Пункт седьмой
Утро этого дня уж точно отличалось от других, и чем-то покруче другой мелодии будильника.
— Утро! — крикнула Ева, резко вскочив с кровати. — Сегодня последний день этого кошмара! Ты справишься, осталось вытерпеть совсем чуть-чуть! Скоро всё вернётся на свои... места.
Ева повернула голову и увидела, что её спальня стала размером со всю её старую квартиру, а кровать стала размером с комнату.
— Ого! И я здесь живу?! Вот это да! Так, что там я написала седьмым пунктом... я хотела, чтобы в детстве меня записали в театральный кружок... видимо, актриса я ну очень талантливая! Ха-ха!
Девушка спустилась с кровати и начала осматривать свой дом, который казался ей отдельным миром не только из-за своих размеров, но и из-за всех тех вещей, которые находились в нём. Вся эта мебель, создававшая в доме особый уют и атмосферу, наполняла её душу новыми красками. Её всегда интересовал дизайн интерьера, так что всё то, что находилось у неё перед глазами, принесло ей какое-то успокоение после всех недавних событий. Всё в доме было выполнено в нежных пастельных тонах, преимущественно розовых. Предметы интерьера были абсолютно разными: разных форм и размеров, с глянцевым, матовым или же блестящим покрытием. Но отдельным миром казался не только дом в целом, но и каждая его комната: каждая комната была выполнена в определённом стиле, воплощавшем ту или иную эпоху. Спальня была выполнена в изящном стиле рококо. Осматривая её, создавалось ощущение, будто находишься в каком-то дворце, особняке или же замке. На стенах можно было увидеть множество расписных кружевных узоров, в углу стоял маленький диванчик с декоративными подушечками, а рядом с кроватью находился столик со всеми самыми необходимыми вещами девушки. Помимо шкафа в комнате находился небольшой комод, так же исписанный утончёнными узорами и рисуночками. В интерьере присутствовало множество ангелочков, статуэток, ваз, картин и подсвечников. Имелись даже свои старинные часы. На стене висело огромное зеркало, в отражении которого, казалось, была видна вся комната. Огромные шторы на окнах напоминали кулисы театра, что придавало комнате ещё больше шика и какого-то волшебства. И, наконец, довершала весь этот чудесный образ огромная хрустальная люстра, свисавшая с потолка, украшенного всё теми же узорами, в котором можно было увидеть своё отражение. Всё это очень напоминало замок Чудовища: так и казалось, что вот-вот откуда-нибудь выпрыгнет Люмьер и запоёт "Вы наш гость". Можно было представить, как девушки в длинных пышных платьях и парни в костюмах на французский манер проводили вечера за полонезом, после чего они танцевали вальс, а затем мазурку, и завершался вечер котильоном. Побывав в этой комнате, покидать её не было уже никакого желания, однако, в доме было множество других комнат, которые захватывали дух не меньше этой, о которых и пойдёт речь далее.
Выйдя из спальни и спустясь вниз по лестнице, вы попадали в гостиную, которая была выполнена в гламурном, строгом, но при этом ярком стиле ар-деко, но где также присутствовали нотки готического стиля, наполненного тайной и романтикой. Всё было выполнено в лучших традициях Гэтсби: присутствовали редкие породы дерева, шёлк, бархат и позолота. Имелись также и неожиданные сочетания цветов, например, ярко- розового и чёрного, но чаще всего встречалось сочетание чёрного и белого, например, виднелось чёткое очертание клавиш рояля, а также узоры, напоминавшие окрас зебры. Именно в этой комнате всегда и проходили вечеринки. Воображение сразу же рисует девушек в платьях в пол, которые были украшены бахромой, танцующих кабаре, и парней в смокингах, сразу же привлекающих внимание своим шармом и загадочностью. Отовсюду слышались звуки джаза, люди в полной мере ощущали лёгкость, независимость и свободу...
Повернув направо от гостиной, вы оказывались в кухне, которая, в свою очередь, была выполнена в индустриальном стиле, что кардинально отличало её от двух предыдущих комнат. Привлекала внимание кухня именно своим минимализмом, который создавал чувство спокойствия и комфорта. Приглушённая цветовая палитра давала возможность успокоиться, расслабиться и собраться с мыслями, а причудливая форма мебели придавала комнате какую-то изюминку. Находясь здесь, представлялись тёплые посиделки с семьёй и друзьями, уютные вечера с какао и зефирками и разговоры о том, как прошёл день.
Количество комнат в этом доме трудно было сосчитать, а описывать их и восхищаться ими можно бесконечно, поэтому вернёмся к нашей героине.
Осмотрев несколько комнат, Ева всё ещё не могла поверить своим глазам.
