Глава 4.
Утро следующего дня я проспала, не сработал будильник, пришлось отложить прогулку до реанимации.
Влетев в школу и успев к первому уроку, я постаралась погрузиться в учёбу и хоть как то отвлечься от больницы. Я обещала ему быть сильной, и я справлюсь.
На уроке литературы было задано читать роман.
Парни читали и пофыркивали, девушки шмыгали носами. Я не собиралась даже брать в руки книгу, но учитель очень выразительно на меня посмотрел и мне пришлось открыть эту розовую хреньку. И на первой же странице меня ждал удар. Там был описан бал, а частности пара на этом балу. Читая очень подробное описание всех вдохов и выдохов, касание губ и рук моя память выкинула совершенно другую картину...
Это было летом. Тогда мы только начинали общаться чуть ближе, чем друзья и я никак не могла сказать ему о своих чувствах. Мы задержались уже на час и ругани с родителями было не избежать, но мне было глубоко плевать. Мы сидели на тёплом песке, слегка касаясь плечами. Его лазерная указка показывала на небе созвездия которые он знал огромное количество. Я смотрела не сколько на звёзды, сколько на него, его длинные пальцы, широкие плечи, шея...
Мне хотелось дотронуться до него, обнять, вдыхать особый запах его тела, одежды. Я видимо сильно откровенно пялилась, потому что он давно уже не говорил про звёзды, а смотрел на меня. Глаза в глаза. Осторожное касание моей руки его пальцами вызвали целый поток мурашек. Мы как будто застыли. Мне резко стало холодно, лёгкие отказывались работать.
- Нам пора, твой мобильник уже разрывается от звонков - тихо сказал он.
- Да, это так - подтвердила я, но не сдвинулась с места. Его рука тем временем переместилась ко мне на талию. Он протянул меня к себе, так что моя голова оказалась на его плече. От этой внезапной близости у меня как то странно забилось сердце.
- Помнишь, после того как мы помирились ты предложила пока все не усложнять?
Я глубоко вздохнула:
- Ну, да. А что?
-Просто я люблю тебя, а твои чувства для меня - тёмный лес. Мне хочется, чтоб ты знала это, что я рядом и ни за что не оставлю тебя.
Он так просто это сказал. Я физически ощущала, как мои зрачки расширяются до размеров пятирублёвой монетки.
Но я не могла сказать ему тогда эти три слова.
Я убрала его руку со своей талии и легла на песок закрыв глаза. Мне нужно было подумать, решить, взвесить...
Зная себя, свою ревность, настырность...я просто не хочу ему проблем. "Дура"- лакончино заметил здравый смысл - " ты просто боишься быть брошенной, ненужной. Ты хочешь счастья, но ничего не делаешь для его достижения."
Я со вздохом поднялась. Он так же сидел рядом. Смотрел на другой берег моря. Он выглядел спокойно , только переплетённых пальцы на руках и покусывание губ выражало карайнюю степень его волнения.
Я положила руку ему на щёку и повернула к себе. Он вздрогнул от этого прикосновения и замер, глядя, как мне показалось, в мою душу.
- Знаешь, я просто боюсь. Всегда. - сказала смотря ему в глаза - Боюсь быть разочарованием, или не той за которую меня принимают. Я очень ревнивая, своевольная и...требовательная к выражению чувств в мою сторону. И поэтому...
Он не дал мне договорить повалив на песок и заключив в самые тёплые и уютные в мире объятия.
- Я принимаю твою любовь, Евгения Ровенская!
-Дурак! Я ничего не говорила! - я старалась хоть как то вылезти из под него и глотнуть воздуха. - Псих! Дурак! Пустииииии!!- я сорвалась на смех, когда он схватил меня за бока и начал немилосердно щекотать.
Наконец отпустив меня, но непереставая нависать он посмотрел мне в глаза. Я в смущении отвернулась.
- Жень, посмотри на меня.
Я повернула голову в его сторону и в туже секунду его губы накрыли мои.
*Вера*
Я не очень люблю такой жанр, но книга действительно оказалась увлекательной. Оторвавшись на миг я хотела что то шепнуть Жене, но глянув на её силует поняла, что что то случилось.
Она сидела не естественно напряженно, побелевшими пальцами заломив страничку книги.
Взлохмаченые волосы скрывали половину её лица, открывая только кончик носа и контур губ. И те шептали. Я была почти уверена, что она опять ушла в воспоминания о нём...
Я не сильно толкнула её в плечо. Она вздрогнула и перевела взгляд на меня.
- Я видела его, Вер. Такого живого, такого...
- Я понимаю, Жень. Ты ещё увидишь его таким же.
Она вымучено улыбнулась, но захлопнула книгу и отложила на самый край парты.
*Женя*
Закончились уроки. И я пошла в сторону больницы. Проходя мимо магазина с художественными принадлежностями я ощутила знакомый зуд в кончиках пальцев и неожиданная сумасшедшая идея, которая посетила меня в тот миг, почти толкнула на шаг ближе ко входу. Трезвый рассудок взревел как танк и остановил меня. Я вздохнула и пошла дальше.
Дойдя до палаты я уловила знакомый запах духов. Выглянув из за угла увидела, как моя мать шла по коридору и говорила о чем то с Валентином Кирилловичем.
- Доктор, как он?
- Ольга Алексеевна, он не собирается уходить на тот свет в ближайшее время. Но я и не скажу, что он идёт на поправку. И извините за не скромный вопрос, но вам то, какое дело?
Они остановились в пяти шагах от меня. Мама несколько нервно дёрнула сумочку, но спокойно ответила:
- Как вы знаете, моя дочь часто, навещает этого мальчика. Из за этого, она плохо учится, и выглядит очень нездоровой. Считайте, что это материнские инстинкты.
