12 Глава
- Как тебе ужин manzana? Понравился?
- Очень! Спасибо! - Мы допивали вино в маленьком ресторанчике, интерьер которого был выполнен в колониальном стиле.
Начо рассказал о себе многое, даже то что, на мой взгляд, ему не стоило рассказывать. Когда он рассказал мне о самом сокровенном, то дал понять, что доверяет мне. У Начо есть маленькая дочь. Он встречался с девушкой, и она забеременела, а когда родила, то бросила Начо вместе с крохой на руках. Начо, конечно, помогали родные братья и мама, но думаю, ему все равно было тяжело, и он не спал много ночей, зарабатывая деньги для своей малютки. Я спросила у него, где сейчас ее мать, оказалось, что она сразу уехала в Мексику в надежде на другую жизнь. Она думала, что ее семья примет ее с распростертыми объятиями обратно, но там уже все знали, что она натворила, и по последним данным она торгует своим телом. Мать Луины - проститутка.
В зале заиграла красивая мелодия. Начо заметил, медленное покачивание моих плеч из стороны в сторону.
- Хочешь потанцевать?
- Ничего себе, ты не похож на парня, который умеет танцевать.
- Любой мужчина умеет двигать нижней частью своего тела, особенно вперед и назад. Так что не вижу в этом проблемы. Идём? - Начо встав, отодвинул стул и протянул мне руку.
- Идём. - Ответила я, все еще пылая от его комментария.
Тело Начо было жесткое как скала, это я поняла еще тогда когда прижалась к его спине сидя на байке. Его огромные руки обнимали меня за талию, обещая не выпускать.
- Начо, а кто поет эту песню? - Спросила я.
- Maná - Labios compartidos.
- А ты можешь перевести, о чем она?
- О manzana, это очень откровенная песня. - Мы покачивали бедрами, и в таком положении Начо положил мою голову себе на грудь, и стал переводить каждое слово этой песни мне на ухо.
Любовь моя
Если я под толчками твоих ног,
Если я погружен в качание бедер,
Это небо, это мое небо.
Сбежавшая любовь,
Берешь меня, оставляешь меня, выжимаешь из меня все и отбрасываешь в сторону
Ты уходишь на другие небеса и возвращаешься подобно птице колибри,
Держишь меня как собаку у своих ног.
Еще раз мой неразумный рот
Снова оказывается на твоей коже,
Твой рот устремляется ко мне и возбуждает
Я снова падаю, от твоей груди до твоих ног.
Поделенные губы, разделенные губы, моя любовь,
Я не могу делить с кем-то твои губы,
Которые делю обманом, и я делю свои дни и свою боль
Я больше не могу делить твои губы,
О любовь, о любовь, разделенная.
Мутированная любовь
Любовники с правом и без права владеть тобой постоянно
А я всегда должен терпеливо ждать
Куска, который мне перепадет от тебя.
Молнии и спиртное,
Одинокими голосами я заплачу под солнцем,
Мой рот - горящий, измученный,
Ты раздеваешься, ангел фея, потом ты уходишь.
Еще раз мой неразумный рот
Снова оказывается на твоей медовой коже,
Твой рот устремляется ко мне, заставляет страдать
Я снова падаю от твоей груди до твоих ног
Поделенные губы, разделенные губы, моя любовь,
Я не могу делить с кем-то твои губы,
Которые делю обманом, и я делю свои дни и свою боль
Я больше не могу делить твои губы,
Разрази меня громом,
Лучше навсегда забудь меня моя любовь,
Но я больше не могу ни с кем делить твои губы,
Делить твои поцелуи...
Разделенные губы...
Я люблю тебя со всей искренностью, без меры,
Я люблю тебя хотя бы и разделенную,
Твои губы имеют власть.
Я люблю тебя со всей искренностью, без меры,
Я люблю тебя хотя бы и разделенную,
И ты по-прежнему имеешь контроль.
Температура моего тела поднялась до критической отметки. Начо знал что делал. Его голос вперемешку с текстом этой песни очень сильно возбудили меня. Но когда кто - то в зале стал подсвистывать нам, Начо нахмурился и мы перестали танцевать.
- Чем еще хочешь сегодня заняться? - Спросил у меня Начо, после того как мы вернулись за свой столик.
- Не знаю. У тебя есть предложения? - Я пожала плечами и отвела в сторону глаза.
- Manzana я понимаю, что страшен как дьявол, но тебе не стоит меня бояться. Я пугаю своим видом всех niños на нашей улице. Меня бояться все кроме Луины, ее губки улыбаются при виде меня.
- Видишь, я тоже улыбаюсь, и совсем тебя не боюсь. - И это была правда.
- Я могу быть очень нежным, если ты захочешь.
- Хочу... хочу, чтобы ты был нежным. - После моих слов Начо за раз осушил свой бокал.
- Моя мастерская находиться неподалеку, поехали ко мне? Только, пожалуйста, не подумай нечего плохого, в ее жилой комнате очень уютно.
- А почему ты не пригласишь меня к себе домой, разве я этого не заслуживаю? - Мой голос выдал мою обиду.
- Не говори так, ты заслуживаешь всего самого лучшего manzana.
- Тогда в чем проблема?
- Проблема в том, что мастерская и есть мой дом. - О Боже, какая я дура.
- Начо ты не представляешь как мне стыдно сейчас. - Я взяла его руку в свою, но он выдернул ее обратно.
- Мне не нужна твоя жалость. Поехали, я отвезу тебя домой. - Начо бросил на стол несколько купюр, и пошел в сторону выхода. Я сразу выбежала следом за ним.
- Начо постой. Давай лучше пройдемся немного, ты выпил, и это не лучшая идея садиться за байк. В какой стороне ты живешь?
