-9-
Сентябрь пролетел уж как-то слишком быстро и незаметно.
Всё свободное время мы с Димой готовились к ЕГЭ и ЗНО.
С Арсом и Серым я виделся только на уроках, потому что времени, чтобы всем собраться и где-то посидеть не было вообще.
На счёт Графа.
Мама так сильно полюбила этого рыжего засранца, что даже спала с ним.
А Граф — изменщик!
Каждый день мы репетировали выступление ко дню учителя, что тоже забирало силы и энергию.
Ах да, а ещё занятия по немецкому, который мне вот вообще не всрался.
После того случая с Арсением, мистер Уокэр словно с цепи сорвался.
Мужчина валил нас так, что я порой не спал ночами, лишь бы успеть сделать задание и выучить материал.
Соня и Саша недоумевали, но не могли понять в чём дело и почему он так взъелся на нас.
В один день, я не до конца понял материал, из-за чего Уокэр молча подошёл ко мне и отвесил звонкую пощёчину.
— Да посмотри на себя! Ты элементарное не можешь понять и выучить! Какой из тебя филолог?
Я схватился рукой за щёку, но тихо прошипел, поскольку кольца были холодные, а места удара — пылало и горело.
Соня вскрикнула, закрыв рот рукой.
— Не ори ты! — рыкнул он.
Саша резко подорвался с парты, закрывая собой девушку.
— Тронете её — и я за себя не ручаюсь.
Немец молча пошёл в его сторону, но в этот момент открылась дверь, а на пороге замер наш одноклассник Денис Дорохов и ошалевшая Лариса Ивановна.
— Что здесь происходит?! — она тут же вошла в кабинет, и посмотрела на нас.
Картина Репина: я сижу за партой, держась за щёку, где явно было видно след от руки; Саша прикрывает собой Соню; и препод, который вот-вот ударит парня.
Дорохов шумно сглотнул.
— Извините, я просто забыл куртку в шкафу и вернулся за ней.. — он быстро взял её, вылетая из кабинета.
— И что здесь произошло? Ваши крики, мистер Уокэр, слышно по всей школе.
— А дело в том, что Ваш Антон Шастун не умеет держать язык за зубами, и нарывается на неприятности.
У Саши, походу, отвисла челюсть после этих слов.
— Вы вообще ахуели? Да Вы ударили его за то, что он просто не до конца понял материал и не смог рассказать! — выпалил тот.
Ивановна молча подошла ко мне, аккуратно убирая мою руку, чтобы посмотреть на щеку.
— Мы идём к директору, а затем — пишем на Вас заявление, — холодно парировала она, повернувшись лицом к мужчине, — я за своих детей порву, поняли меня?
Мужчина хмыкнул, скрестив руки на груди.
— Как жаль, что вы ничего не докажете, — наигранно-грустным голосом ответил он.
— Думаете? — женщина кивнула головой в угол класса, где висела камера.
Элитная, блять, школа, что ещё сказать.
Мужчина тут же стушевался, сжимая руки в кулаки.
— Может, мы как-то договоримся?
Ивановна лишь хмыкнула.
— Нет, и не надейтесь. Таким неуравновешенным как Вы, здесь не место. И как вас вообще взяли на работу?
— Я не буду идти к директору, а ребята как хотят, — ответил я, поднимаясь з-за парты, — но на этих занятиях и ноги моей не будет.
— Но, Тош.. — руководительница ещё хотела что-то сказать, но я уже вышел с класса.
Мужчину всё же уволили.
Видимо, камера действительно работала и там всё было видно.
А как я мог забыть про то, что меня так же готовили к олимпиаде по географии и истории?
Димку же гоняли по биологии, химии и физике.
В один прекрасный день в класс ворвался физрук и сказал, что скоро начнутся тренировки, поскольку совсем скоро ожидается футбол между школами всего города.
И когда мы зашли в спортзал, то узнали, что ещё будет и гандбол.
И да, я был в основном составе.
Хотелось выпрыгнуть с окна или лезть на стены.
Ира с Ксю всё же сделали каминг-аут и переехали в Италию с родителями Оксаны, но девочки пообещали, что на выпускной они точно прилетят и будут с нами.
***
И вот, день учителя.
