Глава 3.
АВРОРА
Я захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной, позволяя себе вдохнуть поглубже. Сердце всё ещё колотилось – не то от злости на себя, не то от того, как упрямо Лоренцо смотрел мне в глаза, будто считывал мысли, которые я не хотела признавать даже себе. Его фраза «если ты не против» до сих пор звучала в ушах, как насмешка. Конечно, я была против. Конечно, мне это не нужно.
В комнате было полумрачно, только тёплый свет торшера освещал край кровати и маленький кактус на подоконнике. Миа лежала, растянувшись поперёк матраса, с телефоном в руке, и едва я вошла, приподнялась на локтях.
— Ну? — её голос потянулся ленивой улыбкой. — Как прошло ваше романтическое свидание над учебниками?
Я закатила глаза и бросила рюкзак в угол.
— Это было не свидание.
— Ну конечно, просто страстный обмен файлами, — она хихикнула. — Аврора, ты вся сияешь. Что там было?
— Я не сияю, — буркнула я и села на край кровати, натянув на колени плед. — Просто он... странный.
Соседка села и поджала ноги, разглядывая меня, как будто я лабораторный образец.
— Он горячий, это факт. Даже слишком. — Она покачала головой. — А ты выглядишь так, будто сама не понимаешь, что чувствуешь.
Я молчала. Потому что это была правда.
— Он слишком самоуверенный, — наконец выдавила я. — Всё время улыбается, как будто уже знает, что победил.
— Победил в чём?
Я пожала плечами и уставилась в пол. В мыслях снова всплыло, как он, приглушённо засмеявшись, наклонился ко мне, поправляя один из слайдов на ноутбуке. Его рука едва коснулась моей – это было мимолётно, но от прикосновения по коже пробежали мурашки.
— Я не знаю. В жизни. В отношениях. Во всём.
Миа выжидающе смотрела, потом потянулась за бутылкой воды и сделала глоток.
— Ну, будь осторожна. Он не выглядит как парень, который умеет не играть в игры.
Я усмехнулась.
— А ты не похожа на девушку, которая может дать кому-то второй шанс, но вот ты и Лука...
Подруга покраснела. Это было почти мило.
— Лука – другой. Он не как Лоренцо. Совсем. И ты знаешь... он даже не пригласил меня на свидание. Просто сказал: «Хочешь прогуляться?» — она пожала плечами. — Но это было лучше, чем любые цветы.
Я искренне улыбнулась.
— Вы странно подходите друг к другу.
— Спасибо, — хмыкнула она. — А теперь, давай, рассказывай всё. Был флирт?
— Был. Наверное. — Я тихо выдохнула. — Но я не уверена, что хочу, чтобы он был.
— Потому что боишься?
Я молчала. Смотрела в окно, где под светом фонаря медленно кружили жёлтые листья.
— Потому что я не такая, как... — Я запнулась. — Как девушки, которые ему нравятся.
— А какие ему нравятся?
— Не знаю. Уверенные. Загорелые. С идеальными телами и шелковыми волосами. Не... — я провела рукой по своим рыжим волнам. — Не такие, как я. Не с такими веснушками. Не с такими плечами.
Миа сдвинулась ближе и положила руку на мою.
— А знаешь что? Ты одна из самых красивых и интересных девчонок, которых я встречала. Просто это не та красота, которую кричат с подиума. Это та, в которую медленно влюбляются и потом не могут забыть.
Я почувствовала, как горло сжалось. Хотелось одновременно смеяться и плакать.
— Спасибо, Миа.
— Всегда, — она улыбнулась. — А теперь, пижаму – и в кровать. Завтра рано вставать. И, может быть, тебе стоит перестать бояться быть красивой. Даже в своих собственных глазах.
Я кивнула, но ответить не успела, экран телефона загорелся и засветился именем «Mom»
— О, — выдохнула я. — Родители.
— Давай, — сказала соседка, — я в душ. Не беспокойся, буду тихо как мышь.
Я включила видео-звонок. На экране появилось знакомое лицо мамы, в очках и с чашкой чая в руках. Рядом папа, закинувший одну руку за голову.
