Катарсис

Началось.

С меня катиться уже больший поток пота. Я не могу найти себе место. Внутри меня будто поселился тот, кто пытается вылезти из моей плоти. Я схожу с ума. СХОЖУ С УМА. Я так хочу что-то. И это что-то хочет меня в ответ. Я уже который день изнемогаю, лежа на мокрой помятой простыне. Как прекратить это чувство. Мне нужны мои таблетки. Чёртов Дэвид сказал, что больше не даст мне те таблетки. Почему? Я ведь так нуждаюсь в них. Я хочу расслабиться. Только они дают мне это чувство. Чертов Дэвид...чертов Нейтон, они все...Тихо. Надо успокоиться. Но как мне успокоиться без моих таблеток?!
Нейтон...Он ничего не рассказал. Ничего. Он смотрел на меня, как на больного, когда я сказал правду об Обжигателе. Он думает, что я свихнулся после того случая, но это не так. Он сосредоточен лишь на поиске оставшихся людей из той группировки, а мне говорит подождать и успокоиться...

21:36. Аптеки уже закрыты? Уверен, что в переходах они работают до 10. На экране телефона высветилось сообщение: "Я почти не помню, что случилось в тот вечер. Мне рассказали, как все было, и я надеюсь, что с тобой все в порядке, и ты не винишь себя за произошедшее. Перезвони мне, как сможешь. Скай." Я закрыл сообщение и швырнул телефон об стену. Он с грохотом отскочил на пол, разнося по комнате крохотные пластиковые осколки. Разбилось только защитное стекло. Не виню...Как за такое можно не винить? И кого еще, если не себя? Я быстро накинул куртку и вышел на улицу. Снова вьюга, препятствующая мне. Снег, как песок врезался мне в лицо, а мороз обжигал руки. Над аптекой все еще горела вывеска.
Я достал скомканный рецепт с подделанной подписью. Ее мне должны были поставить после обследования в конце февраля, если бы ситуация мало поменялась. Но сейчас только январь. А таблетки мне дико необходимы.
Я швырнул на прилавок записку. Молодая девушка внимательно прочитала и подняла на меня большие глаза.
-Этого лекарства у нас нет в наличии. Должно быть, у вас серьёзная болезнь, раз вам назначают такие препараты. Я поищу что-то подобное. - она развернулась и, махнув серебряно-русыми волосами, увильнула за дверь.
Я стоял, топча под ногами грязный от снега пол и, казалось, мучительно долго ждал.
-Ты не можешь искать побыстрее?! - крикнул я.
Девушка вышла с небольшой коробочкой каких-то таблеток:
-Извините, -потупила глаза она. - Это точно такое же лекарство, только от другой фирмы. Состав абсолютно идентичен, вот только дозировка будет немного отличаться. Он сильнее, поэтому принимайте не пол таблетки как раньше, а одну треть. -она пробила коробочку. - С вас пятьдесят семь долларов.
-Вот за это? - воскликнул я. - Здесь их штук 10 максимум. - я достал карту и поднес к терминалу.
-Да, но хватит на месяц точно. Лекарство очень редкое, его пытаются снять с продажи, поэтому последние тиражи такие дорогие. – она протянула мне чек. - Спасибо за покупку. Хорошего вам вечера.
Я окинул ее резким взглядом и вышел.
Ветер сбивал с ног, но я не мог ждать. Я открыл упаковку и выдавил одну. Белая, как весь этот снег. Она сливается с ним и маняще блестит под желтым фонарем. Одна треть? Разве этого будет достаточно? Я закинул ее в рот и проглотил. Следом выдавил еще и, покрутив, отправил к той.
Голова приятно закружилась, словно я выпил голый портвейн. Меня накрыло сладким опьянением, которого так долго не хватало. Я сел на скамью, даже не отряхнув ее от снега, и закрыл глаза. Конечности словно растворялись. Я был в невесомости. Так приятно...

