Пандемониум тьма в твоих глазах

Когда Лариса пришла в себя и набросилась на Олега с кулаками, к мастерской подъехало несколько патрульных машин с включенными мигалками. Антон Василевский все объяснил коллегам и передал им Олега, закованного в наручники. Девушка к этому моменту так разошлась, осыпая своего незадачливого приятеля пинками и отборными ругательствами, что он даже обрадовался, когда его оторвали от Ларисы и заперли на заднем сиденье полицейской машины. Правда, радость его оказалась преждевременной – Лариса отправилась в участок вместе с полицейскими давать свидетельские показания и их посадили в одну машину.

А Тимофей и Антон поехали в старую часть города по адресу, который дал им Чжи Мин. Вскоре они уже стояли у небольшого одноэтажного домика, окруженного покосившимся деревянным забором. Свет в окнах не горел, и с первого взгляда жилище казалось необитаемым. Двор зарос кустарником, стены покрылись многочисленными трещинами, краска на деревянной двери давно облупилась.

Поначалу Антон решил, что Чжи Мин их обманул, но на заснеженной тропинке у самой калитки отчетливо виднелись чьи-то следы. Значит, кто-то здесь точно скрывался.

Тимофей осторожно толкнул ветхую калитку, и она с протяжным скрипом отворилась. Цепочка следов вела от покосившейся ограды к рассохшемуся деревянному крыльцу. Василевский поставил правую ступню рядом с отпечатком чужой ноги и тихо присвистнул. Тот, кто здесь недавно прошел, имел гораздо больший размер ноги. Размеров примерно на пять.

Зверев и Василевский молча поднялись на крыльцо. Старые доски громко скрипели под ногами. Дверь коттеджа, как и следовало ожидать, была заперта. Тимофей подергал ее, затем громко постучал. Из темного дома не доносилось ни звука.

– Может, зайдем? – спросил Антон. – Осмотримся.

– Предлагаешь выбить дверь? – поинтересовался Зверев.

– Ну мы же не вандалы какие-нибудь. Зачем сразу выбивать?

Василевский положил ладонь на дверной замок и сосредоточился, слегка пошевелил пальцами. Внутри замка что-то тихо щелкнуло, со скрежетом провернулось, и дверь вдруг поддалась. Антон осторожно отворил ее, и парни снова прислушались.

В доме по-прежнему стояла тишина.

Василевский вытащил из кармана пуховика небольшой фонарик и, включив его, осветил тесную прихожую. Затем с опаской переступил порог, и Тимофей двинулся за ним. Они пересекли небольшой коридор и оказались в просторной кухне. В противоположной стене имелся еще один дверной проем, и парни направились к нему.

Вскоре оба очутились в большой комнате, часть которой была отделена плотным занавесом черного цвета. Такие же непроницаемые шторы закрывали окна, поэтому в коттедже и стояла темнота. Даже если бы тут горел свет, снаружи его все равно не было бы видно.

Тимофей нашарил рукой на стене выключатель, и вскоре помещение осветилось тусклым светом единственной лампочки, свисающей с потолка на куске электропровода.

У одной из стен комнаты стоял потертый диван, на котором лежала подушка, полуприкрытая стареньким клетчатым шерстяным пледом. Рядом с диваном примостился журнальный столик с горкой грязной посуды – в основном пластиковыми одноразовыми контейнерами, в каких продают готовую еду и салаты.

– Здесь точно кто-то обитает, – сказал Антон. – Причем он был тут совсем недавно.

И Василевский ткнул пальцем в прозрачную коробочку с недоеденным салатом, который еще даже не успел засохнуть. Тем временем Тимофей подошел к занавесу, отделяющему другую половину комнату, и хотел его отдернуть, но тут ему в лицо уперлось вороненое дуло короткоствольного ружья.

– Ты чертовски прав, парень. Здесь обитаю я, – раздался из-за черного занавеса мужской голос с легким иностранным акцентом.

Антон испуганно ойкнул. Тимофей с опаской поднял руки и сделал шаг назад. Навстречу ему из-за занавеса вышел высокий темнокожий мужчина с наголо обритой головой. Он был в черной рубашке с короткими рукавами и черных брюках, поэтому представлял собой один сплошной черный силуэт. Лишь белки его глаз жутковато светились на темном лице.

– Эй, полегче! – настороженно проговорил Антон. – Мы не причиним тебе вреда. Лучше тебе опустить свою пушку, приятель.

– Что вы здесь делаете? – угрожающе поинтересовался тип в черном, продолжая целиться в Тимофея из ружья. – И по какой причине вломились в мой дом?

– Мы из полиции! – сообщил Василевский.

– Слишком сопливые для полицейских, – последовал ответ.

– И почему нам все об этом говорят? – пожал плечами Антон.

Тут же ружье выскочило из рук темнокожего громилы и влетело в руки Василевскому.

– О-о, – протянул мулат и весь как-то разом поник, опустив голову и плечи. – Вы из этих...

– Из каких? – прищурился Антон. 

– Из тех, с кем я больше не хочу иметь ничего общего. Только мне это никак не удается.

– Это ты попросил Сиамских Близнецов украсть для тебя Глаз Равеля? – спросил его Тимофей.

Странно, но ему казалось, что он откуда-то знает этого типа. Вот только откуда?

– Раз вы здесь, значит, им не удалось его раздобыть, – посетовал незнакомец. – Где сейчас этот медальон?

– Вернулся обратно к Кади Блоншеру.

– Старый дьявол! – яростно выдохнул мужчина. – Он все-таки добился своего! Но вы ничего не сможете мне предъявить. Мало ли кому и за что я заплатил. Мне ведь еще ничего не приносили, а значит, я чист перед законом. А если вы и правда из полиции, то лучше вам присмотреться к самому доктору Блоншеру. Вот кто настоящий злодей и убийца.

