Глава 37
Примечания:
(1) Университеты, имеющие спортивные команды делятся на 3 дивизиона: Дивизион I — самые крупные университеты; Дивизион II — университеты поменьше; Дивизион III — небольшие университеты и колледжи. Университеты могут предлагать школьникам-спортсменам стипендии, полностью (I дивизион) или частично (II дивизион) покрывающие обучение. В университетах III дивизиона спортивных стипендий, покрывающих обучение, нет.
(2) Танковать — умышленно проигрывать матчи, чтобы на драфте в числе первых выбирать игроков среди самых талантливых и перспективных студентов-футболистов.
(3) Глорить — поддерживать только успешные и популярные команды.
(4) Джино Смит — квотербек «Сиэтл Сихокс».
(5) Франчайз — талантливый игрок, с которым офис команды связывает свое будущее. В американском футболе франчайзами называют квотербеков, вокруг которых строят команду, подбирают игроков и с которыми обычно подписывают долгосрочные контракты.
(6) Супербоул — финальная игра за звание чемпиона Национальной футбольной лиги (НФЛ), в которой встречаются команда-победитель Американской футбольной конференции (АФК) и команда-победитель Национальной футбольной конференции (НФК). Основан в 1967 г.
(7) «Сихокс» выиграли Супербоул в 2013 г. «Кардс» выигрывали чемпионский титул в 1925 и 1947 г. ещё до эпохи Супербоула.
(8) В поддивизион входят 134 университета. Университеты (за исключением нескольких независимых) делятся на десять конференций.
Тони вышел из своей комнаты с галстуком в руках и постучал в дверь комнаты мамы.
— Дай мне пять минут! — раздался из-за двери приглушённый голос, и Тони с недовольным вздохом спустился на первый этаж.
На часах было шесть сорок пять, а для Скаффолда пятнадцать минут — это как час для Сиэтла, так что переживать было ещё рано, да и вообще не стоило. Приём этот... ну, не особо и значимый. Всеобщее внимание это, конечно, приятно, но «Койоты» вряд ли пройдут дальше первого тура плей-офф, так что напрасно окружающие суетятся.
Тони повесил галстук на шею и присел на подлокотник дивана.
«Интересно, она там будет?.. — вспомнил он в очередной раз про Розали и тут же одёрнул себя. — Неважно! Я для неё не стал кем-то особенным, так что хватит об этом думать!»
Но Тони думал о том, что случилось весь день и расстраивался, потому что Розали стала особенной для него. Он ни к одной девушке не испытывал таких чувств. И восхищение, и трепет, и смущение, и сочувствие и ещё миллион других, названия которым Тони и подобрать бы не смог. И вся эта пугающая смесь вскипала в нём при одном её появлении и... боролась в с другими чувствами и мыслями — о собственном ничтожестве, малодушии и никчёмности.
«Так лучше, — снова подумал он. — Так правильнее, так легче. Кто-то должен был победить. И хорошо, что мои чувства к Розали проиграли и наши недоотношения закончились, — но вопреки этим разумным выводам Тони жалел, что ничего не исправить и не изменить, и Розали теперь его ненавидит и презирает. — Нечего жалеть! — опять одёрнул он себя. — Я был для неё никем и что с того, что теперь она считает меня говнюком? Зато с Элис помирился! Она моя сестра. Я давно должен был извиниться. Вёл себя как трус и подлец, когда Элис нужна была моя поддержка и защита. Я был неправ и...»
Тони вздохнул. Он весь день думал о Розали и пытался убедить себя в том, что Элис сделала правильно и освободила его.
— Тони! — взволнованно позвала мама.
— Я внизу, — отозвался он, вставая, — завяжи мне галстук...
***
Джастин замер, глаза его удивлённо расширились.
— Ну-ка расскажи, что я понял, сука! — заорал он, схватив сестру за подбородок. Её лицо тут же скривилось, она вцепилась в его запястье и проскулила:
— Прос-ти, я...
— Убирайся! — Джастин отдёрнул руку и отшатнулся. Розали выскочила из комнаты.
