Глава 23.
Минни легонько трогает меня за плечо. Я открываю глаза.
— Пора вставать, Хана, если ты собираешься в школу.
Я жмурюсь от света,а потом медленно киваю.
— Ты говорила, что хочешь помириться с бабушкой. Думаю, ты можешь сходить сегодня.
Минни улыбается.
— Наверное. У меня нет школьной одежды.
— У меня полный шкаф шмоток. Выбирай что хочешь, но я подготовила несколько рубашек и юбок, которые подойдут тебе по размеру.
— Откуда у тебя рубашки на мой размер?
— Я почти всегда покупаю вещи больше себя, – Минни задёрнула шторы, и в комнате стало темнее.
— Ладно.
— Завтрак на столе. Иди в душ, если хочешь.
Я мотаю головой и иду к кухне. Ноги подкашиваются, запястья саднят. Я потираю виски.
Минни оставила на столе чашку чая и кашу. Я поковырялась в ней вилкой,но отставила. Аппетита не было.
— Ты уже поела? – в кухню зашла одетая Минни.
— Не хочется.
— Хана, тебе нужны силы, ты выглядишь очень слабой и уставшей.
Я опускаю голову, не в силах смотреть в ее голубые глаза.
— Тебе тоже.
— Что?
— Тебе тоже нужна еда.
Минни молчит. Легче мне не стало, но и вины я не чувствовала. Мне просто было всё равно, и пугало это очень сильно.
— Я поняла тебя. – наконец сказала она,взяв со стола тарелку,Минни швырнула ее в раковину. – Потом помою.
Мне сразу захотелось извиниться. Сразу захотелось расплакаться, но я не могла.
— Одевайся быстрее.–только сказала Минни,и ушла в другую комнату.
Я выбрала рубашку с длинным рукавом и воротником, юбку до колена.
Я подошла ближе к зеркалу,собираясь взять в руки расчёску,разделила волосы на две части.
И заметила седую прядь. Ее было почти не видно, но она была.
Меня это не напугало.
Минни абсолютно молча закрыла дверь. А я уже стояла и глазела за Риндо.
Пришёл за мной? Или Ран послал? Или за Минни? Первая мысль - бежать. Вторая - тоже сбежать.
Минни выронила ключи. Я подняла на неё взгляд.
Она стояла неподвижно,нахмурившись.
— Риндо? – тихо спросила она.
Риндо кивнул, и на его губах появилась тень улыбки.
Минни подошла к нему ближе и притянула к себе за рукав. Я думала,что она сейчас его поцелует, но она дала ему звонкую пощёчину.
Риндо не отреагировал.
— Это тебе за Хану. Я говорила, чтобы вы не обижали ее. А теперь она отказывается есть. Передай брату, что и до него доберусь.
— Минни, – Риндо не выглядел ошарашенным,словно предугадал реакцию.
—Иди,Хана.– она махнула на меня рукой.
—Минни..
—Иди.
И я пошла. Знакомая улица,знакомая дорога. Город постепенно просыпался ото сна.
Я смотрела на счастливых людей.На детей,бегущих в школу. На бармена нашего с Минни кафе,который только что припарковался и вылезал из машины.
Этот город был удивительным. Действительно, раньше я очень любила гулять. Даже в районе, где я жила, было красиво. Рядом была маленькая река, на которую меня водила мама.
Сердце сжалось при воспоминаниях о ней. Она была очень красивой.
И она убита человеком, которого я люблю. Но.. перед этим она забрала у двух детей шанс на жизнь. А Хайтани выбрались.
Они смогли. Повзрослели и отомстили.
Минни догнала меня.
Выглядела она запыханой.
— Извини, он никак не хотел отлипать.
— За что ты так с ним?
— За тебя. Я не могу видеть тебя в таком состоянии. А я..переживу.
— Минни..– я приобняла её за плечи.
— Хана.
— М?
— Как ты вообще себя чувствуешь?
Этот вопрос показался мне странным.
— Нормально, – ответила я, хотя на самом деле мне было никак. Просто оболочка. Пустая, беспомощная и бесполезная.