— Вау, у меня просто нет слов... — прошептала она. — Я даже не знаю, на что это больше похоже: на дом мечты Барби, ведь всё выполнено в моём любимом розовом цвете, и использованы, наверное, все его оттенки или, по крайней мере, большая их часть, или же на замок принцессы, ведь практически всё здесь наполнено эстетикой 18 и 19 веков.
После этих слов она пошла в душ, потратив не менее получаса на поиски ванной комнаты, чтобы окончательно убедиться в том, что это был не сон.
— Так, я не сплю, — подумала девушка. — Может, хоть один день будет хорошим? Пожалуйста?..
Выйдя из душа, она увидела стоящего рядом с дверью парня лет двадцати, держащего в руках планшет, после чего она закричала, поскользнулась на плитке и упала.
— Боже мой, ты в порядке? — спросил парень и помог ей встать.
— Да, да, нормально. А... кто ты такой? И что ты здесь делаешь??
— Ха-ха, очень смешно. Стоило сделать стрижку, и ты меня уже не узнаёшь. У тебя час, потом мы едем на съёмки. Сегодня снимаешься в рекламе косметики.
— Окей...
Мои первые съёмки! — подумала она. — Нет, ну в этой реальности они у меня, наверняка, не первые, но... как же это круто! Может, этот день и правда будет хорошим? Ой, я совсем забыла о главном!
А папа с нами не поедет? Где он? — спросила она.
— Ты шутишь? Вы уже год как не общаетесь.
— Что??? Как?
— Ну, там был очень большой скандал... он был против одного твоего проекта за границей, потому что боялся отпускать тебя одну, но ты не хотела от него отказываться, поэтому всё равно подписала контракт. Да и там потом ещё один случай...
— Какой ещё случай?
— У одного из твоих коллег была вечеринка, и твой отец приехал забрать тебя, но ты не собиралась уходить, да и в кругу своих друзей хотела показать, что сама за себя решаешь, так что ты сказала, что все решения ты принимаешь сама, и что слушать его ты не будешь, потому что сама знаешь, что тебе нужно.
— О, нет...
— О, да! Ну и он сказал тебе, чтобы ты жила сама и сама всем этим занималась, раз ты такая самостоятельная. Что ты, в общем-то, и сделала, как видишь. Что у тебя с памятью? Я же сказал тебе на той вечеринке, чтобы ты не увлекалась теми кексами!
— Кексами? О, Боже... а... а моя лучшая подруга? Лиза.
— Лиза? Не помню такую.
— Нет, нет, нет, мы должны были дружить. Сейчас, дай-ка я посмотрю, у нас должны быть совместные фото.
Ева пошла за телефоном. Открыв галерею, её удивлению не было предела.
— Ого, сколько фоток! Вау, это что, я... в Дубае?! Так, не отвлекаться, — подумала она.
Где-то здесь должно быть хоть одно фото... нашла! Вот, смотри.
— Ааа, точно, точно, — сказал парень, имени которого Ева до сих пор не знала. — Да, помню такую. Она приходила к тебе первое время, но потом, в связи с твоим плотным графиком, это стало неудобно как для тебя, так и для неё. Да и по ней, честно говоря, было видно, что ей некомфортно среди твоих новых друзей, знакомых и коллег.
— Вот чёрт... всё-таки, я не получу ни одного хорошего дня...
— Так, всё. Собирайся, время поджимает!
Приехав на съёмки, Ева начала восхищаться красотой студии и всей той тонкой работой, которую проделали для создания определённого освещения и ракурса, в каком порядке всё было расставлено и разложено, определённой гармонии на съёмочной площадке, слаженности коллектива и так далее. Но потом она увидела название бренда косметики, которую она должна была рекламировать...
— Что, и как я могла согласиться на рекламу этой косметики? — спросила она гневно. — В ней же столько химии, и она совершенно не подходит моей чувствительной коже. К тому же, она тестируется на животных!!
— Ну, а чего ты хотела? — ответил парень. — Такая у актёров работа. Как иначе ты хотела заработать?
— Честно... — с печалью в голосе ответила девушка.
— Ева, проснись! Честно ты так много не заработаешь!
— Тогда мне ничего не нужно! — подумала она, отправившись на съёмочную площадку, потому что она понимала, что до всего этого определённо был заключён контракт, так что отказаться она уже не могла. — Ну, быстрее начнём — быстрее закончим...
После съёмок Ева попросила отвезти её в её старую квартиру, ведь она, очевидно, хотела поскорее извиниться перед отцом.
Через сорок пять минут после этого к её старому дому подъёхал большой розовый лимузин, из которого она немедленно выскочила и забежала в подъезд. Она начала звонить в дверь с просьбами открыть ей, но никто не отвечал. После нескольких минут она сдалась и решила позвонить ему на сотовый.
