Воины луны

Кажется, мой план не сработал, потому что очнулась я, когда кто-то очень сильно сдавливал мою грудную клетку, восстанавливая работу моего сердца. Это было ужасно, словно я постоянно задыхалась. Каждый мой вздох прерывался грубым нажатием на грудную клетку. Я пыталась сфокусировать свой взгляд на том, кто якобы пытался спасти меня. В глазах двоилось, я чувствовала мерзкий привкус крови во рту, кашель раздирал горло, и в итоге меня вырвало водой. Мерзкое ощущение.

-Ты чего удумала?- раздался над ухом чей-то явно злой и раздраженный голос. В глазах нечетко вырисовывались каштановые волосы и резкие черты холодного лица. Я не удивилась - это был Дэниел, глаза его были полны злости и одновременно волнения - Я не позволю тебе так глупо умереть. Самоубийство? Ничего лучше не придумала? Хочешь, чтобы тебя привязали к столбу без воды и еды?

Дениел пару раз похлопал по щекам, словно проверяя в порядке ли я. Я все еще дрожала от холода, но больше всего я дрожала от отчаяния, хотелось выть и лезть на стенку, потому что моя попытка не удалась и я снова подвергаю своих родных опасности. И последнего кого я хотела видеть - это Дениел. Я вижу его лицо, привычные черты, но он больше не тот, кого я помню, не тот, кого я знаю. Его глаза холодны, а губы сжаты в тонкую линию. От него больше не пахнет дешевыми духами, он не носит милые пуловеры и свитера. Лицо все тоже, но кажется начинка не та.

- Я поражаюсь, как тебе это в голову вообще пришло. Жить, что ли надоело?

Он поднял меня на руки и переложил на кровать. Скорее всего, все потом будет мокрым, но какая разница.

- Мои... мои - закашлялась я. Мой голос был хриплым, как будто я съела тонну мороженного.- Мои родные в опасности из-за меня. Я ключ ко всему, к безумному плану Камилы, не будет меня, все останется на своих местах. Все будут в безопасности.

- Ты не можешь умереть вот так. Ты будешь умирать и воскресать. Твоя вампирская половина не даст тебе просто так умереть. Ты бы воскресла. Тебя можно убить, только если кто-то оторвет тебе голову, сожжет на костре или выкачает всю кровь. - Он фыркнул и достал полотенца из шкафчика и кинул их на кровать. Я начала понемногу восстанавливаться. Силы возвращались, и боль ушла. - Кровь - наша жизненная сила, она возрождает нас.

Я откашляла остатки воды и глубоко вздохнула. Я была подавлена. Обычно жертвы суицида радуются своему второму шансу или пытаются повторить попытку, но я уже не знаю, чего хочу. Я беру полотенце и вытираю волосы.

- Если бы я умерла - это безумие закончилось бы.- Сказала я, посмотрев на Дениэла. - Ты уже не чувствуешь ничего, но я не могу просто так выключить чувства, не могу забыть любимых и дорогих людей.

Дэни на секунду застыл ко мне спиной с полотенцем в руках. Минуту он стоял неподвижно, устремив свой взгляд в пустоту, а потом повернулся ко мне. В его глазах застыл холод, а губы сжимались в жесткую линию.

- Вы не понимаете, что значит быть вампиром. Вы самодовольно считаете, что если умеете сочувствовать, любить или злиться, это ставит вас выше,- его голос холоден и спокоен, но только дурак не услышит в нем нотки презрения и злобы.- Да, наше сердце больше не любит, так как прежде, да я не сочувствую, я не имею жалости, я больше не дорожу дружбой, но у меня есть что-то гораздо большее. Мы умеем строить связь с тем, кого выберет кровь. Кровь всех нас объединяет и лишь она решает с кем связать жизнь.

- Как это работает?- спросила я, надеясь, что не разозлю его еще больше. Я ничего об этом не слышала.

- Это на подсознательном уровне. Я чувствую запах и понимаю, что могу быть с этим человеком. Он может быть другом, братом или любимым человеком. Все это сложно понять. Это нужно чувствовать. Мы не строим пресловутые отношения, мы строим связи.