— Хана, я же вижу..
— Тогда зачем задавать идиотские вопросы?
Минни остановилась.
Я сорвалась на нее второй раз за утро. Я прикрыла глаза.
— Прости.
— Ничего, я привыкла. Пошли в школу,опоздаем.
***
Минни завела меня в класс. Все были сосредоточены на девушке,сидящей за последней партой.
Я нахмурилась.
— Кто это?
— Сейчас. – Минни подошла ближе и охнула. Я тоже подошла. За партой сидела Юрико.
Она сидела, словно ничего не произошло, и улыбалась.
— О, новенькие, привет. – она перевела взгляд толпы на меня.
Я не появлялась в школе неделю.
Мио скорчилась, но мне было уже плевать.
— Юрико? Тебя выписали?
— Как видишь. Свалите, я поговорю с подругами, – сказала она одноклассникам, и те быстро рассосались по классу.
Юрико подошла ко мне. Она взяла меня за руки,подняв рукава.
Девушка долго смотрела на перевязанные бинтами запястья.
А потом подняла взгляд и крепко меня обняла.
Я была ниже её, поэтому уткнулась ей в плечо. Юрико гладила меня по голове.
— Прости, Иначино. Я должна была сразу тебе рассказать.
Я дёрнулась от неё.
— Что рассказать?
— Я перескажу тебе всё с самого начала после школы, ладно?
Я кивнула. Предчувствуе было ужасным.
***
Юрико взяла меня под руку.
— Пошли. Я провожу тебя до дома.
— Я живу у Минни.
— Значит, провожу до Минни.
Мы вышли на улицу. На лавке возле ворот сидел Ран.
Юрико уставилась на него. А потом пошла дальше, будто ничего и не было.
Я старалась не смотреть. Старалась не показывать, что мне интересно за ним наблюдать. Что он будет делать? Зачем пришёл?
Юрико остановилась рядом с ним.
— Привет, Хайтани. Встань, хочу поговорить.
Ран молча встал, вопросительно подняв бровь.
Юрико с размаха ударила его по щеке.
Я пошатнулась. Ран не сделал ничего.
Он прикрыл глаза.
— Это тебе за Хану. Не подходи к ней больше.
Оба брата получили за меня от их девушек. Хотя Юрико и была бывшей, факта это не изменяло.
Ран посмотрел на меня.
— Больше я не подойду к Иначино Хане. Даже не попробую. – он смотрит мне прямо в глаза. Мои руки начинают дрожать. Не смотри. Не смотри на меня таким взглядом.
Эти глаза. Эти глаза способны дать мне эмоции. Дать мне жизнь и любовь. Но эти глаза слишком много скрывают.
— Пока, Хайтани.
— Юрико, стой. Как ты?
— Без тебя разберусь.
— Мне.. жаль.
— Иди ты.
Юрико вывела меня из школы, приказав не оглядываться.
***
— Ты говорила, что расскажешь мне все.
— А ты готова?
Я кивнула, а Юрико хмыкнула.
— Моя мать была малолеткой, когда родила меня. Отец был преступником. Сразу после родов она оставила меня ему, и утопилась.
Я кивнула.
— Отец не стал меньше пить или принимать. Я сначала росла с бабушкой, которая воспитывала меня, а когда мне было восемь, она умерла. С тех пор я была одна. Абсолютно никому не нужная, одинокая. Это не обычное одиночество, когда нет рядом людей. Это одиночество, когда рядом нет души, которая тебя понимает. Я искала отца по всему городу, когда он уходил в запои. И..знаешь, когда я тащила его на себе, он говорил, что я похожа на мать и, он любит меня. – Юрико говорила всё это абсолютно спокойно, без эмоций. И я её понимала. Она не пережила это. Она не смирилась. Она просто устала бороться, как и я. У неё не осталось чувств. — Но.. Ран мне вернул мне чувства.
Ран. Да, Ран заставлял чувствовать. Любовь, симпатию, боль, одиночество.
