21.
Виктория не ожидала увидеть своего первого мужа. И уж точно не ожидала, что он свяжется с демоническими силами, продаст свою душу и успеет за последние девяносто лет стать полноценным демоном. После третьего брака она и думать забыла о своем первом никчемном муже, как, видимо, и он до сих пор, не вспоминал о семье. Тогда почему явился сейчас?
— Ну и что...
— Я здесь делаю? — спросил молодой мужчина, по-хозяйски подмяв под себя подушку в форме сердца. Он чувствовал себя в тарелке в отличии от мертвой ведьмы и своих внуков, которые считали своим дедом второго мужа бабули, и были совершенно растеряны.
Энгельс забился в угол и шипел на незваного гостя, из-за чего хозяйке пришлось взять кота на руки, чтобы успокоить.
— Именно, — резко ответила Виктория, сложив руки на груди. Идеально ровная спина выдавала напряжение.
— Я решил навестить своих внуков. Хотел еще к дочери заглянуть, но всё никак не могу её отыскать, ты не знаешь где она? — бабуля сжала свои тонкие губы в прямую линию и прищурилась. Знай она, где её непутевая дочь, выпорола бы её как сидорову козу. Одно она знала точно — дочь жива.
— Тебе было плевать на семью последние девяносто два года. Что изменилось сейчас, Велимир?
У Вани округлились глаза. Велимир сильно отличался от деда Петра и деда Ивана не только своим звучанием, возрастом, демоничностью, но и безразличием к родным ему людям. Вита, похоже, знающая секрет бабули, сжала сестру за руку, чтобы не дать ей вмешаться в перепалки пенсионеров.
— Сейчас пришло время платить по счетам. Демон, с которым я заключил сделку, тот самый, который забрал мою душу и очернил её в самом пекле Ада, пришел ко мне и потребовал выполнить условия сделки, — скучающим тоном пояснил Велимир.
— Разве платой за сделку не стала твоя душа? — спросил Вик, загораживая своих сестер.
— Само собой разумеющееся. Это было платой за нескончаемое богатство при жизни. А за способность владеть магией пришлось заплатить кровью моего первенца, будущего внука и правнука. Пока я даю демону кровь, я могу продолжать наслаждаться своей жизнью. Без души и ладно, больно она мне нужна.
— Что. Ты. Сказал? — бабуля сделала шаг вперед и вышла из нарисованного круга, за мгновение став вполне себе телесной. — Ты продал кровь своих потомков? Как ты получил кровь своей дочери? И... о Люцифер, Виты? — старушка положила руки на хрупкие плечи старшей внучки, прижимая её к себе.
— Нескончаемое богатство и владение магией, Виктория, ты невнимательно меня слушаешь. Но с правнуком возникли проблемы. Пару дней назад я взял кровь мальчонка, но Бельфегор решил, что я хочу его обмануть. Сказал, что кровь не подходит. Мальчишка не первенец, верно? Но где тогда первенец?
В комнате повисло тяжелое молчание, прерываемое тиканьем часов, висящих на стене. Атмосфера стала прохладнее и напряженнее, чем была до этого. Хотя, казалось бы, куда уж напряженнее.
— Ты опоздал, Велимир. Аврора умерла, когда ей было три месяца. Как оказалось, ведьмовские силы способны вылечить не все болезни. Но за попытку я дорого заплатила, — бабуля кивнула в сторону дымящейся кастрюли с мерзким варевом.
— Погоди-ка, — мужчина резко сел, внимательно рассматривая лицо бывшей жены на предмет лжи, но не находил и намека. Только осуждение и тихую скорбь. Она говорила правду. Он опоздал, пропустив рождение и смерть первой правнучки, и теперь ему нечем будет заплатить Бельфегора. Души у него уже нет, но демон был способен забрать все остальное. Скажи он Бельфегору, что крови не будет, путь в мир людей ему заказан, вечность будет томиться в нижних кругах Ада, без сил, прав, власти. — Нет-нет-нет. Этого не может быть. Ты посылала мне письма о рождении внуков, почему в этот раз не послала? — Велимир встал, с силой опрокидывая стеклянный кофейник столик, стоящий возле дивана. От звука бьющегося стекла Ваня едва не вскрикнула, выпустив Энгельса с рук. Он встал впереди хозяйки, вновь шипя на демона.
— Ты ни разу не ответил на мои письма, я думала, что ты уже лет десять как умер, и не стала больше посылать письма. Как видно, и предыдущие я зря послала. Ты использовал нашу семью, вытер об меня ноги и посмел украсть кровь своей внучки и правнука. А теперь заявился сюда, чтобы потребовать еще больше крови? — старушка сжала руки в кулаки, обходя своих внуков, и вскинула правую руку вперед, припечатав бывшего мужа к стенке.
— Ты больше никогда не сунешься к моей семье. А через пару дней, когда Бельфегор узнает о твоей промашке, навечно окажешься в Аду, где тебе самое место, Велимир.
Под сенью дома моего
Гнездо змеи свивает зло.
Изгнав за двери всех чужих,
Смешу спасти своих родных.
Мужчина громко закашлялся, хватаясь за горло, и зло посмотрел на старушку, растворяясь в воздухе, оставляя после себя черную дымку, сильно пахнущую предательством и серой.
Виктория наскоро обняла своих внуков, становясь вновь бесплотным духом и поцеловала каждого в лоб, даря своё благословение и извиняясь за то, что позволила их деду причинить им боль. Остаток вечера Ваня и Вик утешали рыдающую сестру, которая с трудом держалась в присутствии демона, но сломалась после очередного ухода бабули. Боль от потери старушки, которая заменила её мать, скорбь от потери первенца и обида от поступка деда, который, не задумываясь, продал семью на пару лет безбедной жизни. Когда Виктор повез разбитую Виту домой, Ваня наконец-то осталась дома одна.
Остался один вопрос, который она не успела задать деду. Желание достать Ваню было её понятно, но зачем дед полез к Владу? Ради чего была шутка с чесноком?
Ответом послужила короткая усмешка, которая на секунду отразилась в зеркале ванной. Но Ванесса её не видела.