89 глава
— Ты в своём уме, Малфой? — недоверчиво проворчал Гарри. — С чего бы тебе помогать нам? Особенно после того признания, что ты в охотку служишь Волдеморту.
— Чтобы быть в курсе ваших планов, конечно, — снисходительно пояснил Драко, и ухмыльнулся при виде возмущенно взвившегося Поттера.
— Драко, перестань паясничать, — строго велела мисс Грейнджер. — Должна быть ещё причина.
— Ты — причина, — заключив девушку в объятия, пробормотал ей в губы, щекоча дыханием. — Огорчишься ведь, если твои дружки… — приблизил губы к её уху: — сдохнут.
— Вы можете не обниматься пока мы здесь? — посетовал Рон, скромненько прикрывая глаза ладонью.
— Ну, так проваливайте, — посоветовал Малфой, выпуская, тем не менее, гриффиндорку. — Обниматься мы будем время от времени. Ибо наши с Грейнджер руны — любовные, в отличие от рун, которые характеризуют вас, — взмахом палочки он вызвал руну Гермионы и совместил её со своей, наложив одну на другую. — Такие уж мы.
— Мне не нужна помощь, — жестко сказал Гарри, взмахом руки разрушая знак в воздухе. Однако добился лишь того, что вернул свою руну, похожую на схематичный рисунок бабочки.
— Нужна, Поттер, — притворно ласково сказал слизеринец. — Тебе всегда нужны были «костыли». Смотри, — с этими словами Драко вызвал руны Рона и Гермионы, вплавив их в обе боковые вертикальные черты Дагас, так, что левую черту заняла Эйхваз, а правую Турисаз.
Смутившись, Гарри взглянул на друзей.
— Простите меня, — пробормотал он.
— Мы с тобой, — ободряюще буркнул Рон, хлопнув друга по плечу.
— Вы всегда меня поддерживали, — сказал Гарри, отвечая на дружеский пинок, не менее дружеской оплеухой. — Но он-то мне зачем? — кивнул в сторону Малфоя.
— Какая неблагодарность, Поттер! — показательно возмутился Драко. — А по вине кого ты получил свою первую метлу и стал самым молодым игроком в Квиддитч за всю историю Хогвартса?
— Так это твоя помощь, Малфой? — хмыкнул Гарри. — Ну, спасибо. Это всё?
— На втором курсе сдал собственного папашу, — насмешливо подхватил Рон.
— Помог тебе сотворить свой первый Патронус, на третьем, — напомнила Гермиона. — Своей выходкой с псевдодементором.
Это мальчишкам не очень понравилось, они нахмурились, а слизеринец заинтересовался:
— Вот как? Поттер умеет создавать Патронус? — с завистью спросил он. А Гарри и Рон опять заухмылялись.
— Мы все умеем, — сказала гриффиндорка. — На пятом курсе нас Гарри научил.
— Подумаешь! — с досадой буркнул Малфой.
— Хочешь, и тебя научим? — примирительно улыбнулась Гермиона.
— Не хочу, — фыркнул Драко.
— Из за этого своего гонора? — весело спросил Рон.
— Да, — без улыбки сказал слизеринец.
— А перед четвёртым Малфой предупредил нас перед нападением Пожирателей, — продолжила перечень «подвигов» Драко мисс Грейнджер.
— Хорошо, хватит, — сдался Поттер. — Я думаю: ты делал всё это не потому, что хотел помочь, а совсем наоборот.
— Очень проницательно, Поттер, — согласился Малфой. — Я никогда не хотел вам помогать. И сейчас не хочу. Просто так оно всегда срабатывает. Из за этого, — Драко взмахом палочки призвал «свою» руну Фео.
— Согласно теории рун, — сказала Гермиона, — Фео обладает способностью делится своим богатством.
— Хочу я того, или нет, — подхватил Малфой. — А ещё вот это, — слизеринец вплавил Фео в левую черту Дагас, где уже была руна Эйхваз, образовав перекрестье с рунами Рона и Гарри.
— Теперь понятно, — ткнула Гермиона палочкой в пересечение в верхней части рун. — У вас, мальчики, рунический конфликт. Это видно в совмещении рун. Видите?