— Привет, солнышко! — голос мамы звучал тепло. — Ну как ты там? Как университет?
— Привет, — я улыбнулась. — Всё хорошо. Сегодня был проект в паре.
— О, и с кем? — оживился папа.
— С... — я закусила губу. — С одним студентом. Он в моей группе.
— Он симпатичный? — подмигнула мама.
— Мама!
— Просто интересуюсь, — пожала плечами она. — Всё-таки ты в Риме. Столица любви и страсти, если верить кино.
Я рассмеялась.
— Он... он странный. Очень уверен в себе. И у него такая ухмылка, как будто он знает, что ты о нём подумаешь ещё до того, как ты это подумаешь.
— Звучит, как плохие новости, — заметил папа. — Осторожнее с такими. И не забывай, зачем ты там.
— Я не забываю, — я кивнула. — Всё нормально.
Мама стала рассказывать, как наш кот Джинджер опять забрался на крышу и не мог слезть. Папа добавил пару шуток, и на какое-то время я почувствовала себя дома. Тепло и спокойно. Как будто Рим – это не новое пугающее пространство, а просто ещё одна часть моей жизни, которую я только начинаю заполнять.
Когда звонок закончился, я выключила лампу и легла, уставившись в потолок. Где-то в коридоре слышались шаги и чьи-то голоса. Наверное, соседи возвращались с вечеринки или просто болтали у автомата с кофе.
А я думала о Лоренцо.
О его улыбке. О его взгляде, который будто видел меня насквозь. И о том, как сильно я не хотела, чтобы он оказался прав – если вдруг он решил, что легко добьётся моего внимания.
Потому что я ведь не такая.
***
Утро пахло кофе, влажным асфальтом и новой страницей в блокноте. Пятница выдалась на удивление прохладной – один из тех редких сентябрьских дней в Риме, когда небо казалось ватным, и ветер пробегал по щекам, будто просыпаясь вместе с горожанами.
Я стояла у зеркала, заплетая волосы в небрежную косу. Веснушки на щеках казались особенно яркими на фоне бледной кожи. Может, потому что я плохо спала. Или потому что мысли всё ещё упирались в вечер в комнате Вальдини. В его взгляд. В его фразу, сказанную будто между делом: «Ты же не против, если мы сделаем это у меня?»
Я всё ещё не знала, против я или нет.
Миа натягивала чёрный лонгслив и одновременно ругалась с замком на сапоге.
— У тебя сегодня снова общая лекция с Лоренцо? Тот, что делает вид, будто родился в рекламе духов. Он будет сегодня?
Я пожала плечами и взяла сумку.
— Надеюсь, что нет.
— А вот это уже значит, что ты надеешься, что да, — фыркнула она, выходя за мной в коридор.
Мы прошли по влажной мостовой до университета. Люди торопились, зонты раскрывались и закрывались, будто сцена из фильма, только без саундтрека. Я надела наушники, но не включила музыку. Просто хотела немного тишины внутри.
Общий зал был заполнен почти полностью. Я заняла место на третьем ряду, у окна. Где-то сзади переговаривались две девушки с розовыми папками, одна из которых точно была той самой – с баскетбольного матча, в коротком топе с именем «Valdini» на спине.
Я закатила глаза и уткнулась в блокнот.
Профессор вошёл без привычного планшета, с кофе в бумажном стакане и взъерошенными волосами.
— Buongiorno a tutti, — пробормотал он. — Сегодня у нас не лекция, а напоминание. До вторника вы должны сдать предварительное описание ваших тем по проекту. В парах, которые вы выбрали, или, если ещё не выбрали, — запишитесь в списки. Я в конце зала оставлю их. Также, пожалуйста, начните работать. Это не формальность. Это 30% вашей итоговой оценки.
Кто-то вздохнул. Кто-то спросил, можно ли поменять тему. Кто-то – пару. Я молчала, отмечая в тетради дату. Сердце немного сжалось от слов «начните работать». Мы с Лоренцо действительно... ещё ничего не начали. Мы просто сидели в его комнате, листали статьи, спорили из-за структуры и, кажется, больше говорили друг о друге, чем о теме.