— Алло, — раздался голос отца в трубке.
— Пап, ну хватит, открой мне дверь.
— С чего бы это? После того, как ты ко мне относилась, у меня нет никакого желания открывать тебе.
— Пап, прекрати, я хочу поговорить. Открой, пожалуйста. Пап!
— Да я сейчас не дома! Подойди к тому магазинчику, который около нашего гаража. Если ты ещё помнишь, где это!
— Помню, конечно! Всё, жди! — сказала Ева, бросив трубку.
Она выбежала из подъезда и побежала к тому магазинчику, который был в десяти минутах от неё.
— Ева, ты куда? — крикнул ей парень.
— Мне нужно найти папу.
— Так садись, мы тебя отвезём.
— Нет, нет. Там негде припарковаться. Езжайте без меня!
— Хорошо. За тобой потом заехать?
— Надеюсь, что нет... — тихо сказала она.
Всё зависело от того, простит ли её отец. Ей очень хотелось заслужить его прощение и остаться в старой квартире, ведь тот прекрасный дом, о котором, казалось, она всегда мечтала и который видела только в фильмах, терял всю свою красоту, когда рядом не было близких ей людей. Этот дом был наполнен одиночеством, из-за чего лишился всех своих красок.
Наконец, она добежала до того магазинчика и увидела отца.
— Папа! Постой, подожди! — крикнула она, и глаза её заслезились. — Выслушай меня, прошу. Да подожди же! Ты хоть знаешь, как трудно бегать на таких каблуках? Верните мне мои кроссовки! Пап, мне очень, очень жаль. Я сожалею о том, что сказала тебе в тот день. Прости меня, пожалуйста. Этот огромный дом кажется ещё более огромным, потому что тебя там нет. А кому нужен красивый, но пустой дом? Точно не мне! прости...
— Ева, ты, можно сказать, отказалась от меня. Теперь ты хочешь назад?
Отец ускорил шаг.
— Пап, постой!
Тут Еву и её отца окружили папарацци и толпы фанатов. Она пыталась закрыть глаза от вспышек камер и догнать отца. Сама не заметив, как, она выбежала на дорогу, на которой, как из ниоткуда, появилась машина.
То, как отец Евы выкрикнул её имя, было последним, что она услышала...
Очнулась девушка в больнице. Первые пять минут она не могла ничего вспомнить, но потом память медленно начала возвращаться к ней. В палате было очень тихо. Единственным, что она слышала, было её сердце, работа которого показывалась на кардиомониторе.
— Ева! Ева, ты меня слышишь? — спросил её отец, спавший рядом с ней в кресле. — Прости меня, прости, это всё моя вина! Я должен был остановиться...
— Нет, нет, это моя вина. Я не должна была говорить тебе все эти ужасные вещи, я должна была слушать тебя, — сказала совсем обессилившая Ева, начав плакать. — Я так больше не могу, я больше не выдержу! Я хочу, чтобы всё это закончилось! Подожди... лист! Лист бумаги!
— Что? Ева, какой лист?..
— Пап, послушай. Я хочу, чтобы ты поехал домой, в наш старый дом, и зашёл в мою комнату. Там, в мусорном ведре рядом с письменным столом, лежит скомканный листок бумаги с написанными в нём семью пунктами. Привези мне его, срочно! Прошу, пожалуйста, мне это жизненно необходимо...
— Хорошо, хорошо, сейчас, — растерянно сказал он.
— Спасибо. Пап?
— Да?
— Ты простишь меня?
— Ева, я давно тебя простил, — сказал он, обняв Еву, и выбежал из палаты.
После этих слов Еве стало немного легче.
Добравшись до дома так быстро, как только было возможно, отец позвонил ей, но вот только его слова её не обрадовали...
— Нет?? Точно, ты уверен?
— Да, уверен. Там пусто.
— Ладно, спасибо, что посмотрел... — ответила девушка, потеряв всякую надежду поскорее закончить этот кошмар.
Сбросив звонок, девушка поняла, почему этого списка там не было.
— Точно, и как я сразу не догадалась... — подумала она. — Этот список остался в том дне, когда я его написала, то есть, по сути, в другой реальности, в другой жизни. В моей настоящей жизни...
Вскоре её отец снова был рядом с ней.
— Ева, мне очень жаль, что этого листка там не оказалось. Что там такое, зачем он тебе нужен?
— Там просто было что-то очень важное для меня, что-то, что я написала, и о чём впоследствии пожалела, поэтому я хотела сжечь этот лист. Ну или хотя бы порвать. Но теперь это уже неважно...