Я мало чего понимала, голова все еще разрывалась, но кое-что я все, же усвоила. Чувства вампиров распространяются только на тех, с кем у них есть связь. Я бы хотела вернуть своего друга. Это слишком больно - видеть его таким злым и бесчувственным по отношению ко мне, он стал совершенно другим. Словно его худшее отражение стало главным, словно самые сокровенны демоны вырвались наружу. Стараясь говорить, как можно мягче я спросила:

- А я могу построить с тобою связь?

Дэниел на секунду опешил, и в глазах мелькнуло что-то светлое, словно на пару секунд он стал прежним.

- Нет, - коротко ответил он и снова отвернулся. Дернув за ручку шкафа слишком резко, он достал еще одно платье. Это было темно-вишневое, длинное, плотное платье с круженым верхом и расшитым кружевом подолом.

Я не была пленницей этого места, в том ужасном проявлении жестокости, что обычно представляют себе люди. Я была птицей в золотой клетке, птицей которой дорожили... Дорожили, но как свиньей на убой.

- Почему? Почему все не может быть, как раньше? Ты же был хорошим...

- Хорошим другом?- рявкнул Дэни и кинул платье не кровать. Его лицо исказилось гримасой боли и злости.- Я был хорошей жилеткой, хорошим эскортом на вечеринки и праздники, я был идеальным запасным планом! Мне было мало этого... А теперь иди, переодевайся.

Я встала с постели, ощущая легкую слабость, взяла платье и подошла к ширме. Холодный материал прилип к коже, и его тяжело было снимать, кожа покрылась мурашками. Новое платье было намного теплее, мягкая ткань легко скользила по коже.

Выйдя из-за ширмы, я увидела, что Дениел сидел на кровати без пиджака и закатывал мокрые рукава. Он смотрел в никуда и еле сдерживался, чтобы не сорваться. Контроль. Разум. Все то, что отличает всех нас от животных. И ему этот контроль необходим. Его плечи дрожат, он ищет его, собирает по крупицам весь свой контроль.

- Ты не был запасным вариантом,- робко сказала я и начала делать тихие шаги. Дэниел смотрел в пол и глубоко дышал, выравнивая пульс.- Мы были хорошими друзьями, ты захотел большего, я согласилась. Мы попробовали, но мое сердце всегда принадлежало ему. Наши отношения были обречены. Ты был всегда мне дорог, пусть мы и не стали парой.

Я потянулась к его волосам, что бы потрепать их, как раньше, но он перехватил мою руку. Его голова резко вздернулась, словно кукловод дернул за веревку, его глаза стали черными, как сама тьма, а вокруг глаз появились тени.

Он сжал запястье, словно тисками, а второй рукой схватил за горло. Мгновение, и боль разлилась по затылку, когда меня ударили об стену. Но это было не самым страшным. Лицо Дэни в этот момент было совершенно искаженным. Бледное, словно у трупа с черными, налитыми кровью глазами и тенями по ними, с бледными высохшими губами по краям и кровавой серединой.

- Замолчи!- его слова громом раздаются в маленькой комнате.- Ты что-то говоришь, пытаешься достучаться до человека внутри, но ты ошибаешься. Он мертв. Все что ты делаешь, ты делаешь не ради меня, а ради себя. Хочешь спасти пропащую душу? Нет. Не выйдет.

Я уже не узнавала его. Эта смена настроения... Все слишком быстро. Безумие окружало нас, проникало в клетки и заражало все вокруг. Дэни не был безумным, но его гнев делал его таким.

- Ты думаешь, мне больно? Больно от того, что ты выбрала другого, когда я все время был рядом с тобой? Нет, я ощущаю лишь синдром фантомной конечности. Тебя нет, а я все еще чувствую. Боли нет, лишь ее фантом не дает мне покоя.

Его пальцы сжимали горло, и я больше не могла сдерживать слезы. Они застилали глаза, скатывались по щекам, по подбородку. Он не слышал моих криков, когда его руки сжимали мое горло все сильнее. Я начала давиться слезами, соленными и такими горячими в этот момент.

Я перестала слышать его от оглушающего удара по голове, я перестала ориентироваться в пространстве, была лишь боль. Как будто я снова тонула. Его глаза пронзали меня, словно стеклянные иглы, ему нравилось видеть мою боль. Он как будто совсем не прилагал сил, он держал мое горло в вытянутой руке и внимательно смотрел на то, как я страдаю.