— Это поэтому мы всегда дерёмся? — спросил Рон.
— Типа того, — буркнул Малфой. — А ещё это новая руна, — Драко выделил перекрестье в отдельный знак.
— Гебо — руна даров и обмена! — воскликнула Гермиона. — Ритуал вейцлы!
— Ритуал чего? — не понял Гарри.
Гермиона нашла в словаре и прочла:
— «Вейцла — это право сбора дани, похожее на англосаксонский бокленд, но в отличие от него, вейцлу не жаловали навечно, а только на определённый срок». А ещё, согласно скандинавским легендам войне асов и ванов положил конец обмен заложниками.
— Кто такие асы и ванны? — поинтересовался Гарри.
— Древние скандинавские племена, — отмахнулась мисс Грейнджер. — Не важно.
— А кто из нас обменялся заложниками? — задал Рон неожиданный вопрос.
— Да как вам сказать… — Драко показал глазами на мисс Грейнджер, уткнувшуюся в книгу.
Рон и Гарри тревожно переглянулись. А Гермиона тем временем, продолжала:
— «Другое отличие заключалось в том, что скандинавские бонды не утрачивали личной свободы и, будучи подвластными владельцу вейцлы, сохраняли свою правоспособность».
— Значит, это в обмен на Гермиону ты нам будешь помогать? — насупился Рон.
— Как это грубо, Визли! — сделал «страшные» глаза Малфой. А Гермиона в гневе сильно хлопнула книгой, закрывая её. — Но, не могу не признать, что это именно так, — покаянно склонил светловолосую голову. — Я тебя люблю, — нейтрализовал он готовую стукнуть его мисс Грейнджер.
И с довольным видом откинулся назад. Гермиона опустила книгу и смущенно покосилась на друзей. Те ответили ей не менее смущенными взглядами.
— Слушай, Малфой, — скрепя сердце обратился к слизеринцу Гарри. — А ты можешь определить какая руна у Волдеморта?
— И гадать не надо, — откликнулся Драко. — Она же у тебя на лбу отпечатана.
Все уставились на знаменитый шрам.
— Хочешь сказать, что руна Во… — запнулась гриффиндорка, — Волдеморта — Солу?!
— Проверим? — Малфой, при помощи малопонятных гриффиндорцам манипуляций, загнал все руны обратно в кожаный мешок. Нервно облизнул губы: — Если человек не присутствует, нужно визуализировать. Просто сосредоточьтесь на том, что вам известно об этом человеке. Предупреждаю, будет неприятно. Так что тебе, — обратился он к Гермионе, — лучше воздержаться.
Девушка испуганно кивнула и отошла.
Проверив, что Гермиона удалилась на приличное расстояние, Драко извлёк палочку и направил на рунный мешок:
— Приступим.
Гарри закрыл глаза и принялся думать о Волдеморте: что тот причина смерти его родителей. Но всплыло почему-то воспоминание Дамблдора о маленьком Томе в приюте.
Драко визуализировал свою первую встречу с Тёмным Лордом — восторг, смешанный с ужасом.
А Рон старательно припоминал всё, что когда-либо слышал от своего отца и его друзей-ауроров об этом малоприятном субъекте.
Внезапно Гарри ощутил боль в шраме и, вскрикнув, упал на колени.
Драко пронзило воспоминание о пытке, свидетелем которой он был, и его вырвало.
Рон лишь посерел и зашатался. В отличие от Поттера и Малфоя, ему не доводилось видеть Волдеморта воочию.
А из рунного мешка выполз уже знакомый дым, который клубясь, принял форму руны Солу.
— О, нет, — простонала Гермиона, увидев руну.
Подняв голову, Драко тоже уставился на возникшую руну.
— «Руна Солу — талисман победы и солнца, — отдышавшись, процитировал он. — Руну черти ради победы, помня при этом, что лишь в единении утра и ночи рождается луч дочери Мундильфари прекрасной. И, возвращаясь с победой, сердце и мысли раскрой целебным лучам. Но берегись призывать к себе Солу, бурь тёмных сил прежде в душе не утишив, Солу духовную мощь во сто крат увеличит, но вместо удачи и радости сечи, тень и упадок неосторожного ждут».