Ран Хайтани был проводником в мире эмоций.
Но я молча слушала Юрико.
— Я полюбила его, – девушка коснулась кончиками пальцев кулона на своей шее, — Сильнее, чем себя. Я забыла об отце. Забыла о боли. А потом.. Был мой день рождения. Ран забыл о нём. И бросил меня.
С этими словами она дёрнула цепочку, и та порвалась. Юрико поцеловала небольшой кулон в форме бабочки. И бросила его в небольшой искусственный пруд.
Я посмотрела Юрико в глаза.
В них не отражалось сожалений. Не отражалось боли.
— А потом я узнала, что мой отец тоже умер. И.. хотела умереть сама.
Я тронула ее за плечо. Юрико улыбнулась и пошла дальше.
— Я попала в больницу. Там ко мне пришёл Ран. Попросил прощения. И я узнала, что он бросил меня ради тебя.
— Всмысле?
— Его план. Он знал, что ты не согласишься с ним быть из-за его девушки. То есть, из-за меня.
— Ты знала?
— Получается, да. Но не могла тебе сказать, потому что была прикована к кровати. Прости.
Я кивнула. Юрико не была виновата в этом. Не была виновата в своих поступках. Не была виновата в своей любви.
Она была сломлена. Сломлена отцом и жизнью. И просто не могла по другому. Искала спасение, которого нет.
Жизнь – череда неудач и боли. Жить – научиться справляться с этой болью и неудачами.
Юрико не умела. Я тоже.
Мы остановились возле дома Минни.
— Мы дошли.
Я огляделась.
И поняла, что хочу к бабушке. Хочу почувствовать её тепло, пока тоже не потеряю её. Пока она не пропала из моей жизни, словно облачко.
— Мы идём ко мне домой.
Юрико хмыкнула.
— Да, пошли.
Девушка больше ничего не говорила.
— Юрико.
— М?
— Ты больше не будешь этого делать?
Юрико странно на меня глянула.
— Заботишься обо мне?
— Наверное.
— Я знаю, ты сама думала об этом.
Я остановилась.
— Откуда?
— Потому что мы похожи, – Юрико даже не смотрела на меня. — Но у тебя есть смысл продолжать это, а у меня– нет.
— И какой у меня смысл?
— Любовь, Хана. Любовь спасёт тебя.
Я не верю. Любовь медленно меня убивает, наносит глубокие раны, режет меня.
— Ты врёшь.
— Не бывает любви без ран, не бывает солнца без луны, Хана.
— И что это значит?
Юрико только улыбнулась.
— Я не обещаю тебе, что не попытаюсь снова. Занимайся лучше Минни.
— А что с ней?
Юрико хмыкнула.
— Действительно не понимаешь? Она носила длинные рукава по жаре, скрывая руки. Думай, Хана.
Я действительно не понимала, о чем речь.
Я вспоминала все моменты с Минни.
Лезвие на полке в ванной. Точно.
"Не наказывай себя. Потом не выберешься"
Я нахмурилась.
Нет. Минни не могла.
Юрико придержала меня за плечо.
— Где ты живёшь?
Я облокотилась об стену.
— Еще немного.
В глазах потемнело.
— Эй, Иначино. Слышишь меня?
Я кивнула и пошла дальше, слегка шатаясь.
Юрико положила руку мне на плечи и шагала рядом.
***
Знакомая дверь.
Я сглатываю.
— Это твой дом?
— Да.
Юрико гладит меня по голове.
— Будь аккуратнее. Я хочу с тобой подружиться. Я уже говорила, что мы похожи. Думаю, ты сможешь меня вытащить. – она сама позвонила в звонок, и ушла, махнув рукой.
Дверь открыла бабушка.
Она несколько минут молча смотрела на меня, и я видела, как ее глаза наполняются слезами.
— Хана..
Я кивнула.
— Вернулась..
Я снова кивнула.
Бабушка крупко обняла меня.
Она сильно похудела. Казалась теперь очень маленькой.
— Девочка моя..
— Бабушка, – я похлопала ее по плечу.