Его завораживало это, как будто время остановилось.... Но тут что-то щелкнуло в его голове, ибо он отпустил меня, и я упала на пол, больно ударившись спиной. Воздух резко поступил в легкие и я закшлялась. Всю грудь словно охватило огнем.

Дэни опустился на корточки и взял меня за подбородок, внимательно посмотрев в глаза.

- Ты выводишь меня из себя! Перестань пытаться достучаться до него, его больше нет.

- Если ты пытался меня задушить, значит все- таки есть. Значит что-то человеческое в тебе осталось. – ответила я хриплым голосом, - Не всегда человечность это сочувствие, в нашем мире человечность – это то, что делает тебя человеком, это эмоции. Тебе было бы плевать на все, что я говорила, если бы человек в тебе умер.

Он скривился сильнее, его брови нахмурились и жевалки заходили под острыми скулами, он медленно приблизился к моему уху, со злостью сжимая мой подбородок.

- Ты глупая девчонка! Ты никогда не сможешь вернуть его. Он слаб, он был так сильно в тебя влюблен, что продал душу Камиле, так хотел завладеть тем, что не принадлежит ему, - его слова текли, как мед с ядом, его большой палец лег на мою нижнюю губу и, надавив на нее, он прошелся по ней,- хотел почувствовать то, что чувствовал он. Ты стала, ты стала рождением нового человека. Спасибо.

И его губы легли на мои. Я не успела ничего сделать, он поцеловал меня, мое тело сковало. Это был шок, и я это понимала, но пару секунд была неподвижна. Его губы были холодными, словно каменными и такими чужими, он и раньше меня целовал, но сейчас это было совсем не то. Наконец, сработал рефлекс и, прикусив его губу, я оттолкнула его. Дэниел отлетел довольно далеко и врезался в спинку кровати. Сдавленный стон слетел с губ, и он скривился от боли.

Я испуганно прижалась сильнее к стене, накрыв губы ладонью, я почувствовала кровь, но она не была моей. Она была его.

Я переводила взгляд со своих пальцев с капельками крови Дэниэла на самого Дэниэла и не могла никак понять, что только что произошло.

Но, кажется, Дэниэл не собирался в этом разбираться, он поднял на меня взгляд, встал, поправил манжеты на рубашке, взял пиджак и подошел ко мне. Эта холодность и недосказанность пугала меня.

Я тяжело дышала, в горле засел комок и не давал сказать ни слова. Поэтому я не сопротивлялась, когда он вцепился мне в руку, резко поднял меня и толкнул в спину. Его голос раздался у меня за спиной.

- Это ничего не значит, я лишь взял свое.

Дэниэл был непредсказуем и потому опасен. Он то срывался и открывался, то выстраивал холодную стену, и это было ненормально.

Больше он  ничего не сказал, пока тащил меня через лабиринты коридоров. А я чувствовала себя грязной, подавленной и разбитой. А сейчас меня еще, куда-то тащили, и я не понимала, что происходит, и самое ужасно, что то, что сейчас произошло, это лишь цветочки, перед тем, что должно было произойти сейчас. Я знала, меня не просто так ведут к Камиле. Время пришло.

Мое чутье не подвело меня. Дэнэл втолкнул меня в лабораторию, но она выглядела уже по другому. На стенах висели все те же бумаги, но с пола все было убрано, не было ни каких столов, компьютеров и химических приборов. Он был абсолютно пуст. А на деревянном полу, было, кучу непонятных символов и знаков. Я даже замерла на пару минут. Это поражало.

На полу были наросовыны полосы и круги, я не сразу поняла, что к чему. Но я все-таки разобралась. Я видела один большой круг, в котором была нарисована какая-то семиконечная звезда и еще два круга, которые были присоеденины к большому, в одном была луна, а в другом солнце. Вокруг этого были нарисованы какие-то символы, расставлены свечи и разложены травы и магические артефакты.

О, Боже! Это произойдет сегодня. Оснознание этого факта заставило мое сердце колотиться так сильно, что думала, сломает мою грудную клетку. Это страх.

