20
Горничная вышла из комнаты Анели с подносом еды и направилась в столовую. По пути ей навстречу шла Натали. Горничная поклонилась
— Она снова ничего не ела, — твёрдо произнесла Наталия.
— Да, говорит, что не голодна, — ответила горничная.
Прошло уже три дня, но Анеля так и не приходила в себя. Наталия, взяв поднос, направилась обратно к её комнате и пригласила следовать за собой.
Открыв дверь без стука, она увидела Анелю — та сидела на кровати, вся заплаканная. Сердце Наталии сразу смягчилось. Она присела рядом, осторожно наклонила голову девушки на своё плечо и начала тихо петь колыбельную, которую сама знала с детства.
*
Спи, малыш, и слушай рассказ,
Про волшебников и их тяжкий час.
В мире магов — мечты живут,
Но быть им рядом с людьми не суждено тут.
Жила девушка однажды влюблена,
В мага светлого, как луна.
Любили они и страдали вдвоём,
Но быть вместе —им не дано .
Жизнь волшебника полна затей,
Он странник вечный в чужих кровей
А девушка ждет, мечтает о том,
Чтоб любовь их была светлым домом
Но звёзды шепчут тихо в ночи:
«Их пути расходятся тут навсегда.»
Любовь была, страдала и жила,
Но судьба — она другая, была.
Спи, малыш, пусть сны твои
Расскажут о мире тех друзей.
Где маги и люди жить не могут вместе,
Но в сердце любовь — свет вечной песни.
*
Когда Наталия замолчала, Анеля тихо спросила:
— Помнишь, как ты мне эту колыбельную пела?
Наталия улыбнулась и вытерла слёзы с щёк Анели.
— Ты всегда задаёшь вопросы: почему девушке и магу не суждено быть вместе? Они же любили друг друга...
Наталия вздохнула и, глядя в окно, тихо сказала:
— Людям было против показано выходить замуж или жениться на магах. Они — хитрые и коварные, их кровь не такая, как наша. Если королевство узнает, что маги живут среди нас, они начинают расследование: проверяя опасны они или нет. Мир жесток, и тебе, с твоей светлой душой, будет здесь тяжело.
Анеля опустила глаза на пол и прошептала
— Но маги тоже люди... У них есть сердце, душа, они чувствуют боль. Чем они от нас отличаются? Я не понимаю этой логики и никогда не пойму.
Наталия молча повернулась к ней, ничего не отвечая.
Оставшись одна, Анеля посмотрела на поднос и вдруг осенённая мыслью прошептала:
— Чтобы стать сильнее... чтобы изменить всё... я стану воином.
Ефим сидел за столом, перебирая бумаги, лицо его было сурово и непреклонно.
— Нет, Анеля, — строго и решительно произнёс он, — я против твоей затеи.
— Отец, — в голосе Анели звучала настойчивость, — поймите меня. Это пойдёт только на пользу. Я научусь владеть мечом, стану воином. Тем более у нас нет наследников мужского пола, остаюсь лишь я. Это на благо всего общества, и я буду понимать политику лучше любого.
Но Ефим, взбешённый, ударил кулаком по деревянному столу:
— Где это видано, чтобы женщина брала в руки меч? Женщина должна сидеть дома, ждать мужа, растить детей. На войне должен быть мужчина! — его голос был твёрдым и сердитым.
Анеля не дрогнула, её глаза пылали решимостью:
— Боясь, отец, вы глух к моим словам. Я даю вам время переварить этот факт. А если вам всё равно не нравится — придётся смириться. Потому что я уже окончательно решила.
С этими словами она сделала глубокий поклон и покинула кабинет.
Выходя на улицу, Анеля села на лошадь и помчалась к разрушенному дворцу. Тяжёлый воздух был пропитан запахом дыма и крови — следов сражения с монстрами. Подъехав ближе, она увидела развалины и рухнула на колени.
Правая рука судорожно схватилась за подвеску, которую когда-то подарил ей Лукас. Горькими слезами она облила холодный металл:
— Прости меня, прости… — срываясь в рыдания, шептала Анеля. — держа черный снег в руках .
Голос тонул в горе и отчаянии:
— Я же по-настоящему тебя любила… Как же так получилось?..
Ветер внезапно подул, и на небе сквозь тучи пробилось солнце.
Анеля сидела посреди развалин, плача, но в глубине сердца чувствовала — это ещё не конец. Это только начало новой главы