— Вернулась..– всё шептала она.
Бабушка провела меня на кухню и усадила за стол.
— Рассказывай, где была? Почему вернулась? Почему на тебе чужая одежда? Что с лицом?
Я молча наблюдала за ней.
— Хана, скажи хоть слово.
— Ты знала, что это Ран убил родителей?
Кружка,которую намывала бабушка,упала и разбилась.
Бабушка повернулась ко мне.
— Да, – она села стол и её лицо стало серьёзным. — Откуда знаешь?
— Он сам рассказал.
— Значит, хватило смелости. Ладно. Ты..хочешь знать правду?
Я кивнула.
— Я растила Мику и Ямагаши как родных, – она заметила мой непонимающий взгляд, — Родители Хайтани. У меня..была своя школа, или приют, называй как хочешь. Твоя мать, Саяка, тоже была ученицей. Но.. твой отнц любил Мику. Я не оправдываю его. Но он мой сын. Когда я поговорила с Мику, она призналась, что любит Ямагаши и ждёт от него ребёнка. Я никогда не была против этого. Я слишком сильно любила Ямагаши и Мику, и их еще неродившегося ребёнка..
— Ран?
— Да. Тогда я выдала Саяку замуж за твоего отца. Он был убит горем из-за рождения Рана. Но он принял это. И даже воспитывал Рана как родного племянника.
Я кивнула.
— Потом родилась ты. Это стало чудом. Я вообще боялась, что твой отец так и не полюбит Саяку. И через несколько месяцев родился Риндо. Это убило твоего отца. Он стал другим. И я поняла, что он всё еще любит голубые глаза Мику.
К сожалению или счастью, у обоих ее детей были глаза отца.
Я представила Рана с голубыми глазами и улыбнулась. Тогда бы он не выглядел таким..серьёзным.
— Ты знаешь, что в молодости они состояли в банде. И вот, твой отец снова решил вступить в банду. Теперь уже взрослую. По другому,мафия.
Мои глаза расширились от удивления. Мафия? Отец?
Но я кивнула.
— Я пыталась его отговорить. Но тогда на его защиту встал Ямагаши. Он ничего не знал о любви моего сына. Прошло семь лет. Рану было девять, вам с Риндо по семь. Ты больше дружила с Раном. И он предпочитал тебя Риндо. Но.. отношения стали портиться. Мой сын все больше и больше становился агрессивным. Набрасывался на Ямагаши с кулаками. Ямагаши с улыбкой терпел.
В один день..Ко мне пришла Мику. Она сказала, что твой отец оказывает ей знаки внимания. И она боится. Боится гнева Ямагаши.
Я поговорила с сыном. Он сказал, что до сих пор любит Мику. И это все услышал Ямагаши.
Он.. – бабушка сглотнула, — Достал пистолет и хотел выстрелить. Но.. мой сын оказался быстрее. Он выстрелил первым, но Ямагаши закрыла Мику. Она умерла на месте. А..мой сын не пожалел второй пули и для самого Ямагаши.
Они умерли,держась за руки.
Я почувствовала, как по моему подбородку течёт слеза. Я утерла ее рукой.
— И?
— Я скрыла это. Продала тот дом, отмазала своих детей, отдала Рана и Риндо родственникам Мику. Думала, там им будет хорошо.
— Но они страдали. А потом вовсе скитались.
— Я не могла это предотвратить. Не могла взять их обратно. Вы переехали в другой дом, и ты была счастлива, а для меня это важнее всего. Только..
— Что?
— Мику была беременна, когда ее убили.
Я опустила взгляд на свои руки. По ним бегали мурашки.
— Вы убили три жизни.
— Я знаю. Я всю жизнь мучалась.
— Нет, вы убили всю семью. Ран и Риндо жили на помойках из-за тебя. Из-за твоей слабости.
Бабушка кивнула, спрятав лицо руками.
— Ран имел право отомстить.
— Я не спорю. И я не хотела, чтобы он рассказывал тебе правду. Ты..единственная, кто остался у меня.