Валентин некоторое время смотрел на мою мать, и что то для себя решив, пошёл дальше по коридору.
- Я понимаю, что вы переживаете за свою дочь, но во-первых, это её жизнь, и она вполне взрослая, чтобы принимать серьёзные решения. При этом, она любит его и это не простая подростковая любовь. А во-вторых, если парень и вернётся, то только ради этой девочки...
Они ушли дальше по коридору.
Я стояла обдумывая услышанное.
"Не подростковая любовь...если и вернётся, то только ради этой девочки..."
Странно, что моя мать снизошла, до того, чтоб посетить частную поликлинику, а тем более узнать как дела у человека, который ей отвратителен.
Мне не захотелось зацикливаться на этом. Я перешла коридор и толкнула дверь палаты.
Без изменений. Линия скачет, приборчики пищат. Я отметила это с полным безразличием.
-Привет, опять видела тебя. Ты пытаешься ко мне вернуться?
Знаешь, столько ждать даже позорно. Ты обещал приехать, и вот до сих пор даже не собрался, я уже могу обидеться.
Я говорила какую то чушь, представив,что это обычная наша встреча, на которую он опаздывает. Только с той разницей, что мы никогда не встречались в больнице.
Дом меня встретил угнетающим молчанием. Я хотела поговорить с мамой на счёт того, что слышала, но затем раздумала. Матери всё равно на Макса. Она и в больницу то пришла, только для того, чтобы найти ещё аргументы, чтоб я перестала "дурью маяться". Глубоко вздохнув я вошла в кухню. Папа читал газету, мама помешивала кофе. Поздоровавшись с ними я подошла к холодильнику, нашла пару яиц и решила сделать омлет.
- Женя, тебе стоит жить дальше, не жди что он вернётся.
Моя мать сказала это настолько мягким и спокойным голосом, что меня это удивило больше, чем сам смысл предложения. На неё это было не похоже.
Не подавая виду, что я удивлена её интонацией, повернулась к ней и, сложа руки на груди, спросила:
- С чего такие выводы?
- Я была в больнице, мальчик в плохом состоянии и ему становится только хуж...
- Он стабилен - резко поправляю её я.
-Хорошо - мама подняла вверх две ладони, словно защищаясь - хорошо, он стабилен, но этого мало, чтоб его ещё держали в больнице. Ты знаешь, у его матери мало денег, она не сможет оплачивать ему все аппараты...
За мой спиной зашипела еда и я резко отвернулась от взгляда матери. Наложив себе полную тарелку села и меланхолично стала насыщать свой организм пищей.
- Ты думаешь, я не знаю этого? - спросила я неожиданно, в первую очередь для самой себя - Ему осталось пара - тройка недель, но я гоню эту мысль прочь. Мама, он должен прийти в себя, я в него верю. В крайнем случаи разве мы не можем помочь деньгами?
- Кто он нам? - резко спросил отец, до этого спокойно сидевший в кресле - Я не горю желанием помогать ему.
Я мрачно на него посмотрела, но промолчала. Они правы, прошло около месяца, как он в коме. Счёт идёт на дни, минуты, и их все меньше.
Но не помочь человеку который дорог их ребёнку, котрый не сделал никому ничего плохого...порой мои родители жестоки.
Я со вздохом доела последний кусок и пошла мыть тарелку.
- Жень, мы видим, он тебе дорог. Но ты должна задумываться о том, как в случаи чего жить без него.
- МАМА! - Мой голос предательски дрогнул слёзы обжгли глаза, но не захотели катится по щекам - Это слишком! Нельзя же быть настолько жестокой!
- Это не жестокость, а реальность, Евгения. И не смей кричать на мать - спокойно заметил папа.
Я с отчаянием посмотрела на них. Да как же они...они же.
Я выбежала из кухни и не одеваясь выскочила на улицу.
Бежать по улице было отрезвляюще. Я бежала мимо витрин, прохожих, сама не зная куда. Дыхание выравнивалось. Вдыхая в себя потоки холодного, пахнущего сиренью и морем воздуха я успокаивалась.
Ноги сами меня вынесли к больнице.
Остановившись в паре шагов я задумалась о том, что я всегда бежала к нему, когда дома, в школе, были проблемы. И даже сейчас, когда он не может помочь я бегу к нему. Не весело усмехнувшись своим мыслям я подумала о том, что куда я побегу если он умрёт. На кладбище или сразу туда...наверх?
Поток холодного ветра заставил меня поёжится и я мысленно поругала себя за столь безрассудной поступок.
Выскочить на улице в одной футболке и джинсах, когда на улице от силы плюс десять.
Двери больницы открылись и оттуда вышел Валентин. Я хотела быстро уйти, но он заметил меня, и подошёл ко мне.
- Евгения, что вы тут делаете? И в такой одежде? С вами все хорошо?
- Нет. Я замёрзла.
- Вы серьёзно? - иронично изогнул брови доктор.
- Абсолютно.
Мы некоторое время смотрели друг на друга. Наконец врач произнёс:
- Я так понимаю, бесполезно ждать объяснения?
Я кивнула. Совершенно не хотела посвещать его в свои проблемы с родителями.
-Тогда, может я тебя отвезу домой? Ты можешь заболеть.
Подумав, что отказываться глупо, я согласилась.
Я тихонько переступила порог дома и осторожно закрыла дверь. Родители были в зале и о чем то спорили, пару раз слышалось моё имя, но я захотела лезть. Слишком болела голова и морозило. Я бесшумно пересекла коридор, но громко топая взбежала по лестнице на второй этаж. Голоса прекратились, но прежде чем хоть кто то из них дошёл до лестницы я защёлкнула замок в комнате и, укрывшись толстым пледом, моментально уснула.