Красный цветок.

Солнце блистало за окном, проливая лучи света в дома мрачных, ещё не проснувшихся людей, которые кое-как смахивали на прохожих, тяжело выползавших из домов. Спешат на работу, в школу.

На втором этаже дома были слышны еле заметные шаги, кто-то нервно ходил туда сюда, предвкушая какую-либо новость.

В руке на свету блистал телефон, а в чёрном кармане джинс сжимались белые сигареты, отдаляясь скрипящим, неприятным звуком.

Комната была охвачена нежным солнцем, освещая всё пространство, даже тёмные углы светились, и уже не казались такими мрачными.

В воздухе витал запах от травы, от мятной жвачки, от горького грифеля карандаша, утреннего дождя. Такой яркий и живучий, въевшейся в деревянные стены.

На подоконнике лежали сгоревшие окурки от сигарет, плавающие в сером порохе. Казалось, сейчас тёплый, майский ветер из открытого окна развеет порох по небу, как звёзды на ночном небе.

На столе лежала куча белых бумаг, и на них красовались свежие рисунки.

Мягкие очертания были почти незаметными, ведь это наброски, а с них уже более сильным образом получались рисунки. Выглядело тяжело и жёстко, но энергия исходила от них совсем другая - рассветная.

Как не странно, от самого рисунка зависит атмосфера, которая запечатается на бумаге после окончания работы.

Конкретно от этих рисунков, лежащих на столе исходил мягкая и рассветная энергия. Вероятно, рисовались они утром, кто знает. Ведь никто не может предугадать, когда к художнику прийдёт вдохновение.

Этих работ на столе было много, штук восемь-десять, и все они... одинаковые?

Черноволосый парень метнул взгляд на свой стол, некая дрожь засела глубоко внутри, а комфорт и забота вырвались наружу.

Подросток подошёл к столу и стал рассматривать свои рисунки.

В глазах заблестели звёзды.

Растушёванный карандаш довольно мягко лёг в рисунок. Подошло, как надо.

Парень взял один из них. Любовался им. Всматривался, словно пытаясь просверлить рисунок взглядом. Сжечь.

Что он мог такого нарисовать, чтобы ему было так приятно смотреть на своё же творение? Не понятно.

Хёнджин смог оторвать взгляд от карандашного рисунка. Он двинулся к открытому окну, из отверстия светило жаркое солнце.

Черноволосый парень достал из чёрного кармана своих джинс коробку от сигарет.

Снова курит.

Как ему не страшно курить с больным сердцем? Вероятно, он просто не жалеет себя, живёт последним днём.

Снизу послышался громкий голос.

Хёнджин оторопел от неожиданности, выронив серые сигареты из рук. Своим коробком они упали на пол, издав неприятный звонкий звук. Короб открылся и из него посыпались сигареты.

Хёнджин быстро сел на корточки, собрав сигареты обратно, и убрал их в карман, проталкивая своими пальцами далеко-далеко.

Встав, он сорвался с места, схватил свой чёрный портфель, выбежав из комнаты, а после закрыв дверь, полетел вниз по лестнице.

Запыхавшись он прибежал в нутро светлого коридора, где его ждала недовольная мать.

— Хван! Почему ты так долго? Ты вообще время видел?

Парень почувствовал укол вины.

— М.. прости. — закатил глаза. — Время ещё есть.

— На тебя это совсем не похоже. Обычно ты выскакивал из дома чуть ли не за два часа до начла уроков, а сейчас что? — продолжала вдалбливать к парню в голову эти " бессмысленные " для Хёнджина слова.

— Я не опоздаю, я добегу до школы, всё успею. — снова закатив глаза, возразил парень, зашнуровывая свои кроссовки.

Мать слегка подбоченилась, скрестив руки на мягкой груди.

— Тебе нельзя бегать Хёнджин! Забыл, что у тебя с сердцем проблемы?

Хёнджину было словно всё равно, он будто не слышал, что твердит ему мать, он погрузился в свои сладкие мысли.

— Не переживай, всё будет хорошо. Боль меня больше не тревожит. — поднимаясь на ноги заговорил черноволосый парень.

Стало душно. В коридоре зазвенел слышный для Хёнджина голос лжи и вранья. Только он слышал его.

Парень помахал своей матери в знак прощания, открывая дверь на улицу.

Солнечного света стало ещё больше, так же, как и тёплого воздуха. Хёнджин вышел, закрыв дверь. Мать же, в свою очередь, проводила своего сына настороженным взглядом.

Хёнджин шёл по освещённой дороге. Слился с толпой таких же подростков.

Незаметный, и такой безразличный.

Он достал из кармана те же сигареты, которые выпали у него дома. Помялись.

Маленькая коробка с крайне страшным изображением сгнивших лёгких пахла не менее приятно.

Парень открыл короб, в нос шибанул запах сигаретного дыма, сигареты лежали там настолько долго, что уже успели пропитаться вдоль и поперёк.

Это были самые обычные сигареты. Хёнджин " одолжил " их у своего отца, на радость черноволосому парню, отец ещё ни разу за несколько лет не заметил пропажу.

Из второго кармана он вынул красную, маленькую зажигалку. Солнце кидало светлый блик на зажигалку, делая её огненной.

Хёнджин достал одну из сигареты и поднёс ко рту. После зажёг. Дым расходился по горлу, впадал с лёгкие, перекрывал нормальное дыхание.

Сладкое и одновременно горькое чувство. Убийство для его сердца.

" — Если я сдохну, то так будет быстрее всего. Не хочу мучаться. " — подумал обескураженный парень, убирая зажигалку глубоко в карман.

Кончик сигареты раскалился, загорелся, зажёгся. Оттуда повалил мрачный, токсичный и ужасно неприятный по запаху дым.

