Катарсис

Перемены.

Медленно проходил вечер. Я и Скай прогуливались по бульварам крошечных улиц. Во мне было странное чувство какой-то наполненности, будто все эти так манившие меня серые здания, фигуры людей и заснеженные дороги начали приобретать краски. А это манило меня ещё больше. Мы неспешно шли, разговаривая обо всем. Мы будто знали друг друга вечность. С ней было до ужаса спокойно. Было ощущение, что я могу сделать абсолютно все, даже то, что не в силах сделать человеку с бескрайними возможностями.
-Ты уже украсил дом? - хохоча от рассказанной мной очередной истории, спросила Скай.
-Не вижу в этом особого смысла.
В эту секунду её радостное лицо быстро сменилось серьезным:
-Как это не видишь смысла? Скоро праздники.
-Я никогда не ощущал их торжественности. Даже когда я жил в Нью-Йорке, они проходили, сидя в одиночестве на балконе или же походом на боковую.
-Не могу поверить, что в твоей жизни никогда не было праздника.
-Возможно он был. Но очень давно.
-Но ты мог хотя бы попробовать, сделав мелочь. Для начала это может быть та гирлянда. - она показала на витрину одного из ярко освещенных магазинов. - Но это будет, конечно, твой выбор. Я не могу решить за тебя нужны ли тебе перемены, но просто знай, что можно просто попытаться.
Мы прошли ещё пару метров, незаметно для себя оказавшись на остановке. Там уже стоял автобус, который должен был довезти Скай. Заплатив водителю, я нехотя пошёл прощаться с ней.
-Я могла сама...
-Мне не сложно. И ты ведь ездила по моим делам, верно? Так что это самое малое, что я могу сделать.
Она покачала головой и хмыкнула. Автобус загудел, оповещая, что можно заходить, и Скай быстрым шагом направилась ко входу.
Даже после того, как я убедился, что она едет, я ещё некоторое время стоял, наблюдая за растворяющемся вдали автобусом, сливающемся с окружающей темнотой.

Путь домой казался мне каторгой. После того, как Скай уехала, ко мне вернулось старое чувство скованности. Краски в мире снова поменялись. Но теперь любимый мной ранее серый оттенок вызывал не интерес, а отторжение. И мне хотелось вырваться из этого состояния. Мне хотелось тех красок, которые я смог сегодня разглядеть. И вдруг я их нашёл. Понимание, что только я могу что-то поменять охватило меня в этот момент, ведь это была единственная живая вещь на всей безликой планете. Буквально залетая в магазин, я быстро нашёл глазами ту самую гирлянду. Не раздумывая, я подбежал к кассе, и оплатив, помчался домой. Уже придя, я сидел в прихожей на полу, обмотанный гирляндой. Тепло-жёлтые огоньки то быстро мерцали, то плавно переливались, создавая пленящую гармонию. Сейчас меня ничто не волновало: ни то, что я до сих пор в верхней одежде, ни то, что сижу в луже, образовавшейся после снега с моих ботинок, ни то, что шапка, почти съехала с головы. Абсолютно ничто. И пусть сейчас я выглядел как дурак, но я был счастлив.

Это утро стало таким же нетипичным, как и вечер. А все потому что я созвонился с Виктором и уже через пару часов сидел у него в доме. Стены из белого доломита, украшенные постерами и картинами в черно-белом стиле, чёрный паркетный пол, и множество растений в длинных матовых кашпо. Бамбуковая отделка в мебели и светлые просторные комнаты в минималистичном стиле.
-Твой кофе, дружище. - он поставил большую кружку на стеклянный стол. - Помято выглядишь. Ты вообще спишь?

