Катарсис

«Веселые» праздники.

31 число. Ожидаемое всеми людьми событие, которое почти ничего не меняет. Глупый праздник. Ведь если задуматься, Новый год-это всего лишь переход дня в другой день и ничего больше. Просто день, обозначающий смену времени. С такой же радостью можно отмечать каждый день. Странная штука, которую я никогда не понимал. И зачем друг другу дарить подарки? А главное за что? Типа: "Поздравляю тебя с обычным явлением природы или что-то?". Странные люди, но почему-то всем нравится и особого понимания во всё происходящее ни у кого нет.

Остин все же уговорил всех отмечать вместе. Я все ещё не понимаю, как они на это согласились, ведь даже Рождество мы отмечали по отдельности. Местом нашей встречи стало жилище Остина. Его добродушная, но всегда стреляющая в меня какими-то колкими взглядами матушка уехала к родственникам, наготовив кучу еды и оставив на будущий разнос тихую, уютную квартирку. Она выглядела, как типичная американская квартира без лишних дорогих вещей и роскошной мебели. Простая, но вместительная. Я был там всего пару раз, но почему-то очень хорошо ее запомнил.

Именно в этот день, мне нужно было проспать. Не то, чтобы я устал или просто решил вздремнуть за двадцать минут до выхода, но...У меня нет оправданий на этот счёт. Я просто вырубился и проспал около часа, а сейчас несся с полураздавленным кокосовым печеньем по асфальту, смахивающему на каток. Пару раз я уронил коробку, вместе со своим телом в надежде, что спасу хоть какое-то количестве выпечки. Но несколько раз приземлившись на нее, понял, что все попытки провалились.
-Эй, дружище, ты где вообще? - прозвучал над ухом голос Виктора.
-Я буду через пять минут.- мои ноги закрутились и я, быстро перебирая ими, с грохотом шлепнулся на бок. -Ну, максимум пятнадцать.
Послышался смех на заднем плане:
-Хорошо. Но ты поспеши, здесь уже вовсю веселье. -трубку повесили.
Веселье...Веселье это то, что какая-то собака сжирает мое печенье, укатившееся в сугроб...Веселье у них. Это у меня веселье.

Везением это было или нет, но упал я прямо перед каким-то кафе. Там не было людей вообще. Сначала я даже побоялся туда заходить, но все же решился. Прозвенел звонок и ко мне тут же подлетел упитанный, вспотевший официант:
-Добро пожаловать в наше кафе. К нам редко кто заходит. Ну, конкуренты напротив, все понимаете. Будете что-то заказывать?
Такой экспрессии и блеска в глазах я давно не видел.
-У вас есть какой-нибудь пирог или что-то, что можно принести на праздник?
-Конечно есть. Вот смотрите. - из-за спины он достал потёртое меню и открыл раздел с десертами. Их там оказалось целых три. - У нас есть замечательнейший морковный торт. Мы можем принести его целым. Вы же берете с собой?
-Да, с собой.
Он начал активно жестикулировать руками:
-Еще есть банановый хлеб и булочки в шоколадной глазури. Их правда осталось всего две, но вкус со вчерашнего утра не поменялся.
-Ага. -я повел глазами. -А что насчёт торта? Как долго он будет готовиться?
-Готовиться? Ну что вы! Он уже готов. Наш повар уволился, но осталась пара блюд, которые не съели вчера на банкете.
Я неуверенно улыбнулся:

-Ну, тогда давайте торт.
Он начал жестикулировать еще активнее, снеся меню под стеллаж с тарелками:
-Прекрасный выбор! -заорал он. - С вас одиннадцать долларов. - Он влетел в дверь и через мгновение вернулся с куском какого-то непонятного и, как мне показалось, живого нечта. - Ваш торт.
Я отдал деньги и в отчаянии побрел к Остину. Не стоило покупать это желеобразное создание и прийти без дополнительного сопровождения. Но безысходность и тоска по съеденным печеньям вынудила меня прибегнуть к этому, да и с пустыми руками приходить не хотелось.