Он почти сразу же растворился в воздухе, в голубом небе.

Черноволосый парень начал своё движение, он не торопился, ему было всё равно на то, что он опоздает.

Конечно, выслушивать претензии от учителей и гнев родителей ему было не очень приятно, но об этом он не заботился.

Вдруг, он остановился, снова кольнуло, но не в сердце, а в душе. Почему?

Хёнджин вспомнил Феликса. Он представил, как такой маленький мальчик снова сжался в комочек перед Чонином, Ханом, Минхо и Чанбином, забившись куда-то в тёмный угол, получая волну ударов и горячих, до жути неприятных слов в свой адрес, которые сбивали с ног, заставляя парня упасть на холодный пол.

Парень стал двигаться быстрее, ему стоит поспешить, чтобы успеть уберечь блондина от чёртовых хулиганов группы Хо.

В голове стало слишком много мыслей. Шарились в недрах, рвали голову, давили на мозги, кипели. И все они были об одном - Феликса изобьют.

Парень стал ускорять шаг, он почти бежал. Да, наверное, это было опасно, но ему было плевать, важнее всего надо было защитить друга от буллинга.

По дороге он выкинул горячую сигарету в урну, обжёг руки. Больно. Снова причиняет себе боль, не следит за собой и своими действиями. Прежде всего, за своим здоровьем.

Но для Хёнджина это было сущим пустяком, всего лишь небольшой ожог, нечего серьёзного, всё пройдёт само собой.

Парень опустил взгляд на ладони, кровь проступила сквозь кожу, немного. Хёнджин прищурился, словно презирая её. Быстро вытерев руки друг о друга, ещё сильнее размазав кровь по ладоням, Хёнджин помчался дальше по серой дороге.

Мысли продолжали путаться в голове, голова уже болела, неужели его златовласый друг так важен для него?

Его эмоциональное состояние было.... Ужасным. И это было заметно, видно. Мешки под глазами, шрамы и ссадины, усталый взгляд, который будто всем своим видом говорил " я устал, оставьте меня в покое, прошу. "

Хёнджин уже бежал, быстро. Было опасно, но что было ещё опаснее, подвергать своего друга насилию со стороны одноклассников, когда ты пообещал его защищать.

Ветер бил ему в лицо, бил жарким воздухом для того, чтобы задохнуться.

Людей на дороге было много, а пройти было трудно. Хёнджин никогда не грубил людям, но в этот раз, накричал на молодую девушку, которая по всей видимости была младше него.

Хёнджин очень торопился к Феликсу, он для него действительно важен.

Так мало времени прошло с их знакомства, но даже за это короткое время они уже готовы пожертвовать жизнью ради друг друга...

Это явно что-то значит. Дружба..?

***
Златовласый блондин подошёл к школе, территория так же, как и всегда была заполнена школьниками.

Феликс прищурил свои карие глаза, пропуская мимо себя куча недовольных взглядов девятиклассников, иногда он сам ловил их кислые мины на своём лице. Довольно неприятно.

Парень глянул на скамейку, стоящую около школы, ожидая увидеть на прежнем месте черноволосого парня.

Но его там не оказалось. Испарился.

В голове потеплело, заиграла некая тревога. Что же делать? Быть может, он ещё прийдёт, не мог же он бросить своего первого и единственного друга, на произвол " судьбы " - буллинг.

Руки Феликса немного затряслись, мандраж.

Феликс стал судорожно озираться по сторонам, пытаясь выискивать в толпе воркующих школьников группу хулиганов, под управлением двоечника Минхо.

Но на удивление для блондина, и их там не было.

Стало совсем плохо. Не могло это так хорошо начаться, и так же хорошо закончиться, что от него отстали. Если Хёнджин не явится вовремя, Феликсу прийдёт конец, а ведь он только попытался расстаться с вечными синяками и обидами, следы от которых проходили неделями, а то и несколько месяцев.

Плохо, плохо, плохо. Мысли путались в голове: " — Что будет, если Хёнджин не прийдёт?! Вдруг Минхо с другими ему навредили?.. Боже, что мне делать..? ". Сердцебиение нарастало с каждой секундой, так же как и пульс, вместе с бушующей тревогой, разрывающей органы изнутри, готовясь к внезапному нападению.

Вдруг, что-то словно толкнуло Феликса, выбросило из мыслей, спало. Его внутренний голос.

Парень судорожно снял свой чёрный портфель с плеча, и, открыв его, стал копаться там, ища что-то.

Достал оттуда чёрные наушники, закрыв и повесив себе обратно на спину портфель. Почти подключил к телефону и надел, но плохие мысли продолжали останавливать его.

" — А не сделаю ли я этим ещё хуже?.. Что если они отберут их у меня? Разобьют? Они дорогие... что я буду делать?!.. " — думал блондин, сжимая наушники в руках.

Тревога нарастала сильнее, уже болело сердце от бешеного стука, делать больше нечего, надо спасаться любым способом, даже если он опасен.

Феликс смог нацепить на себя наушники и включил музыку. Долгожданный покой и успокоение....

Сладкая музыка успокаивала его душу, словно была к этому приучена. Всё, что было до этого, все тёмные углы, - всё растворилось и ушло, разливаясь ярким, весеннем, почти летнем цветом.

Группы Хо по-прежнему не было видно, так же, как и Хёнджина. Да, Феликс всё ещё чувствовал лёгкую тревогу за эту ситуацию, но не так сильно.

Глянул на время, уже поздно, пора спешить на урок.

Блондин пошёл в белое здание, увеличивая шаги с каждым разом всё быстрее. Проскользнул в школу незаметно, как маленькая мышь.