Как будто проект – это предлог.
Дверь лекционной скрипнула, и весь зал чуть оживился. Он вошёл – в кожаной куртке, с рюкзаком в руке и мокрыми от дождя волосами, которые он тут же растрепал, будто специально.
Конечно, Лоренцо Вальдини. Кто же ещё опоздал бы на пятнадцать минут, но вошёл так, будто ему аплодируют.
Он пробежался взглядом по рядам. Нашёл меня. Улыбнулся.
Я быстро отвернулась, будто что-то заметила в своём блокноте. Парень сел рядом, двинув локтем мой пенал.
— Привет, Веснушка, — прошептал.
— Не называй меня так.
— Почему? Это ласково.
Я покосилась на него.
— А я тебя могу звать Самодовольный?
Он усмехнулся, закинул руку на спинку стула.
— Тоже ласково?
— Не уверена.
Профессор начал перечислять пары и названия тем. Я старалась сосредоточиться, но ощущала, как Лоренцо смотрит на меня. Не как на сокурсницу. А как на... вопрос, на который он пытается найти ответ.
— Ты занята после пар? — прошептал он ближе.
— Почему?
— Можем наконец начать работу. Серьёзно. Без флирта. Без улыбок. Чисто учеба. Как тебе?
Я сжала губы.
— У тебя получится?
Парень склонился чуть ближе, почти касаясь плечом.
— Я же капитан команды. У меня всё получается, если я захочу.
Я молчала.
Потом вздохнула.
— Ладно. Только проект.
Он наклонился к уху и прошептал:
— Только проект, Веснушка.
Кафе на углу, куда мы свернули после пары, выглядело почти уютно, несмотря на свою туристическую наружность. Я раньше проходила мимо, думая, что тут слишком шумно и дорого, но Лоренцо шагал туда уверенно, как будто был постоянным клиентом. На стеклянной витрине ещё висела табличка "colazione tutto il giorno", завлекая людей запахом круассанов и свежего эспрессо.
— Здесь делают самый нормальный капучино в районе, — сказал он, придерживая мне дверь.
— Надеюсь, ты не подкуплен, — бросила я, проходя внутрь.
— Только доверием, — усмехнулся парень и кивнул баристе. — Ciao, Рафаэле!
Бариста – мужчина с зализанными назад волосами и готическими тату на пальцах помахал рукой, даже не удивившись.
— Какой у нас гость сегодня! Баскетбольная звезда. И... nuova ragazza?
— Нет, — отозвалась я прежде, чем Вальдини успел ответить. — Мы просто работаем над проектом.
Рафаэль кивнул с хитрой полуулыбкой и ушёл за стойку, не сказав ни слова. А я почувствовала, как уши становятся горячими.
— Он шутит, — сказал парень, глядя на меня искоса. — Он всех дразнит.
— А ты что, часто водишь сюда девушек «для проекта»?
Он сделал вид, что задумался.
— Нет. Обычно без проекта.
Я закатила глаза, но сдержала улыбку.
Мы устроились за столиком у окна. Улица была оживлённой – люди спешили, кто-то бежал с коробкой пиццы, две старушки делили зонт, студент жонглировал блокнотами и чашкой кофе. А внутри пахло корицей, тёплой бумагой и чем-то смутно знакомым. Может, уверенностью.
— Что будешь? — спросил Лоренцо, уже подзывая Рафаэля.
— Я сама оплачу, — предупредила я заранее. — Не нужно этих рыцарских жестов.
Он поднял руки.
— Без проблем. Просто спросил.
— Капучино и панини с моцареллой, — сказала я, и Рафаэль кивнул.
Когда заказ принесли, я уже погрузилась в блокнот. Писала структуру проекта, иногда поднимая взгляд, чтобы не встретиться с его глазами.
— Я серьёзно. Мы должны всё распланировать. У нас четыре недели.
— Знаешь, — сказал он, наклоняясь над своей чашкой, — когда ты так говоришь, ты похожа на кого-то, кто любит всё держать под контролем.
