¿Felicidad o teatro?

Сережа плетется в актовый зал, думая о девушке. Как-то слишком быстро они сблизились. Может так не должно быть?

«Хер с ним. Будь, что будет»— подумал Матвиенко, закрывая дверь после того, как зашёл.

— Что сейчас делать будем?— спросил он у Арса.

— Ну вы с Антоном домой, я на уроки.

— Я не хочу. Можно я у тебя в лаборантской посижу?

— Нет. Если кто-то заметит, то мне влетит.

— Ну чё ты, пускай сидит. А я с ним.

— Тем более. Вы мне вдвоем лаборантскую разнесете.

— Арс, ну что мы сделаем?

— Давайте-ка вы лучше домой.

— Ладно малой, пошли. А то он передушит всех сейчас.

— Пока?— уточняя слова Серёжи спросил Шастун. Арсений кивнул и обнял Антона.

— Сходи в магазин потом, пожалуйста. Или позвони, вместе сходим,— на это Попов тоже просто кивнул.

По дороге домой Антон был в раздумьях.

«Арсений сегодня был совсем другим. Он был обычным только перед первым концертом, когда подбадривал тебя. Может он тоже просто человек? Ты этого не заметил. Людям нельзя с тобой общаться в реальной жизни. Общались три года в переписке и было все хорошо. Надо ж было тебе встретится. И нахер?»

Но Попов сегодня действительно был другим. Он был как будто не с этим миром. Антон ни разу за эту половину дня не увидел его глаз. Хотя смотрел в них часто. Была как будто какая-то пелена, за которой не было видно самого Арсения. Он был каким-то тихим. Он был каким-то холодным.

— В нашем распоряжении вся квартира. Что делать будем?

— Не знаю. Я бы поспал, если честно. Завтра ещё два спектакля. Сил нужно много. Или давай поиграем?

Остановились на втором.

Через часа четыре Сережа получил сообщение:«Я в магазине. Что купить?»

— Малой, тебе что-то нужно в магазине?

— Что-нибудь сладкое и попить, наверное..

— Хорошо.

Когда Арсений пришел, Антон пытался что-то понять. Но что б парень ни делал, все приводило к одному. К очень вежливому «не сейчас», которое звучало как обычно для Серёжи. Но Шастун, заметивший перемены, понимал, что все-таки что-то не так.

— Арс,— позвал Антон.

— Да?

— Я к маме съезжу?

— Конечно, чего спрашиваешь? Может подвести? Мне по близости кое-что нужно.

— Прогуляюсь.

«Почему он хотел ехать не со мной, а потому, что что-то надо? Почему он не сказал то самое «поехали»? Почему? Что изменилось? Потому, что он теперь не боится, что со мной что-нибудь случится? Что я не вытяну? Или я просто преувеличиваю. Второе»

Выйдя на улицу, Антон достает мятную одноразку и затягивается. Мята.. Пар... Все так успокаивает. Дойдя до своего дома, Шастун мотает головой. Не хочется возвращаться в то время, когда у Антона не было ни графа, ни другой жизни. Почему-то именно то время всплывает в голове, а шаг ускоряется.

На почте он замечает Киру. Знал, что она будет. Уже почти выучил ее график.

— Привет! А чего без Арсения сегодня?

— Занят. Можно же?

— Да, можно. Только не сильно долго,— Антон кивнул.

— Привет,— на лице сразу растянулась улыбка. Искренняя. Шастун целый день ждал этой встречи. Но сразу после спектакля не хотелось приходить и светить грустной миной. Сейчас ей такое не надо.

— Привет, Антоша!

— А я тебе апельсинчиков принес.

— Ой, спасибо! Как вы там?

— Хорошо. Спектакль сегодня отыграли. Завтра ещё будем. У меня ничего нового. Ты-то как?

— Ой, я хорошо. Что ж со мной будет? Сидела вот сегодня. Вставать не разрешают. Да и не думаю, что одна смогу.

— Завтра попробуем постоять, может походить.

— А чего ты без Арсения?

— У него дел много. Сейчас завал с самостоятельными, лабораторными... Сидит, проверяет. Я ему помогаю иногда. Когда разрешает,— «всем он нужен».

Немного поговорили и хватит. Выйдя из палаты, Антон поговорил с Кирой и вышел на улицу. Телефон завибрировал, пытаясь обратить на себя внимание.

Арс.18:04

Ты ещё там? Я просто подъехал сейчас. Давай заберу?

Шаст. 18:04Я только вышел. Жду у парковки)

«Ладно. Хватит строить обиженку. Может что случилось. Или просто день тяжелый. Точнее утро. Не важно».

Садясь в машину, Антон заметил, что Арсений остался таким же, как и до этого. Такой же холодный. Казалось, что в машине было холоднее, чем на улице. Виной того был простой взгляд Попова, который простым не являлся. Ясное небо превратилось в ливень, град и грозу. Темный лёд с пленкой из снега.