Прозвенел громкий звонок, оповещающий о начале уроков. Феликс подскочил на месте, но сумел собраться и прибежал в кабинет. Благо, учителя не было видно, и это давало Феликсу преимущества.

Феликс сел за свою парту, почти в конце класса. Осмотрел её, ничего. Всех плевков и следов от ручек там не было уже как несколько дней подряд, всё из-за того, что его не трогали одноклассники. Успокаивало.

Феликс снял свои наушники, вырубив сладкую музыку, вновь погрузившись в трудно-переваренную атмосферу.

Что-то вновь посторожило. Блондин аккуратно покосился на группу хулиганов, они были в сборе, сидели всей кучкой, и коварно что-то обсуждали...

Один из них заметил косящегося на них Феликса и шепнул другому что-то на ухо. Теперь, на блондина смотрели все из этой четвёрки.

Блондин дёрнулся, то ли от неожиданности, то ли от страха. Отвернулся и прикрыл голову двумя руками. Руки снова задрожали, да что же такое, не даёт покоя...

Спасение для парня пришло незамедлительно прежде, чем что-то произошло - в класс зашёл учитель.

Феликс вздохнул, завидев заветного учителя, как ему казалось, спасителя ситуации. Но.... Хёнджина так и не было.

Мысли снова стали крутиться в голове, но теперь о Хёнджине, только о нём. И всё таки, где он?

Прошло уже пять минут с начала урока, возможно даже больше, а Хёнджина всё нет. Но он всегда никогда не опаздывал, что-то случилось?

Вдруг, Феликс ощутил некое тепло в сердце. Будто тепло от горячего чая, если того быстро закинуть в себя, будет такой же эффект, обжигающий и горячий, даже немного приятный.

Феликс поднял голову от своего конспекта, который он делал вслед за учителем. Уставил взгляд на входную дверь в кабинет. Ручка быстро повернулась и дверь отворилась. В классе наступила тишине, прямо как в холодном морге посреди ночи.

— Здравствуйте! Извините за опоздание, можно зайти?.. — торопливо затараторил входящий в кабинет.

Феликс облегчённо вздохнул, вся тревога ушла из его души окончательно. В кабинет вошёл Хёнджин. Опаздывавший.

Хёнджин прошёл сквозь ряды одноклассников, косо смотрящих на него. Будто его видят в первый раз.

Черноволосый парень сел рядом с блондином, быстро раскладывая вещи.

— Привет.

— Привет.. почему ты опоздал? — возмущённо начал было блондин.

Черноволосый парень поднял голову и посмотрел на блондина. После бега он тяжело и часто дышал, что влекло за собой плохие последствия для его сердца.

— Прости, я просто... — замешкался. — ох, прости, я просто поздно вышел.

Хёнджин заглянул прямо в глаза семнадцатилетнего блондина, в его глазах мелькнули задорные искорки, он смотрел строго, но с осторожностью.

— Ладно. — выдохнул блондин, опустив голову.

Феликс ничуть не обижался на друга, всякое случается.

Краем глаза, Феликс заметил руки Хёнджина, спрятанные под деревянной партой. Будто Хёнджин прятал их от всеобщего взора.

Парень прищурился, продолжая глядеть на его руки.

— Хёнджин, что с твоими руками?

Сердце Хёнджина ёкнуло, внутри потеплело от некого страха. Черноволосый парень достал свои руки из-под парты и поднял ладони вверх. С них, маленькими, алыми струйками лилась кровь, ладони всё ещё горели от ожога серой сигареты.

Завидев его руки, Феликс ахнул от удивления. Блондин схватил руку Хёнджина, тепло распространилось от нежного прикосновения, поползло по рукам.

Феликс поднял голову, в глазах мерцал солнечный свет доносившийся из окна, Хёнджин видел в глазах блондина состояние и беспокойство.

— Что ты сделал со своими руками? — не переставал удивляться блондин.

— Я обжёгся об сигарету, не переживай, это не серьёзно.

Феликс нахмурился, пришёл в негодование. А после снова посмотрел на его руки. Блондин вздохнул, выливая из своих лёгких свежее беспокойство с запахом яда.

— Хёнджин... — устало начал Феликс. — ты всегда говоришь, что всё, что с тобой происходит не серьёзно, я слишком волнуюсь за тебя, а ты совсем не беспокоишься.

В голову ударил странный звук, удаляющийся дальше, словно звон громкого колокола. Хёнджину стало не по себе, он продолжает обманывать Феликса, но зачем?

— Правда, всё хоро...

— Не хорошо! — резко перебил Феликс. — Я переживаю за тебя, Хёнджин! Ты мой единственный друг, я должен беречь тебя. Тем более, когда у тебя что-то с сердцем.

Голос Феликса звучал уверенно, всё ещё строго, и, немного жёстко.

Черноволосый парень выпучил глаза, заглянув в очи друга.

— Ты.. — ошеломленно заговорил Хёнджин, будто не веря говору блондина.

— Знаю, ты мне не говорил, но я и сам догадывался.

Хёнджин словно ужаленный вырвал свою ладонь от хватающей руки Ликса. Оторопел от неожиданности.

Чёрт, кажется тот случай с его сердцем пару дней назад, который как раз и сумел застать Феликс, стал огромной ошибкой. Как ошибка в контрольной работе, от которой ой как непросто избавиться, дабы скрыть неправильный ответ.

Несмотря на удивлённое состояние друга, Феликс продолжил.

— В прошлый раз, когда мы гуляли после школы, и у тебя случился этот.. приступ, я хотел спросить, что с тобой? Но не успел.

Эти слова, будто соль на рану. Будто солнце прожигает нездоровую кожу. Жжётся и болит.

" — Он специально? " — всё прибывая в шоке, думал черноволосый парень, нахмуривши брови.