— Ты потеряла меня еще тогда, когда решила скрыть это.
Бабушка кивнула, тихо всхлипывая.
— Правда, что меня изнасиловали?
Молчание. Долгое, в несколько минут. Я встала из-за стола.
— Пока.
— Да. Ты была в шоке из-за смерти родителей. И одной ночью вернулась домой.. такой. Такой же, какая ты сейчас. На тебе не было живого места. Все было в крови и синяках, порезах. Ты не приходила в себя некоторое время, а потом внезапно проснулась. Я отвела тебя к доктору. Амнезия.
— И ты мне ничего не рассказала.
— Нет. Зачем? Чтобы ты убила себя? Нет. Я слишком тебя люблю.
— И поэтому скрывала правду столько лет. Я жила с убийцей.
— Он бы не тронул..
— Но брата, с которым рос с пелёнок, он тронул. Я не хочу больше тебя слышать. Не хочу слушать этот бред.
— Где ты живёшь?
— У Минни.
***
Я собрала в чемодан все вещи. Куртку,одну юбку, одни штаны и рюкзак с тетрадями.
— Хана..– бабушка преградила мне путь.
— Лучше уйди. Я дочь убийцы, я тоже ненормальная.
Я видела, как меняется ее лицо. Как ей больно. Это и было моей целью. Сделать ей больно.
***
Встретил меня Ран. Он крутил в руках ключи. Я прошла мимо. Не хочу разговаривать. Не хочу слушать.
Я наконец его поняла. Его поступок казался мне логичным. Но сердце всё равно болело. Разбитый стакан не склеить, верно?
Ран обнял меня за плечи сзади.
— Подожди, Цветочек.
— Отпусти.
— Мне позвонила Юрико. Теперь ты знаешь правду.
— Я не прошу тебя.
— А я простил тебя.
Я закрыла глаза и ударила его в живот локтем.
— Еще один раз меня коснёшься, я тебя убью.
Ран демонстративно положил руку на мое плечо.
Я скинула её и пошла дальше. А он молча шёл рядом.
От него не спрятаться. Не убежать.Не уйти. Остаётся только терпеть его дыхание рядом.
А он станочился все ближе и ближе. В какой-то момент я сорвалась.
Эта ситуация разбила меня. А Ран добивал. Непонятное чувство вины перед ним. Глупое. Я ни в чем не виновата. Но чувствую это.
Я бросила чемодан и развернулась к нему.
— Да что тебе от меня надо?! Отомстил? Отомстил! А теперь вали! Я не хочу вас всех видеть!
Ран сжал пальцы на моем горле. Он не давил. Но холод его рук подействовал, и я закрыла рот.
— Я вымолю твое прощение. Потому что люблю тебя.
— Ты только себя любишь. – я снова расплакалась.
Слезы катились по моему подбородку и капали на его руки.
А он смотрел мне в глаза.
— Я люблю твой цветочный аромат. Я люблю твой вкус. Твои платья. Твои волосы. И тебя. То, какая ты сильная. Какая смелая.
— Я глупая.
И сломленная.
Ран притянул меня к себе и поцеловал.
Крепко. Быстро.
Я оттолкнула его.
Несколько капель упали на меня сверху. Дождь.
Я стояла, пытаясь отдышаться. Еще раз так сделает, я его ударю.
Его глала лихорадочно блестели.
В секунду пошёл сильный дождь. Юбка и рубашка с кофтой мгновенно промокли.
Ран подошёл ближе,протягивая руку.
Не отдавая себе отчёт, я подтянулась к нему и взяла за подбородок. Ран вскинул бровь. А потом я впилась в его губы.
Ран хотел положить руки на мою талию, но я ударила его по плечу и отстранилась.
— Теперь доволен?– я подняла мокрый чемодан.
— И что ты этим мне доказала? Что я люблю тебя?
— Причём тут ты, идиот. Это значит, что я люблю тебя. Но больше этого не повторится.– я отвернулась и пошла по тротуару.
— Посмотрим, Иначино, кто кого.