— А ты похож на того, кто всё отпускает.
— Я просто умею наслаждаться процессом.
— А я – результатом.
Парень усмехнулся, откинулся на спинку стула, наблюдая за мной.
— Мы с тобой – противоположности, Веснушка.
Я проигнорировала прозвище.
— Может быть. Но нам надо сдать эту работу, не влюбиться по уши.
— Кто-то уже задумался об этом? — Он приподнял брови.
— Я – нет.
— А я... — Он чуть улыбнулся. — Тоже нет.
Но в голосе скользнула какая-то игра. Как будто он намекал, что всё может измениться – за кофе, за два часа, за одно прикосновение. И я вдруг ощутила, как непривычно легко дышится рядом с ним. Несмотря на всю его дерзость, в нём было что-то... успокаивающее. Может, из-за того, как он держал чашку двумя руками, как будто защищал тепло. Или как говорил – не перебивая, а пробуя на вкус каждую мою реакцию.
Я вздохнула.
— Ладно, после кофе к тебе. И без этих... словечек. Окей?
— Словечек?
— Веснушка, лапочка, красотка. Что там у тебя ещё?
Лоренцо рассмеялся, качая головой.
— Ты правда думаешь, что я так легко сдамся?
— Нет, — вздохнула я, снова смотря в блокнот. — Именно поэтому прошу.
И в этот момент я услышала, как зазвенел колокольчик над дверью. Кто-то вошёл. Или, скорее, влетел с ароматом дорогого парфюма и цоканьем каблуков. Я даже не подняла глаза, до тех пор, пока голос не прозвучал слишком близко:
— Ma che sorpresa...Наш звёздный капитан... и «это»
Я подняла взгляд. Перед нами стояла Кьяра. Та самая популярная девчонка из нашего университета, которая учится на четвертном курсе журфака. Высокая, блондинистая, с губами цвета клубничного глянца и глазами, в которых читалась скука. Она была в короткой юбке, кожаном пиджаке и с таким видом, будто вся сцена принадлежит ей.
— Кьяра, — выдохнул Вальдини, не вставая. Его голос стал на тон ниже. — Что ты тут делаешь?
— Я? Завтракаю. А ты? Что, теперь любишь скромных девочек с косичками?
Моё тело как будто сжалось. Я не ожидала, что она настоящая. Я думала, такие девушки существуют только в подростковых сериалах.
— Мы просто работаем, — спокойно сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Над проектом.
— «Проектом», — передразнила она, усаживаясь за соседний столик, не дожидаясь приглашения. — У Лоренцо всегда «проекты». Особенно с первокурсницами. Правда же?
Парень сжал чашку сильнее.
— Довольно.
— Что? Я просто шучу, amore. Мы же друзья, не так ли? — Она провела пальцем по краю своего бокала с апельсиновым соком, будто рисовала на нём моё имя.
— Мы не друзья, — сказал он, глядя на неё с той же холодностью, которой в нём, казалось, и не бывало.
Я медленно поднялась со стула.
— Мне пора.
— Аврора, подожди, — Вальдини вскочил следом, схватив куртку. — Не обращай внимания. Кьяра любит сцены. Это её спорт.
— Всё нормально, — сказала я тихо, надевая рюкзак. Но внутри всё горело. Не от ревности. От презрения.
Я двинулась к выходу, и он догнал меня на пороге.
— Извини. Я не знал, что она появится.
— А она была твоей?
— Когда-то. Но она живёт в прошлом. Я нет.
Я посмотрела на него. Парень был зол, не на меня, а на ситуацию. И в этом, странным образом, было что-то... приятное. Потому что он не оправдывался. Он просто стоял передо мной, без маски.
— Ладно, — сказала я наконец. — Пойдём работать.
Он улыбнулся. Не своей обычной дерзкой улыбкой. А настоящей. Той, которую, наверное, никто не видел.
— Только проект, Веснушка?
Я закатила глаза.
— Только проект, Валдини.