Камила ходила внизу, следя за правильностью начертаний, она была напряжена, сосредоточена. На ней было золотое шелковое платье, украшения, вся она выглядела, как будто сегодня самый важный день в ее жизни. Все в ней говорило о пышности и праздности. Она следила за ведьмой, которая руками рисовала на полу символами. Ведьма была старой, на ее лице были те же индейские символы, что и на Гордой Орлице. Ее седые волосы были заплетены в косы, а в волосах поблескивали медные монетки и перья. Ее губы шептали какие-то слова, а ресницы порхали, будто она уже была в трансе. Рядом был Август, он очень нервничал, но старался не показывать виду. На нем была белая рубашка, она была расстегнута и по всему торсу виднелись закорючки и знаки, нарисовынные кровью.

Дэни толкнул меня в спину, и я очнулась. Масштабность подготовки меня пугала, мне не удастастя вырваться. Мы начали спускаться по лестнице. Ноги становились ватными с каждой ступенькой, я думала, если перемахну через перила и упаду вниз я не умру. Я покорно спускалась по лестнце.

- Дорогая, Реббека! Думала ли ты, что этот день настанет?! - говорила она, сияя от счастья. - Наконец, мой народ освободиться от власти солнца.

Она подошла ко мне, протянула руку и взялась за мой подбородок, покрутила мое лицо, оценивая его.

- Тебе, моя дорогая, выпал шанс, быть ключом, проводником, ты - единственная и неповторимая, твое имя войдет в историю!- ее глаза горели восторгом, а в голосе слышалось восхищение, будто она завидовала.

- Меня запомнят, как ту, благодаря которой начался конец человечества, - огрызнулась я, резко отвернувшись, пытаясь избавиться от ее пальцев. Но Камила, словно не слышала моих слов, она развернулась и ушла к сыну. А ко мне подошла ведьма. На ее лице не было радости, она словно в Макдональсе картошку продавала, будто бы все, что здесь происходит, это ее работа.

Она взяла меня за руку и отвела к единственному столу, на котором стояли свечи, лежали травы, книги и стоял сосуд с кровью.

Ведьма подняла руки к моему лицу, и прошлась по ним пальцами, что-то шепча.

- Вы же понимаете, что все, что здесь происходит нужно остановить? - произнесла я шепетом, пытаясь достучаться хоть до нее. Но это было бесполезно. Она была не в себе. Как и я. Страх просочился во все жилки моего тела. Я боялась, что будет больно. Я боялась, что почувствуют мои люди, когда это произойдет. Потому что вампиры что-то точно почувствуют, значит и волки почувствуют, как у них забирают их силы. Это непоправимо.

Ведьма начала рисовать на моем лице знаки и символы, а так же на шее и на ладонях. Я посмотрела на Августа, я никак не могла понять. Ему нравиться план его матери или он его презирает. По карайней мере, сейчас он боялся, так же как и я и в отличие от своей матери какжется представлял, на что идет. Его глаза были пустыми и смотрели вникуда, руки и без того бледные и тонки, слегка потряхивало, его рубашка болталась на плечах и я бы даже оценила его торс, но не сейчас. Август был красив, но все, же он вампир и, кажется, хочет смерти всего живого.

Когда ведьма закончила, она взяла мою голову в руки и приблизила так близко, что я увидела все морщинки. Впервые, с момента, как я здесь, ее глазза были светлыми.

- Будь сильной, тебе будет очень больно, но если ты будешь сильной, то сможешь помочь своим родным! - прошептала и отпустила меня.

Происходящее казалось мне кошмаром. Но, оказалось, было что-то хуже.

Распахнулись двери и два здоровенных вампира притащили Кэролайн, она была все такой же уставшей, помятой и побитой. Ее волосы все так же были спутаны, а одежда грязной. Она взглянула на меня, и в глазах ее прояснилось, она осознала тот ужасный факт, что происходящее сейчас, это правда. И она заплакала. Слезы стекали по ее щекам, и она лишь шептала:

- Прости меня, мой мальчик! Я не смогла тебя защитить мой дорогой Итан.

