Просто я не вижу пока других вариантов.
— Допустим, и что ты собираешься внушить свой матушке? Отпустить наших девчонок? — спросил Костя.
— Это только один из вариантов, и самый наивный, — хмуро ответил я. Мне было обидно, что меня до сих пор принимали за малого ребёнка. Костя был старше, да. Но это не позволяло ему смотреть на меня свысока.
— Ладно, я согласен, что, когда ты станешь Стражником, это будет ещё одним нашим преимуществом. Тем более, что ты уже в процессе испытаний, — громко заявил Александр, и Лида с Пелагеей вздрогнули от его голоса. — Завтра на рассвете начнём второе испытание. Давайте сосредоточимся пока на этом, а план хорошенько обдумаем. Если «Кровавые» задумали ритуал, они, скорее всего, будут ждать полнолуние. Правда же, Пелагея?
Пег вяло ответила:
— Да, любой ритуал лучше всего совершать в полнолуние. А раз они похитили троих из одной родословной — да ещё какой! — то ритуал у них планируется очень серьёзный.
Мы подъехали к Лесному Дворцу. Я не стал заезжать во двор. Александр, Пелагея и Лидия вышли, их у ворот встретила одна из прислужниц. Мельком я услышал, как Александр выразил от всех соболезнования, а затем быстро попрощался и направился к машине.
Домой мы приехали уже после обеда, и я сразу отправился к себе в комнату. Залез рукой под подушку, но не нашёл там свой дневник. Он сейчас бы был очень кстати... Куда он запропастился? Я поискал его в комнате и сумках, но тщетно. Ладно, найду потом.
Я прилёг на кровать и не заметил, как провалился в очень глубокий сон. Всё же усталость давала о себе знать. Причём, я не спал уже недели две или больше...
Во сне я снова услышал её голос. Такой приятный и успокаивающий. Она шла по тропинке в лесной домик, где мы были вместе. Когда мы могли быть вместе...
Тёмные волосы блестели, отражая солнечные лучи, а на губах сияла радостная улыбка. Розе очень нравилось в лесном домике, а мне нравилось быть там с ней. Я застыл на крыльце, опёршись спиной о дверной косяк, с кружкой кофе в руке, и молча наблюдал, как она шла ко мне.
Роза поднялась по ступенькам крыльца и подошла ко мне вплотную.
— Пойдём купаться на озеро?
Я опешил от вопроса и не сразу нашёл, что ответить. Она лучезарно улыбнулась и потянулась ко мне, обнимая руками за шею. На автомате я закрыл глаза, а потом почувствовал, как её руки стали тоньше и начали завиваться вокруг моей шеи. Я распахнул глаза и увидел перед собой злобный вампирский оскал на её лице, а вместо рук — две змеи, которые обвили мою шею и теперь затягивались туже, пытаясь задушить.
Я зарычал, во сне превращаясь в волка. Когти разрубили змей, и ошмётки упали на деревянное крыльцо. Вампирша, едва напоминающая прежнюю Розу, отпрянула и угодила прямо под солнце. Её кожа моментально покраснела и зашипела, словно яичница на сковородке. Она закричала и исчезла.
— И ты влюблён в эту девушку? Она превратилась в чудовище, милый.
Из глубины домика вышла Джулия. Она бесстрашно подошла ко мне, опустилась на корточки и заглянула прямо в глаза.
— Ты у меня такой красивый! Такой сильный! Я горжусь тобой, сынок. Ты заслуживаешь самого лучшего.
Её голос словно обволакивал меня, окутывая шёлковыми простынями и успокаивая приятной мелодичностью. Я сделал два шага назад, но она спокойно встала и села на стульчик, что стоял возле распахнутой входной двери.
— Здесь просто чудесно. Напоминает наш дом в самые лучшие времена. Знаешь, ты мог бы жить здесь с Аней. Вас бы никто и ничто не беспокоило, а я бы навещала вас по выходным.
Она смотрела вдаль, слегка зажмурившись.
— Тебе нужно только прийти ко мне. Мы снова станем семьёй. Как раньше, — она снова посмотрела на меня и улыбнулась. — Только без тирана-отца, он горит в аду за свои подвиги.
— Я очень хочу, чтобы мы были вместе, как раньше, — ответил я, снова вернув человеческий облик.
— Только скажи, и это случится, — лицо мамы начало расплываться передо мной, превращаясь в черноту.
Явскочил с кровати и посмотрел на время. Было три часа ночи, скоро надо быловыдвигаться. Я проспал двенадцать часов.