Дима пришёл ко мне пораньше, поскольку у нас было только три урока, чтобы мы пошли домой, покушали, и отдохнули перед финальной репетицией и выступлением.
— Давай бахнем для смелости? — предложил он, попивая кофе, а я сидел на подоконнике и курил.
— Можно, у меня где-то есть водка. Только немного!
Выпили мы действительно немного, но развезло нас так, что мама не горюй.
Мы влетели в школу, пытаясь отдышаться.
— Давай быстрее! Опаздываем! — я лечу вверх по ступенькам, чуть не сбив бедную уборщицу, которая заметала ступеньки.
Дима пытался догнать меня. Пакеты со сменной одеждой очень мешали.
— У нас репетиция начинается в четыре, а сейчас уже четыре часа и пять минут, давай быстрее! — я резко останавливаюсь перед дверьми, которые ведут в актовый зал и шумно дышу, дожидаясь Поза, который еле ползёт ещё где-то между первым и вторым этажами.
Да, пробежка в минусовую температуру, когда на улицу уже темнеет, алкоголь в крови, а в руках пакеты с едой, водой и одеждой — это явно не то, что нам хотелось бы делать перед репетицией и выступлением перед всей школой и родителями.
У Димы так вообще были тарелки с едой.
Спросите: зачем?
А затем, что после концерта у нас в классе будет тусовка с Ларисой Ивановной.
Она пообещала, что уже договорилась с директором и отключила камеру.
Боги Аллахи, если вы существуете, то сделайте так, чтобы Лариса Ивановна не услышала, что мы с Димоном выпили, ибо от нас и мокрого места не останется.
Как только мы открыли дверь в актовый зал, то увидели, что весь класс уже был в сборе и стоял возле двери.
Паша с Лазаревым выглядели очень довольными, как и Карина, которая сидела на лавочке на сцене.
Они что, тоже решили выпить?
— От кого так несёт перегаром?! Быстро признавайтесь! — грозно крикнула Лариса Ивановна, а у меня чуть земля из-под ног не ушла.
Всё, приплыли.
Женщина подходит ко мне, а мне хочется провалиться под землю от стыда и страха.
— Вы какого милого решили напиться перед выступом? — спрашивает Лариса Ивановна, а я с силой вцепляюсь в руку Позова, как коала к тростнику.
М-да, жвачки нам явно не помогли скрыть стойкий запах перегара.
Руководительница берёт меня под локоть и отводит подальше от ребят.
— Ты не мог дождаться окончания? Я ведь взяла вино, — женщина пыталась быть грозной, но всё равно не могла скрыть улыбку.
— Лариса Ивановна! Да мы немного выпили! Мы по бокалу вина, честное слово, — мне стало стыдно. Очень. Ведь пили мы ещё и водку.
— Вы вдвоём пили?
— Ну да, а что?
— Да я вижу, что Воля, Серёжа и Карина тоже пришли навеселе. Думала, что вы вместе были.
Я отрицательно помотал головой, нервно сжимая ручки пакета.
— Вы только маме не говорите, а-то она меня точно убьёт, а вы ведь любите меня, правда? — я улыбнулся, глядя на неё.
— Ой, иди переодевайся. Не беси меня, — женщина улыбнулась.
— Я вас тоже люблю! — я побежал к Димке, хватая его, чтобы пойти переодеться, пока нас не до конца разнесло.
Когда мы вышли, то за нами пошли Паша с Серым и несколько девочек.
Поднимаясь на третий этаж, Воля решил сделать Серому подножку, а тот начал бежать за ним.
Мы с девочками рассмеялись, наблюдая за этим детским садом.
Где-то позади нас шла Карина с Толиком, которые тоже в шутку дрались.
Детский садик, честное слово.
Я поднял голову, чтобы посмотреть на Серого и Волю, но всё, что я успел увидеть — это эпичное падение Паши, который спотыкнулся об последнюю ступеньку, а точнее — запутался в своих же ногах, из-за чего полетел вниз и счесал колено на правой ноге, ведь он был в шортах.
Наверное, вся школа слышала отборный мат Воли и вопли Лазарева о том, что его сейчас убьют.
Мы пошли в класс, чтобы переодеться, а затем ретировались в зал, чтобы прорепетировать финальный раз.
