Баскетбол или любовь?

Пары в пятницу не отменили, несмотря на победу баскетболистов. Печально, потому что я бы сейчас предпочла поспать, чем сидеть в университете. Тем более лекции наискушнейшие. Это мучительно для людей, которые не выспались. То есть для меня. Вчера Алина привезла меня домой в 11 часов, а я не могла уснуть аж до часу ночи из-за надоедливых мыслей.

Вообще, я в принципе не хотела идти сегодня. Только представлю, что могу встретиться с ними... Отвратительные!

— Вчера просто все в хлам были, — рассказывает Летаев нам с Алиной, стоя рядом. Ну, только я почти не слушаю, у меня "своё". — Даже Тёма, который обычно не любит напиваться.

— Фига, — удивляется подруга. — Даже интересно, что он вытворял.

— Там все хуйню творили, — рассмеялся парень.

Я вздыхаю, листая ленту в Вконтакте. Вдруг мне приходит сообщение.

Андрей: Ты где?

Не долго думая, отвечаю.

Я: Зачем тебе?

Андрей: Нужно поговорить. Я чувствую, что ты обиделась.

Я: Реально чувствуешь? Только сейчас?

Он прочитал, но не отвечает.

Андрей: Пожалуйста, давай я тебе всё объясню.

Хочу написать «пошёл в жопу», но вспоминаю, что хотела вчера сама с ним поболтать, всё-таки расставить «всё по полочкам». Не хочется терять друга, поэтому действительно лучше послушать его версию, что за фигня вчера творилась.

Я: Я буду у почётных фотографий.

Отправив сообщение, блокирую телефон и встаю с подоконника.

— Мне нужно отойти, — предупреждаю пару.

— Куда? — удивлённо спрашивает Вишневская.

— Нибудь, — после этого неоднозначного слова ухожу на третий этаж.

Встав спиной к фотографиям баскетболистов, я стала ждать. Немного, конечно, волнительно, потому что... Я даже не понимаю почему... Просто волнуюсь из-за встречи с ним.

— Привет, — раздалось со стороны и, повернув голову, я увидела серьёзного Лазарева.

— Привет, — спокойно отвечаю. — О чём хотел поговорить?

— Хотел объяснить свои вчерашние слова, — сказав это, он посмотрел на меня и, видимо, ждал какую-либо реакцию, но я всё ещё равнодушна. Но сердечко у меня всё же бьётся только так. — Может, присядем?

— Ты давай не медли, — раздражённо кидаю я, сомкнув брови. — Мне нормально стоится.

— В общем, — брюнет прочистил горло и продолжил: — Изначально я знал, что парни поспорили на тебя. Я и раньше как бы сам таким занимался... Но до одного неприятного момента, — он говорит это сожалеющим голосом, будто действительно жалеет.

— Зачем ты вообще начал это? — не понимаю я и всё ещё хмуро смотрю.

— Скорее всего, стадное чувство. Я пришёл в баскетбольную команду на втором курсе, они там уже во всю дурили девчонок.

— Какой ужас...

— Да, знаю, — Андрей кивнул. — Я понял это чувство, которые испытывают отвергнутые и, грубо говоря, использованные девушки, когда моя меня бросила из-за другого. То есть, она поступила со мной точно так же. Блять, и я бы не сказал, что это приятно.

Я промолчала, смотря на голую стену и переваривая сказанное парнем. Но тут у меня назревает очень интересный вопрос:

— Ты знал, что они играют со мной. Почему не остановил их? Или хотя бы не предупредил?

— Попробуй останови парней, которые стоят на своем, как ослы. Я пробовал, поверь, но не получилось. Поэтому и начал общаться с тобой, чтобы как-то защитить.

Я рассмеялась.

— Вы такие угарные, — не выдержав, выпаливаю. — Почему все такие «герои»?

— В смысле?

— Какое тебе вообще было до меня дело? Мы с тобой познакомились только вот, весной, — я начала разбрасываться руками. — А ты уже решил меня защищать. Прикольно.

— У меня на это были свои причины, Эв.

— Может, расскажешь тогда? Всё-таки сейчас лучше уже ничего не скрывать друг от друга.

Андрей немного потупил в стену, а потом продолжил:

— Я хотел поставить на место Чернова, — почти сквозь зубы говорит парень. — Он забрал у меня девушку, пусть она и не самая примерная, но всё равно поспособствовал этому.

— То есть отомстить? — поправляю я.

