Класс "б" (закончен)

На следующий день Валя сама заговаривает с Марией Сергеевной, когда та приходит на утренний осмотр: 

 - Очнулся? Терапевт удивлённо хлопает глазами, услышав её голос, и только потом спохватывается: 

 - Нет, пока ещё нет... - она понуро качает головой. - Я сразу тебе скажу, как он придёт в себя.

 Валя не думает, что получит ответ на второй свой вопрос, но всё равно задает его: - Что с ним? 

 В этот раз Мария Сергеевна молчит дольше. Куда дольше. Нервно теребит в пальцах медицинскую карту. Избегает его взгляд.

 - Отравление, - наконец кратко говорит она и быстро приступает к осмотру, чтобы избавиться от лишних вопросов. Валя прикидывает, что вчера в это же время она разговаривала с Людмилой Петровной. И она уже тогда сказала, что Егор не придёт вечером. Значит, Егор лежит в реанимации как минимум сутки. А если учитывать то, что для промывания желудка требуется не один час, получается, Егор поступил в больницу ранним утром. Или даже, возможно, ночью. И вчера для него искали кровь. 

 "Направь кровь мне, это в самом деле вопрос жизни и смерти, пожалуйста!"

 Валя вовсе не безэмоциональная кукла. Она слышит и запоминает всё, что происходит вокруг. Валя уверена, что это не просто отравление. С отравлением не лежат без сознания больше суток. И уж точно не ищут кровь для переливания. 

 "Мне надо увидеть его". 

 "Надо". 

 Терапевт уходит сразу после осмотра, и Валя продолжает ждать. 

 - Очнулся? - спрашивает она снова в обед, когда Мария Сергеевна приходит проконтролировать приём пищи. Она садится рядом с ним и тянется за ложкой. Видимо, сама собирается кормить её. 

 - Ещё нет... - снова отводит взгляд Мария Сергеевна. Валя поджимает губы и переводит взгляд на полную тарелку супа перед собой. Аппетита у неё нет совершенно. Терапевт, кажется, читает её мысли, потому что тут же говорит:

 - Валя, мы договаривались, что ты будешь есть полными порциями. Тебе надо набирать вес. Если ты полностью не съешь этот суп, я не пущу тебя к Егору. Давай будем честно выполнять свои обяза... Да погоди ты, не так быстро! - дергаётся она, когда Валя внезапно берёт тарелку с жидкостью, поднимает её трясущимися руками ко рту и прямо так начинает пить, наплевав на ложку.

Мария Сергеевна пытается отобрать посудку, но Валя только начинает глотать быстрее. Торопится, давится, но упрямо пьёт. Тогда она оставляет свои попытки и только сидит рядом, с жалостью глядя на Валю.Через пару минут пустая тарелка со стуком возвращается на поднос.

- Съела.

У Марии Сергеевны стоит ком в горле.

"Что же их связывает?.. Почему они так тянутся друг к другу?.."

Валя утирает губы рукавом больничной пижамы и сжимает их как можно крепче, стараясь успокоить бунтующий желудок, который отвык от приёма такого количества пищи.Её тошнит.

- Ты... молодец, - мягко улыбается женщина. Её голос почему-то дрожит.Она забирает поднос и уходит до следующего осмотра.Её посещает странное чувство дежавю, когда вечером она устало заходит в палату и первое, что слышит, - это вопрос Вали:

- Очнулся?Терапевт измученно кивает и почему-то зависает, глядя куда-то вниз.

Валя автоматически скользит взглядом туда же и видит небольшие бордовые пятна на подоле больничного халата.

- Чёрт... - вслух ругается Мария Сергеевна, когда вспоминает, что впопыхах после истерики Егора забыла сменить форму.

"Наверное, Вале не стоило показывать кровь..."Но та реагирует совершенно спокойно. Как будто даже не замечает её. Только спрашивает:

- Можно к нему?..