Я хотела броситься к ней, потому что мое сердце так же разрывалось от боли и отчаенья. Но на моих руках быстро оказались кандалы.Я не понимала, зачем здесь Кэролайн, пока ее не потащили в круг, где была нарисована луна.

- Нет! - закричала я, - Вы обещали, что она будет в безопасности!

Слезы потекли по моим щекам, и я не могла контролировать эту боль. Я ничего больше не контролирую. Внезапно я почувствовала эту слабость, как будто что-то внутри сломалась, и я упала на колени.- Вы обещали!

- Девочка, я обещала, что она будет в безопасности, но она и была. До этого дня. Здесь и сейчас она выполняет ту функцию, ради котоой и была приведена сюда. Она была очень близка со своим народом. Она очень похожа на королеву Диану, такая же добрая и милосердная. Она всегда помогала всем нуждающимся. И поэтому я выбрала ее. У нее очень сильная связь с прошлым и настоящим поколением.

- Тогда почему ты выбрала своего сына? Почему не ты сейчас на его месте? - поднв голову, спросила я, - Ты же мать, зачем ты отправляешь его на смерть.

- От Августа в тебе вампирский ген, он тебе его передал через тысячи людей и сотни поколений. Я не могу быть проводником, я начало, но не проводник.

Она говорила, но я не верила ей, она просто не хотела умирать и была настолько эгоистична, что отправила своего сына. Конечно, возможно никто и не умрет, но все же, это не прогулка по парку.

Это превращалось в кошмар, худший сон в моей жизни. В такие моменты надеешься, что сейчас что-то произойдет, что остановит это безумие, как в фильмах, в последний момент все станет хорошо.

Ведьма подошла к Камиле и что-то прошептала, та радостно улыбнулась и посмотрела на нас всех.

- Ну, что-же начнем! – она подошла ко мне и взяла за руку, ее руки были необыкновенно холодными, не такими как у Дэни, она повела меня и поставила в средний, самый большой круг. Август встал в круг с солнцем, а Кэролайн, которая уже не контролировала себя, перетащили в круг с лунной.

Камила отошла подальше, а вперед вышла ведьма. Она начала издавать какие-то непонятные мне звуки, так обычно настраиваются люди на медитацию, а потом она начала произносить заклинание, ее шепот потихоньку обрастал звуками и обретал громкость.

Вдруг круги вокруг нас вспыхнули и вверх взлетели стены, которые искрились и переливались, я посмотрела на Августа, который ради интересаподнес руку к барьеру. Его тут же ударило, словно током и он согнулся пополам. Я подумала, я так экспериментировать не буду. Мне все равно не сбежать. Адреналин разливался по конечностям.

Я с сожалением смотрела на Кэролайн, которая сидела в своем кругу и безудержно била по полу, словно пытаясь провалиться сквозь него.

Когда голос ведьмы переломился и стал громче, я увидела, как с листов, висящих на стенах, начали отслаиваться знаки, они летели к нашим барьерам и встраивались, словно рисунки на стенах, с пола в вихре поднимались предметы и свечи, они закружились вокруг нас, и вот тогда я услышала вскрик Кэролайн.

Ее тело поднялось и замерло, внутри ее круга поднялся вихрь золотого света и начал кружить ее. Тысячи золотых частиц, вихрь магии вытаскивал из нее, я почувствовала, как у меня что-то исчезло внутри, вероятно это и есть тот кусочек силы, нужный вампирам. Крик Кэролайн становился все громче, поток увеличивался, и он разрывал ее на части. А вместе с этим и разрывалось мое сердце, слезы покатились по щекам и я снова упала. Не имея возможности помочь, чувствуя свою беспомощность, я ударила в свой барьер, забыв о боли, которая и пронзила меня в итоге, швырнув мое тело об деревянный пол.

Вдруг тело Кэролайн безвольной куклой упало на пол, и весь этот поток направился ко мне. Теперь моя очередь.

Я так же подлетела в воздух, и вокруг меня закружил ветер. Я уже почти не слышала голоса ведьмы. Сначала это было даже щекотно, маленькие блестящие светлячки подлетали к сердцу и проникали в него, но чем больше их становилось, тем больнее становилось. Я начала чувствовать, как будто, кто-то пытается проткнуть меня раскалёнными прутом и вот тогда я закричала. Я думала, сердце разорвет от такого, но это было начало, поток начал расширятся и тут уже все тело пронзают мелкие раскалённые шипы, которые разрывают все изнутри.