«Трус! — дрожа от ярости, Джастин сорвал с шеи галстук, швырнул пиджак на пол, рывком расстегнул ремень. Скинув рубашку и брюки, натянул валяющиеся на кровати спортивки, толстовку. — Я, значит, всё понял?!»
Да, он соврал, что не мог ударить Мейсона. Мог! Срать он хотел на его статус! И Когана тоже мог! Он бы въебал им обоим, если бы это имело смысл. Но смысла не было. Сломался алгоритм! Не работал! Джастин не знал почему, но был уверен, что силой не добьётся от них правды. Что ничего от них не добьётся. А как по-другому решить проблему не знал. Понятия не имел. И никто, никто! не подсказал ему, не пришёл на выручку. Бренан просто сделала то, что хотела и ушла, показав им всем фак. Ей для этого даже Коган не понадобился.
Джастин натянул кроссы, слетел по лестнице и выскочил на улицу, хлопнув входной дверью так, что дом вздрогнул. И как пару дней назад понёсся по Вуд стрит.
«Трус! Я!»
Да как она могла такое сказать?! Про того, кто всегда её защищал, заботился, поддерживал! Любил её саму, а не ту, кого она изображала в школе. И что он понял? Что?!
На Спартан Авеню Джастин не выдохся и не перегорел. Промчался мимо остановки, сидя на которой втыкал в асфальт, мимо блядской школы, в которой всё было не так, как должно было быть, и мимо сраной мэрии, в которой прямо сейчас чествовали «Койотов» и где ему не было места.
Джастин остановился в дверях и оглядел зал. Он специально задержался в холле, чтобы отстать от отца и войти в зал одному. Или не войти вовсе. Настроя на праздник не было никакого, и пошёл он только потому что сидеть дома было ещё невыносимее.
Зал был украшен цветами и красными воздушными шарами. В центральной части стояли круглые столы; у дальней стены — трибуна, микрофон и диджейский пульт; под потолком висела растяжка «Койоты вперёд!». Взрослые со степенными улыбками беседовали друг с другом, изредка бросая на снующих мимо них счастливых футболистов и чирлидерш снисходительно-покровительственные взгляды. Среди гостей Джастин узнал мэра Флоу (миссис Хоуп и тренер Картер сидели с ним за одним столом), главу попечительского совета миссис Уильямс, что-то оживлённо рассказывающую недовольному Стивену МакКензи, мистера и миссис Ригс и ещё много тех, кто считал себя очень важными членами местного высшего общества.
Джастин скривился и перевёл взгляд на футболистов, столпившихся вокруг одного из столов и что-то азартно обсуждающих. Раньше он бы присоединился к ним не задумываясь. Но то было раньше, а сейчас... сейчас он не мог. Нет, не хотел. Настроения не было. Да, точно, дело в настроении. Просто за последние дни случилось слишком много херни.
«Когда всё это закончится и станет как... — он запнулся. — Что закончится? И что станет как раньше?.. — ответа Джастин не знал. Разве что-то поменялось кардинально? Ну кроме того, что он больше не квотер? И разве это так уж важно, ведь Джастин решил, что тайт-эндом быть неплохо. — Да, чёрт подери, важно!» — сознался он наконец сам себе и вздохнул. Оказывается для него это было очень важно. Но что теперь сокрушаться? Снова квотером ему уже не стать.
Джастин отыскал среди приятелей Мейсона и глядя, как он с беззаботной улыбкой что-то рассказывает парням, а те кивают и смеются, с отвращением подумал, что его место уже занято. И не только на поле. Даже МакКензи с интересом слушал и не обращал внимание, что лучшего друга до сих пор нет. А ведь все шесть игр, где Джастин был квотербеком, закончились победами. В отличие от игр, где стартовым был Мейсон, и за победу приходилось драться до самой последней секунды.
Усмехнувшись, Джастин отвернулся. Как глупо. С кем-то, кто ни черта не знал о расстановке сил в их лиге, этот аргумент бы сработал, но самому себе-то зачем врать? И зачем снова об этом думать? Он же уже всё признал и со всем смирился!