- Нет, не сейчас, - твердо заявляет Мария Сергеевна, потом снова долго молчит, 

- ...он пока слаб. Позже. Давай я осмотрю тебя.Вале очень не нравятся паузы во время её речи. Но она понимает, что сейчас допрашивать терапевта не лучшая идея, поэтому кивает и готовится к осмотру.

~~~***~~~

Валя попадает к нему только на третий день.Иван забрал Виолетту домой на пару часов, чтобы дать ей немного отдохнуть и освежиться.В палате никого нет.Только спящий Егор на кровати. И куча аппаратуры вокруг него.Мария Сергеевна осторожно подкатывает инвалидное кресло поближе и оставляет Валю наедине с Егором:- У тебя час. Я зайду за тобой в шесть. Он еще очень слаб, поэтому ему надо много отдыхать, - предупреждает она перед уходом, и Валя послушно кивает, не глядя в её сторону.Сейчас всё её внимание занимает Егор.Он лежит на кровати, привязанный к ней сдерживающими ремнями и окружённый капельницами.

"Всё-таки ты нашел способ попасть в эту больницу... Вот же упрямец".

У Егора беспокойный сон.Он едва заметно дергается, морщится, его веки подрагивают.Валя не торопится будить его. Наоборот. Ей даже легче, что Егор спит.Она не знает, что ему сказать, когда тот проснётся.И как себя вести - тоже.Впервые за все месяцы в больнице Валя получает возможность рассмотреть его так близко и беспрепятственно.Раньше она не мог заставить себя взглянуть на это лицо из кошмаров.Валя знает его лицо наизусть. Оно снится ей каждую ночь.Но сейчас, так ясно видя его вблизи, Валя почему-то не узнаёт эти черты.Да, человек всё тот же. Но что-то в нём неуловимо изменилось.Она внимательно рассматривает острые скулы, тонкую линию челюсти, ушные раковины красивой формы, аккуратные губы, прямой нос и мягкие ресницы - и как будто видит их впервые.

"У него всегда было такое серьёзное выражение лица?.. И эта небольшая морщинка между бровей?.."

Валя думает, что эта морщинка появилась там совсем недавно. Это из-за того, что Егор в последнее время постоянно хмурился и сильно уставал.И синяки под его глазами возникли по этой же причине.Валя вовсе не дура. Она знает, почему Егор так надрывается на двух работах.Ещё она знает, что тонкую, еле заметную светлую полоску шрама от пореза на левой щеке оставила она сама.Когда Егор дал ей в руки нож."Ты и правда пытался разделить мою боль?.."Валя на удивление хорошо помнит, в каком состоянии Егор тогда вернулся к ней в палату.Но не понимает этих поступков.Зачем?.."Изуродовать свое лицо, которым дорожил?.. Чтобы познать те раны, что мне достались?.."Валя скользит взглядом дальше - по тонкой шее, по худым плечам, натыкается на иглы от капельниц, воткнутые в вены, добирается до запястий и останавливается.Обе руки Егора туго перебинтованы.Валя уверена, что под ними порезы.Значит, не только отравление, но и вены.Вот почему Людмила Петровна была такая уставшая.Она зашивала ему руки несколько часов.

"Егор просил передать тебе, что ему очень жаль", - звучит в голове голос Людмилы Петровны, и Валя стискивает зубы.

"Это из-за меня?.."

Она снова переводит задумчивый взгляд на лицо Егора.

"Действовал так, чтобы наверняка, да?.."

"Чего ты хотел этим добиться?.."

"Думал так искупить свою вину?.."

"Думаешь, мне бы стало легче, если бы ты умер?.."

Вопросы проносятся в голове Вали, но она не задаёт их вслух. И вряд ли задаст когда-нибудь.

"Ты действительно был готов умереть ради моего прощения?.."

Валя снова ловит себя на том, что не понимает этого человека.Прежнего Егора было легко прочитать - тот думал только о себе и собственном удовольствии. Ставил себя выше других и любил издеваться над слабыми. Травил просто ради веселья. И избивал тоже ради веселья.Но этот другой.Совсем другой.Этот Егор готов приходить к ней каждый день. Работать на износ ради неё. Беспокоиться за неё. Читать ей книги. Заниматься с ней. Кормить её. Вытирать ей слезы. Успокаивать. Веселить. Обнимать.Спасать.Валя вздрагивает.

"Кто будет меня спасать, если ты умрёшь?.."

Она снова смотрит на забинтованные запястья, крупные кисти с длинными пальцами и ей до жути хочется коснуться их.Валя протягивает подрагивающую руку вперёд и осторожно кладет её поверх чужой. Едва ощутимо сжимает.

И именно в этот момент Егор дёргается.Валя крепче хватает его руку, удерживая на месте, и слышит глухой стон.

Егор просыпается тяжко.Ему снова холодно. И всё болит.Он чувствует, что его крепко держат ремни. А еще он ощущает, что в комнате рядом с ним кто-то есть.Кто-то, кто держит его за руку.Мама?..Нет, у мамы другая рука. Мария Сергеевна?..Наверное, она, да.Надо спросить её о...

- Из всех возможных способов попасть в больницу ты выбрал худший.

Егор замирает. Не верит.С трудом поворачивает голову. Распахивает глаза.Смотрит.Валя сидит рядом с ним в инвалидном кресле.И держит его за руку.Их лица находятся почти на одном уровне, и Егор хорошо может разглядеть её глаза.Сейчас в них нет той звенящей пустоты, которая так испугала его в последний раз, когда они виделись.Когда Валя попросила его исчезнуть.Егор дергается. Смотрит с паникой.Они оба молчат и просто смотрят друг на друга.Валя ничего больше не говорит.И не убирает своей руки.Первый шок у Егора проходит, и паника уступает место привычной горечи.

"Я снова не смог сделать то, о чём ты меня просила..."

 "Я даже извиниться перед тобой не смог..."

Ему столько надо сказать. 

"Я был не прав. Я так безумно виноват, и я так хочу извиниться перед тобой за всё то, что я сделал. Я хочу извиниться за каждый косой взгляд в твою сторону, за каждое грубое слово в твой адрес, за каждый удар, который был тебе нанесён... Пожалуйста, прости меня..."

 Егор отчаянно хочет сказать всё это вслух. Сказать так громко, чтобы Валя наконец услышала его.