part fifteen
Жизнь в тюрьме вошла в одну колею. Дни стали однообразно сменяться один за другим. Так прошло больше месяца. Каждый день Чимин просыпался и шел на перекличку. Иногда Юнги был чуть более требователен, и поэтому они выходили к самому приходу охранника.
Потом был завтрак. Ему перестали скармливать сгущенку, масло и прочее. Но вовсе не потому что забросили борьбу с худобой. Итальянцы были главными снабженцами Тэджона. Достать белковое питание и энергетические добавки им ничего не стоило. Все высшей пробы, органическое и никаких стероидов. Луиджи заботится о своем ученике.
Дальше каждые три дня разговор с Джином. Пару раз брат приезжал навестить его. Каждый раз он пытался поднять тему их отношений с Мином. Парень не хотел об этом говорить. Когда Сокджин приходил в последний раз, он показал брату картинку, которая поставила точку в этих разговорах. Это был коллаж из двух фото, на которых мужчина держал в руках табличку. На первой было написано: «Я автомеханик и могу починить все. Но я не могу починить своего сына гея». А на второй: «Потому что он не сломан». Лучший в мире старший брат.
Потом ежедневная работа в лазарете. Извращенец куда-то пропал. Блондин догадывался, что он не просто сменил работу, но вопросов не задавал. На его место пришел молчаливый мужчина средних лет. Он никак не доставал Пака и вообще не обращал на него внимание. Чимин не знал, что его рекомендовали нужные Мину люди. Чем больше верных тебе людей в тюрьме, тем крепче твоя власть.
Если была хорошая погода, заключенные гуляли на улице. Там Чимин с радостью гонял мяч, а потом занимался с Ньюманом. Его прогресс в итальянском был мизерным, также не повышалось и его умение играть в бридж. Ньюман пришел к выводу, что парень безнадежен.
Потом был обед. Кормили в тюрьме паршиво, поэтому после него, уже в блоке, Чимин повторно обедал едой, которую итальянцам приносили охранники. За месяц он прибавил больше, чем за три последних года. Но эти килограммы не осели жиром. Через день Луиджи издевался над Паком в спортзале. Он сгонял с него семь потов, заставляя бегать, качаться, тренироваться с грушей. А потом был неизменный спарринг. Чимину нравилось, когда телохранитель показывает ему приемы, заставляет повторять, пока не получится. Но когда они дрались «всерьез», это было ужасно. За все время он ни разу так и не нанес удар Луиджи. Разница в уровнях была просто космической. Ему еще лет двадцать тренироваться, чтобы хотя бы коснуться тренера. Несмотря на плачевные успехи в спарринге, Луиджи хвалил его.
В те дни, когда блондин не поливал своим потом маты, он ходил в библиотеку. Еще до попадания в тюрьму он любил читать, но у него всегда находились дела поинтереснее или поважнее, поэтому он редко добирался до книг. Но здесь времени предостаточно, почему бы не уделить его чему-то полезному?
Затем ужин и свободные часы. Это время Чимин обычно проводил в компании итальянцев. Чаще всего к концу дня они уже заканчивали свои мафиозные дела, поэтому никто его не отсылал куда подальше, а наоборот, были очень рады видеть. Чимми устраивала роль всеобщего младшего братишки.
Отбой. Это единственное, что Чимин хотел бы изменить. Их с Мином отношения пришли к определенному равновесию. Мужчина четко провел границы, за которые не намерен выходить.
Секс у них был почти каждый день. Каждый раз Юнги заботился об удовольствии мальчика и старался не причинять ему боль. Но раз за разом они занимались этим в одной единственной позе. Чимми мечтал увидеть лицо Мина, когда тот кончает, но все, что ему оставалось, это уткнуться в подушку или смотреть в стену.
Ни разу Юнги не остался с Паком на всю ночь. И ни разу не поцеловал его. Блондин не делал никаких попыток проявить инициативу, потому что понял, что все равно ничего не добьется. Дон главный, это он делает первые шаги.
Несмотря на отстраненность в постели, иногда Юнги приводил младшего в замешательство. Он мог обнять его на глазах у всех, или начать шептать всякие грязные словечки, от которых парень становился красным как свекла. Мин не отпускал его одного в душ, но и вместе они никогда не ходили.