Джастин решительно направился к столу, за которым сидел отец.
— Я домой, — категорично заявил он, опасаясь, что папа будет уговаривать его остаться. Но тот даже спрашивать ничего не стал, внимательно посмотрел на него и кивнул. Джастин с облегчением и одновременно досадой вышел из зала.
«Если бы отец не забрал ключи от «Доджа»... — с тоской подумал он, бредя по освещённой фонарями и совершенно безлюдной Спартан Авеню. Идти домой не хотелось, но больше было некуда. Все его приятели были в мэрии, да и не хотелось Джастину ничьей компании. Хотелось сесть за руль, по полутёмным улицам выехать за город на 101 шоссе и, вдавив педаль в пол, просто ехать, пока не закончится асфальт или бензин, или ночь, или силы, или не придёт понимание что делать, чтобы «это» закончилось и всё стало как раньше. — А почему бы и не прокатиться? — спросил он сам себя и представил, как едет по ночной трассе. — Только аккумулятор надо проверить... — и Джастин ускорил шаг. — Переоденусь и сразу в гараж».
Заходить домой и видеть сестру не хотелось примерно так же как и общаться с друзьями. Они с Роуз так и не помирились, хотя Джастин зачем-то сделал вид, что всё нормально. Зачем? Ведь что-то не давало отпустить ситуацию, забить и забыть и относиться к сестре как раньше. И сегодня в обед он должен был сделать больше, чем сделал. Должен был. Но не сделал. И не только потому что не знал, как заставить Мейсона и Бренан сказать правду.
«Интересно, Эрни позвал Мейсона к себе на завтра?»
Сам Джастин уже договорился с отцом и собирался пойти. Может, если он выпьет, то его отпустит и у него будет небольшая, но передышка.
«Зачем там Мейсон? — раздражённо фыркнул Джастин. Остановился и сплюнул на тротуар. — Это же тусовка для своих! — И вдруг понял: «Будет. Это он свой, а я... уже нет».
***
Четверг
До школы Розали решила добираться на городском автобусе одна. Школьный она отмела сразу: это было слишком, ей сначала нужно оценить обстановку и подготовиться; а просить отца подвезти ей даже в голову не пришло. Последние дни Розали вообще старалась не попадаться ему на глаза. Конечно, глупо было надеяться, что папа забудет про разговор, но ей было немного спокойнее, когда они находились в разных комнатах.
Розали поднесла чашку с кофе к губам и бросила быстрый взгляд на Джастина. Брат, мрачно уставившись в стол, нехотя жевал сэндвич. Ни слова Розали не сказал с момента, как спустился со второго этажа и даже в её сторону не смотрел, словно был один на кухне.
«Будто это не Джастин вовсе, — с неприязнью подумала Розали. — Что с ним происходит? Не может быть, чтобы это Коган с Босоножкой так проехались по его самооценке...» — Розали оборвала мысль, зло усмехнулась и встала. Она не будет забивать голову этим дерьмом. У неё своих проблем по горло. Тем более, что после вчерашнего, вины перед Джастином Розали больше не чувствовала и считала, что это он должен извиняться.
«Свинья! — фыркнула про себя Розали. — Иди-ка ты к чёрту, братец! Игнор, так игнор!» — и, прибрав за собой посуду, она пошла в прихожую одеваться.
В школу Розали вошла с независимым и равнодушным видом — наплевать на оживление, перешёптывания и смешки. «Этих недалёких людишек можно только пожалеть: их жизни настолько унылые, что они готовы босоножкины выдумки обсуждать, лишь бы от скуки не сдохнуть», — думала про себя, Розали поднимая подбородок повыше и ни на кого не глядя, шагая через толпу к своим бывшим подружкам. Не в первый раз. Она будет вести себя как обычно и скоро все поймут — ей насрать — и найдут новую тему для обсуждения. Уж Розали-то об этом позаботится.
