Глава 10
Волков снова чуть не проспал – не услышал будильник, который поставил раньше на полчаса обычного, чтобы заехать в кофейню и обрадовать Алису любимым напитком с утра.
Он тяжело встал с дивана и пошёл в ванную. О вчерашней ране он совсем забыл и сейчас рассматривал её в зеркало, вспоминая, как пальцы Алисы прикасались к его коже.
– Ну и как с этим на лице ты планируешь вести пару студентам, Константин Евгеньевич? Выглядишь как подросток – расшибленная бошка и нахальная улыбка. Пластырь тут явно привлечёт ещё больше внимания. – сказал он сам себе и включил воду в душе.
***
Алиса с трудом доела завтрак – из-за волнения и радости ей не хотелось есть, но она старалась что-то закинуть в себя. Она снова решила включить музыку и танцевать у зеркала, хотя с утра это давалось ей тяжелее, потому что спала она не так много, как привыкла за тихий период своей жизни.
Посмотрев на время, она начала собирать вещи – с минуты на минуту должен приехать Костя. Она вспомнила про рану на губе и щеке, которую так и не обработала вечером и теперь она была ещё более яркая. Ей пришлось закрасить хотя бы часть синяка помадой – она вспомнила волковское «Это для меня?» и закатила глаза, но так выглядело явно лучше и синяк был виден только на щеке.
На телефон пришло сообщение:
Выходи, я жду тебя.
Алиса не любила, когда её долго ждут, поэтому быстро накинула пальто, взяла сумку и побежала, чуть не споткнувшись на лестнице в подъезде. Она выбежала на хрустящий снег, и улыбалась, смотря под ноги, чтобы не споткнуться снова. Подняв глаза на то место, где ожидала увидеть машину, она растерялась, и улыбка её пропала. «Странно, он же написал, что ждёт.» – проскочило в её голове, и она перепроверила телефон, где не было ничего нового. – «Ладно, пройдусь вдоль дома, может пришлось выехать со двора».
Она шла и по-детски смотрела на свои ноги, которые заставляли хрустеть мягкий снег на асфальте. Прошло около 3 минут, но его всё не было, и она снова проверила телефон. Едва она успела убрать его в карман, Волков подбежал к ней сзади и повалил в небольшой сугроб.
– Это тебе за вчерашний прыжок, – засмеялся он.
– Очень смешно... – она пыталась сказать это серьёзно, но засмеялась в голос и начала подниматься.
Костя подал ей руку и проводил до машины, которую оставил сбоку дома, где её ждал горячий кофе.
– Увидел латте с какими-то новыми сиропами и не удержался, так что тебе повезло, что я не настолько наглый, чтобы купить только себе. Взял ореховый и персиковый – выбирай.
– Я так понимаю, что варианта «Взять оба» нет? Жаль, тогда, пожалуй, персиковый – раньше не пробовала.
Алиса взяла стаканчик с персиковым латте и сонно смотрела в окно. Из-за мороза ей почему-то всегда хотелось больше спать, особенно в тёплой машине и она прикрыла глаза. Вспомнив о вечерней переписке, она уточнила, придумал ли он план, как им выходить из машины и быть незамеченными в самое людное время.
***
Волков не придумал никакого плана, хоть и сказал обратное – ночью он думал только о ней и в какой-то момент ему стало наплевать на то, что их заметят. Сейчас он взвесил риски и решил, что план всё-таки нужен, хотя бы на первое время.
Подъехав к университету, Алиса первая вышла из машины, а он вышел за ней через минуту и шёл сзади. Он смотрел, как развеваются на ветру её волосы и его мысли захватило желание заплести их косу – он не умел этого делать, но ему хотелось дотронуться до них. Девушка видела боковым зрением, что он идёт за ней и немного сбавила шаг, чтобы уменьшить расстояние, но при этом идти будто бы не вместе. Когда они практически вышли из парк и были в паре метров от здания университета, она засмеялась и крикнула:
– Волков злыдень!
Она попыталась прибавить шаг и сбежать от него, но он потащил её за воротник пальто и прижал к толстому дереву, за которым их даже не было видно.