Чимин был уверен, что в какой-то степени дорог ему. Не так сильно, как ему бы хотелось, но и это уже не мало.
Однажды в череде этих однообразных дней Дэвид подошел к Мину. Отто, как обычно, был где-то неподалеку.
— Привет, Дон. У меня есть к тебе разговор, — у Дэвида в глазах бегали лукавые огоньки.
— Я слушаю.
— Ты же знаешь, что мой мозг – это просто свалка всякой информации, важной и не очень. Я уже стар становлюсь, чтобы все всегда помнить. Вернее не так. Помню-то я все, но не всегда вовремя могу применить свои знания. И вообще я...
— Бога ради, остановись. Просто скажи, что ты хотел.
— Ах да, к чему это я собственно... У твоего мальчишки через неделю день рождения! — Дэвид был безумно доволен собой.
— Очень мило. Но почему это должно меня заботить?
— Хотя бы потому, что это его первый день рождения в тюрьме. Ему нужна поддержка, а уж после того, что ты с ним сделал...
— Осторожнее, Дэвид.
— Эй, я тебя не осуждаю. Даже немного завидую, но не в этом дело. Разве тебе не будет приятно порадовать малыша?
Мин задумался. Он совершенно точно хотел бы порадовать bambino. И в то же время он не хотел, чтобы парень придал этому большее значение, чем это есть на самом деле.
— Я приму к сведению твои слова, Дэвид. Спасибо. И я в который раз поражаюсь твоей памяти.
Юнги похлопал зардевшегося Дэвида по плечу и ушел по делам семьи.
Отношения с Чимми его полностью устраивали. Иногда, в последнее время, все чаще хотелось чего-то большего. Это глупое наваждение, которое нужно подавлять. Мужчина его возраста, статуса и положения просто не может испытывать такие чувства к парню-подростку.
Мальчишка привязался к нему, его чувства совершенно очевидны. Они нашли какой-то отклик в душе Мина. Искренность и невинность Пака так подкупает, что игнорировать его все сложнее и сложнее.
За обедом Мин думал над словами Дэвида. Черт возьми, день рождения, а уж тем более восемнадцатилетие – достаточно важная дата. Почему бы не устроить маленький, ни к чему не обязывающий подарок?
— Ну, вундеркинд, что можно подарить мальчишке? Все-таки в такую дату хочется сделать ему сюрприз, — Мин подсел за стол к Дэвиду и Отто.
— Понятия не имею. Я с детьми не особо часто имею дело, — после этих слов Юнги и Дэвид одновременно посмотрели на Отто.
— Коней-то попридержите. Моим пока что достаточно купить раскраску, и они уже счастливы.
— Ты ближе всех по возрасту к Чимми, значит, тебе и проще всего придумать подарок.
— Да что вы привязались? Я даже не знаю, что ему нравится.
— Успокойтесь оба, — Мин прервал их прежде, чем они устроили один из своих бесконечных споров. — Что бы очень хотелось иметь в тюрьме?
— Помимо свободы? Ну, даже не зна-аю... Тут же столько всего есть.
— Хватит поясничать. Лучше предложи что-нибудь, — Юнги уже начал жалеть, что попросил помощи у этих двоих.
— Придумал, — резко сказал Отто. — Как насчет плаката какой-нибудь красотки?
— Чимми в другой команде, — идея приглянулась Дэвиду.
— Тогда красавца.
— Кого именно?
— Джастин Бибер?
— В другом амплуа.
— Принц?
— В другом поколении.
— Брэд Питт?
— Идеально.
Довольные Отто и Дэвид обменялись какие-мы-молодцы взглядом и развернулись к боссу.
— Вы серьезно? Как будто я повешу плакат какого-то мужика у себя в камере. Даже и не мечтайте.
Все трое надолго замолчали. Юнги ни одна дельная мысль в голову не приходила. Ему на восемнадцатилетие подарили шикарную тачку. Его опыт сейчас мало пригодится.
— Придумал! — на этот раз Отто звучал действительно уверенно. — Почему бы не спросить у него самого?