ЛОРЕНЦО
Я вышел из кафе со странным ощущением, будто накинул на плечи невидимый груз. Кьяра всегда умела портить настроение своей ядовитой ухмылкой, но сегодня впервые за долгое время мне было не просто плевать на её подколки. Меня бесило, что она зацепила Аврору. Веснушка даже не пыталась парировать, только закатила глаза и сделала вид, что не слышит. Но я видел, как она сжала пальцы, как её плечи чуть дрогнули. И в этот момент я понял – всё, что говорил себе о споре, о том, что она для меня просто цель, начинает трещать.
— Идём, — сказал я коротко, обгоняя её на шаг. — Не хочу, чтобы ты ещё раз пересеклась с ней сегодня.
— Я сама могу о себе позаботиться, — её голос прозвучал твёрдо, но без настоящей злости. Больше как привычная маска.
— Верю, — ухмыльнулся я, оборачиваясь, — но не уверен, что ты хочешь тратить силы на пустую трату воздуха.
Она закатила глаза, но пошла рядом.
Пятница дышала на город предвкушением выходных. Студенты стекались из корпусов к барам, смеялись, шумели, кто-то курил прямо у ворот. Рыжеволосая шла чуть в стороне, будто хотела дистанцироваться. Мне пришлось замедлить шаг, чтобы подстроиться под неё.
— Ты серьёзно думаешь, что нормальная идея работать у тебя?
— Почему нет? — усмехнулся я. — Мы соседи, комната напротив. Удобнее не придумать.
Девушка моргнула, и я понял, что это её сбило. Её дверь и моя, буквально через узкий коридор, и она даже не замечала.
— Ладно, — выдохнула Аврора. — Но только ради проекта.
«Только ради проекта»
Эти слова зацепили. Я улыбнулся, но внутри ощутил азарт. Это был мой шанс – провести с ней время, понять, что её бесит, что её радует, как она смотрит, когда расслабляется.
Мы вошли в общежитие. Коридоры уже гудели от голосов, кто-то включил громкую музыку, где-то смеялись девушки. Веснушка явно чувствовала себя не в своей тарелке, скользя взглядом по стенам и делая вид, что ей всё равно. Я специально открыл дверь первым, пропуская её вперёд.
— Добро пожаловать, — сказал я нарочито пафосно.
Она прошла внутрь, и я заметил, как её взгляд скользнул по комнате. Кровать, стол с ноутбуком и книгами, спортивная форма, баскетбольный мяч в углу. Ничего особенного, но я видел, она словно заглядывает в часть меня, в мой мир.
— Неплохо, — бросила девушка коротко, и я хмыкнул.
— Не так уж и плохо для капитана баскетбольной команды, да?
— Скромности тебе явно не хватает, — усмехнулась она и села за стол.
Я подвинул стул ближе, и наши локти почти соприкоснулись. Аврора заметила это и чуть отодвинулась. Я не комментировал, но внутри улыбался.
Мы открыли ноутбук, начали обсуждать тему проекта. Поначалу всё было сухо: даты, имена, структура. Но постепенно я ловил себя на том, что всё время отвлекаюсь на неё. На то, как она закидывает волосы за ухо, когда наклоняется ближе к экрану. На то, как брови её чуть нахмуриваются, если она чем-то недовольна.
— Думаю, нам стоит разделить части, — сказала Веснушка, сосредоточенно печатая. — Я возьму вводную, а ты...
— Я возьму то, что тебе тяжело, — перебил я.
Она резко подняла глаза.
— С чего это?
— Потому что я не хочу, чтобы ты закапывалась в скучные факты, — усмехнулся я. — Ты же психолог. Тебе интереснее анализировать людей, чем даты и документы.
Девушка моргнула, удивлённая тем, что я вообще запомнил её факультет.
— Ты внимательный, — сказала она после паузы.
— Иногда, — улыбнулся я. — Особенно когда рядом интересная компания.
Её щёки едва заметно вспыхнули. Но она тут же уткнулась в ноутбук.
Мы работали дальше, но напряжение только нарастало. Я специально тянулся к клавиатуре, и наши пальцы пару раз задевали друг друга. Она вздрагивала, но не отдёргивала руку.