— С добрым утром! Привет! — загалдели девчонки, с нескрываемым злорадным любопытством вглядываясь ей в лицо.
— Всё нормально? — чмокнув воздух возле её щеки, спросила Лорен, даже не пытаясь добавить в голос участия. — Ты какая-то напряжённая...
Дженифер, Ригс и Грейс выжидающе затихли, хотя до прихода Розали что-то весело обсуждали.
— Да, — с ледяным высокомерием взглянула на них Розали сверху вниз, хотя они все были примерно одного роста. Выражение злобной радости тут же исчезло с лица Лорен, она стушевалась и с неестественным оживлением затараторила:
— О, а... прикинь! Босоножка с Коганом вместе приехали! Мы как раз обсуждали...
— Она в его свитере была! — влезла Дженифер.
— И во вчерашних шмотках! — вставила Грейс.
Розали снисходительно улыбнулась, и девчонки продолжили болтать как ни в чём не бывало, как они делали это тысячу раз до этого, будто они не ждали её провала и не обсуждали только что её саму.
Розали, насмешливо улыбаясь, делала вид, что слушает, и едва держалась, чтобы не заорать от злости, не схватить эту тварь Лорен за волосы, не ударить головой об стену, не вцепиться в лицо Ригс, не отхлестать по щекам Дженифер. Как же Розали хотелось, чтобы эти сучки визжали от страха и боли, извинялись, умоляли остановиться, но она бы не остановилась. Нет, Розали бы не остановилась. Она бы с великим наслаждением заставила бы их замолчать. Они бы замолкли навечно, и Розали бы выдохнула и с усталым удовлетворением оглядела распростёртые у ног тела...
— У Френка такая очередь! Думала опоздаю! — вдруг подлетела к ним Сандерс, держа в каждой руке по капхолдеру со стаканами кофе. — Ванильный капучино, Лорен, тут вот левый верхний, — затараторила она, протягивая правую руку к Лорен.
— А где карамельный латте? А я тыквенный заказывала! А мой где? — налетели девчонки со всех сторон, выхватывая стаканы, вертя и передавая друг другу.
Розали, очнувшись от своих мыслей, с пренебрежением смотрела на всю эту суету и криво улыбалась. Она даже не удивилась, что они не стали спрашивать у неё, хочет ли она кофе и какой.
Когда девчонки успокоились и присосались к своим стаканам, Сандерс протянула Розали последний стакан с кофе:
— Это я тебе взяла... — робко произнесла она.
Розали окинула её злым взглядом, и Джулс испуганно залепетала:
— Все сказали, какой кофе хотят, а ты нет, а я не знала, какой ты пьёшь, писала тебе, но ты не отвечала и я взяла тебе латте... вот...
— Не хочу! — отрезала Розали.
— Отдай его Стюард! — с горящими глазами предложила Лорен. — Только... — она пихнула свой кофе Дженифер, забрала стакан у Сандерс и, открыв крышку, плюнула туда. — Ну, девочки, — злорадно улыбаясь, Лорен обвела их взглядом. Все с энтузиазмом закивали и стакан пошёл по кругу.
Розали с гораздо большим удовольствием плюнула бы в кофе этим сукам — своим бывшим подружкам, но стакан Стюард тоже годился. Выместит хотя бы каплю злости.
— Давай быстрее, скоро звонок, — Ригс протянула стакан Сандерс. Та, съёжившись и втянув голову в плечи, посмотрела на неё затравленным взглядом. — В чём дело, Джулс? — нахмурилась Ригс. — Ты не с нами?
Сандерс торопливо наклонилась над стаканом, чуть не нырнув в него носом, и плюнула в кофе. Лорен с торжествующей улыбкой накрыла его крышкой.
— Давай быстрее! — воскликнула подбежавшая к ним Грейс, которую отправляли найти Стюард. — Она у своего шкафчика!
Сандерс поникнув, пошла через холл к коридору со шкафчиками.