— Друг мой, мы с тобой вкладываем разное значение в слово «сюрприз».
— Чтобы спросить у него, совсем не обязательно общаться с ним лично.
— Хватит тут загадками разговаривать.
— Чимин подросток. Значит, у него точно есть аккаунт в Инстаграме или Твиттере. Найдем ее, посмотрим его интересы и выберем подходящий подарок.
— Боже, Отто, ты просто великолепен! Сегодня ночью я не усну, думая о тебе, — Дэвид был в восторге. Ему бы такое и в голову не пришло.
— Я пропущу твои гомосексуальные намеки мимо ушей. Но мне приятно, — Отто шутливо подмигнул сокамернику. — Правда теперь есть одно большое НО. Интернета-то у нас и нет.
— Это предоставь мне. Когда пойду на работу, я спокойно посмотрю.
— У тебя есть выход в сеть? — удивился Юнги.
— Вообще-то нет. Но пароль для административного пользователя мне уже давно известен. Думаете, почему я так держусь за это место? Котики на Ютубе сами себя не посмотрят!
— Ты в курсе, что тебе срок за это добавить могут?
— У меня все схвачено, не беспокойся. И сегодня же я узнаю всю подноготную твоего мальчика.
Дэвид с энтузиазмом подошел к своему заданию. Перелопатив всех Пак Чиминов и найдя нужного, он детально изучил его интересы. Самый обычный подросток.
По-видимому, то, что Чимми сидит в тюрьме, было достоянием гласности, и он это не скрывал. На стене было несколько сообщений от друзей, где они соболезновали ему и просили не опускать руки. Идиоты... Они действительно думают, что рядовой заключенный может в интернете свободно сидеть?
Дэвид с удовольствием бы взглянул на брата Чимина, но не нашел никого похожего. Видно старшему не до социальных сетей. Найдя несколько интересных альбомов, заприметив конкретных людей и, самое главное, запомнив главные интересы, Дэвид был готов представить отчет Мину.
— Чем интересным нас порадуешь? — Юнги всегда мог положиться на Дэвида. Уверен, что он и сегодня его не подвел.
— Ну, для начала: я был прав!
— Прав в чем?
— Я никому эту мысль не высказывал. И даже если так, все равно приятно.
— Что же это за мысль такая?
— Хм... по поводу ориентации Чимми, — Мин удивленно вскинул брови. — Понимаешь, Дон, я у него немного поспрашивал про отношения, и выяснилось, что у него была девушка. Как бы ничего серьезного, но была. Тогда я предположил, что ему нравится прекрасный пол. Но это противоречит тому, как быстро он окунулся в голубой мир. И он-таки был геем до того, как встретил тебя.
— Мне, в общем-то, без разницы, но интересно, откуда такие выводы?
— Все просто. Капитан команды по плаванью. Чимми однозначно по нему сох. Мало того, что на всех групповых фотографиях он где-то рядышком, так он еще в той или иной форме переругался со всеми девушками, которые выказывали капитану знаки внимания. Типичная ревность.
— Похоже на правду, — согласился Отто, — но как-то недостаточно.
— Девушка Чимми – сестра-близнец этого капитана.
— А, ну тогда ты однозначно прав, — Отто был полностью согласен с доводами Дэвида.
— Отличная исследовательская работа. А теперь о чем-нибудь полезном.
— Ладно, ладно. Не кипятись так. Понимаю, ты испытываешь разочарование от того, что это не ты сбил парня с пути истинного, но не печалься – ты неотразимее всех неотразимых.
— Благодарю. Это я и так знаю.
— Но, Дон, согласись, это так занимательно. То, какими слепыми могут быть люди, не замечать очевидных вещей. Например, собственных чувств.
Дэвид твердо смотрел на Мина. Они оба понимали, что эти слова вовсе не о Чимине. Дэвид приставуч как банный лист, обожает докапываться до сути дела и не может вовремя остановиться. Привычка лезть не в свои дела однажды уже сослужила ему дурную услугу. Но некоторых жизнь ничему не учит.
