3
В окно долбит надоедливый дождь. Я сижу на кресле в полупрозрачном белье и бежевом теплом халате, жадно впиваясь в страницы книги, которую одолжила у старой знакомой. На стоящем рядом столике стоит кружка теплого кофе, я не очень люблю этот напиток, могу пить кофе, если только заваривать его в большой кружке теплого молока и с добавлением большого количества сахара, пока нет чая приходится выживать. Делаю глубокую затяжку и выдыхаю терпкий дым, это была последняя сигарета. Мои глаза лениво обходят комнату, под столом стоит пара пустых бутылок из под вина, рядом валяется пачка сигарет и несколько окурков, кажется еще немного и из моей засранной квартиры выйдет какое-нибудь новое несокрушимое заболевание. Пройдя на кухню, я достаю из выдвижного ящика мусорный пакет и начинаю сбрасывать туда вещи, которые уже не возможно спасти. После того, что было в субботу, я решила немного посидеть дома, ведь одного воскресенья мне оказалось недостаточно. Сегодня уже пятница, думаю, классная давно позвонила отцу и сообщила о моих прогулах, дело дрянь. Из кучи вещей, которые висят на стуле, раздается тихая вибрация, я сбрасываю верхний слой одежды и вижу свой телефон. Отец. Собрав всю воль в кулак, я нехотя снимаю трубку.
- Да.
- Привет, не сильно занята? - его голос очень мягок и приветлив, каждый наш разговор начинается с этой ноты, так мило, что меня сейчас стошнит.
- Нет, говори. - я отрезаю слова четко и по делу, честно говоря, не люблю разговаривать с ним, у нас давно напряженные отношения.
- Мне звонила Елена Ивановна, - как говориться, помяни черта, - Тебя нет с начала недели, ты заболела?
- Да. - мой тон звучит весьма грубо.
- Почему тогда не сказала мне? - он говорит голосом, полным сочувствия, а ведь раньше, когда я болела или даже более того, попадала в больницу, он был слишком занят, чтобы хотя бы позвонить мне.
- Не вижу в этом никакого смысла. - после этих слов в нашем разговоре наступает нелепая пауза.
- Смени тон, ты с отцом разговариваешь. - это вторая стадия нашего телефонного разговора, теперь он говорит уже на повышенных тонах. После этой фразы он не на долго замолкает, но вскоре продолжает вновь, - Я понимаю, что у молодых людей в твоем возрасте переходный возраст, но все же, имей уважение, я твои отец.
- Жаль, что родителей не выбирают. - я говорю достаточно тихо, но все равно уверена в том, что он услышал мои слова. Теперь мне остается гадать, что он сделает, закатит скандал и начнет читать лекции о плохой учебе и о том, что это он каждый месяц высылает мне деньги или же просто бросит трубку.
Спустя мгновение в трубке раздаются гудки, он выбрал второй вариант, чем облегчил мне и без того напряженный день. Мы не всегда так жили, раньше на моем лице всегда были розовые очки, если папа не успевает к ужину, то он просто попал в пробку, он не бухает до состояния говна со своими коллегами, если папа не ночует дома, то его задержали на работе, он не трахает свою секретаршу на ксероксе, если мама плачет, то у нее болит голова, это не папа в очередной раз ударил её. Когда мы с мамой попали в аварию, он был с ней, с той мерзкой женщиной. Он не пришел сразу как узнал о аварии, он не бросил все, чтобы увидеть нас, спросить как дела, где болит, он не пришел даже на следующий день, он пришел только когда вернулся с "командировки", вернее, когда прилетел со Швейцарии, где был с этой дешевой шлюхой, но было уже поздно. Мамы не стало, а я даже не знала об этом. Врачи не знали, как сообщить мне эту новость, ждали отца, который все божился прилететь следующим рейсом.
Помню момент, когда отец привел ее в наш дом, женщину, в которой я пыталась найти то, чего он не нашел в маме. У нее были длинные ноги, блондинистые крашенные волосы по плечи, броский макияж, четкие скулы и страшный длинный нос, мое лицо скривилось, когда я увидела ее. Наверно это прозвучит немного глупо, но когда та маленькая девочка увидела ее, она подумала, что это злая ведьма. Она была старшей дочерью хозяина фирмы, в которой работал отец, ей на тот момент было где-то тридцать пять, но замужем она никогда не была, разумеется, с такой то рожей. Отец был немного моложе ее, но смотря на них, я все равно видела мать и сына, меня воротило от этого зрелища. Отец перестал скрывать отношения с ней и вскоре стал директором фирмы.