Заметив плохое состояние Хёнджина, блондин остановился, что-то снова вытолкнуло его из очередных мыслей, и хорошо, он не наговорит ничего лишнего.

— М.. прости меня, я просто беспокоюсь за тебя, если не хочешь мне об этом говорить, не говори, я пойму. — отводя взгляд, говорил Феликс, продолжая держать того за вторую руку.

Феликс не в коем случае не хотел причинить боль Хёнджину, так получилось, как всегда. Может, из-за этого над ним и издевались? Вряд ли.

— Да, — закивал головой Хёнджин. — понимаю.

Но беспокойство всё ещё не отпускало златовласого Феликса. В его взгляде читалась грусть. Парни смотрели друг другу в глаза, засматривались друг на друга, глядели в душу.

Хёнджин улыбнулся блондину, поняв, что тот не причинит вреда своему единственному другу. Но рассказать Феликсу о болезни, Хёнджин до сих пор не мог. Конечно. Ведь время ещё не пришло.

Время ещё не пришло.

Феликс улыбнулся в ответ. Им было хорошо вместе, несмотря на все недостатки, они всё равно любили друг друга. По дружески.

Феликс опустил свой взор, снова на его руки. Блондин потянулся ко второй руке черноволосого парня. Положил их к себе на колени.

— Подожди.

Хёнджин не понимал, что он делает? Но отдался ему, доверяя. Феликс достал из рюкзака маленький бинтик, вероятно, он всегда носит их с собой, на все случаи жизни.

— Ликс? Что ты делаешь?

— Не переживай, я хочу замотать тебе руки, чтобы, при возможности, внутрь не занеслась инфекция.

Черноволосый парень быстро кивнул и повиновался, доверяя действиям блондина.

Феликс начал заматывать его ладони белым бинтом, бинты же, покрывались алой кровью.

Пришла маленькая, колючая боль. Хёнджин пощурился, но для него это было сущим пустяком, как и всегда.

Спустя несколько минут, Феликс закончил и отпустил его руки. Безопасно.

— Спасибо. — ухмыльнулся Хёнджин, вглядываясь в свои, уже в этот раз, чистые ладони, без крови и ожогов.

Ликс хотел было что-то сказать, но его поток мыслей прервал строгий голос учителя.

— Ли Феликс! Хван Хёнджин! Расселись по разным партам! — строго рявкнул учитель, сверля друзей взглядом.

Класс резко затих, новая суета.

Феликс и Хёнджин переглянулись, и, черноволосый парень стал собирать свои вещи, пока учитель смотрел на него, стоя у доски, на которой виднелись записанные формулы.

— Рассадили парочку. — с какой-то парты донёсся говор, это хулиган Хан подал новый признак обиды для парней.

Смешки звонким эхом пронеслись по классу.

— Хорош Хан~и. — засмеялся Минхо, положив руку на плечо Хана.

Чонин и Чанбин покосились на проходящего мимо Хёнджина, уходящего за дальнюю парту дальнего ряда.

Смех учеников снова заполонил просторный и яркий кабинет.
Учителю было всё равно, будто у него в ушах были затычки, чтобы он не слышал, что творится в кабинете.

Хёнджин сел за ту парту, за которой сидел весь год, такую одинокую.

Черноволосый парень повернул голову куда-то в бок, посмотрел на блондина, их взгляды встретились.

Даже на расстоянии, они всё равно были рядом, в мыслях, думая о друг друге.

Так быстро и незаметно пролетел урок. Звонок распространился по всей школе. Гул школьников заполонил кабинеты.

Хёнджин быстро собрал свои вещи обратно в портфель и рванул к Феликсу. Они снова были рядом.

Вся напряжённость окончательно скрылась, наоборот, пришли яркие чувства.

Черноволосый парень начал говорить что-то Феликсу, конечно, тот его слушал. Вдруг, внимание блондина снова привлекла группа Хо, они вышли из кабинета, смеясь, и как-то посматривая на Феликса, снова планируют что-то?

Острый взгляд Минхо, будто когтями впился в душу Феликса, засел так глубоко, что вытащить его оттуда будет очень сложно.

— Эй, Ликси? — мягко позвал голос.

Блондина тряхануло, снова выбило из транса. Он оглянулся, завидел лишь Хёнджина и его обеспокоенный взгляд.

— Ликс, всё хорошо?

Блондин тряхнул золото-белыми волосами, нацепляя на себя свой чёрный рюкзак, а после быстро ответил:

— Д-да.. — не очень уверенно, совсем. — Да.

Черноволосый парень поглядел на выход из кабинета, там уже никого не было. Снова перевёл взгляд на блондина и нахмурился, что-то не то...

— Феликс опя....

— Пошли уже. — перебил того блондин.

Не успел Хёнджин и подумать что-то в ответ, как Феликс схватил его за руку и повёл на выход из кабинета. Повезло, что черноволосый парень не придал поведению блондина никакого значения, пройдёт.

Друзья вышли из кабинета, отправились на следующий урок. Быстро разговорились.

— Блин, Феликс, я забыл, какой сейчас урок? — закатив глаза и опустив руки вздохнул Хёнджин.

— Физика. За то, что ты не знаешь какой сейчас урок, наша учительница по физике, тебя на молекулы расщепит.

Улыбка вывернулась из их губ, а тихое, яркое и цветущее счастье охватило коридор.

Подростки продвигались по коридору, свет солнечных лучей распространился по коридору, лишь углы белого здания были тёмными, и то не сильно.

Везде, со всех сторон доносились слова и смех, школьники радовались маю, тому, что скоро летние каникулы, все ждут этого.

Вдруг, златовласый Феликс услышал знакомый ему голос, но он не доносился от Хёнджин, идущего слева, он шёл откуда-то справа.