Шумный коридор. Парень один сидит в кабинете и смотрит, как бегают и общаются его одноклассники.
-Слушай, ты ведь понимаешь, что своим поведением ужасно влияешь на учеников? - полный мужчина, сидевший в кожаном кресле, строго смотрел на него.-Не знаю какие у тебя проблемы и почему ты так поступаешь, но воздерживайся хотя бы до прихода домой. У детей ведь не железная психика, и мало того, что ты испоганил свою, так теперь еще и портишь ее другим.
Парень зомбированно рассматривал свои руки, будто не замечая его.
Мужчина приподнялся, нажав на небольшую кнопку:
-Да, мистер Гарзель, его отец уже в приемной. Могу запустить?
-Да.
В комнату вошел высокий грозный мужчина и сел на стул рядом с парнем:
-Здравствуйте, что опять произошло?
-Ваш сын снова занимался этим. Его вызвали отвечать на биологии, а он после минут трех рассказа вставил себе в кисть нож, которым должен был препарировать свинью. Это случилось при всем классе. Одна девочка упала в обморок из-за его выходки. Он залил проектор кровью и теперь вам придётся оплатить покупку нового. Так как вряд ли детям будет удобно смотреть только на половину презентации.
Мужчина глубоко вздохнул и посмотрел на сына:
-Пришлите номер карты школы и я переведу средства.
-Вы должны немедленно заняться им. Такое поведение недопустимо. Ещё одна такая выходка, и я выгоню его отсюда без каких-либо обсуждений! - выкрикнул он, провожая взглядом уходящих посетителей.
Парень шел по коридору, рассматривая новый порез.

-Ну и мерзавец этот директор. Не понимаю, как его допустили до такой должности. – мужчина расстегнул коричневый плащ и провел ладонью по небрежной щетине.
-Alea jacta est.-подняв глаза, сказал парень.
-И что это значит?
-Жребий брошен. – он одернул спадающую рубашку вверх, открыв изможденную шрамами руку.
-Ты разобрал, что написано? -мужчина посмотрел на непонятные закорючки.

-Нет. - Парень сжал кисть. Корочка, образовавшаяся за время в кабинете, треснула и оттуда снова начала сочиться кровь.

Они остановились у поворота в коридор с классами.
-Слушай, мы уже говорили насчет этого и вроде договорились, что ты попытаешься не заниматься этим. Какая причина?
-Я видел. Опять видел. Это была старушка с синей шалью. Она сидела за моей партой и смотрела. Она хотела, чтобы я сделал это на лицевой части. Но я контролировал. Пытался. Поэтому сделал на кисти. Они говорят со мной. Но я не понимаю, что они пытаются донести. Только сегодня, когда я почувствовал, что моя рука не просто дрожит, а выводит буквы. Я сам писал и не сопротивляться, как раньше. Пытался понятнее, чтобы потом было легче прочесть. -парень надавил на порез и показал мужчине. -Пока я сидел и ждал тебя, я понял одну вещь: все они связаны. Это как картина, состоящий из множества рисунков. Сначала кровь хлещет, но потом, если подождать несколько минут, начинает растекаться по рукам. С ней линии становятся ярче и понятнее, но пока, я не определил, что это за рисунок.
-И что ты собираешься делать? Пускать их себе в голову снова и снова? Резать себя? Пытаться найти оправдание всем этим бессмысленным вещам? - мужчина взорвался. - Сын, прошу, пойми, что это нереально. Это все в твоей голове и не больше.
-Я не сумасшедший.
-Я так и не считаю. Ты просто...запутался. Из-за всех перемен, обстоятельств. Я понимаю, но ради себя. Ради нас с Джесси перестань вытворять подобное. -мужчина взял парня за плечи.
-Я...я попробую. - он в ответ положил свои руки на его.
Мужчина посмотрел вниз и громко выдохнул:
-Хорошо, что ты думаешь насчет ресторана в выходные? Я уеду в субботу по работе, но вечером мы сможем посидеть, попить кофе вместе, обсудить планы на лето. Даже выбрать те путёвки в Трентон к тете Хельге. Вроде у тебя там есть приятель.
-Дерек.
-Да, точно, Дерек. Вы давно не виделись. -раздался звонок и толпы людей начали разбредаться по кабинетам. -Ладно, это мы обсудим в выходные, иди на уроки. Если что-то произойдёт - звони. - мужчина похлопал по плечу парня и скрылся за главной дверью.