Мне открыли спустя десять минут моих криков и сильного долбления в дверь. Людей оказалось больше, чем я думал. Намного больше. Возле Виктора была та девушка, с которой мы недавно виделись, развалившись на полу, сидела еще одна почти такая же, наверное, ее подруга, в коридоре с шампанским стоял друг Остина - Зак, которого я недолюбливал, а на диване вместе со Скай сидел какой-то парень с пшеничными волосами. В этот момент я понял, что вечер будет просто чудесным...
-Эй, чего застыл? - пытаясь перекричать музыку, спросил Остин.
-Почему людей в два раза больше? Думаю, это не самая лучшая компания.
-Да брось ты. Чем больше народа, тем больше веселья! - сказал он и вручил мне бокал. - Кстати, что это ты там принес. Зак попробовал и уже несколько минут обнимается с унитазом.
"Хоть какой-то плюс" - пронеслось у меня в голове.
Я подсел к Виктору, который жадно обсасывал ножку индейки. От него знатно тащило алкоголем.
-Оп-па! Как-ие люди! - заикаясь, начал он. - А я тебя даже и не заметил. Буишь? - он протянул мне кость со свисающим шмотком мяса.
-Пожалуй, откажусь.
-Ну как знаешь.- он взял бокал и залпом выпил коричневую жижу, попутно закусывая индейкой.
Я понял, что разговаривать он не в состоянии и через силу подошел к Скай. Не то, что бы я ее избегал, просто тот парень, сидевший рядом с ней, меня напрягал:
-Привет? - надеясь, что меня не услышат, произнес я.
-О, Кит, привет! - радостно улыбнулась она.- Знакомься, это Клэй.
Ко мне повернулся тот парень. У него были уложенные по бокам волосы и выглаженный блестящий синий пиджачок. На вид он был настолько слащавым, что меня резко потянуло блевать.
-Здравствуй. - он наигранно улыбнулся. Его голос был настолько надменно интеллигентным, и эта манера...
-Рад знакомству. - он протянул мне руку.
Я застыл, смотря на нее:
-Да. - ответил я, присаживаясь напротив.
Он обтер так и не пожатую руку об штаны и налил вино:
-Вы и Скай давно знакомы? -спросил он, сделав глоток.
-Только в этом месяце. А вот вы должно быть больше.
Он ухмыльнулся и взял Скай за руку. Внутри все заскрежетало.
-Достаточно давно.
Я заметил, как Скай в упор смотрит на меня.
-Кстати, Кит, Скай рассказывала, что помогала тебе с выставкой. Не знаю насколько удачно, никогда не относился без скептицизма к самодеятельности. Но должно быть она весьма хорошо тебя продвинула.
-Да, она постаралась. - стиснув зубы произнес я.

Во мне била нешуточная злость.
-Знаешь, - налив второй бокал, сказал Клэй. - Твоя толстовка, сколько ей? Просто я бы порекомендовал не носить вещи, старше тебя. Выглядит поношенно.

«Твое лицо скоро тоже станет выглядит поношено»...
Я громко вдохнул воздух:
-Обязательно прислушаюсь к твоему совету.
-Кит, а почему ты опоздал? Что-то случилось? - неуверенно спросила Скай.
-О, это говорит о твоей непунктуальности. Жаль, конечно, ты вроде неплохой парень, но следи за временем лучше.
Я резко встал, ударив кулаком по столу. Рядом стоящая тарелка полетела вниз и с треском разбилась об белый ламинад. Все обернулись.
Я тяжело дышал, смотря из-под бровей на этого типа. Он ни в чем не бывало пил вино, разглядывая пустую стену.
Я почувствовал, как кровь начала сочиться из моих костяшек.
-Я отойду. За бинтом. -сказал я и рванул на кухню.
Достав из аптечки перекись, я обильно полил ей руку. Стало жечь.
-Кит, тот пирог, или что там было, не ешь. - послышался за спиной голос. - С ним явно что-то не так.
Я повернулся. Держась за живот, около ванны стоял Зак.
-Что там был за шум? Я только поэтому вышел.
-Ничего серьезного. Тарелка разбилась.-ответил я, накладывая бинт.
-Из-за этого у тебя рука в крови?
Я отвернулся обратно, чтобы не сорваться на него. Сзади раздалось громкое урчание и хлопок дверью.

Оставшиеся два часа я провел, пытаясь отвлечься от этих людей. Как? Общаясь с ними: теперь, я знаю все о легальном эскорте (как я это называю) от подружек-моделей Виктора, общаться с ними было почти так же как с Шантал, я обучен разговаривать с высокомерными людьми, поэтому мне было легко и малоэнергозатратно. Еще я попытался подискутировать о скидках на миндаль со спящим Виктором, но путного диалога у нас не получилось, посмотрел, как танцует стриптиз немного нетрезвый Остин и изо всех сил постарался вытащить его из шкафа, в который он вцепился, со словами, что «Никому нет до него дела, и, что он душевно одинок». До 12 я максимально пытался расслабиться и вроде это у меня получилось.