Блондин аккуратно перевёл голову, завидев группу хулиганов. Не дают они ему покоя, до сих пор.

Вишнёво-красные волосы, красная рубашка и красные кеды блистали на солнце, так же как и блики от серебряных колец, - Минхо.

Рядом стоит парень с кудрявыми, чёрными волосами, в чёрной кофте и с чёрными джинсами, - Хан.

На них глядит парень невысокого роста, с чёрно-белыми волосами, будто их сожгло солнцем, одетый в зелёную кофту, в чисто-белые джинсы, с хитрым взглядом и пылким характером, - Чонин.

А рядом с тем, словно скала, возвышается огромный парень, с накаченными мускулами и " открытой " одеждой, - Чанбин.

Зрачки в глазах блондина сузились, забегали, вырвались маленькие искорки, опять тревога, но довольно лёгкая на этот раз.

Пока трое из группы оживлённо общались, Чонин стал озираться по сторонам, наткнулся взором на блондина, вовремя.

Парень ехидно улыбнулся, а его глаза страшно сузились. Он заторопился, подвинулся поближе к остальным и стал что-то быстро говорить.

В этот момент, уже и Минхо стал коситься на блондина. Так ехидно и страшно, сейчас внутри всё зажмётся от страха, заставит пятиться назад, в яростной попытке найти выход.

Поняв, что дело плохо, Хёнджин взял Феликса за руку и повёл дальше коридору, подальше от этой компании.

Спасение. Снова.

Златовласый подросток опустил голову, вцепившись взглядом в сжимающую руку, ладонь черноволосого друга. Оставив лишние взгляды и страшный говор хулиганов позади.

Парней засосало в кабинет, начало нового урока, всё, как всегда.

***
Уроки закончились пару минут назад. Школа сумела достаточно опустеть за пять минут. Школьники так сильно хотели на летние каникулы, что выбегают из школы, дабы отвлечься от неё как можно быстрее.

Феликс и Хёнджин вышли из белого здания, закрыв стеклянную дверь за собой.

Они снова шутили, смогли отпустить все напряжённые моменты, это ли не счастье?

Отошли от школы достаточно быстро, словно их что-то подгоняло уходить оттуда.

Хёнджин снова говорил что-то Феликсу, и блондин его внимательно слушал. Черноволосый парень начал было что-то говорить, как вдруг ахнул, не закончив предложение.

В глазах блондина зажглось любопытство, если Хёнджин резко прерывает свой говор, заменяя это глубоким вздохом, значит он вновь что-то выдумал, и если он это выдумал, то надо идти делать это.

— Ликс, давай сейчас погуляем?) Как раз, может быть, и узнаем друг друга получше.. — подняв бровь и смотря на блондина высокомерным взглядом, предложил Хёнджин.

— Почему бы и нет. — ухмыльнувшись, кивнул Феликс.

Взгляд черноволосого парня засветился, от солнца ли? Кто знает. Но сейчас, это точно была радость.

— Я буду ждать тебя около вон того леса. — сказал Хёнджин, указывая пальцем на густой лес, освещающийся солнцем.

Блондин проследил за взглядом своего друга, завидев лес, его снова передёрнуло.

— Да, да, конечно. — закивал блондин.

— Вот и отлично! До встречи. — рассмеялся подросток, прощаясь с другом и уходя в противоположную сторону.

Феликс смотрел вслед уходящему Хёнджину, солнце освещало его карие глаза, прожигая кожу, освещало веснушки на его лице.

Блондин вздохнул, уже потеряв черноволосого парня из виду. Феликс достал из чёрного портфеля наушники и включил музыку, прекрасно.

Настроение стало ещё лучше. Пританцовывая, он поплёлся вдоль домов, держа путь домой.

Зайдя домой и закрыв дверь, не медля ни секунды, Ликс поднялся наверх по лестнице и вошёл в комнату. В ноздри шибанул запах уже по всей видимости выцветших слёз и свободы, тут дышится совсем по другому, не так, как в школе или на улице. Здесь своя атмосфера.

Блондин скинул с себя рюкзак и выкинул оттуда всё содержимое. На кровать посыпались учебники и тетради, чёрный пенал, а рядом с ними выпал чёрный дневник, снова он...

Феликс быстро схватил его и впопыхах схватил ручку со стола, развернул на своём столе чёрную книжечку. Стал быстро листать страницы, множество исписанных, но оставалось довольно много места.

Ручка стала царапать листок. Быстро и ловко, в такт музыки из чёрных наушников, которая была по ушам, заседала в голову. Феликс никак не мог расстаться ни с музыкой, ни со своим дневником, он был к ним сильно привязан.

Закончив, он быстро закинул дневник в портфель, а с ним туда и положил наушники, закрыл портфель и выбежал из комнаты, слетев вниз по лестнице.

Феликс, будто ошпаренный вылетел из дома, так как немного опаздывал.

Хёнджин уже был на месте и нервно ходил туда сюда, ждал Ликса. Сердце стало биться сильнее, снова нервирует сам себя. Забавным было то, что Хёнджин переживает только за Феликса и его чувства, мило.

— Хёнджин! — донеслось откуда-то спереди.

Черноволосый парень оглянулся и завидел бегущего к нему блондина. Улыбка натянулась на лицо сама по себе.

Феликс подбежал к Хёнджину и обнял его. Тепло пролезло сквозь их тела, стало жарко.

— Прости меня, я опоздал. — виновато сказал Феликс, опустив голову.

— Нечего. — улыбнулся Хван. — Ну что, куда пойдём?)

Феликс оглянулся будто ища места, куда они могли пойти. В глаза сразу бросился лес, тот самый. Солнце просвечивалось сквозь его ветви, но всё равно давало свет.