Розали проследила за ней взглядом и решила, что ни за что в жизни от этих сук ничего не примет, ни еду, ни вещи, но сама обязательно испечёт им шоколадные капкейки по рецепту Минни из «Прислуги». К горлу подкатила тошнота, и, чтобы не блевануть от нарисовавшейся в голове картинки, она отыскала глазами Сандерс. Та уже протягивала стакан Стюард.
***
В библиотеку Джастин шёл в уже ставшем привычным состоянии апатии. Ярость после слов Розали быстро утихла. Он всего лишь до парка добежал, а уже ничего не чувствовал. Его сестра поставила свою месть выше него и шла напролом, наплевав на предупреждение Когана, будто Джастин был для неё даже не человеком, о котором нужно думать, а просто средством. Без чувств, без мыслей. Полезным инструментом, который исправно выполнял свои функции. Вчера эта мысль оформилась окончательно, даже в уверенность превратилась. И Джастин в очередной раз погрузился в апатию.
Джастин остановился в дверях библиотеки и огляделся. Он не помнил, когда последний раз сюда заходил, но с той поры тут особо ничего не поменялось. Прямо напротив двери всё также стояла кафедра библиотекарши; в левой части большого зала размещались книжные стеллажи, в правой — столы со стульями и парочка диванов, за которыми вдоль стены стояли компьютеры.
Коган сидел в дальнем углу, уткнувшись лицом в сложенные на столешнице руки. Джастин встал напротив него и грохнул свой рюкзак на стол. Коган вздрогнул, выпрямился и не открывая глаз, с тяжёлым вздохом откинулся на спинку стула.
Удовольствия от своей неоригинальной проделки Джастин не ощутил.
— Где Бренан? — невинным голосом спросил он, садясь и вытаскивая тетрадь из рюкзака. Не дождавшись ответа, продолжил: — Я думал, вы как сиамские близнецы.
— Сиамские близнецы не бывают разнополыми, — буркнул Коган, открывая глаза. Резко подавшись вперёд, он схватил тетрадь, которую Джастин только что положил на стол, распахнул и изобразил на морде сосредоточенность.
— Вижу вы уже начали заниматься, — раздался рядом строгий голос Салли, — я надеюсь, мне не нужно сидеть с вами и следить, чтобы вы не сбежали, как в прошлый раз?
— Нет, — буркнул Коган, не поднимая глаз.
Салли посмотрела на Джастина.
— Нет, что вы, — он постарался широко улыбнуться.
Кураторша не поддалась и таким же строгим голосом продолжила:
— Не забывайте, что сегодня вы занимаетесь два часа. А ты, Джастин, поставь телефон на беззвучный.
Джастин закатил глаза и демонстративно выключил на смартфоне звук. Нахмурив брови, она оглядела их, помедлила, но ушла, пообещав вернуться через час.
— Ты уже передумал писать тест на «В»? — усмехнулся Коган.
— А ты что, получил письмо из Хогвартса? — недовольно фыркнул Джастин, поморщившись от неприятных воспоминаний. Какого чёрта он в четверг ляпнул, что напишет тест на «В»? Хорошо хоть Коган не согласился на спор.
— Нет, но думаю, до пятнадцатого декабря придёт... — довольно улыбнулся тот.
Джастин снова закатил глаза: это просто какая-то суперспособность, в любой ситуации показать своё превосходство.
— Не будем тратить время зря, — Коган пододвинул к себе рюкзак, вытащил оттуда очередную распечатку, вторую тетрадь Джастина и карандаш. — Раз уж ты пришёл.
— Как я мог не прийти после того, что было... — с кривой усмешкой начал Джастин, но Коган перебил его:
— Не такой уж ты и тупой, как я думал, — и, приподняв тетрадь, которую просматривал при Салли, пояснил: — Я имею в виду работу над ошибками.
Джастин вытаращился на него: это что, похвала? — и промямлил растерянно:
— А, ну... и... то есть я смогу...
— Нет, — отрезал Коган мрачно.
— Что нет? — возмутился Джастин, придя в себя. — Я же не успел ничего сказать!
— Я понял вопрос по вспыхнувшей в твоих глазах надежде.