– Лисицкая, ты что творишь? Мы на территории универа. – крикнул он на неё и потом пожалел об этом, потому что это было грубо и могло её обидеть.
– А что такого? Может быть я самоубийца или сумасшедшая, считающая, что на мне мантия невидимости – засмеялась она и побежала в университет.
***
Алиса, ради приличия, зашла в аудиторию раньше него и удивилась, что в ней никого нет. Она села на нижние ряды, ближе к доске, что было ей не свойственно – она с Юлей всегда сидела в самом конце. Волков зашёл в аудиторию и тоже был удивлён присутствием их двоих, потому что обычно в это время уже присутствовало около четверти потока.
Алиса снимала пальто, когда Волков занял своё привычное место возле доски.
– Прекрасный наряд, Лисицкая... – он сделал паузу – Конечно же для публичного позора он идеален.
Девушка хотела что-то сказать в ответ и нахмурилась, но Волков закашлялся, показывая ей, что начали приходить другие студенты. Для более убедительной картины он отпил оставшийся и уже холодный латте, а затем уткнулся в тетради, в которых, по мнению студентов, были расписаны списки жертв и план захвата мира злом.
Спустя 10 минут он начал вести пару. Алиса оглядела аудиторию и не нашла в ней Юлю, хотя та всегда предупреждала её, если задерживается.
Девушка решила написать подруге сама и получила ответ через пару минут:
Мы ехали по трассе и на снегу в нас занесло какую-то дамочку. Ничего серьёзного и на машине даже царапин нет, но пришлось остановиться. Приеду на метро ко второй паре.
Алиса почему-то была рада, что Юли не будет на паре Волкова и она не будет задавать вопросы о её поведении при виде преподавателя. В глубине души Алиса была уверена, что Костя не вызовет её к доске – он не настолько жестокий, чтобы после того, что было, взять и заставить её краснеть у доски. Она достала небольшой скетчбук, взятый из дома в каком-то порыве эмоций, и нашла в сумке набор из простых карандашей, которые были сточены на разную длину и запачканы в своём же цвете от частого рисования.
Девушка подняла голову, присмотрелась к своему «самому ужасному преподу» и прикоснулась мягким карандашом до чистого листа бумаги. Она начала рисовать его портрет, часто поднимая глаза на него, чтобы понять расположение черт лица. В один момент их взгляды столкнулись – она испуганно выронила карандаш и краснея отвернулась, будто бы её поймали за чем-то непристойным, а он слегка улыбнулся. Через пару минут она снова начала рисовать и за полчаса до конца пары закончила портрет – выглядел он очень естественно и ей нравилось, как получилось передать тени.
В конце пары, в аудиторию зашёл другой мужчина-преподаватель средних лет и положил Волкову какой-то лист на стол. Алиса не знала его имени, но не раз видела в стенах универа и он не нравился ей. По её наблюдениям, он говорил что-то несуразное и совал нос не в свои дела, что всегда напрягало как студентов, так и преподавателей.
Волков смотрел на лист, лежащий на его столе и нахмурившись что-то искал в нём, а этот мужчина стоял рядом и вглядывался во всё подряд. Он оглядел студентов и потеряв к ним интерес, начал взглядом сканировать стол Волкова, после чего демонстративно сказал:
– Константин Евгеньевич, а чего это у Вас стакан в помаде? Вы девушкой обзавелись наконец-то или это Ваше? – преподаватель изучил реакцию студентов, которые начали изучать тот самый стакан, и поправил очки.
– Не обращайте внимания, это студентка оставила. К счастью, я не пью кофе с примесью чего-то персикового. – спокойно ответил Костя и кинул секундный взгляд на Алису.
«Господи, мы перепутали стаканы и у него мой, испачканный помадой, а у меня его, с ореховым сиропом», – запаниковала Алиса, зная, что ситуация крайне тонкая.
Константин Евгеньевич попросил выйти того преподавателя из аудитории за какие-то другие не слишком удачные замечания. Он начал подводить итоги занятия, резюмируя студентам и объяснять суть домашнего задания. Алиса дождалась, когда он посмотрит на неё и издевательски улыбаясь, поднесла стаканчик орехового латте к губам.