К нему в голову ударила мысль. Златовласый парень схватил Хёнджина за перемотанную ладонь, которую он сделал сегодня утром в школе.

— Куда мы...

— Увидишь! — перебив черноволосого парня крикнул Феликс, сдвинувшись с места, проведя его за собой.

Он повёл его.. в лес?

Но Хёнджин не задавал лишних вопросов, а покорно следовал за Ликсом, крепко держа его за руку.

— Знаешь, Хван. — начал Феликс. — Ты говорил, что мы можем побольше узнать друг друга, так?

Подросток уверенно закивал.

— Я и хочу сейчас это сделать.

— Но, зачем ты ведёшь меня, в лес? — поинтересовался парень, пытаясь протискиваться сквозь торчащие ветки, ступая по холодной, не прогревшейся траве.

— Сейчас узнаешь, потерпи. — ухмыльнулся Феликс, повернув голову к другу.

Друзья продолжали молча ступать глубже в лес, начало напрягать, но Хёнджин знал, что если Феликс с ним, ему ничего не угрожает, так думал и Феликс.

Под ногами хрустела трава, ломались маленькие сучки, будто так костёр поедает хворост.

Черноволосый парень озирался по сторонам, вглядывался в бесконечное количество деревьев, смотрел на солнце, которое пробиралось сквозь ветки. Странное ощущение, это же тихое место, но всё равно вызывает напряжение.

Они продолжали двигаться всё дальше и дальше с каждым шагом.

Ещё через несколько шагов, Феликс остановился, повернувшись к Хёнджину, и заглядывая ему прямо в глаза.

— Куда мы пришли? — подняв бровь, поинтересовался Хёнджин.

— В одно место, мне оно очень нравится.

Голос блондина звучал спокойно, будто он был здесь каждый день, и поход в самую чащу леса стало для него обычным делом.

" — Это же просто лес, как он может нравится? Разве что тем, что здесь спокойно... " — подумал Хёнджин, продолжая разглядывать всё вокруг.

Вдруг, черноволосый парень заметил что-то странное, то прищурился, пытаясь разглядеть.

— Что это, там? — спросил Хёнджин, махнув головой указывая вперёд.

Феликс повернул голову в ту сторону, куда смотрел Хёнджин.

По середине леса стоял одинокий красный цветок, его красивые лепестки освещались на солнце, блистали ало-кровавыми красками, а красные лепестки аккуратно и легонько шатались на ветру.

Блондин не спеша пошагал к прямо нему. Хёнджин задевал друга взглядом, следя за его движениями.

Феликс вышел на солнце, его золото-белые волосы засияли словно блистающие, золотые украшения. Блондин сел на землю рядом с цветком, ветер развивал его волосы, приятно обдувал лицо, горящими глазами он посмотрел на Хёнджина.

— Это, цветок? — подходя к другу поинтересовался Хёнджин.

— Да. — кивнул блондин, наблюдая за присаживающемся рядом черноволосым парнем.

Их глаза блистали на солнце, маленькие блики олицетворяли ночные звёзды.

— Мне нравиться это место тем, что здесь очень спокойно, — опустил глаза, впившись ими в землю. — и этот цветок, помогает мне справиться с тревогой.

" — Цветок?.. Помогает справиться с тревогой?.. " — думал Хёнджин, переводя глаза на красные лепестки.

— Он очень красивый. — заворожённо улыбнулся черноволосый парень.

Блондин кивнул, он явно был согласен с мнением своего друга.

Взгляд Хёнджина переполз на Феликса, въедался в его тело, будто пытался прорваться внутрь, он разглядывал каждую частичку тела блондина, ходил туда сюда, сначала вглядывался в руки, а потом мог задеть веснушки на его милом лице.

Хёнджин бросил взгляд в низ тела блондина. Мягкий и одновременно холодный взор скользнул по его ногам, и остановился на коленях.

Колени Феликса были разбиты, огромные раны красовались на коленках, алая кровь сочилась оттуда. Смешанная кровь с грязью от мокрой земли выглядела мерзко, но одновременно так красиво, блестя на солнце.

Черноволосый парень пощурился, вглядываясь в это месиво.

Видимо, Феликс быстро летел куда-то, но как то оступившись, не удержал равновесие и упал на землю, с неистовой силой содрав кожу до мяса, тем самым разбив колени. Больно.

Хёнджин сжал руку в кулак, забрав с собой несколько листочков, упавших с деревьев.

— Ликс... — немного испуганно окликнул блондина Хёнджин.

— Да?

— Твои колени... — его голос дрогнул. — они разбиты..

Блондин опустил свой взгляд, и правда, из его коленей сочилась кровь, жарило до боли.

— Ах, — ахнул Феликс. — точно, я просто сильно спешил и упал, разбив колени.

Точно, всё было точно так, как и думал Хёнджин, Феликс торопился, упал, и даже не заметил того, что разъебал колени чуть ли не в мясо.

— В кровь?..

— В кровь.

Хёнджин вздохнул, отвёл взгляд на лицо блондина, не желая больше смотреть на этот ужас.

В воздухе повис запах крови, такой сладкий, манящий... дурманил разум. Хёнджин отчётливо чувствовал его, к горлу подступил ком, сделанный из волнения о Феликсе.

— Подожди.

Хёнджин открыл свой портфель и стал что-то в нём разглядывать, ища какую-то вещь. Феликс же, наблюдал за ним, его глаза бегали за руками черноволосого друга.

Хёнджин достал из портфеля разноцветные пластыри и чисто белые салфетки, вероятно, он всегда носит их с собой, на все случаи, которые случаются в жизни.

Черноволосый парень взял белые салфетки, приложил их к коленям блондина. В голову Феликсу ударила некая боль, она была не большой, просто не приятной.