— Мне жаль. Но ничего страшного, всё наладится.
— Надеюсь... пап, у меня к тебе есть ещё одна просьба... ты не мог бы написать Лизе, что мне очень жаль, что наша дружба закончилась...
— Конечно, конечно, сейчас.
— Спасибо...
Хоть Еве и было на них плевать, но всё же её возмущало то, что никто из её так называемых друзей не пришел проверить, как она. Да что уж там, никто даже не позвонил и не написал!
Время близилось к полуночи. Девушка думала о том, что же произойдёт, когда на часах будет двенадцать. Эта неизвестность пугала её. И вдруг её мысли были прерваны чьим-то приходом в её палату.
— Ева, как ты? — послышался дрожащий голос, который Ева узнала бы из тысячи.
— Лиза, ты пришла! — прошептала она, и на её лице появилась улыбка.
Узнала она свою лучшую подругу по голосу, потому что глаза её с каждой минутой начинали видеть всё хуже и хуже.
— Конечно, пришла, а как могло быть иначе? Твой папа написал, что ты попала в больницу, и прочитав это сообщение, я сразу же вызвала такси. Я даже не успела переодеться.
— Пап, ну зачем? Я не хотела её волновать!
— Извини, я просто хотел, чтобы вы обсудили всё лично, — виновато ответил отец.
— Спасибо, что пришла. Для меня это очень важно.
— Что ты, не за что. Это меньшее, что я могла сделать.
— Но это очень много значит. Лиза, прости меня, пожалуйста. То, что мы отдалились и перестали общаться, заставляет меня в очередной раз осознать, каким ужасным человеком я стала! Я никогда и ни к кому не испытывала такого сильного отвращения, как к самой себе в последнее время, к тому, в кого я превратилась! Мне больно думать обо всём том, что произошло, а особенно больно от того, что во всём этом виновата я и никто другой! Я столько всего натворила, что и подумать страшно! Я всё испортила! А главное — я не уверена, что я смогу это исправить... — прокричала девушка, с трудом сдерживая слёзы, которые уже потекли по её щекам.
— Лиз, ты сможешь простить меня? — спросила она, разревевшись.
— Ева, ты что, успокойся! — ответила Лиза, тоже начавшая плакать. — Я никогда на тебя и не обижалась! Конечно, я была очень расстроена тем, что мы перестали общаться, ведь ты моя лучшая подруга, но я всегда относилась к тебе с пониманием, ведь я знала, как мало у тебя времени и что видеться со мной тебе было особо некогда.
— Такая я не заслуживаю понимания! — захлюпала Ева. — Это не причина, не оправдание! Для близких людей всегда должно быть время, они должны быть в приоритете! А я не только не уделяла время самым близким для меня людям, но и оттолкнула их от себя! Да что со мной такое, что со мной не так?! Я не заслуживаю понимания! Я не заслуживаю прощения!..
— Тихо, тихо, — пыталась успокоить её Лиза. — Всё хорошо, слышишь? Всё хорошо, успокойся.
Ева посмотрела на часы, которые показывали 00:04.
— Нет, нет, нет, только не это! Выходит, я застряла здесь навсегда! — закричала она, и от этих громких криков к ней в палату забежал врач. — Как же я хочу всё исправить, как же я хочу, чтобы всего этого не было, как же я хочу ещё один шанс! Я больше не могу, я просто не справляюсь! Как же я хочу, чтобы я никогда не писала этот дурацкий список, чтобы этого не произошло! Я испортила себе жизнь, я сама испортила себе жизнь! Если бы я только могла всё исправить, если бы только у меня был шанс!
После этого в глазах у неё окончательно помутнело. Все силуэты, находившиеся около неё, куда-то исчезли, весь шум утих, а ломаная, показывавшая сердцебиение Евы, стала прямой...
Да вы чего, это ещё не конец!
Девушка широко открыла глаза, громко закричала и резко вскочила с кровати, упав на пол. Прошу заметить, С КРОВАТИ, а не с больничной койки.
— Что? Я жива?.. Я жива!!!! И я дома! Так, который час? И какое сегодня число?
Ева подошла к своему письменному столу и взяла в руки телефон.
— 01:48, 20 сентября, понедельник... получается... я вернулась в тот день, а лучше сказать, в ту ночь, когда я написала этот список! Да! Спасибо, спасибо, спасибо!!!
Потом её взгляд упал на листок бумаги и ручку, которые ждали применения.
— Ааааааа, орудия зла! — вскрикнула она, выкинув бумагу и ручку в мусорку. — Всё, а теперь в кровать. Ночью спать надо, а не списки всякие писать! Фух, ну и неделька у меня выдалась!