— Ну и что я хотел спросить?! И не было в моих глазах никакой надежды!
— Со стороны виднее, — хмыкнул Коган. — Ты не напишешь тест на «В» сам. Пробелов в твоих знаниях, как кратеров на луне, можно сказать, твои знания из одних пробелов и состоят. И то, что ты понял как решать логарифмические и тригонометрические уравнения, не поможет тебе на проверочном тесте. И давай потише, хочешь, чтоб эта мисс Ползли припёрлась? — и он зачем-то скосил оба глаза к переносице.
Последней фразы Джастин не понял, набычился и отвернулся: «Тоже мне, гений алгебры нашёлся!»
— Сегодня я не буду объяснять новую тему, будем уравнения решать, может «С» с плюсом и получишь.
— На «С» я и сам могу написать, — буркнул Джастин.
— Решить, а не списать, — фыркнул Коган и пододвинул к нему распечатку.
— Можно подумать от этой алгебры есть какой-то прок, — пробурчал Джастин, раскрывая тетрадь.
— Что?! — вскричал Коган, выпучив глаза. — Да если бы не математика, ты бы до сих пор жил в пещере и гонялся за мамонтом с дубиной! Не существовало бы никакого транспорта, компьютеров, смартфонов, современных зданий...
— Ага! — сердито бросил Джастин. — А мне вот прямо сейчас она для чего? Я не собираюсь...
— По тебе видно! Математика развивает мозги! Мозги, я надеюсь, тебе нужны? Логическое мышление, память?
— Что, по мне видно? — возмутился Джастин, подавшись в его сторону.
— Что тебе без мозгов нормально живётся!
— Молодые люди... — вдруг раздался над ними зловещий шёпот. С Когана тут же слетело всё возмущение, он мигом присмирел, опустил глаза и пробормотал:
— Извините.
От такой резкой перемены Джастин едва не засмеялся и поднял голову посмотреть, на кого у этого придурка такая реакция. Вся его весёлость в секунду испарилась. Рядом с ним стояла пожилая женщина в брюках и свитере. Один её глаз зло смотрел прямо на него, а другой... в сторону. Джастин резко отвернулся и уставился в стол.
— Кхм... извините, — прошептал он и, чтобы отогнать жутковатое ощущение взгляда библиотекарши, стал переписывать в тетрадь одно из уравнений.
— Что за паломничество футболистов сегодня? — надменным голосом спросила женщина.
К кому она обращалась Джастин не понял, но Коган не отвечал. Сидел, глядя в раскрытую тетрадь и как будто даже не дышал.
— К тестам готовимся... — пробормотал Джастин и оглядел сидящих за столами ребят, но не заметил ни одного футболиста.
— Ах, к тестам... — усмехнулась библиотекарша, постояла ещё пару минут рядом с их столом и ушла.
Коган отмер, бросил взгляд ей вслед и, наклонившись над столом, прошипел с мерзкой усмешкой:
— Прямо сейчас математика поможет тебе посчитать, сколько столетий ты будешь орать «Свободная касса!» в «Маке», чтобы оплатить кредит за колледж, когда тебя после первого триместра отчислят за неуспеваемость.
— Я вообще не собираюсь в колледж! — Джастин сжал кулаки.
— Пф-ф! — сдавлено прыснул Коган. — Неужто ни один колледж, даже какой-нибудь захолустный типа Эндикотт Колледж не позвал тебя играть за них?!
«Эндикотт, Эндикот... Это третий дивизион (1), что ли?» — сообразил Джастин, но спохватился, не повёлся и выпалил:
— За кого болеешь в НФЛ?
— За «Кардс», — опешив, ответил Коган.
— Хах, — ухмыльнулся Джастин, наконец почувствовав себя способным осадить этого придурка, — слушай, вы танкуете (2) или просто с выбором квотера на драфте проебались?
Коган заскрежетал зубами.
— А ты, поди, за «Чифс» глоришь (3)? Или, как девчонка, за симпатичных футболистов болеешь?