Но Ликс терпел, конечно, это не боль в сердце Хёнджина, не такая сильная, длинная и мучительная.

Через пару минут, Хёнджин убрал салфетки от его колен, ситуация стала лучше, а белые, чистые салфетки превратились в кровавую кашицу. Мерзость.

Феликс молча наблюдал за действиями своего друга, он полностью доверился ему. Временами, блондин поглядывал на красный цветок. Качающийся алый цветок и сидевший рядом Хёнджин, оба успокаивали его душу.

Хёнджин достал несколько разноцветных пластырей и аккуратно наклеил их, заклеивая теперь уже раны, без огромных капель крови и грязи от земли.

— Всё. — улыбнулся черноволосый парень, убрав руки от его колен. — Не больно?

— Теперь нет. — рассмеялся Феликс, заглядывая в карие глаза друга.

" — Когда ты касаешься меня, у меня ничего не болит... " — подумал блондин, опустив свой взгляд.

— Знаешь, сегодня утром я залатал тебе руки, а сейчас уже ты помог мне.

Хёнджин кивнул, махнув своими чёрными волосами. Чувства загорелись в их сердцах, теперь и Хёнджин не чувствовал в сердце никакой боли, которая могла произойти прямо сейчас. Там пусто, и это радовало.

Наверное, боли не было потому, что рядом с подростком сидел Феликс, он освещал своей улыбкой его душу, сердце, не давал боли подобраться поближе к сердцу.

Дружба - самое дорогое что есть в этой жизни. Феликс и Хёнджин обладали ей только вдвоём, они были друг у друга, и никто их не разлучит, только время.

— Ну что, может, узнаем что нибудь друг о друге? — щёлкнув пальцами, предложил Хёнджин, следуя своему плану.

Феликс кивнул.

Хёнджин, улыбаясь, убрал оставшиеся пластыри обратно в портфель, а достал... пинхольную камеру. Маленькая камера, серого цвета, пинхоль блистал на солнце, отражая всё впереди, словно зеркало.

— Это моя камера, мне дала её моя мама, передала по наследству. — повернул в руках, чтобы Феликс смог подробно рассмотреть её. Легонько потряс. — Мне она понравилась тем, что хорошо делает фотографии.

В глазах зажглась идея.

Хёнджин поднялся с земли, отряхнувшись, сказал:

— Встáнь-ка к вон тому дереву. — махнув головой в сторону одного из деревьев, ухмыльнулся Хёнджин.

Феликс проследил за его взглядом, и встав с холодной земли, шурша травой, не спеша пошёл к толстому стволу дерева.

Солнце слепило блондину прямо в глаза, он мог видеть черноволосого парня, но не чётко, только силуэт из-за яркого солнца.

Хёнджин поднял блестящую на солнце камеру, поднёс к своему глазу. Что-то покрутил, что-то выставил, замер, готовясь нажать на кнопку для того, чтобы сфотографировать блондина.

Щёлк.

Ослепил ярким светом из камеры. Сфотографировал.

— Всё? — спросил златовласый Ликс, закрывая рукой лицо от мягкого и жаркого солнца.

— Да, — кивнул Хёнджин, улыбаясь, закрыл глаза. — иди сюда, посмотришь.

Улыбка натянулась на мягкие губы блондина. Он побежал по траве прямо к черноволосому другу. Феликс положил свою руку на плечо Хёнджина, наблюдал за дальнейшими действиями.

Из пинхольной камеры выехала фотография. Хёнджин забрал её из отверстия, откуда она только что выехала. Поднял на солнце, сумел разглядеть проявляющееся изображение блондина. Красивый.

Парень отдал её Феликсу, он аккуратно взял её из рук друга.

— И правда, очень хорошее изображение.

Феликс разглядывал эту фотографию, вглядывался к самому себе в лицо. Феликс улыбнулся Хёнджину, оторвав взгляд от фотографии.

— Давай я сфотографирую тебя?

Хёнджин кивнул и отошёл подальше. Блондин сжал камеру в руках и поднёс её к своим глазам.

Щёлк. Уже готово.

Хёнджин подошёл к Феликсу, в это время из серой камеры выехала фотография. Ещё один идеал.

— Это правда красиво, Хван. — радуясь, заскакал блондин.

Хёнджин улыбнулся, наблюдая за радостным другом. Ему было так хорошо смотреть на счастливого Феликса, после всего, что с ним было...

— Если хочешь, можешь забрать эти фотографии себе.

В глазах Ликса мелькнули задорные искорки.

— Правда?

Хёнджин кивнул, Феликс прыгнул на месте, и, прижался к черноволосому другу, крепко обняв его. Оба рассмеялись, радостные, счастливые и тёплые чувства полились по их венам. Приятно.

Феликс открыл свой чёрный портфель, убрал туда две фотографии: себя и Хёнджина.

Хёнджин смотрел на Ликса, словно на маленького ребёнка, которому что-то разрешили родители. Не удержался. Снова достал пинхольную камеру и сделал снимок, - ещё одна фотография милого блондина.

" — Я оставлю это себе... " — подумал Хёнджин, убирая уже в свой портфель камеру и цветную, яркую фотографию.

Быстро закончив, он вновь посмотрел на блондина. Его взгляд зацепил какой-то чёрный предмет внутри портфеля. Черноволосый парень прищурился.

— Ликси..

— Да? — не отрывая головы от портфеля, откликнулся блондин.

— А что это, такое чёрное у тебя внутри рюкзака?

Сердце ёкнуло, в голове потеплело, пальцы сжали портфель. Феликс вздохнул, понимая, что деваться некуда.

— Ты об этом? — устало спросил Феликс, доставая из портфеля свой чёрный дневник с красно-въевшийся каплей жидкости.

— Да. — стуча рукой по своему колену, закивал Хёнджин.