У каждого был свой образ, а точнее — стиль одежды каждого учителя и маски с их лицами.
Лишь бы у меня язык не заплетался, а-то будет очень плохо.
На репетиции, в самом конце, когда мы все взялись за руки и спускались со сцены, Серёга полетел с ступенек, а мы — зашлись в дружном хохоте.
Шум из зала дико глушил и не давал возможности сосредоточиться на своих словах.
Все классы бегали в актовом зале таская парты, стулья, еду и прочую ерунду, которая должна была быть обязательной на этом празднике.
Я нервно расправил низ юбки и поправил рубашку.
Моя роль — учительница химии, которую я так ненавидел.
Вдох. Выдох.
Все были на взводе. Некоторые даже немного выпили для смелости.
Мы выходим на сцену. На нас смотрит вся школа, родители, учителя.
Десятки камер, телефонов, так ещё и оператор бегает с камерой, что тоже заставляет нервничать.
Парни стояли на таком расслабоне, словно мы каждый день выступаем.
Ещё бы! Воля с Серёгой выпили 3 рюмки по 50, а оттого им плевать уже на всё.
День учителя.
Неизменный праздник в каждой школе.
Каждый год выпускной класс был организатором этого праздника и концерта.
Ох, как же мама будет ржать, когда нам выдадут диск с видео и там будет видно, как я драпанул по всему актовому залу, когда Лариса Ивановна учуяла от меня, что я пил.
Но я ведь не один, кто пригубил! И то, это для смелости!
Следующий под раздачу попал Поз, который пил со мной.
Это он меня заставил! Честное слово!
Все громко смеялись, шутили.
Серый сидел возле меня, то и делая, что, таская пирожки со стола, пытаясь втихую скушать их, прячась за моей спиной.
Пашка эпичной походкой поднимается на сцену после очередного конкурса.
Что может пойти не так?
Мы с Позом смеёмся, а оператор, то и делает, что снимает нас и бегает по всему залу.
Время словно остановилось.
Воля зацепился за последнюю ступеньку, распластавшись по всей сцене.
Серый давится пирожком, который ему всё-таки удалось стащить, а Димон начинает громко хохотать, держась за живот.
В зале мгновенно все затихают, поэтому тишину прервал крик парня:
— Идиоты, не смейтесь! Поднимите меня или хотя бы помогите встать!
Мы, всё ещё смеясь, поднялись, и помогли парню встать.
Жаль, что оператор не успел снять это.
В конце, Серёжа выступил сольным концертом со своими песнями, которые он написал.
Будущий певец, как ни крути. И мы искренне верили в него.
Директор и завуч смотрели на нас, не скрывая улыбок и громко хлопали, когда выступление подошло к концу.
Мы стояли на сцене, я с улыбкой смотрел на маму, но замер, когда столкнулся взглядом с Арсением, который смотрел на меня и, улыбаясь, аплодировал.
Я смутился и отвёл взгляд.
Возле него стоял явно уже захмелевший Матвиеныч, а я лишь улыбнулся.
Все покинули актовый зал, родители и Лариса Ивановна пошли в класс на сладкий стол, а мы — пить и на школьную дискотеку. Наш последний год, нам можно.
Дискотека была такой, что даже Олег Анатольевич офигел от того, что невозможно было вытащить кого-то оттуда.
Пашка с Серегой крутили музыку, а оттого играли крутые треки.
Все классы с седьмого по одиннадцатый танцевали, пели и просто разносили актовый зал.
Мы втихую пили за шторкой на сцене, а парни мешали водку с соком.
Девочки пили какое-то вино и шампанское.
Когда мы направлялись домой, то нам нужно было выкинуть бутылку водки, чтобы скрыть улики.
Но нет.
Какой-то идиот додумался выкинуть её в мусорное ведро около нашего класса.
Я быстро сделал фото на память, но водку мы всё-таки вытянули из ведра, и убрали от греха подальше.
Я с Димой ещё немного прошёлся с Серым и Пашей, которые уже шли за руки.
Ладно, это громко сказано. Они ползли, а мы — шли позади них и подыхали со смеху.
Мы провели их до дома Воли, благо все родители ещё в школе, и они тоже пьют.
— К тебе или ко мне?