— За «Сихокс», — процедил Джастин, готовясь защищать любимую команду.
— Ну, Джино-то (4), конечно, франчайз (5), — фыркнул Коган. — И вы...
— Мы хотя бы Супербоул (6) в этом веке выигрывали (7)! — не выдержав, Джастин выдал свой самый главный аргумент, против которого, он был уверен, Коган никаких контраргументов не выставит.
Тот с перекошенным лицом отвернулся. И ожидаемо промолчал. Джастин торжествовал. Наконец-то он заткнул этого выскочку!
— Ну, кхм, раз уж мы... разобрались с... пользой математики... — нахмурясь, начал Джастин через пять минут молчания. — Может...
— А ты ещё не начал? — с притворным удивлением посмотрел на него Коган и, откинувшись на спинку стула, ехидно уточнил: — Что-то непонятно?
Помрачнев, Джастин сосредоточился на уравнение, которое переписал.
Он успел решить два уравнения, как Коган вдруг прошипел:
— Я тебе сейчас въебу!
Джастин замер.
— Да что опять не так?! — возмутился он.
— Ты возвёл обе части в квадрат, так?
— Ну, так...
— Эта часть может быть как положительной, так и отрицательной величиной и...
— Чёрт! — раздосадовано воскликнул Джастин и, спохватившись, оглянулся на конторку библиотекарши. К счастью там было пусто.
Выругавшись про себя, Джастин стал делать проверку. Следующие несколько уравнений Коган молчал, а потом треснул его чем-то по голове и снова злобно зашипел:
— Забыл формулу, смотришь памятку, а не придумываешь свою собственную!
— Ты ёбнулся?! — взвился Джастин, вырвав у него из ладони скрученный в трубочку листок «А4».
— Это твое домашнее задание, — фыркнул Коган. — Которое, слава Иисусу, мне не придётся проверять.
— Ещё раз так сделаешь, я тебя уебу, — угрожающе прошептал Джастин, наклонившись над столом.
— Это я тебя уебу, если ты изобретёшь ещё одну формулу! — Коган посмотрел ему в глаза с вызовом, с чем-то вроде приглашения, и Джастин понял, что они оба жаждут драки, и одного слова будет достаточно, чтобы сорвались предохранители и...
«А зачем? — вдруг подумал Джастин. Отвёл взгляд и сел на стуле ровно. Просмотрел решение и пролистал тетрадь к листку с формулами. — Чтобы что?» — снова спросил он сам себя и представил, как бьёт Когана кулаком в лицо. В груди потеплело, но Джастин сразу же скривился. Коган имел наглость отвечать даже в его воображении! Вот Джастин уже лежит на полу библиотеки, а Коган сидит сверху и...
— По этой формуле... — начал Коган, ткнув карандашом в листок.
— Да знаю я! — перебил его Джастин. Сосредоточил взгляд на формуле, рядом с которой осталась карандашная пометка, и перелистнул обратно к уравнению.
«Нет, от драки с Коганом в библиотеке ничего хорошего не будет», — вздохнул он, уставившись невидящим взглядом на страницу с решением.
— Ты уверен, что тебе не нужна помощь? — ухмыльнулся Коган.
— Уверен! — процедил Джастин и вернулся к листку с формулами. Сжал зубы и усилием воли заставил себя собраться и думать о решении уравнений, а не о всякой ерунде.
— А-а-а... — протянул он, наконец сообразив, где ошибся, и стал исправлять.
Закончив с уравнением, он поднял глаза на Когана. Тот кивнул. Джастин приободрился и, улыбнувшись про себя, взялся за следующее уравнение. А потом за ещё одно и ещё и, когда рядом прозвучало недовольное «библиотека закрывается через десять минут», он расстроился, потому что Коган, внимательно следивший за решением каждого уравнения, только молча кивал.
— Уже? — изумился Коган, подняв на мисс Ползли глаза.
— Да, Райан, — кивнула та. — Прошу не задерживаться, — и, задвинув соседний стул под стол, ушла.