Это длилось целую вечность, а потом кончилось и меня так же швырнуло на пол. Даже он сейчас казался периной.

Очередь за Августом и я надеюсь, его разорвет, потому что пока что все идет по плану Камилы. Я подняла голову с пола с огромным трудом, мне казалось, будто я разгружала ежей, которые весил тонну на сорокоградусной жаре. Тело болело, ломило и жгло. А восстанавливаться я не могла, мое тело было настолько истощено, что если бы начался процесс восстановления, он бы меня и убил. Я хотела увидеть, как Август будет страдать, и я хотела увидеть реакцию Камилы. Я хотела видеть, как физическая боль раздирает Августа за то, что он сделал, я хотела видеть, как разрывает Камилу за то, что чувствую я сейчас, за то, что убила отца Итана, за то, что лишила Кэролайн семьи, за ту войну, что начнется между ними. Но она стояла спокойно, она лишь внимательно наблюдала за процессом, с тем, же восторгом в глазах, что и прежде. Ее сыну досталось больше всех, энергия заклинания была направлена полностью на него, через него она должна пройти по всем родословным Августа и Камилы.

Вдруг вихрь закружился раз в пять быстрее, тело Августа поднялось почти под потолок. Послышался треск. Это начал трещать барьер, тонкие трещины пошли по всему периметру круга, и в эту же секунду раздался взрыв. Все вокруг сотряслось, поток энергии вырвался наружу, меня откинуло в барьер, который через секунду треснул, свет тысячи огоньков ослепил меня, мне показалось это конец. С трудом мне удалось открыть глаза, я увидела Камилу, которая сползала по стене, как пришпиленная бабочка. Одна ведьма стояла на ногах, схватившись за лестничные перила. В голове звучал ультразвук, эта небольшая контузия быстро прошла, я начала различать предметы в комнате. И меня мучал лишь один вопрос, который волновал всех в этой комнате. Получилось ли?

Август лежал без сознания. Камила, стуча каблучками по полу, подбежала к нему и упала на колени. Дешевая мелодрама в ее исполнении бесила меня. На ее лице сразу же нарисовались, сочувствие, вина и забота.

- Август, сынок, как ты себя чувствуешь? – спросила она с явным интересом на лице.

Август закашлялся и открыл глаза, выглядел он как поджаренное мясо, как хорошая отбивная, которую не только хорошо отбили, но и хорошо прожарили.

- Мама...

Его голос был слабым и хриплым.

-Да? – не унималась Камила.

- Мама... Мне больно...- слезы текли из глаз Августа, и мне было жаль его, но я знала, он заслужил это.

Камила щелкнула пальцами и как любимому хищнику в зоопарке, Августу притащили жертву. Это была какая-то молоденькая девушка, Камила подтащила ее к себя, оставив кровавую дорожку на полу, черканула ногтем по запястью и поднесла ко рту сына. Он нежно кормила его, пока его голова лежала на ее коленях, а сама гладила его волосы.

Когда Август на глазах начал поправляться, он сам вцепился в жертву и осушил ее полностью. Он встал на ноги, поправил манжеты и приказал отворить окно.

На крыше, которая была сделана из специального стекла заходили механизмы, и открылось среднее круглое окно. Круг солнца проник в комнату.

Все замерли в ожидание. В этот момент очнулась и Кэролайн, она подползла ко мне и взяла мою руку. Не знаю, кому это успокоение нужно было больше. Мне или ей.

Август очень осторожно протянул руку к свету, его пальцы слегка дрожали. Он сделал еще шаг, и кончики пальцев попали под свет. И ничего не произошло. Он не загорелся. Даже шипеть не начал. Все так же аккуратно, как в воду, он заходил в кружок света...

У нее получилось. Август может ходить под солнцем, а значит и через некоторое время и остальные тоже смогут это делать.

-Август, у нас получилось, - Камила протянула руки, и сын заключил ее в объятья.

- Да, получилось.

Эта маленькая сценка будет длиться не вечно, через пару минут они вспомнят о нас, и я знаю, каким будет приказ.