– Он тоже не скроется от правосудия, – заверил его Василевский. – Но зачем тебе понадобился Глаз Равеля? Для чего ты хотел его использовать?

– Минутку, – воскликнул вдруг Тимофей. – А ведь я тебя знаю! Как-то видел в Клыково... Тебя зовут Кемаль. Ты работаешь на Кадишу де Лафуэнте! Вернее, работал на нее раньше...

Глаза Кемаля испуганно расширились.

– А ты еще кто такой? – глухо спросил он.

– Я... – Тимофей осекся. – Студент академии «Пандемониум»...

– И сотрудничаешь с полицией Санкт-Эринбурга? Как такое возможно вообще?

– Так уж получилось, – пожал плечами Зверев. – Но если ты здесь, то где тогда сама Кадиша? Это для нее ты хотел раздобыть Глаз Равеля?

– Ты прав, когда-то я работал на мадам Кадишу, – неохотно признался Кемаль. – Но ее больше нет... После того как она, по глупости и алчности, перешла дорогу самому Скорпиону, он уничтожил ее. – Голос мужчины чуть заметно дрогнул. – Мою хозяйку постигла участь, которая гораздо хуже, чем смерть.

– Что случилось? – напрягся Тимофей. – Что он с ней сделал?

– Ты действительно хочешь это знать? Ты – сторонник светлых Первородных. Не боишься разочароваться в своих покровителях?

– Я очень хорошо знаю, на что был способен прежний Скорпион, – понизил голос Тимофей.

– Прежний? – удивился мулат. – В каком смысле?

– Скорпион погиб во время событий Багровой ночи. Сейчас этот пост занимает другой человек.

– О, как же я рад это слышать, – сверкнул белоснежными зубами Кемаль. – Он наконец поплатился за все свои злодеяния. А что до мадам Кадиши...

Кемаль рывком отдернул черный занавес в сторону, и парни остолбенели. У дальней стены комнаты стоял самый настоящий гроб из блестящего лакированного дерева. Кемаль приблизился к нему и одной рукой приподнял его крышку.

Антон тихо охнул, Тимофей ощутил, как по его спине побежали мурашки. Внутри лежало человеческое тело, с ног до головы покрытое красной шелковой тканью.

– Это моя хозяйка, мадам Кадиша де Лафуэнте, – убитым голосом проговорил Кемаль. – Вернее, то, что от нее осталось после заклятия, наложенного проклятым Скорпионом.

– Что он с ней сделал? – в ужасе спросил Тимофей, разглядывая тело в гробу.

– Использовал древний прием магов вуду. Высосал из нее душу, заточив ее в глиняный кувшин, а тело заставил высохнуть до состояния жалкой мумии. Я стольким ей обязан. Кадиша не раз спасала мою жизнь, я предан ей всей душой и теперь ищу способ вернуть ее душу обратно в тело... Сначала я хотел уехать с ней за границу, но тут до меня дошли слухи, что доктор Кади Блоншер сейчас в Санкт-Эринбурге. Я много о нем слышал, он знает толк в подобных вещах. И я отправился к этому мерзкому старикашке... просил его, чтобы он провел ритуал для возвращения ее души в тело, но он затребовал с меня просто дикую сумму! Тогда я попросил одолжить мне Глаз Равеля, чтобы я сам смог сделать все необходимое. Я бы воскресил свою хозяйку... Но старый паршивец отказал мне! Гораздо дешевле оказалось нанять банду отморозков, которые вломились бы в его особняк и выкрали бы драгоценный артефакт... И я нашел подходящих людей, обратившись к Сиамским Близнецам. Но, как оказалось позже, не такими уж они были подходящими...

Он горестно вздохнул и уронил крышку гроба обратно. В комнате раздался тяжелый глухой удар. Антон Василевский и Тимофей Зверев вздрогнули.

– Теперь мне придется искать другой способ вернуть ее... А Кади Блоншер пусть подавится своим Глазом Равеля, – жестко произнес Кемаль. – Завтра же мы с госпожой покинем Санкт-Эринбург.

– Кадиша де Лафуэнте сделала много зла, – осторожно заметил Тимофей.

– Но и много добра, – возразил ему Кемаль. – Она помогала всем, кто когда-либо обращался к ней за помощью. За хорошую плату, естественно.

– Может, мне поговорить с Королевским Зодиаком? Думаю, они смогут помочь...

– Нет! – яростно воскликнул вдруг Кемаль. – Я больше не доверяю Королевскому Зодиаку и никогда не доверюсь! Лучше пусть все остается как есть. Я увезу свою хозяйку подальше отсюда и буду искать новый способ вернуть ее к жизни. А вам... – он взглянул на застывших ребят, – лучше убраться отсюда. Не мешайте мне готовиться к отъезду.Тимофей взглянул на притихшего Антона.

– Кажется, нам и правда лучше уйти, – тихо сказал он.

– Ты действительно дашь ему уехать? – спросил Василевский, когда они вышли из дома Кемаля.

– А у тебя есть в чем его обвинить?

– Нет, – подумав, признал Антон. – Но он такой жуткий. У меня от одного его вида волосы дыбом встают.

– Ты еще не видел его госпожу, когда она была живой, – тихо сказал Тимофей. – Они жили в лесной лачуге, а когда она приходила в Клыково, казалось, даже птицы на деревьях петь перестают. Кемаль и Кадиша де Лафуэнте – очень странная парочка. Пусть лучше убираются из страны. Поверь, для всех нас так будет гораздо безопаснее.