«Это что получается, мы почти на полчаса больше занимались? — удивился Джастин и нехотя поднялся. Собрал тетрадки, запихнул в рюкзак и ни на кого не глядя пошёл к выходу.
— До свидания, мисс Ползли, — сквозь зубы улыбнулся он, проходя мимо библиотекарши.
— Пф-хах-кх-кх... — раздался сзади смех с кашлем. Мимо промчался Коган и исчез за дверью. Джастин заторопился следом.
— Какого хера ты ржёшь? — подскочил он к Когану.
— Ты... ты... — бормотал тот сквозь смех, — при-дурок... Она — ми-сс Де-вис...
— А Ползли тогда кто такая? — раздражённо воскликнул Джастин, тряхнув Когана за плечо.
— Ты что! — вытерев глаза рукавом толстовки, с весёлым удивлением посмотрел на него Коган, — мисс Ползли — ну, это же игуана с вставным глазом из мультика «Зверопой»!
Джастин опешил: «Игуана с вставным глазом? «Зверопой»?» Название было знакомым, да, конечно, он слышал об этом мультфильме, но смотреть — не смотрел. Джастин уже давно не смотрел мультики.
— Это ты придурок... — буркнул Джастин и, обойдя Когана, пошёл по коридору.
«Пох», — отмахнулся он про себя. Оделся и вышел из школы. Пустая парковка, освещённая жёлтым светом фонарей, напомнила ему о «Додже». Тоскливо вздохнув, Джастин натянул капюшон куртки и пошёл по тротуару. Что об этом думать? Сейчас ему не светит ничего кроме сырой улицы, промозглого ветра и тупых мыслей о... он даже не знал как одним словом назвать то, что происходило с людьми вокруг него. А может они всегда были такими говняными, а он просто не замечал? Почему все, будто сговорившись, решили кинуть его? Абсолютно все, даже его сестра. Джастин не хотел об этом думать, но не думать не мог. Эти мысли ничем нельзя было перебить. Такой темы просто не существовало. Жизнь по пизде пошла, разве можно думать о чём-то ещё?
Услышав сзади утробное рычание двигателя, Джастин сам того не желая обернулся. Естественно это был Коган на своём охуенном дукати. Вытянув руку с отставленным средним пальцем, он проехал мимо на черепашьей скорости, а потом резко крутанул ручку газа и скрылся из вида за считанные секунды. Руки Джастина сами сжались в кулаки.
«Какого хера я не сдёрнул этого говнюка с мота?! — взвился он, но тут же выдохнул. Не было в нём внутреннего стремления к драке с Коганом. Раньше было, а теперь нет. Мимолётная вспышка злости, как час назад в библиотеке — не больше.
Джастин засунул руки в карманы и, чтобы не думать над ответом, стал про себя перечислять команды университетов первого дивизиона, выбрав для начала конференцию «Пас-двенадцать» из поддивизиона «ФиБиЭс» (8). Он за «Вашингтон Хаскис» болел и знал всех их соперников наизусть.
— «Орегон Дакс», «Юта Иглс», «Стэнфорд Кардиналс», «Колорадо Баффалос»... — Джастин свернул на Вуд стрит. Было уже темно, и в свете фонарей голые ветки кленов и дома соседей с нестрижеными кустами живой изгороди и пожухлыми цветами в клумбах, всё вокруг показалось ему незнакомым и ненастоящим.
«Как тупо, — подумал он. — Что незнакомого-то? Я просто не обращал внимание...»
Да. Наверно, эти люди всегда были такими, а он... просто не обращал внимание. Да. Ведь Розали всегда была притворщицей и эгоисткой и Эрон с друзьями не церемонился никогда, вон с Коганом что сделал. И это Джастин «сломался» и не может действовать по старому алгоритму, а люди вокруг него не менялись.
«Сюжет про «Койотов»! — Джастин резко остановился и достал из кармана смартфон. Шесть двадцать пять. — Новости спорта обычно в конце... И если ускориться, то успею на просмотр к Эрону, идти-то два квартала...» - задумался он.