— Да какая разница, — я пожал плечами, доставая сигарету.
— Поделишься сигареткой?
Я тут же остановился, и уставился на него.
— Чего-чего? — я не верил своим ушам.
— Я слишком заебался за последнее время, — ответил он.
Я молча пожал плечами, протягивая ему сигарету и зажигалку.
— Ты ведь даже курить не умеешь, — тихо хохотнул я.
— Не вижу в этом проблемы или чего-то сложного.
Он сделал первую затяжку и даже не закашлялся.
— Моя школа, старик, — я легонько пнул его в плечо.
Телефон Поза завибрировал, и он достал его, чтобы ответить на звонок.
''любимая косичка ❤️🥺'' высветилось на экране и какая-то фотка Серого, взята явно из ВК.
Я заржал из-за того, что меня рассмешило, как Дима подписал физика.
— Да, Серёж. Слушаю, — парень медленно выдыхал дым, а я — наблюдал за ним.
Они ещё что-то обсудили, и Поз сбросил вызов.
— Мы идём к Серому.
— А есть повод?
— День учителя, все дела.
— Ты знаешь где он живёт?
— Шаст, не тупи. Я к нему на дополнительные хожу.
— И не только, — заржал я, а тот недовольно фыркнул.
Мы быстро дошли до его квартиры.
Дверь нам открыл не хозяин, а захмелевший Арс.
— Ребята! Вы пришли, — он отошёл, давая нам возможность войти.
Меня нехило так взяло, из-за чего я сполз по стенке, пытаясь снять кеды.
— У тебя вообще мозги есть, Шастун? — спросил Попов.
— А что не так? — обиженно отозвался я, потому что никак не мог расшнуровать обувь.
— Конец сентября, холодина, а он — в кедах. Чудо ты.
— Не чудо я!
Мужчина лишь молча присел передо мной, помогая справиться с шнурками.
— Спасибо, — я поднялся, мазнув губами по его щеке в знак благодарности.
Я зашёл в гостиную, где уже сидели Дима с Серым и по очереди курили кальян.
На столе стояло 4 рюмки и бутылка водки.
Я невольно обречённо простонал.
— Я столько не выпью, — парировал я, плюхаясь на стул напротив парней.
— Слабак! — сказал Матвиенко.
— Нихуя! Наливай, — я протянул ему пустую рюмку.
Кто же знал, что он просто взял меня на понт.
Спустя несколько выпитых рюмок стало немного скучно, и я поплёлся курить с Серым.
— Надо сыграть что-то, а-то скучно пиздец, — сказал мужчина, делая первую затяжку.
— Согласен.
— Ты знаешь какие-то игры для компаний?
Я на миг задумался.
Из-за того, что я почти каждое лето ездил в лагерь, то знал много крутых игр.
— Правда или действие, было не было.
— Банаааально! — протянул он, перебивая меня.
Я хмыкнул и гаденько улыбнулся.
— Знаю я одну игру, пойдём, — я выкинул окурок в пепельницу, выходя с балкона.
Серый вышел сразу после меня, садясь на своё место.
— Предлагаю сыграть в игру. Называется ''Поцелуй для куклы'', играли такое?
Все трое отрицательно помотали головами.
— Серёг, у тебя есть в доме какая-то плюшевая игрушка или кукла?
— Я, по-твоему, сплю с игрушками, да? — нахмурился тот, но поднялся, направляясь куда-то в другую комнату.
Вернулся он с плюшевым мишкой в руках.
— Это не мой! Ко мне приезжала племянница и забыла его! — начал оправдываться тот.
— Дай его сюда, — я взял медведя, — каждый берёт и целует его в любое место. Поскольку нас четверо, то будем делать это несколько раз, но запомните куда вы целовали его. Можете записывать в телефон. Игра кончается тогда, когда уже не будет места, чтобы целовать игрушку.
Арсений нахмурился, внимательно наблюдая за мной.
— И это всё? Вся игра?
— Ну можно и так сказать, — я невозмутимо пожал плечами, — Димка, за часовой стрелкой или против?
— Давай за, — он откинулся на спинку дивана.
Я передал медвежонка Серому, а тот — от души поцеловал игрушку в лоб.
Дима поцеловал его в нос, и передал его Арсу.