Новый год прошел для всех по-разному. Кто-то его проспал, кто-то просрал. В общем, конец для каждого был совершенно разным. В один момент я отвлёкся, чтобы посмотреть на обстановку. Все были пьяны, кроме трех человек: меня, Зака и Скай. Виктор вместе со своими подружками развалился на полу. Зак хлебал у порога тыквенный супчик, а Остин тем временем упоительно таращился на какую-то певицу в телевизоре, подпевая совершенно другие слова. Вдруг я увидел, как Клэй, допив неизвестно какой бокал, начал дико кричать на Скай. Она сидела поникшей и смотрела в пустоту. Он резко поднял ее за подбородок, сжимая его с каждой секундой сильнее и стал злостно о чем-то говорить.
Я не выдержал и подошел к нему. Мне даже не хотелось выяснять, что у них случилось. Я просто развернул его и с хорошей силой ударил в пах. Он согнулся. Я подловил его и окунул в покрывшейся корочкой тыквенный суп Зака. Он начал что-то бормотать и брыкаться. Я поднял его за волосы и хотел было бить, как меня оттащили. Я яростно смотрел на него, пытаясь вырваться и продолжить. Случайно я заметил взгляд Скай. Почему-то он был полон жалости. Я откинул от себя держащего меня человека и ушёл в соседнюю комнату.

Музыка продолжала играть, перебивая необходимую мне тишину. Я открыл окно и стоял, при свете одной лишь гирлянды, облокотившись на подоконник. Вдруг в комнату вошли.
-Кит?
-Не лучшее время, чтобы говорить, Скай. - сказал я, продолжая смотреть на искрящуюся огнями улицу.
-Зачем ты так? Это всего лишь ссора...
-Какая разница? Он повёл себя как свинья. Нажравшаяся свинья. -с новой злостью в голосе сказал я.
-Я понимаю, что у него сложный характер, но...
-Сложный характер...Ты серьёзно будешь защищать его? Он не заслуживает этого. И тебя тоже. - я повернулся. Скай стояла в двух метрах от меня. - Как вы вообще начали...-тихо произнес я.
После нескольких секунд, Скай заговорила:
-Я не могу разбить ему сердце. Мы знакомы еще со школы, и я видела, как сотни девушек предавали его. Мы были друзьями и каждый раз он приходил ко мне с новой историей разрыва. Он реагировал не так бурно, но я понимаю, что это больно и поэтому...
-Поэтому ты убиваешь себя?
-Что?
-А как мне это еще назвать? Ты рушишь свою жизнь, ради какого-то ничего не ценящего идиота. Да ты его даже не любишь...
Скай подошла на пару шагов ближе:
-Я не могу, понимаешь? Ему будет тяжело. Уже в который раз...-она опустила глаза.
-Знаешь, людям, кому разбивали сердце несколько раз намного проще, нежели тем, у кого оно девственно целое. Эти люди, они верят и любят так сильно, насколько могут. Не смотря на возраст, статус и мнение. Возможно, именно поэтому настоящую, осознанную первую любовь называют единственной искренней за всю жизнь. Людям, с девственным сердцем будет намного тяжелее, если кто-то вдруг разобьёт им его. В этот момент внутри него все обрушиться. А потом резко перекроет дыхание огромный ком. Человек не сможет говорить. Следом, нарастающем вихрем польются неосознанные слезы, и он поднимет руку к горлу, лицу, груди, да куда угодно, только наверх. Возможно, именно в этот момент он почувствует, как разбивается его сердце и это поднятие руки будет неким рефлексом. Таким же, когда мы ощущаем, что у нас что-то колет, жжет или пульсирует...Его накроет ноющая боль, которая будет настолько сильна, что отнимет способность двигаться. Она парализует его тело, взгляд, дыхание-каждую деталь его организма, чтобы он каждой клеточкой прочувствовал ее, чтобы он слился с ней, чтобы он стал ей. Он больше не будет чувствовать ничего. Только ее. Злость, подавленность, разочарование, отчаяние, страх - это все будет после. И оно, даже в сумме, не будет настолько ужасным, чем эта боль. Они все-эмоции, а она-действие, и согласись, тактильно, даже внутри, мы воспринимаем лучше. Первый раз ты не будешь ждать этого. Ты будешь лишь полностью отдавать себя и свои чувства, не задумываясь о настоящей жестокости. Поэтому людям, кому уже приходилось становиться болью, будет намного легче. - я усмехнулся. - Если вы расстанетесь ему не будет сложно. И знаешь, я уверен, что это никак ему не навредит, ведь даже будучи пьяным, ни один любящий человек не сотворит подобное.
Скай неподвижно смотрела на меня:

-Тебе так часто разбивали сердце?
-Я разбивал. Чтобы не успели разбить мое. Это как игра и в ней я всегда победитель.
-Но разве это любовь?
-А кто сказал, что я когда-то любил?
Она смотрела вниз. Ее чувственные глаза горели странным оранжевым светом. Она подошла и взяла меня за руки:
-Прости за все, что произошло.
-Ты не должна извиняться. Твоей вины здесь нет.
Она посмотрела глазами, полными слез и прижалась ко мне. Я обнял ее в ответ. Мы стояли так несколько минут. Она рыдала мне в плечо, а я вдыхал приятный вишнёвый аромат ее волос.