— Нет... — после он задумался и произнёс: — Или да.

— Или да, — быстро повторяю я с натянутой улыбкой. — Я просто стала таким, — поправляю волосы сбоку одной рукой. — Универсальным орудием мести.

— Нет. Ты мне понравилась, как подруга, — оправдывается Лазарев, взяв меня за руку. — Особенно когда я узнал тебя поближе. Просто так всё сложилось. И... — он прочистил горло. — Ты же не влюбилась в меня?

Я резко посмотрела на него. Спокойно, Ева.

— Нет, — отрицательно махаю головой. — Я считала, что мы с тобой друзья.

— Отлично, — он улыбнулся, отпустив мою руку.

— Но я не знаю, хочу ли слепо верить в дружбу и быть той, с помощью которой хотят отомстить.

Отвела взгляд за спину парня, смотря на лица проходящих студентов.

— Ты не правильно поняла. Я не хочу терять дружбу, а месть, наверное, уже позади.

— Ты ещё сомневаешься? — нахмурилась. — Что тебе вообще это даст? Чернов непробиваем. Мне кажется, ему даже всё равно на то, что ты пытаешься делать.

— Не думаю, — говорит он.

— Ты вчера постоянно обнимал меня, был таким милым, как будто не друг, а парень. Ты это перед ним рисовался?

— Друзья так же могут.

— Ну не знаю, обычно ты такого не вытворяешь.

— Ты сама первая подошла и обняла меня сзади, — он вспорхнул бровями.

— Это был спор.

— Спор? — Андрей удивился.

— Мы с Алиной поспорили на то, что если выиграете вы, то я подойду и обниму кого-нибудь. Выбрала тебя, но если бы знала, что всё так получится, то обняла лучше кого-нибудь из москвичей.

— Хера, — психанул парень, немного выпучив глаза — Теперь я вообще крайним остался. Тебе не обидно, что Чернов выёбывался и продолжает выёбываться на тебя? Не хочешь ему отомстить, по-твоему?

— Да больно он мне сдался, — фыркаю. — Его уже жизнь поломала, раз он так к девушкам относится.

Я вообще не думаю, что говорю. Слова сами летят изо рта, потому что я зла. Даже не понимаю на кого: на себя, на Андрея или на Чернова. Мне так всё осточертело!

— В общем, — я вздыхаю. — Мне нужно идти на пару.

— У тебя их сколько? Я могу подождать.

— Ну, — задумчиво протягиваю. — По крайней мере для тебя я сегодня допоздна, — отвечаю и направляюсь к лестнице. — Придурок, — с тихой злостью произношу я, спускаясь вниз на второй этаж.

***

Вечером, после пар, мы решили с Алиной прогуляться по городу.

— Ну короче, забей, — она махнула рукой. — Главное не гнаться за общением с человеком. Если он захочет увидеть тебя, то сделает это любым способом. Ну, это, конечно, в том случае, когда не ты виновата.

— Да он вроде и не виноват, — говорю я, вдохнув освежающий майский воздух. — Может, я слишком разогнала эту тему.

— Всё ты правильно сделала, — сказав это, она резко хватает меня за руку и тянет на себя. Я испугалась и ничего не поняла. Пройдя наклонённый к дороге столб, она объяснила: — Примета плохая — под таким столбом проходить.

— Господи, — я взялась за сердце.

— Так вот, — хихикнув, она продолжила: — Не парься. Вообще, не гонись за парнем, и ты ему понадобишься. Рил такая тема действует. Я бы её даже истиной назвала!

— Хм, — хмыкаю я и перевожу взгляд на дорогу, по которой проезжает множество машин и автобусов. — Я просто пока ни с кем из них не хочу разговаривать.

— Тебе нужно остыть и всё, — констатирует подруга и вдруг возбуждённо выдаёт: — Давай с прохожими здороваться?

— Зачем? — я рассмеялась.

— Ну, во-первых, это поспособствует частичному, — заумничала Вишневская, загнув один палец. — Поднятию твоей самооценки и устранению застенчивости. А во-вторых, — загибает второй. — Это же прикольно. Особенно когда мальчики проходят.

— Ой, — боязненно протягиваю я, откинув распущенные волосы за спину. — Я с парнями здороваться не буду.

— Ага, вон уже подготавливаешься, — усмехается русоволосая. — Со всеми давай, вне зависимости парень или девушка. Нет, ну если какие-нибудь стрёмные попадутся, то лучше не надо.