— Ты это делаешь специально, — пробормотала Аврора, когда наши пальцы коснулись снова.
— Что именно? — я сделал вид, что не понимаю.
Она покосилась на меня и снова закатила глаза.
— Ты невозможен.
— Зато честный, — парировал я.
Веснушка тихо фыркнула, но уголки её пухлых губ дрогнули. Я поймал этот момент, впервые она почти улыбнулась рядом со мной.
Мы просидели так, наверное, час. Иногда переглядывались, иногда спорили о деталях. Я чувствовал, как что-то между нами меняется. Не просто неловкость – это было притяжение, которое рыжеволосая всеми силами старалась игнорировать.
Телефон зазвонил. Экран засветился именем "Лука". Я сразу понял, что это значит.
— Извини, — сказал я, поднимая трубку.
— Бро, собираемся в нашем клубе Все уже едут. Ты с нами? — голос Луки был оживлённый.
Я взглянул на Веснушку. Она сидела прямо, будто готовилась встать и уйти.
— Да, подойду позже, — ответил я.
— Отлично, жду, — мой лучший друг сбросил звонок.
Я положил телефон и повернулся к ней.
— Слушай... они идут в клуб. Может, составишь компанию?
Она покачала головой.
— Нет. Спасибо, но это не моё.
— Даже ради компании? — ухмыльнулся я.
— Особенно не ради компании, — ответила девушка, и в её голосе прозвучала твёрдость.
Я кивнул, делая вид, что всё окей. Но внутри было странное чувство. Я хотел, чтобы она пошла. Хотел увидеть её там, рядом, в шуме, среди моих людей. Но она поставила границу.
Через десять минут Аврора собрала вещи.
— Ладно, я пойду, — сказала тихо.
Я встал, провожая её взглядом до двери.
— Спасибо за компанию, Веснушка, — сказал я, нарочно мягко.
Она остановилась, бросила на меня быстрый взгляд.
— Не называй меня так.
И вышла.
Я остался один. В комнате пахло её духами. И я поймал себя на том, что хочу снова это почувствовать.
***
После того как за рыжей бестией закрылась дверь, в комнате стало слишком тихо. Я сел на край кровати, наклонился вперёд и провёл ладонями по лицу.
Смешно, обычно после пары часов рядом с девушкой я чувствовал себя расслабленным, уверенным. Но не с ней. С этой девушкой всё было иначе: напряжение только росло, словно я брал мяч на последних секундах матча, и ставки были слишком высоки.
Я потянулся к телефону. Сообщение от Луки:
«Мы уже в «Notte Nera». Ждём капитана»
Я усмехнулся. Да, капитан. Для них я всегда был первым – на площадке, на тусовках, в любой ситуации. Словно должен держать марку. И сейчас я собирался это сделать. Может, бар и шум помогут выкинуть из головы рыжую, которая слишком глубоко зацепила.
Я быстро переоделся: чёрная облегающая футболка, джинсы, кожаная куртка. Волосы пригладил рукой, и всё, образ собран. Закрыл за собой дверь и двинулся вниз по коридору. Музыка из соседних комнат гремела, кто-то уже напился и орал песню во всю глотку.
«Чёрная ночь» – так назывался клуб. На входе всегда очередь из студентов, туристов и местных. Но когда ты капитан баскетбольной команды, тебе не нужно ждать. Охранник кивнул мне, и я прошёл мимо толпы.
Внутри было сумасшествие: огни, дым, музыка била в грудь, люди танцевали так, будто завтра не существовало. Я заметил друга и парней за большим столом. Они подняли руки, встречая меня, и кто-то уже крикнул:
— Капитан пришёл!
Я улыбнулся. Это было моё место. Здесь меня знали, уважали, любили. Здесь не было рыжих девушек с упрямым взглядом, которые рушили мои правила.
— Ну что, ты наконец-то с нами, — Лука хлопнул меня по плечу. — Думал, рыжая тебя в плен забрала.
— Не смешно, — усмехнулся я, но он уловил реакцию.
