Тёмная революция

Когда это было? Уже мало кто помнит. Все, кто может помнить либо забыли и вспоминать не хотят, либо безвременно почили ещё там, в далёком прошлом. Это были герои, о которых никто не знает и вряд ли узнают, но они сделали всё, чтобы спасти этот мир. Хотя по правде говоря, если кто-то из них начнёт говорить о своих подвигах, то может оказаться в психушке.

Но там, далеко отсюда, покоится их прах, покоятся эмоции, земля густо полита кровью погибших и слезами и близких, а вышедшие оттуда остались с главным уроком жизни. А какой это был урок вам и предстоит узнать.

Так вот, о чём это я. Было это три года назад...

***

Темнота.
Боль.
Первый вдох раздаётся сильнейшей болью в груди. Я открываю глаза. Эта неудачная попытка осмотреть место, где я нахожусь, оборачивается выступающими слезинками, которые жутко щиплют глаза.
Проверка на работоспособность: поочередно слегка каждой частью тела. Тело гудит, но отзывается. Вроде бы более или менее цела.
Ещё раз питаюсь открыть глаза. Я лежу на пороге дома, где когда-то была стеклянная входная дверь. Перед глазами словно пелена и я ещё не до конца могу понять происходящее. Хотя, от глаз это зависит мало.
Дом, в котором я нахожусь - тупиковый. Я как раз лежу лицом к выходу и лежа на животе могу окинуть взглядом всю улицу.
Серое небо отливает красным цветом, ровный асфальт идеально чист, одинаковые дома-коробочки отстраненно стоят рядом друг с другом, а на улице ни единой души. Но вроде бы дома целы, это уже даёт надежду.
Я решила попробовать встать. Вышло у меня это далеко не с первого раза, потому что голова предательски кружилась, а ноги не хотели меня слушать. Оказывается я всё это время лежала в осколках и пепле. Хотя, какое всё время? Сколько я вообще здесь? Мой фитнес-браслет, который, на удивление, всё ещё работал, сказал, что сейчас 28-ое сентября. Вроде бы было 26-ое.
Я попыталась вспомнить, что было перед тем, как я очутилась тут. Голова снова мне начала мстить за то, что я ей когда-либо делала и виски запульсировали болью.
Выйдя из дома и оглядев его со стороны, стало понятно, что выглядит он многим хуже остальных. На первый взгляд в нём уже минимум пять лет никто не жил, хотя не ручаюсь, внутри я ещё не смотрела. Ещё он отличался от всех остальных своим размером: в нём было два этажа и сам по себе вместе с ограждённой территорией он был больше всех остальных.

Ох, эти осколки. Вся моя одежда в них. Я начала стряхивать их рукой, и ладонь раздалась болью. Чёрт, только этого не хватало. Я прижала руку к футболке и пошла дальше. Тут было значительно холоднее, чем в Москве и я начала потихоньку замерзать, хотя даже для Москвы в этом году начало осень выдалось весьма холодным.
Я ещё раз осмотрела все дома уже поближе: они все были покрашены в приблизительно один тон, а двери были везде стеклянные, ровно, как и на больших окнах ни разу не встречались шторы. Как-то это очень странно, словно людям приятно, когда прохожие смотрят на них.
Почему-то я снова подумала за людей, но народа я тут так и не встретила.
О, наконец-то попалось название улицы: Рождественская. Что ж, весьма оптимистично. Главное улица соответствует празднику: серая, унылая и всё как всегда, ничего особенного. Христиане, не надо меня так поспешно сжигать на костре, это сарказм.
Судя по нумерации домов, улица скоро должна была закончиться. Интересно, куда меня судьба выведет на этот раз...
На этой прекрасной мысли мой телефон оповестил меня о пришедшем уведомлении. Экран даже остался цел, хотя телефон находился у меня в кармане, но заряд успел истратиться и осталось 4%.
Я открыла пуш-уведомления и стала быстро читать сообщения:

"Ты куда делась, гном? Не пугай нас"

"Алло, баран, ответь"

"Ты же помнишь, что я обещал тебе на твоё совершеннолетие?"

"Малиса, староста выговор делала. Говорит, что твоя репутация безупречна, тут не поспоришь, но если ещё один пропуск без предупреждения..."

На этом уведомлении моё сознание начало отвергать поступающую информацию. Всегда такая реакция на универ.

Я задумалась. Осталось мало заряда, но должна работать геолокация. На мой запрос местоположения телефон ответил, что мне нужно пойти на место с лучшим GPS сигналом. Вот чёрт. На дерево что ли лезть?

Кстати, деревья! Это место ещё отличалось тем, что на всех частных территориях не было деревьев. В смысле деревья были, но только тополя вдоль дороги, а вот за низкими "европейскими" заборчиками частной территории деревьев не было вообще. Да и кустов тоже. По правде говоря, я не представляю русского человека без каких-нибудь деревьев. Я не претендую на сад в каждом дворе или обилие плодовых, но хотя бы что-то. Ёлка, орех... Там, где я выросла, всегда было так.

Пока я размышляла, телефон издал последний стон и вырубился. Что ж, я изначально не полагалась на него, поэтому не больно страшно. Улица уже подошла к концу и упёрлась в широкую дорогу. Вдалеке виднелись многоэтажные дома, но из-за смога было видно только их очертания.

Я посмотрела в другую сторону. Другая сторона посмотрела в ответ. Погодите-ка. Это были фары быстро приближающейся машины, которая неслась на меня с бешеной скоростью.