Мужчина пьяно хихикнул, целуя медведя между ног, а я — моментально залился краской.
Я мигом поцеловал его в левую лапу, передавая физику.
Я запоминал куда целую медведя, поэтому не записывал, а вот Серый и Арс — записывали в телефоны.
Последним целовал Поз, и единственное нетронутое место, которое осталось — задница, и он без задней мысли поцеловал его и туда.
— А теперь, когда мест не осталось, смотрим кто куда целовал игрушку.
Парни достали телефоны, и начали перечитывать.
Мы с Димой и так запомнили.
— Поскольку Дима сказал за часовой стрелкой, каждый целует игрока за часовой стрелкой. То есть, Серый целует Диму в лоб, поскольку именно туда он поцеловал игрушку.
У парней открылись рты.
— Ебааать! — протянул Позов, поскольку понял, что поцеловал медведя в зад.
— Вот в чём подвох, сука, — заржал Матвиенко.
Арс молча смотрел на свой первый пункт.
Поцелуй между лап.
Он посмотрел на меня, а я невольно смутился.
— Правила есть правила.
Матвиенко молча взял Диму за руку, уходя в спальню, а мы с Поповым остались вдвоём.
Я молча закурил, откинув голову на спинку стула.
— Я целовал его ещё в спину, заднюю лапу и в морду, помимо того, что поцеловал между ног, — подал голос англичанин.
— Арсений Сергеевич, расслабьте булки, я предложил это, лишь бы Серый отцепился. Он мне все мозги выебал, что ему скучно, — отмахнулся я.
Мужчина ловко выхватил сигарету, и ушёл на балкон, чтобы выкинуть её через окно.
— Эй! Это мои сигареты! — я резко поднялся со стула, и столкнулся с Арсением лицом к лицу.
— А я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не курил?
— А сколько раз я вам говорил в ответ, что вы мне не папочка и слушаться я вас не собираюсь? — огрызнулся я в ответ.
— Ты так и просишься, чтобы я им стал, — брюнет сделал шаг на меня, а я — почувствовал, что ударился об стенку лопатками.
— Вы не.. — я не успел договорить, поскольку мужчина нагло чмокнул меня в губы и тут же отстранился.
— Не буянь, пошли лучше спать.
— Идите, мне маме нужно позвонить, — я тут же ретировался на балкон, доставая сигарету, но маме всё же позвонил, чтобы сказать, что я остаюсь у Димы, и чтобы она не волновалась.
Как оказалось, родители Поза ночуют у меня.
Удачно напиздели, ничего не скажешь.
Алиби, однако, надёжное, как Швейцарские часы.
Я молча курил на балконе, когда услышал, что кто-то вошёл. Это был Димка.
— Ты чего тут? — спросил он, и потёр плечи от резкого холода.
— Курю, а ты?
— Дай сигаретку, — он прижался к стенке, взяв сигарету и зажигалку.
— А вы чего, уже всё? — хихикнул я.
Поз лишь цокнул и закатил глаза.
— Он уснул, блять.
Я не удержался и заржал.
— Серёга старый дед, не смейся над ним, — парировал я, за что получил несильный толчок в плечо.
— А твой как будто нет, — буркнул Поз.
— Мой? — удивился я.
— Ну не мой же.
Я молча уставился на него, не понимая, что он хочет.
— Арсений, не тупи.
— Ты совсем сдурел? — опомнился я.
Димка лишь хмыкнул, а я ойкнул, поскольку сигарета тлела, и я обжёг пальцы.
— Потопал я спать, спокойной ночи, Димон, — я хлопнул его по плечу и ушёл искать свободную комнату.
Одна комната была пустой, поэтому, я закрыл за собой дверь, стянул с себя одежду, и рухнул на постель, обнимая подушку.
Из-за алкоголя, танцев и усталости я почти сразу уснул, но всё же успел услышать, что кто-то вошёл.
Явно Арсений.
Мужчина тихо переоделся и лёг возле меня.
Я лежал к нему лицом, но чуть приоткрыл глаза, чтобы увидеть хоть что-то, поскольку свет он не включил.
Он мягко поцеловал меня в лоб и обнял, прижав к себе.
Именно после этого жеста я тут же провалился в сон.