«Что с ним?» — думал Антон, погружаясь в мысли. С Сережей по этому поводу он говорить не хочет. Всё-таки знакомы слишком мало. Вдруг что-то не так подумает. Маму тревожить по такому поводу тоже не хотелось. Можно было бы написать Графу... Но он сидит слева от Антона.

— Арс, я, наверное, сразу домой.

— Хорошо,— через секунд семь ответил Попов.

Следующий день для Антона и Арсения прошел точно так же, как и этот. Но Сережа хотел поговорить с Оксаной.

— Привет,— улыбнулся Матвиенко.

— Привет,— поправила прядь волос Окси.— Прости, что не написала. Правда времени не было... Меня заставили делать домашнее, убираться...

— Не оправдывайся. Бывает.

В этот момент Суркова подняла виноватый взгляд на Серёжу, а тот ещё сильней улыбнулся.

— В этом ничего такого нет. Я вообще удивлен, что ты со мной всё ещё общаешься,— усмехнулся Матвиенко.

— А ты не знаешь что с Антоном и Арсением Сергеевичем? Они какие-то странные..

— Не знаю, может случилось что-то.

— Ты же вроде с Арсением Сергеевичем живёшь.

— Так и что. Он же не рассказывает мне прям все,— они сели на кресла за кулисами.— Может сходим куда-нибудь? — предложил Сережа. Оксана посмотрела на него странным взглядом.

— Свидание?— удивилась она.

— Нет. Просто хочу, что бы ты отдохнула от дома.

— Я так-то не против. Просто вряд-ли отпустят.

— Скажешь, когда сможешь? Я могу в любое время.

— Хорошо.

***

Тридцатое декабря. Арсений и Антон почти не видятся. Маму Антона хотят выписать, так как «места мало, а она уже чуть ли не бегает по коридорам». Оксана пытается найти время для встречи с Сережей, но ее сильно запрягают.

— Антош, я хотела спросить. Ты праздновать где будешь?

— В смысле?

— Ну у кого ты новый год праздновать будешь?

— Это я понял.

— У Арсения или со мной?

— А... Не знаю. А что такое? Может и у Арсения. Тебе лучше отдохнуть, а не готовить вагон и тележку.

— Ой, что там готовить? Я просто думала с подругами отметить. Тебе ж с нами скучно будет.

— С кем?

— Ой, ну с тетей Олей, с Светой... Может Катя придет. Я ж не знаю.

— Ну да, компания так себе. У Арса буду. Вы тут только не сильно веселитесь.

— Повеселишься тут... Ладно, потом поговорим ещё. Я спать пойду.

— Спокойной ночи, мам.

— И тебе, сынок.

И Шастун расплылся в искренней улыбке. Вот, чего ему не хватало. Ему не хватало мамы. Той, которая всегда рядом, которая всегда поможет. С которой всегда можно поговорить. Которая учитывает твое мнение. Ну не лучшая ли?

Вопрос места существования в новогоднюю ночь висит над головой Антона и утром. «Забыть бы, как страшный сон...»— проныл у себя в голове парень.

***

— Арс.

— Да?

— Где Антон?

— Дома, наверное.

— Что у вас с ним? Что произошло? Почему раньше он спал в соседней комнате, а сейчас вы даже не списываетесь?

— Списываемся.

— Попов, телефон и ноутбук выключать перед уходом надо. Последнее сообщение было написано ещё три дня назад. И то, Антоном. Ты на него не ответил,—Матвиенко говорил отчитывающим тоном.

— Серёж...— голова Арсения была опущена ещё с первого вопроса. Он думал, что сказать. Можно было все выдать, можно было просто слиться.— Это очень сложно,— выбрал второе Попов.

— Не тупой, пойму.

— Блять... Люблю я его,— быстро выдал Арсений, заведя кисти в волосы. — Люблю, понимаешь? Я блять клялся! Я сюда приехал, что бы не делать этого! Понимаешь?! — Попов резко поднял голову вместе со взглядом. Он был чистый. Но по щеке катилась слеза. Не было того снега в виде пленки, не было того темного льда. Было чистое небо.— Я не хочу опять! Я не хочу ему жизнь рушить!— Арсений начинал срываться на крик.— Блять... Надо было.. Надо ж было мне тогда зайти в этот ебаный чат... За что?.. Нахера?..

— Арс... Это не повод прекращать общение..

— Я не хотел... Я хотел слегка отстраниться.. Его же и так гнобят... Если бы он тоже влюбился? Ему бы жизни не дали! А меня бы выперли из школы.. Я не хочу, что бы он так жил.

— Так поговори с ним, ещё раз говорю. У меня даже Оксана спрашивала, что это с вами обоими. Что ты никакой, что он. Вы ж без друг друга застрелиться готовы.

— А чего это ты с Сурковой общаешься?

— А что, нельзя?

— Не знаю. Просто странно как-то.

— Она не такая простая, как кажется на вид.

— Ладно. Что делать мне? Он же вряд-ли теперь захочет говорить.

— Захочет.. Куда он денется.

***

— Мам, я пойду.

— Ну давай. Повеселитесь там.

— Вы тоже не скучайте. Давай, я напишу потом.