Водитель резко ударил по тормозам и остановился возле меня. Мелкие камешки, лежащие возле дороги, ударили мне по ногам.

- Быстро полезай! - крикнул мне водитель. Я застыла от шока и взбешенный мужчина потребовал ещё раз:

- В машину! Живо!

Я быстро прикинула возможности того, что это какой-то маньяк. Да, соглашусь, возможности велики, но это единственный живой человек на целую улицу, и, судя по всему, единственная машина на шоссе, ведущему в город. Но удивила его эмоциональность, ибо я уже прониклась серой и унылой атмосферой этого места.

Я неохотно залезла в машину и решила осмотреться: не сильно он тянет на маньяка. Судя по всему, ему привычно ездить со спутницами, потому что окно на пассажирском месте часто открывалось.

Я перевела взгляд на спутника. Его лицо было задумчивым, а серьёзный взгляд колючих серых глаз наблюдал за дорогой. Мой спутник/похититель/сопровождающий/будущий насильник (нужное подчеркнуть) даже не обратил внимание на то, что я рассматриваю его. Под его серьёзными и уставшими глазами были красноречивые синяки. У моих однокурсников перед сессией так же. Что греха таить, у меня тоже. Его лоб был покрыт мимическими морщинами и это не удивительно, ведь даже сейчас он нахмурен и, судя по всему, думает. Средней длинны волосы были почти что блондинистыми, хотя может не почти, я никогда не разбиралась в оттенках.

Мужчина перевел взгляд с дороги на меня, но остался таким же нахмуренным:

- Не хочешь ничего рассказать? - отрывисто поинтересовался он.

Я хмыкнула.

-Это мне говорит человек, который только что похитил меня с середины улицы?

- Не похитил, а спас. - обыденно сказал он, словно каждый день ему приходится говорить это подобранным с улице девушкам.

Голос его звучал уверенно, но эта уверенность словно должна была скрыть его настоящие эмоции.

Я, находясь в возмущении, плавно переходящем в истерику, съязвила:

- Ага, конечно. На улицах больших городов постоянно так "спасают" девушек, чтобы увезти куда-нибудь. А потом они пропадают.

Его глаза наполнились злостью и я поняла, что эта моя далеко не самая осторожная фраза может стоить мне очень многого.

- Ты даже не понимаешь, где оказалась, мелкая. Ты даже не помнишь этого! Такое показывание характера может стоить тебе жизни в этой реальности. Вместо того, чтобы ерепениться, лучше бы закрыла рот и подождала до того момента, пока не узнаешь всё от начала и до конца. мы скоро приедем. Потом ещё спасибо скажешь, оборванка.

Последняя фраза меня зацепила больше всего. Да, соглашусь, мой прикид стандартного рокера потрепался, в особенности кожанка. Она вообще в мелких порезах из-за осколков стекла, но это не делает её менее любимой. Тес более, другой одежды у меня нет. Но есть же хоть какая-то надежда, что остальную одежду я смогу выстирать от пыли? Вообще-то вроде бы нет, но не хочется думать про это.

Этот вредный тип уже менее злым взглядом просканировал меня. Как ещё назвать этот пристальный взгляд, рассматривающий всё тело? Я недовольно хмыкнула, а он закатил глаза. Я почти была готова ещё раз хмыкнуть, ибо меня жутко раздражало, когда водитель отвлекался от дороги, но он снова перевёл взгляд на дорогу.

- Бардачок. - весьма ёмко сказал он. - Там лежат бинты, вата и спирт. Возьми для руки.

Я немного смутилась и потупила взгляд, но после небольшой заминки открыла бардачок. Там действительно было подобие аптечки. Я на всякий раз перед использованием принюхалась к спирту, чем вызвала добрую усмешку своего спутника.

- Ты хотя бы имя своё помнишь, кактус? - решил уточнить он.

"Кактус?" - подумала я.

­­­- Кактус? - не спрашивая моего разрешения спросил мой рот.

Паренёк ещё раз посмеялся. Всё-таки он мне уже не кажется настолько вредным.

- Да. Такая же вредная и колючая. Так ты имя помнишь? Кстати, не называй его пока, если что. Тут не принято говорить своё настоящее имя.

- Я помню его. А почему не принято?

- Сама потом узнаешь. - в сдержанной форме начала нашего общения ответил он и снова сосредоточился на дороге, а я начала смотреть в окно.

Мы въехали в черту города. За момент нашего передвижения я видела несколько машин и людей. Люди вели себя очень отстранённо и замкнуто, больше походя на роботом. Некоторые из них выгуливали собак, парочка гуляла с ребёнком, но все были словно механическим, а взгляд устремлён в пустоту. Даже если не так, то смотрели они настолько безразлично и холодно, что аж воздух вокруг меня словно становился холоднее.

Дома выглядели так же скучно, хоть и были многоэтажными. Ни на едином газоне не росли цветы, разве что такие же сдержанные и ухоженные кустики, как и всё остальное. А в домах нигде не было штор. Во всех многоэтажках, на всех окнах, которые я успела оглядеть не было ни штор, ни цветов. Это начинало пугать.

Я посмотрела на спутника. Его уже привычная хмурость сменилась невозмутимостью. Что же с ними всеми случилось?

На спидометре 50 км/ч, за окном странные люди и неизвестный мне город, на въезде в который не было знаков, а я предпочла уснуть. Всегда выбираю этот вариант.

А с моим новым знакомым мы так и не разговаривали до самого приезда. Пожалуй, это логично.