- Мне нужно осушить целую бочку, чтоб я был пьян, а не какой - то там бокал вина. Садись, я отвезу тебя туда, откуда забрал.
- Я не хочу домой, я хочу к тебе. - Начо сильно выдохнул, и посмотрел на меня.
- Я веду себя как идиот, правда?
- Нет.
- Прости, это все мой вспыльчивый характер. - Боже, он еще и извиняется.
- Твое предложение еще в силе?
- Еще, в какой силе. - Теперь уже заулыбался Начо.
- Только пошли пешком, пожалуйста. - Умоляла я.
- Вон видишь в конце квартала колесо с неоновой подсветкой, нам туда. Так что залезай и не волнуйся, ты еще в большей безопасности, чем думаешь.
Мастерскую и жилую часть одного большого помещения, делила витражная стена. Все три автокрана были рабочими, и на них висели машины. Наверно с Начо работают его братья, потому что для одного человека здесь слишком много работы.
Начо был прав, говоря, что у него уютно. Желая часть, размещала в себе уборную комнату, маленькую кухню и огромную кровать с кучей подушек.
- Я люблю, когда много подушек...
- Это заметно. А где сейчас Луина и твои родные?
- Луина спит рядом с mi mamá сном младенца. За этой стенной есть еще две комнаты, но я живу здесь. Там я просто не помещаюсь.
- А мы их не разбудим?
- А ты что собралась кричать? - Мои щеки обдало жаром после его вопроса.
- Все может быть. - Мой ответ тоже повлиял на Начо, и он подошел ко мне вплотную.
- Нет, не разбудим. Я позаботился о звукоизоляции, как только Луина родилась. Знаешь ли, здесь очень шумно днем.
- Я искренне рада, что Люк познакомил нас. Ты замечательный Начо.
- Manzana, ты сейчас делаешь мне комплимент? Это я должен делать, а не ты. Поверь, как только я увидел тебя, то подумал, что мой рот свисает до пола и я похож со стороны на маньяка. - Начо положил обе руки на мою талию. - На маньяка, который без ума от своей жертвы.
- Совсем недавно мне один знакомый маньяк обещал быть нежным... - Вместо Начо мне ответили его губы на моей шее.
- С тобой хочется быть разным manzana.
Губы Начо на удивление были мягкими, и от каждого сантиметра моей шеи после его поцелуев, по телу пробегала пульсирующая волна.
- В этом красном платье ты похожа на розу. Но я хочу снять его прямо сейчас. - Начо не нужно было мое согласие, он просто взялся за подол и потянул мое платье вверх, раздевая меня.
Как только я подняла руки вверх, мастерская комната открылась, и в нее зашли двое мужчин, и, судя по взгляду Начо, он совершенно не рад их видеть. От него исходил взгляд зверя, пугающий до жути. Мое платье резко вернулось в исходное положение.
- Кто это? - Спросила я.
- Это culo caminando Эйпл, и лучше тебе не знать перевода. - Оставив меня, Начо вышел к ним, и они заговорили на своем языке.
Было, похоже, что Начо ругался. Мне, от этого стало не по себе, и чтоб не присутствовать при их споре я жестом показала, что пойду в туалет и Начо махнул мне в знак согласия.
Закрывшись в туалете, я достала из сумочки блеск, и немного нанесла его на свои губы. Затем я взяла свой телефона, звук которого специально выключила, чтоб меня не отвлекали. Батарейка была на исходе из-за такого количества пропущенных и сообщений, которые были от Аша.
Аш: «Эйпл скажи, где ты находишься? Я приеду за тобой»
Аш: «Ты даже не представляешь с кем уехала, возьми свой гребанный телефон»
Аш: «Эйпл, клянусь, я сделаю все, что ты захочешь, только ответь мне»
Аш: «Яблочко ты уехала с Начо, он и его «дружки ублюдки» хотели заплатить мне за тебя. Я убью его, если он хоть пальцем к тебе притронется»
Батарейка моего телефона села у меня на глазах, когда я читала сообщения.
- Вот черт. Мамочка моя, что же делать?
Ни баллончика, ни ножа у меня с собой не было, да и обороняться бесполезно. Начо весом в центнер завалит меня, даже если дунет. Окно в туалете было единственным спасением на данный момент, потому что бежать нужно отсюда, и чем быстрее, тем лучше. Я старалась не шуметь когда, подтянувшись, вылезла передней частью тела наружу. На улице было темно, и эту сторону постройки даже луна не освещала. Когда глаза привыкли к темноте и оценили окружающее меня пространство, то я поняла что схватиться мне не за что и придется вылизать ногами вперед, иначе я просто сломаю себе шею. Мне еще повезло, что этаж был первый, а не скажем тот же второй. Стоя на бачке унитаза и держась за оконную раму, я просунула в нее сначала одну ногу, а затем и вторую. Спине было ужасно больно, потому что она выгнулась настолько насколько могла. Скользя мое платье, задралось до живота, а ноги и ягодицы царапались, задевая шершавую стену. И вдобавок ко всему остальному я еще умудрилась приземлиться на колени, когда отпустила свои руки.
Поднявшись, я поправила платье и сняла туфли, держа их в руках, я подняла с земли ранее перекинутую сумочку и рванула в сторону проезжей части, со всех сил. Слава богу, это Майами, и это такси остановилось. Наверно в такой момент каждая готова была отдать все, что у нее было лишь бы скорее добраться до дому. Но таксист, который попался мне, не пытался нажиться или забросать вопросами, откуда я в таком виде и не продаюсь ли случаем. Он просто включил счетчик, и мы тронули.