— Ага, значит, зацепила, — протянул лучший друг, поднимая бокал. — Ладно, разберёмся позже. Сейчас расслабляемся.
И мы начали. Кружки с пивом, стопки с текилой, смех, тосты за победу в ближайшем матче. Музыка гремела, и постепенно я начал отпускать то, что сидело внутри.
Фанатки появились, как всегда, будто по расписанию. Девушки, которые знали нас по матчам, следили в соцсетях, приходили в клубы в надежде оказаться ближе. Некоторые из них я знал по именам, слишком часто встречались. Они смеялись, крутились рядом, бросали взгляды.
Одна выделялась – брюнетка в коротком платье, которое скорее намекало, чем прикрывало. Она уже не раз приходила на наши игры, я помнил её крики с трибун.
— Привет, капитан, — её голос прозвучал прямо у уха, когда я повернулся от стола. — Ты сегодня выглядишь... напряжённым.
Я усмехнулся, отпивая из бокала.
— Может, потому что только что сидел над скучным проектом.
— Бедняжка, — девица наклонилась ближе, её рука коснулась моей. — Думаю, я знаю, как тебе помочь.
Я поймал себя на том, что не отстранился. В её взгляде не было загадок, никаких стен – только откровенное приглашение. Может, это и нужно было. Простота, понятные правила. Без того, что я почувствовал с Авророй.
— А почему бы и нет, — сказал я тихо.
Она улыбнулась, и я понял, что выбор сделан.
Мы вышли из-за стола под шум свиста и подколов от парней. Лука лишь поднял большой палец.
Музыка в клубе гремела, но в туалете было почти тихо. Брюнетка потянула меня внутрь одной из кабинок, и дверь хлопнула за спиной.
Она сразу прижалась, её губы нашли мои, жадные, настойчивые. Я ответил, механически, привычно. Её руки скользнули по моей спине, потом ниже, и я притянул её ближе, чувствуя, как тело реагирует.
Губы, дыхание, запах алкоголя и сладких духов. Всё было слишком знакомо. Я позволял себе идти за этим, прижимая её к холодной стене кабинки. Её пальцы скользнули под мою футболку, а я, не думая, провёл рукой по её бедру, чувствуя тепло кожи.
Девушка стонала, кусала мою губу, а я будто играл роль, в которую сам же себя загнал. Всё было правильно: я, капитан, с красивой фанаткой в клубе. Всё так, как всегда.
Но где-то глубоко внутри было странное ощущение. Будто я повторяю движение, которое уже не приносит удовольствия. Будто я сам себя обманываю.
Её платье было задрано, её пальцы цепляли мои волосы, она шептала что-то возбуждённое, но в голове всплывал другой образ. Веснушка. Её смех, когда она впервые позволила себе улыбнуться рядом со мной. Её пальцы, случайно касающиеся моих. Её взгляд, когда она сказала: «Не называй меня Веснушкой».
И в этот момент я понял: то, что я делаю, – это бегство.
Фанатка выгнулась, её дыхание сбивалось, но я отстранился. Секунду смотрел на неё, потом тихо выдохнул:
— Извини.
Она удивлённо моргнула.
— Что?
— Просто... не сегодня.
Я вышел из кабинки, оставив её в замешательстве. Холодный воздух бара ударил в лицо, и я сделал глубокий вдох. Музыка снова обрушилась на меня, смех, крики. Я прошёл к барной стойке, взял стакан воды и сделал несколько глотков.
И именно тогда я увидел её.
Аврора.
Она стояла у входа в клуб, рядом с ее подругой Мией. И если я ожидал увидеть её в джинсах или спортивных штанах, как всегда, то ошибся. На ней было платье – чёрное, обтягивающее, с вырезом, который оставлял слишком мало для воображения. Волосы распущены, пухлые губы накрашены. Она выглядела не просто красивой. Веснушка была... убийственно сексуальной...
Я замер, сжимая стакан. Всё, что только что происходило, моментально потеряло смысл.
Ирония была в том, что именно от неё я пытался сбежать. А теперь она стояла здесь, и я понял – от неё сбежать невозможно.