Златовласый блондин вздохнул, убрав рукой прядь золото-белых волос со своего лица.

— Это мой дневник. — вертел дневник в руках. — Туда я записываю все свои мысли, чувства, даже пишу стихи.

Черноволосый парень слушал, не перебивая. Он думал, что для Феликса, это была больная тема, вероятно, так оно и было.

Ликс раскрыл его, треснул переплёт, исписанные страницы въелись во взор Хёнджину, по страницам разливалась чёрная ручка, но помимо ручки, на листах было что-то на подобии капель крови, въевшихся в страницы слёз.

Но черноволосый друг не стал спрашивать у блондина, что это. Не хотел трепать ему нервы, он итак много всего повидал, лишние беспокойства ему не к чему.

— Этот дневник помогает мне справиться со стрессом, я просто высказываюсь ему. — устало продолжал Феликс.

Блондин хлопнул дневником, закрыв его и убрав в портфель. Тяжело вздохнул, выпустив всю тревогу в ветер, чтобы тот разнёс его по небу.

На улице уже засветился светло-оранжевый закат, они гуляли в лесу, по видимому очень долго.

Они продолжали разговаривать, уже без всякой тревожности, дружеская атмосфера царила между ними, словно эйфория.

Они прижались друг к другу, плечом к плечу.

— Как ты думаешь, насколько жестока смерть? — подняв брови, спросил Хёнджин, повернув голову к Феликсу.

Задумался.

— Когда как, — махнув волосами, предположил Феликс. — есть разные способы расстаться с жизнью.

В воздухе повисла тишина, лишь звук от качающихся деревьев на ветру, давали звук, шелест.

— Моя мама, рассказала мне одну легенду. — Феликс поднял голову, вглядываясь в появляющиеся на небе звёзды. — У каждого человека есть своё время и свой способ умереть, нам даётся жизнь, ровно до одного момента, до того, как закончится наше время, когда смерть не разлучит нас.

— Звучит страшно. — рассмеялся Хёнджин.

— К сожалению, это чистая правда. — повернув голову к черноволосому парню, хмыкнул блондин.

Стало совсем темно. Друзья продолжали общаться, конечно, уже устало, они не хотели возвращаться назад, в шумный город. Пояс из сияющих звёзд поглотил тёмное небо. Солнце давно скрылось за горизонтом.

Феликс уже выглядел сонным, а Хёнджин словно даже не думал о сне, в голове крутились его мысли, только он мог с ними совладать. Черноволосый парень без умолку говорил, а блондин молчаливо слушал.

Сон накрыл блондина с головой, он перевёл взгляд на свою руку, она сжимала ткань чёрных шорт. Феликс закрыл свои глаза, затрепетали ресницы, коснувшись мелких мешков под глазами, не сумев держать голову ровно, Феликс положил её на плечо Хёнджина, растворяясь во сне.

Хёнджин резко замолчал. Посмотрел на чуть ли не спящего у него на плече блондина. Волосы легли на шею черноволосого парня. Оба парня отдыхали от всей дневной суеты и нервов, вместе.

Нежность окутала их.

Несмотря на тёплую дневную погоду, ночи в мае были немного холодными, тем более в тёмном лесу, где парни были совершенно одни. Поняв, что возможно блондину должно быть холодно, Хёнджин аккуратно снял с себя кофту на молнии, стараясь не разбудить почти что спящего Ликса, и накрыл ей тёплые плечи друга.

Мило.

Черноволосый парень вынул из кармана телефон, почти двенадцать часов ночи, загулялись, пора возвращаться.

Хёнджин аккуратно встал, взяв друга за плечи, помогая ему встать.

— Пошли, не засыпай.. — тихо и мягко сказал Хёнджин, понимая Феликса с холодной земли.

Феликс кое-как поднялся, чуть не упав, но Хёнджин успел схватить его за руку. Закинул его руку к себе на плечо, чтобы тот не упал.

Черноволосый парень взял два портфеля, нацепив их на себя, они были лёгкими, поэтому для Хёнджина, донести их было не проблема.

Куда идти? Вопрос сложный, но Хёнджин просто шёл вперёд, по тёмному лесу с блондином, откуда они вскоре и вышли.

Феликс еле шёл, пытаясь хоть как то бороться со сном. Хёнджин пристально следил за ним, чтобы он не вырубился окончательно.

Хёнджин проводил блондина до его дома, отдал портфель, забрал свою кофту и попрощался.

Черноволосый подросток развернулся идя по дороге, повернулся посмотрев на дом Ликса ещё раз, и пошёл к себе домой, сквозь горящие вывески клубов, всё ещё проезжающих мимо машин.

Дошёл до дома, тяжело вздохнув, понимая, как ему сейчас влетит от родителей за то, что гулял до двенадцати часов ночи. Зашёл домой.

Включил свет, впустив домашнее тепло в своё тело. Сверху послышались быстрые шаги, затем заиграли на лестнице.

— Хван Хёнджин! — донёсся крик.

На свет вышла его мать, её лицо было крайне недовольным.

— Где ты был всё это время?! Мы думали ты не вернёшься! Думали уже начать тебя искать по всему Сеулу!

Её громкий голос давил на голову Хёнджина, кипел на мозги. Сзади завиднелась тень его отца, если мать даст ему слово, то подростку точно не поздоровится.

— Я гулял... — тихо сказал Хёнджин.

— С кем ты гулял?! До ночи?! — не успокаивала мать свой яростный тон.

— Я подружился со своим из своих одноклассников. — спокойно продолжил парень. — Он единственный, кто меня понимает, и разделяет со мной чувства.

Мать выпучила свои глаза, явно удивилась, у её сына появился друг, довольно очень интересно.

— Его имя, Феликс.