Мерзкий смех прошелся по коже холодными мурашками. Загнанный, словно зацепившийся за колючую проволоку лист, парень стоял напротив компании сверстников. Он не был напуган, ведь это всего лишь подростки. Он видел и пострашнее.
-Это тебе за твои грязные руки! - выкинул длинноволосый пепельный блондин и хлестнул парня по щеке.
Ярко-красный след остался гореть на его коже, вырисовывая пальцы нападающего.
-Это за то, что снова попался мне на глаза. -в этот раз удар пришелся в живот.
Тихим гулом из его рта прорвался воздух. Парень тяжело задышал.
-А это за то, что ты смеешь жить. - блондин, не жалея сил, с ноги ударил его по подбородку.
Парень согнулся. Из его рта, вперемешку со слюнями начала быстро вытекать кровь.
Блондин сплюнул ему на ботинок:
-Мэл, дай салфетку, а то руки замарал из-за этого слизняка. - парень, выше и крупнее него в два раза дал небольшую белую пачку с салфетками.
-М-м, -втянул аромат блондин. - Пахнет ландышем. -он протер испачканные землей и кровью руки и нагнулся к лежащему парню. Он яростно смотрел на блондина, сжимая рассеченные губы. Его некогда выглаженная, чистая форма помялась и стала сливаться с цветом сухой травы, галстук сполз на бок, а белая рубашка багровела от крови.
-Не хочешь протереться? - блондин протянул ему использованную им салфетку. - Нет? Зря, я редко бываю таким добрым. - он смял ее и кинул ему в лицо.
Близнецы, стоявшие рядом громко захохотали, стуча друг друга по спинам.
-Если бы твой отец не был директором, ты бы давно оказался на заводе по переработке самого вонючего мусора. Ты бы гнил там, как самое мерзкое дерьмо, задыхаясь своим же падальским смрадом. Ты бы сдох, валяясь в таком же говне, как и сам, вместе со своим чертовым папашей! - голос парня прорвался, словно рев зверя. Близнецы тут же умолкли. По телам каждого, кто услышал бы его голос, ударил ледяной жар. Блондин опешил. Его глаз нервно задергался, и он прижал его пальцами, снова преобрёв скорченное в отвращении лицо:
-Я обязательно передам это отцу, а пока...-он с явной злобой с треском скользнул кулаком по его носу, отлетев от неожиданности на пару метров. - Пошлите отсюда. - пытаясь поймать равновесие сказал он и размял ноющую кисть.
Навстречу им шёл темнокожий парень. Он увидел избитого и быстро подбежал к нему.
-Они опять?
Парень улыбнулся и от боли сжал плечи:
-Как всегда. - он сплюнул накопившийся комок крови и встал.
-Слушай, я искал тебя по всей школе и знаешь, хочу поговорить об одном случае. -его взгляд источал странную обиду и разочарование. - Это из-за тебя Лена так страдает? Из-за тебя не может нормально общаться с людьми и выходить на улицу? Скажи мне, это из-за тебя? - он вцепился в его жилетку. Шаркающий звук раздался из-под плеча парня, и синяя ткань разъединила нити, оставляя просвет на потрепанную рубашку. - Это ты оставил ее тогда. Ты виноват! Каждый вечер я прихожу к ней, а она убегает в свою комнату и запирается. Сколько бы я не стучал, сколько бы не предлагал говорить, но сегодня...Сегодня утром ее дверь оказалась открытой. Она сидела в углу, обнимая свои колени, и все твердила одну фразу: "Кит придёт, Кит придёт...". И так сотню раз. Ты бросил ее, убежал, как последний трус, оставил маленькую девочку в лапах пьяного гнусного мужика! Ты - причина ее страданий. Ты! - он отшвырнул парня к железной ограде и отвернулся. - Благодаря тебе жизнь моей сестры превратилась в кошмар. Правильно тебя хотят выпереть из школы. -он начал уходить, догоняя ту компанию. - И правильно делает Барри, каждый раз избивая тебя. - компания восторженно зашумела, темнокожий парень на секунду обернулся. - Тебе здесь не место.
Желтые, высохшие листья падали на его волосы. Он сидел, смотря в пустоту. Он не был потерян или обижен. Не был расстроен или брошен. Ему было больно всегда. Он жил в боли. Запачканный в крови нож с блестящей синей ручкой лежал возле ограждения. Мягкий след остался на его запястье. Свежий и пахнет жизнью, успокоением, надеждой. Первый раз он сделал это намеренно, чтобы почувствовать, как сливается то, что у него поселились внутри, вместе с тем, что стало снаружи. Он запечатал под сгущающимися тучами два абсолютно разных чувства, которые все называют одинаково. Боль.