— Это какие?

— Ну там... — она забегала глазами по улице. — Как тот непонятный мужичок, — указывает рукой на идущего спереди немного покачивающегося мужчину.

— То есть пьяных, да?

— Да.

— Окей, — киваю. Присмотревшись вперёд, я понимаю, что кому-то из нас придётся здороваться с женщиной, идущей на нас. — Кто первый?

— Могу я.

После этого мы обе стали ждать, когда расстояние между нами и женщиной сократиться, чтобы Алина смогла свободно поздороваться.

— Блин, придётся немного самой подойти к ней, — говорит Вишневская. — Так не удобно здороваться.

Действительно, несмотря на то что цель уже близко спереди, но со стороны расстояние не даёт нормально произнести заветные слова. Поэтому Алине пришлось подскочить к женщине, чтобы поздороваться. Получилось так, будто она слишком возбуждена чем-то, взбудоражена. Я громко начинаю смеяться из-за этого, но тут же заставляю себя успокоиться, потому что эта женщина смотрит на нас обеих очень странно.

— А так обязательно делать? — тихо смеясь, спрашиваю я.

— Ну, — отдышавшись, начала говорить Вишневская. — Иначе я не думаю, что она бы меня услышала.

— Уф, — вдыхаю, видя свою цель. Это две девочки примерно нашего возраста.

— Твои эти.

— Одна из них выглядит стервой, — я скривилась.

— Вот с ней не здоровайся, она мне тоже не нравится. Со второй тогда.

— Ссу немного.

По телу даже мурашки пробежали.

— Дура, — кидает смешок Алина.

Когда мы уже начали подходить к ним, я сказала сквозь лёгкое волнение:

— Привет, — мило улыбаюсь.

— Привет, — не сразу ответили они, хихикнув.

— Видала? — подруга легонько ударила меня в плечо. — Не так страшно.

— Как прикольно, — возбуждённо замечаю я, чувствуя как настроение начинает повышаться. — Мне даже понравилось.

— Вау, — протягивает Алина, параллельно немного посмеявшись. — Меняешься на глазах.

Я улыбнулась.

Так держать, Годунова!

***

В одиннадцать часов ночи пить немного крепковатый чай вошло уже в традицию. На самом деле я обожаю чай. Не знаю, он меня очень успокаивает и приводит в чувства, я прямо кайфую. Какой бы не был бурный день, я знаю, что приду домой и выпью большую кружку чая, и всё наладится.

— Все мальчики такие, да? — спрашиваю маму, отпив горячего напитка.

— Нет, — она улыбнулась. — Точнее, на первый взгляд они одинаковые, но если узнать получше, то отличаются.

— Что-то и узнавать больше не хочется, — рассмеялась. Мама уже знает о последних событиях. — Представляешь, мы сегодня здоровались с прохожими.

— Зачем? — рассмеялась мама.

— Не знаю. Алина предложила, — пожимаю плечами. — Это сначала было сложновато, но потом я прямо разошлась: здоровалась со всеми, включая парней. Даже с компанией скейтеров. Но, правда, мы с Алиной вместе с ними поздоровались.

— Я рада, — женщина улыбнулась так, что вокруг её глаз образовались морщинки. Мне кажется, она очень сонная. — Алиночка хорошо на тебя влияет.

— Да, она крутая.

— Дочь, я пойду спать, хорошо? — мама встала с диванчика и подошла ко мне, чтобы поцеловать.

— Да, конечно, иди, мамуль, — я закивала.

— Мне просто завтра рано на работу вставать.

— Это во сколько?

— К шести.

— Ого, опять?

— Ну как опять, — усмехнулась женщина. — У нас каждый день праздники какие-нибудь проходят, поэтому приходится вставать так рано, — она зевнула.

— Просто ты уже вторую неделю будешь работать на выходных, — я вздохнула.

— Доброй ночи, Евочка.

— Спокойной ночи, — улыбнулась и проводила маму взглядом до дверного проёма.

Отпив из чашки чай, я решила зайти проверить Вконтакте на наличие каких-нибудь новых новостей. Там висело одно сообщение. Я думала, Алина написала, но это был Лазарев. Он скинул какой-то прикол, который не очень смешной. Будто отправил его мне от отчаяния, чтобы что-нибудь да написать.

Я: Я его уже видела.