Гермиона подойдя к слизеринцу, уткнулась лицом в мантию у него на груди. Драко обнял её за плечи, и, пользуясь случаем, заглянул в декольте.
Рон помог Гарри подняться.
— Расскажите ещё об этой руне, — сквозь зубы сказал он, памятуя, что врага следует знать.
— Солу символизирует солнце, это руна огромной силы, Гарри, — повернулась к нему Гермиона. — В фашистской Германии, нацисты использовали удвоенную руну Солу в своей символике и солярный знак свастики, только перевёрнутый.
— Кто? — переспросил Рон. О маггловской истории он имел самое смутное представление.
— Они удваивали Солу?! — поразился Драко. — Они идиоты! Этого делать нельзя! И вывернули наизнанку солярный знак? О, Мерлин! — закатил глаза слизеринец.
— Фашисты этого не знали, — сообщила Гермиона. — А войну они проиграли.
— Значит, у нас есть надежда? — воспрянул духом Гарри.
— Да, Поттер, — елейным голосом сказал Малфой. — И эта надежда — ты. В буквальном смысле. Знаете, почему нельзя удваивать Солу?
— Я слышала об этом, — призналась Гермиона, — но так и не поняла почему.
— Потому что клин клином вышибают*. Тёмный Лорд невольно продублировал Солу, — Драко показал на шрам Гарри. — И попался в ловушку, как это произошло с Бальдром.
— С кем? — Рон уже устал от собственного невежества.
— Бальдр сын Одина, главного бога скандинавского пантеона, — торопливо объяснила Гермиона. — Он считался непобедимым, пока его не сгубило…
— …собственное самомнение, — жестко заключил Малфой.
— Что ж, — вздохнул Гарри, — будем ждать, когда Волдеморт проколется.
— А можешь ещё кого-нибудь так определить? — с интересом спросил Рон. Уж очень ему понравилось.
— Кого? — не с меньшим интересом поинтересовался Драко.
— Снейпа! — реакция у Поттера была что надо.
— Хорошо, — с некоторым изумлением пожал плечами слизеринец. И поднял палочку: — Визуализируем любимого профессора.
— Это просто палочка… — разочаровано протянул Рон, когда из мешочка выполз белый дым, уплотнившись в единственную вертикальную черту.
— Это руна Ис, означающая Лёд, — вздохнула Гермиона.
— Ну, тогда она на все сто подходит Снейпу, — заметил Рон.
— Поподробней нельзя? — жадно попросил Гарри.
Удостоился изучающего взгляда со стоны Малфоя, и напряженного от Гермионы.
— Ральф Блюм называет Ис руной страха, — сообщила Гермиона.
— «Иса — руна волшбы, что "лёд" означает, — Драко напевно произносил древние строки, что очень хорошо ложилось на его обычные тягучие интонации. — Инея руна и льда властвует над Нильфхеймом, мощь ледяного потока, струящего мудрость веков. Под мудрой рукой скальда руна болезнь и гнев остановит. Помни, однако, что Иса лишь задержать может то, что грядёт, не развеять. Исы волшба мост создаст над тёмной водой иль опасной ловушкой, но нет долговечности у ледяного моста. Не медли, используй руной данную в битве твоей передышку. Заклятья же ею твори, не разжимая уста».
Гарри задумался о последней строчке, припомнив невербальные заклятия.
— Как ты все эти стишки запоминаешь? — невольно восхитился Рон, вызвав усмешку Малфоя. — А теперь давай Дамблдора, — весело велел он.
— Я тебе что, аттракцион, Уизли? — фыркнул Драко. Но палочку на рунный мешок направил: — Визуализация, — скомандовал он.
Все тут же ярко представили длинную белоснежную бороду, весёлые голубые глаза за очками-половинками и прочие составные части величайшего волшебника современности.
— Упс! Такого даже я не ожидал, — пробормотал Малфой.
— Очень странно, — удивилась мисс Грейнджер.
……………………...
Верный обманет глаз.
В царстве — давно — химер -
Вера и глазомер.
……………………...
*Примечание: Английский вариант этой поговорки: Desperate diseases must have desperate remedies.