Юнги не свойственно самокопание, нет нужды долго и скучно анализировать свои чувства и эмоции. Они такие, какие есть. Можно идти у них на поводу, а можно действовать разумно. Он всегда выбирает второй вариант.
Подарок на день рождения не несет за собой каких-то проблем, зато разнообразит скучную жизнь. Что же в нем плохого?
— Ладно, может быть ты наконец-то расскажешь что нашел, — Мин сменил тему.
— Да-да, конечно. Собственно, у Чимми два больших увлечения. Плаванье и Гарри Поттер. На пацане со шрамом он просто помешан! Конвенции, плакаты, куча всяких фанатских прибамбасов.
— Замечательно, что у него есть хобби. Но какой подарок-то выбрать?
— Можешь заказать мантию и ночью поколдовать своей волшебной палочкой.
Мин испепелял Дэвида взглядом, а Отто силился не засмеяться. У него не вышло.
— Если вы закончили с идиотскими шуточками, то я жду серьезных предложений.
— Дон, прости, не сдержался. На самом деле я нашел отличный вариант. Чимин обожает мороженое. Думаю, если ты подаришь ему коробку этого лакомства, то он будет счастлив.
Его мальчик еще такой ребенок, улыбнулся Юнги. Ну что ж, отличная идея.
***
Тадам! Вот ты и на год старше.
День рождения. Это будет самый обычный день. Джин обещал прийти. Может быть, его визит подарит блондину праздничное настроение.
За завтраком все поздравили Чимми, на словах, без подарков, но это все равно было очень и очень приятно. Мин по обыкновению держался чуть отстранено от остальных. Он улыбался, глядя как его подчиненные веселятся, но сам в их веселье не лез. Не то чтобы он считал, что это недостойно босса, но предпочитал держать дистанцию.
Пак побежал к телефонам, чтобы поговорить с Енсо. Но трубку взял Сокджин. Он очень долго извинялся и корил себя: сломалась машина, и он не сможет приехать. Тащиться с огромным тортом, который приготовила его невеста, в общественном транспорте не представляется возможным. Чимин успокоил его, даже умудрился пошутить, пообещав никуда не уходить. На самом деле это его очень расстроило. Понурив голову, парень поплелся на работу.
Вытащив из кладовки чистящие средства и швабру с ведром, Чимин ждал, когда вернется охранник и откроет ему дверь. Офицер долго отсутствовал, а когда наконец-то вернулся, приказал парню оставить все здесь и следовать за ним. Наученный горьким опытом Чимми был очень напряжен. Куда его ведут, а главное, зачем? Не хочется идти, но ослушаться прямого приказа он не может.
Они вышли из лазарета, а потом перешли в другой блок. Здесь было тихо. Чимин не видел ни одного заключенного, только пара охранников прошла мимо них.
В конце концов, они остановились у двери, которую охранник шутливо распахнул перед парнем и жестом пригласил пройти. Это оказался спортзал для персонала. Такой же, как и у них в блоке, может быть даже меньше. Но здесь был бассейн.
— У тебя полчаса, — охранник запер дверь снаружи, оставив Чимина одного.
Особое приглашение парню не требовалось. Он мигом разделся и с разбега нырнул. Какое блаженство... Он, кажется, и забыл это ощущение легкости, когда тебя держит вода, а ты просто лежишь на прозрачной глади.
Полчаса пролетели незаметно. Чимми нырял, плавал на скорость, задерживал дыхание и просто лежал на воде, глядя в серый потолок. Вот это подарок так подарок. И он знает, кого надо благодарить.
В блок Чимми вернулся в превосходном настроении. Он разве что не пританцовывал на месте. Найдя мужчину, парень побежал к нему. Он был рад, как ребенок.
— Спасибо, — выпалил Чимин, даже не успев отдышаться.
— За что? — с легкой улыбкой поинтересовался Юнги.
— Вы знаете за что, — Пак засмеялся. Его звонкий смех был лучшей наградой для Мина. — Это было... В общем, спасибо!
Парень убежал играть в бридж с Ньюманом. Сегодня он впервые выиграл. Ньюман очень неумело поддавался.