— Да что мы.. Чаю с пирогом попьем и попрощаемся...

Выйдя из дома в десять, Антон не знал, что ему делать. Хоть и идти в центр не сильно хотелось, но там было не скучно. Портативная зарядка обещала питать телефон до завтрашнего вечера, поэтому Антон был расслаблен. Только полночь приближалась, но планов не было. Найдя в заднем кармане черную ручку, он написал на левом запястье «Felicidad o teatro?*». Вопрос, который хотелось поскорее решить. Вдруг он получил сообщение от Попова. Шастун не хотел читать. Не хотел опять вспоминать что-то вообще. Потом поступил звонок, который был благополучно отклонен.

Прошатавшись до одиннадцати сорока, Антон вернулся в свой микрорайон. Арсений все ещё писал, периодически звонил. В потоке сообщений Шастун не замечает одно мамино. Но через пару минут замечает Сообщение от Арсения.

Арс. 23:52

Антон, мне твоя мама написала, что не может до тебя дописаться. Сказала, что ты у меня. Где ты? Пожалуйста, приди. Мы поговорим и я все расскажу. Дальше можешь делать что хочешь.

Шаст. 23:54Через тридцать секунд позвоню в дверь.

Увидев Арсения в худи и джинсах, а главное с небесными глазами, Шастун удивился. Арсений робко подошёл поближе и обнял Антона, по привычке положив свою голову на плечо парня. Увидев небесные глаза, Антон обрадовался, поэтому слегка обнял Попова.

— Малой, ты сейчас охрененшь.

— Антош... Давай встретим этот год? Я все объясню. Но давай встретим. Пожалуйста,— на это Шастун кивнул. — Только, пожалуйста, не пародируй меня все эти полторы недели. Пошли.

Появился третий бокал, который сразу же наполнился шампанским. Быстро прозвучали куранты, быстро бокалы столкнулись друг с другом. Быстро наступил новый год. Не смотря на то, что произошло, он наступил с тремя искренними улыбками в этой квартире.

— Ладно, теперь я бы хотел услышать твои объяснения,— через сорок минут сказал Антон.

— Хорошо. Только... Пошли ко мне. Я бы хотел поговорить только с тобой,— придя в комнату, Арсений продолжил. — Я расскажу свою историю полностью, а ты послушай. С самого начала. Ты, скорее всего поймёшь, в чем дело почти сразу же, но дослушай.

— Хорошо.

— Когда мы уже жили в Испании я встретил одного парня... Кирилла. Он родился здесь, но в два года его семья переехала в Испанию. Прошло какое-то время... Мы стали больше общаться и я понял, что... Начал любить его. Это оказалось взаимно. Через пол года, может больше, он меня кинул. Я не хочу конкретно говорить как, но подло кинул,— Антон подсел ближе к Арсению и обнял его.— Сережа тогда меня еле вытянул. Я очень сильно привязался. Тогда пообещал себе, что не буду близко знакомиться с людьми. Переехал обратно сюда в надежде, что никого не полюблю и не привяжусь. Из-за этого я и не хотел с тобой встречаться в реальной жизни. Я не хотел привязываться ещё больше. Я понимал, что ты мне ничего не сделаешь, но все равно боялся. Теперь... Должен сказать, что... Я тебя люблю,— последнее они проговорили в унисон. Арсений удивился и посмотрел на Антона.— Что?

— Я тебя люблю,— повторил Шастун. — Te amo, если так понятней.

— Но..

— Без но. Просто люблю.

— Как?

— За эти полторы недели я понял, что без тебя я не могу. Я думал над этим, но сейчас я понял, что люблю.

Глаза Арсения стали наливаться слезами, но он не отводил взгляда.

— Антош... Прости меня..

— За что?

— За то, что сделал то, что сделал. Глупая мозговая защита.

— Арс, давай забудем эти полторы недели и начнем с этой точки?

— Давай... Только давай так, что бы никто не знал из лишних. Что бы у тебя проблем не было в школе, что бы меня не турнули...

— Да, конечно.

Антон и Арсений встали и обнялись. Они долго стояли в объятиях. Шастун поцеловал щеку Попова. Та слегка кололась от лёгкой щетины.

— Ты мой кот...— Арсений взял руки Антона в свои, освободив себя. Он слегка подкасал рукава серого худи, открывая надпись, которую Антон попытался скрыть. — Если это мне, то счастье, Антош, счастье. Театра не будет. Никогда.

Арсений сел на диван, а Антон ему на колени. Большим пальцем Арсений стер «o teatro», оставив только «Felicidad».

— Пошли может к Серёже? А то он сейчас заснёт.

— О-о это он может.

— Ну что, поговорили?

— Да. А не видно?

— Видно. Это подъеб.

— Матвиенко!

— Ой, не мелкий уже.

— Так ты определись,— усмехнулся Антон.

— Малой, но не мелкий.

— Пошли на улицу?— предложил Шастун.

— Пошли. А то я чуть не уснул.

Антон и Арсений рассмеялась, посмотрев друг на друга и пошли собираться.

*Felicidad o teatro — Счастье или театр?