На самом деле нет, но что поделать? Я же не напишу, что мне не смешно. Ну, точнее, я могу, но не хочу, потому что пекусь за развитие отношений с человеком, отправившим несмешной прикол.

Он в сети, поэтому ответил сразу:

Андрей: Ты гуляла что ли?

Я: Да. Как ты узнал?

Андрей: Ты давно в вк не заходила.

Я улыбнулась. Он что, следит?

Я: Ты как будто следишь за мной.

Андрей: Да нет, просто ты долго не читала сообщение, вот я и понял.

Я закатываю глаза и решаюсь ничего не отвечать, а полистать ленту. Но уже через секунду мне приходит сообщение:

Андрей: Я сегодня вечером вообще ничем не занимался.

Эм...

Я: Отдыхаешь?

Андрей: Ага.

Я: От чего ты утомился, бедненький?

Андрей: Я набегался. Мы три пары занимались физ-рой на стадионе.

Я: :(

Заблокировав телефон, я решила пойти и лечь в свою кровать. Что-то меня клонит в сон. Я выпиваю весь чай и иду умываться, затем уже в свою комнату, где переодеваюсь и наконец ложусь. Открываю на всякий случай Вконтакте и не вижу сообщения. Ну и пошёл в жопу. Заблокировала снова телефон, положила его на тумбочку и укрылась одеялом по плечи, повернувшись на бок. Через несколько минут приходит сообщение:

Андрей: Ты уже спать легла?

Я улыбнулась, посмотрев на экран, но быстро взяла себя в руки.

Я: Так-то да. Ты своим вот этим сообщением меня разбудил.

Андрей: Ой. Но ещё даже двенадцати нет...

Я разворачиваюсь на спину и поближе подношу телефон к лицу.

Я: Почему сам не спишь? Ты вроде устал.

Через пару минут пришёл ответ:

Андрей: Не могу уснуть.

Я: И что теперь?

Андрей: Не знаю.

Я уже набираю, что очень хочу спать, но он опережает меня:

Андрей: Поговорим?

Я: О чём?

Он что-то печатает, однако перестаёт. Я жду сообщения, смотря на экран, но в итоге раздался звонок.

— Ого, — удивляюсь я, ответив.

— Ага, — усмехается парень. — Мне лень писать.

— Ты бы хоть предупредил.

— Занята что ли?

— Я просто уже засыпала и не рассчитывала на ночные созвоны.

Он кидает короткий смешок, а после вздыхает:

— Ты знаешь нашего тренера?

— Нет.

— Тиран.

— Почему? — я улыбнулась.

— Он нас гоняет даже после игры. Мы сегодня о-очень много тренировались. Он будто из нас машин делает.

Я рассмеялась, рассматривая свои ногти.

— Ну, благодаря ему вы получаете кубки.

— Но всё равно, — продолжает возмущаться Андрей. — Дикость.

— У меня сегодня много права было. Это тоже полное насилие, только мозга.

— Юрист?

— Да.

— Круто. Это престижно.

— Но их сейчас очень много. Трудно будет стать востребованной.

— Сейчас везде сложно стать востребованным, Эв. Для этого нужно трудиться.

— Это да... А ты на кого учишься?

— Угадай, — игриво произносит он.

— Ты вот думаешь, мне больно хочется думать в двенадцать ночи, да?

— Чтобы не уснуть, можно и понапрягаться.

— Говори давай.

— На высокопрестижную профессию, которая очень востребована, кстати.

— Ну-у, — в предвкушении протягиваю я.

— На тренера.

Я улыбнулась.

— Ну они так-то нормально зарабатывают.

— Естественно, поэтому и пошёл. Но, кажется, уже жалею.

Я рассмеялась.

— Да перестань. Зато здоровым ходить будешь.

Он хмыкает, после чего наступает неловкая, по крайней мере для меня, тишина. Я решаюсь её прервать:

— Спать хочется.

— Да... — соглашается Лазарев и зевает громко прямо в трубку. Я поморщилась, но ничего не сказала. — Я за тобой завтра заеду.

Я кидаю смешок.

— Но мы же завтра не учимся.

— Ой.

— Иди спать, Андрей.

— Тогда в понедельник заеду.

Я отрицательно хмыкаю и добавляю:

— Не нужно. Я доеду на маршрутке.

— Отстань ломаться, — он фыркает.

— Потом об этом поговорим, — я вздыхаю. — Сладких снов, подружка, — после этих слов я отключаюсь, не дожидаясь ответа.