Весь день Юнги наблюдал за своим мальчишкой. Он наконец-то понял, почему этот парень стал всеобщим любимцем. Почему-то рядом с ним забывалось где ты находишься. Стены тюрьмы словно отодвигаются, а потолок становится выше. Возможно, дело именно в этом, или же у малыша Чимми есть еще какие-то особые качества, но Мин слишком привязался к нему.
Мужчина пытался игнорировать свой... интерес к Чимину, но не тут-то было. Он думает о нем, постоянно думает о нем. Каждый день держаться на расстоянии становится все сложнее
***
День выдался потрясающий. Насколько может быть потрясающим день в тюрьме. Чимин был почти счастлив. Если бы пришел Джин, то день был бы вообще идеальным.
Когда решетка закрылась на ночь, Юнги жестом поманил Пака к себе. Мужчина достал из шкафчика небольшую коробку и протянул ее парню.
— Buon compleanno, bambino. Открывай скорее.
Чимми дрожащими руками взял подарок. Юнги поздравил его! Он уже сделал маленький сюрприз утром, но тогда это было как-то безлично. А сейчас мужчина стоит перед ним и ждет, когда он откроет подарок.
Baskinrobbins. Мороженое, которое он так любит. Скажи Чимин кому-нибудь, что в тюрьме будет наслаждаться изысканными лакомствами, они бы покрутили у виска.
Мороженое уже чуть-чуть подтаяло, но так даже лучше. Мин достал чайную ложку и отдал парнише.
— Наслаждайся.
— Спасибо. Огромное спасибо!
Это самое вкусное мороженое, которое он когда-либо пробовал. Однозначно. Сидя на коленях Юнги, блондин поедал свой подарок. Он постоянно хотел накормить и Мина тоже, но тот почти всегда отказывался.
Мужчина смотрел, с каким удовольствием и радостью Чимин расправляется с коробкой фирменного мороженого. Иногда он закрывал глаза от удовольствия, облизывая ложку.
Когда с мороженым было покончено, Чимми поставил коробку на столик, но с Юнги не встал. Они с улыбками смотрели друг на друга.
— Я рад, что угодил тебе, — Мин отбросил волосы с лица парня.
— Да, это было волшебно. Вы... потрясающий, — Юнги отвернулся и смотрел куда-то в пол.
— Из-за коробки мороженого? Как же легко тебя впечатлить, — усмехнулся мужчина.
— Нет, не только из-за нее. Вы просто особенный. Спасибо за все это. Вы совсем не обязаны были устраивать мне праздник, — парень все еще не поднимал глаз.
— Мне совсем не сложно, а тебе приятно. И мне нравится тебя радовать, — Чимин взглянул в глаза Юнги. Он смотрел очень долго, не мигая.
— Тогда, может быть, порадуете меня еще немного?
— Попроси, и узнаем.
— Поцелуй меня.
Когда люди размышляют о Вселенной, они пытаются узнать, как она появилась. Какой была первая секунда ее существования. Они ищут нулевой момент.
Чимин точно знал нулевой момент для них с Юнги.. Это момент их первого настоящего поцелуя.
В своих мечтах Пак тысячу раз представлял, как это будет. Реальность превзошла все ожидания.
Губы Юнги, его язык и дыхание – они пьянили и сводили с ума. Мин жадно целовал парня, исследуя и пробуя на вкус. Многочисленные женщины в его жизни, имена и лица которых он давно забыл, сделали его непревзойденным мастером поцелуев. Сидящий же на его коленях мальчик только открывал для себя это искусство.
Трогательные, неумелые попытки Чимина отвечать на поцелуи казались безумно обольстительными. Его неопытность заставляла Мина дрожать от восторга. Какой же дурак... Почему он так долго сопротивлялся своим желаниям?
Чимина так захватил момент, что он не помнил, как они оказались у него на постели. Обнаженные, обнимающиеся и целующиеся.
Какими разными могут быть поцелуи. Жадные и страстные – когда ты забываешь как дышать, воздуха в груди уже не хватает, а ты все не можешь оторваться. Спокойные и неторопливые – когда ты можешь часами не отрываться от ласкающих тебя губ. Ласковые и чувственные – когда мимолетные, неуловимые касания передают тепло и нежность.
Юнги дарил Чимину их все.