-О, здравствуй, дорогой, какими ты здесь судьбами? Снова желаешь наших фирменных блинчиков? - Марта радушно обняла меня.

Я прилетел сюда в мгновение, как только очнулся. Меня жутко трясло, и я еле выдавил из себя что-то невнятное:
-Синий...синяя форма...почему вы сделали именно синюю форму?
Марта непривычно сдвинула седые брови и тревожно посмотрела на меня:
-Кит, вся форма в этом кафе белая, на ком ты видел синюю форму?
-Официантка. Молодая девушка, которая подходила ко мне в последний раз, когда я был здесь. - я облокотился на барную стойку, громко вдыхая в себя воздух.

Посетители стали оборачиваться на меня, громко звеня приборами.
-Нам нужно отойти, пошли, быстро. - Марта повела меня в маленькую комнату в углу кафе. Я никогда бы не заметил дверь в неё, если бы не подошел вплотную. Комната была освещена четырьмя бежевыми свечами, полы там явно не мылись очень давно. Пыль была повсюду, деревянный пол скрипел, а на стенах висели полки с многочисленными бумагами и книгами. Марта закрыла покосившуюся дверь и подошла к граммофону. Она сдула пыль с пластинки и поставила ее. Тут же комната наполнилась убаюкивающим переливом скрипки и рояля. Я сел на ободранный диванчик, Марта подсела ко мне:
-Кит, дорогой мой мальчик, за тобой все еще следят. –шепотом сказала она, бережно взяв мою руку в свои.
-Следят? Что вы имеете в виду?
-Боже...- она закачала головой. - Ты ведь ничего не знаешь. - она быстро встала и достала помятый альбом. - Вот, смотри, это твоя мама, Карен. - она взяла черно-белую фотографию женщины с яркими, будто пробивающимися через старый фильтр глазами.
Я аккуратно взял фотографию:
-Откуда у вас?...
-Ох, я знаю эту женщину очень давно, ее мать была моей приятельницей. Понимаешь, она просила ни в коем случае не посвящать тебя в это, но ты не забыл. -она погладила меня по волосам. - Ты вспоминаешь. Эти видения появились у тебя совсем недавно, верно?

- О чем вы? Я, конечно, вижу достаточно красочные сны и все в этом духе, но ничего больше. Никаких видений нет.
-Бедный мальчик, это совсем не обычные сны. Кит, это не игра твоего подсознания, это твое прошлое. - она посмотрела на мою руку. - Ты не просто вспоминаешь, ты начинаешь впускать свою старую жизнь, ведь до аварии ты все помнишь смутно, так?
Я задумался. Я помнил отца и некоторые моменты, но, действительно, до момента болезни Джесси все расплывается в белом тумане.
-Эти шрамы, которые недавно появились словно по волшебству, всегда были с тобой.
-Я не понимаю.
-Ты и не должен. Но знаешь, что меня беспокоит больше всего? Ты видишь. Видишь их...Этих странных людей, поднявшихся прямиком из ада.
Все это стало походить на бред. Я резко встал, но ее холодная рука потянула меня обратно.
-Кит, ты можешь не верить, но это и есть твоя правда. Я хочу, чтобы ты жил спокойно, но у тебя не получится, пока...
-Что это все значит?! - я вскипел. - Какие мертвецы, какое прошлое, о чем вы вообще? Что это за чушь?
-Кит, они наблюдают. Они...
-Да кто? Кто за мной наблюдает? Разве что сосед в глазок в туалете! - я начал пятиться назад.
-Ты видел ту официантку сегодня? - спросила хрипловатым голосом Марта.
-Нет, но...Но может сегодня не ее смена.
-Кит, в этом кафе не работает ни одна молодая девушка. Наш официант и по совместительству бармен, который здесь двадцать четыре часа в сутки, Чарльз, наш повар, я и больше никто.