-Бывает. - зевнул я.
Он усмехнулся и начал доставать из папки картины, которые я принёс с собой:
-Хоть в этот раз я увижу их целыми. - Его глаза загорелись, и он начал торопливо смотреть то на меня, то на картины.
-Ч-что там? Что-то не так? - начал уже волноваться я. -Что там с ними?!
-Это...Это просто...-он в недоумении замотал головой.
-Да что!??! - не выдержал и заорал я.
-Дружище, это просто потрясно! У меня нет слов. Это чёртовы шедевры! - он с неприкрываемым потрясением смотрел на меня, - Где ты раньше был? Нужно срочно открывать выставку. Сколько у тебя их в наличии? - Его тон вдруг стал непривычно серьёзным, он достал телефон и начал что-то печатать.
-Вот так просто?...Э-ээ, около 7, не считая эти, может больше...- я был немного растерян его реакцией и скоростью, с которой начали развиваться действия.
Он пробормотал себе что-то под нос, продолжая писать в телефоне.
-Всё, дружище. -как ни в чем не бывало сказал Виктор. - Через пару дней готовь свой самый парадный костюм.
-А?
-В конце недели отец откроет выставку, где будут твои картины. Только ТВОИ. - протянул он, доставая портсигар. – Правда, он пока об этом не знает, но люди просто обязаны их увидеть.
-Ка-как мои? Мои только мои? Или в смысле мои...
-Эй, парень, тише-тише. - похлопал меня по плечу он. - Ты чего как реагируешь? Не нервничай так, у тебя вон, кофе льётся.
Я посмотрел на кружку, которая тряслась так, будто началось землетрясение. Второй рукой я попытался остановить её и поставить на стол. Проделав некоторые акробатические манипуляции с ним, я несколько раз ошпарил свои ноги, и в итоге кружку поставил Виктор.
-Ты как? Нормально? - спустя пару минут спросил он.
-Д-да, более менее.
-Так, давай-ка я довезу тебя до дома сам. А то ещё случится что...

Виктор начал спускаться по лестнице, я последовал за ним. Задумавшись о приближающимся событии, я не заметил, как случайно зацепился за его шлепанец. Он этого не заметил тоже и направился дальше вниз. Как бы я не боролся со своей ногой, но отпустить пятку Виктора она так и не пожелала. В отместку моему препятствию, она полностью нацепила на себя его шлепанец. Виктор наступил на следующую ступеньку, и мы кубарем покатились вниз. В полете я уцепился за перила, но рука Виктора, так отчаянно пытавшаяся спасти хозяина, схватилась за мои волосы, и мы уже безнадежно, с диким криком попархали, как смелые чайки в погоне за добычей в водоворот. В конце нашего пусть быстрого, но весьма красочного пути, Виктор хорошенько зарядил мне с локтя в челюсть, а я в свою очередь, добил его, приземлившись прямо на ту ногу, с которой был украден шлепанец.
Виктор взвыл от боли, попутно проклиная все, что попадалось ему на глаза:
-Это что, месть!?
Я откатился к стенке, давая возможность убрать из-под себя его настрадавшуюся ногу, и пришёл в ужас: она была вывернута так, как нельзя было вывернуть ничто. Я в панике попытался встать, но поскользнувшись, опять упал на неё.
-Чёртов паркет! Прикупить бы тебе палас что-ли. - завопил наполненным досадой голосом я. - Так, лежи здесь, не двигайся, я сейчас вызову скорую.
Я быстро встал и на всякий случай ползком, добрался до домашнего телефона, стоявшего на небольшой тумбе в прихожей.

Скорая приехала довольно быстро. Я чувствовал ужасную вину и постоянно извинялся, пытаясь дотащить Виктора с двумя молодыми хлипенькими санитарами в машину.
-Да бросай уже это. - отмахнулся он, скорчившись от боли. - Я же понимаю, что ты не специально.
-Господи, я могу оплатить тебе лечение? Или хоть что-нибудь сделать?
-Всё, что ты можешь сделать для меня-это перестать истерить. – его перекатили с носилок на стол и начали вбивать имя с медицинской карточки. - А ещё, будь добр, не запори выставку и хоть как-нибудь подготовься к ней.
- Да, обязательно!
Двери скорой помощи сомкнулись и, она двинулась в сторону местной больницы.