Гл. 10. Менеджер и пролетарий
(Ещё одна сказка.)
Жили себе поживали на острове забытом в океане четыре гномика. Когда есть хотели, грибы находили и ими одними питались. А остальное время проводили на берегу океана. И тут одному гномику стало даже влом по грибы отлучаться с пляжа, даже когда есть захочется. И придумал он вот что. Из оставшихся троих присмотрел, кто посильнее, к себе подозвал и объяснил следующую схему: дескать, с этого дня весь остров — только его. А остальным теперь требуется разрешение, чтобы грибы собирать. Но он вообще разрешает, но лишь только если собирать будут и для него. А он — не будет. Ибо теперь ведь ему самому то и незачем, если ему иные соберут. (Для изучающих марксизм заметим, что вот это-то и будет, в его лице, эксплуататор.)
Однако тот, кого он подозвал, тоже отныне в выигрыше. Будет обеспечивать данный правопорядок своею силою. За что тоже собирать ему грибы для себя не надо станет, ведь те двое оставшихся будут и на него собирать. А если заартачатся — обязанность его отныне будет давать им за такое в пятак. Потому что должен быть... порядок. Ведь раз уж эксплуататор пошел тем двоим гномам навстречу — демократично так! — что разрешил грибы собирать на своём острове и им для себя: то, значит, должны собирать они и для него! Ну и для помощника его тоже. Который с тех пор за этим порядком следит. Потому что если те двое оставшихся вдруг протестовать думали и не собирали кроме как на себя грибов, то ловил он их и нещадно бил за такое. Вот такая «весёлая» житуха у тех гномиков началась. Сказке конец.
Любопытно к этому отметить, что в современной левой блогосфере встречаются мнения, что де на основании того, что вот тот гномик, который посильнее — он ведь тоже вроде как трудится: бегая иногда по острову и давая эксплуатируемым в нос. (Это только тот четвертый, получается, полный паразит — совсем ничего не делает.) «На основании» эдакой трудовой деятельности предлагают зачислять его в пролетариат — с объявлением для него общим интереса со всеми остальными трудящимися. Потому что они ведь все втроём трудятся — в отличие от четвертого! Однако, всё же, к чьей непосредственной пользе каждый!? И главное — против кого у одного из них непосредственно-организаторский насильственный труд...
Труд, прямо служащий осуществлению эксплуатации, есть антипролетарским!
...Эксплуататорские порядки могли быть установлены только насилием. А вынужденность перехода к ним человеческого общества, со всею ясностью вскрыла уже изложенная выше марксистская социобиологическая концепция. В то же время Энгельс — да, ошибочно! — полагал (отмечая в «Анти-Дюринге»): «Уже тот простой факт, что порабощенные и эксплуатируемые были во все времена гораздо многочисленнее поработителей и эксплуататоров и что, следовательно, действительная сила всегда была на стороне первых, — уже один этот факт достаточно показывает нелепость всей теории насилия». В пику ему Маркс в «Капитале» прямо указывал, что насилие есть — в терминологии Сократа — майевтика, повивальная бабка истории. Конечно, помимо одного насилия, эксплуатации служит и организованность. Эксплуататоры достигают своего, прямо по Суворову, «не числом, а умением».
Эксплуататорский класс проводит свои порядки насилием, потому что организован (ради своего корыстного интереса). Почему и противопоставить ему эффективно тоже можно только организацию. В чём заключается один из ключевых выводов из марксистской социобиологической концепции.