- Это тетя Марина, - он указал на худощавую барышню, которая не внушала доверия, -Теперь ты можешь называть ее мамой. - его голос был очень мелодичным и дружелюбным, он надеялся, что это смягчит мою реакцию.
С девяти лет я стала самостоятельным ребенком, я впервые произнесла слово, которым мои одноклассники дразнили девочку из параллельного класса, которая таскала из маминой сумки красную помаду и криво красила ей свои губы. Я подняла глаза на женщину, которая подошла ко мне и присела рядом со мной и выдавила из себя одно единственное слово, я не сильно понимала его значение, но зато понимала то, что это слово полностью описывает женщину, сидящую сейчас передо мной.
- Блядь.
После этого папочка больше не давал мне видеться с ней, а я была и не против такого желанного наказания.
За окном уже темно, я опять провела этот день в своих мыслях. На часах 23:09. Впервые за всю неделю мои мысли не мешаются в голове. Вечер пятницы, наконец, дожила. Я вхожу в ванную комнату, где стоят на раковине две косметички. Втыкаю в розетку утюжек для волос и оставляю его нагреваться, попутно достаю из косметички ВВ-крем и начинаю спонжиком наносить тонкий слой на лицо, затем замазываю синяки под глазами, за эту неделю они увеличились в раза три, темным карандашом крашу брови, рисую на глазах стрелки, на ресницы наношу тушь, припудриваюсь и прокрашиваю румянами скулы. Рука на автомате тянется к бордовой помаде. Нет, не сегодня. Губы смазываю обычной гигиеничкой. Выпрямитель нагрелся, я старательно вытягиваю темные пряди с помощью расчески и провожу раскаленным утюжком. Обычно я рисую тонкие стрелки, чтобы накрашенные губы и глаза вместе смотрелись не вульгарно, но сегодня, раз уж решила обойтись без помады, прокрашиваю глаза подводкой еще раз, делая стрелку толще и наношу немного темных теней на веко. Если отойти дальше от зеркала, то кажется, будто у меня вместо глаз два темных пятна, так как карие глаза сливаются с темными тенями, это немного забавляет меня. Ну вот, могу же выглядеть, как человек. Наконец, убрав все на место, перехожу в спальную комнату, достаю из шкафа одежду. Рваные на коленях, серые облегающие джинсы, белая свободная рубашка, заправленная в них, и черная кожаная куртка. Для полного удовлетворения мне нужны только туфли, я выбираю черные кожаные на высоком грубом каблуке и, вдобавок к этому, платформе. Теперь я прибавила в росте сантиметров пятнадцать. Посмотревшись в зеркало, я понимаю, что полностью довольна собой.
Я кладу ладонь на дверную ручку. Сейчас должна прозвучать какая-нибудь пафосная мантра, но ее не будет. Я тяжело выдыхаю и с этим выдохом оставляю все свои проблемы в этой квартире.
Клуб. Знакомый темный коридор, ведущий в это желанное место. Когда идешь по этому темному коридору, кажется, что он никогда не кончится, появляется непонятное чувство в груди, ты можешь почувствовать подобное, когда открываешь подарок от очень дорогого тебе человека, но почему-то именно это место вызывает у меня такие ощущения. Я дохожу до конца коридора, в мои уши вихрем влетает нереально громкая музыка, кажется, что еще немного и из ушей польется кровь. Рядом стоит небольшая толпа молодых людей, где-то семь парней и в центре, возле стены, невысокая девушка, одетая в спортивном стиле.
- Так сюда и школьниц пускают? - интересуется явно подвыпивший темноволосый парень. На нем жалкое подобие одежды, кажется, будто он только что поучаствовал в боях без правил.
- Малышка, если будешь ходить тут одна, может случиться что-то неприятное, - добавляет его друг таким же пьяным голосом, но он хотя бы выглядит, как человек, - Может пойдешь с нами? Мы тебя уж точно в обиду не дадим. - вся надоедливая толпа начинает поддакивать и смеяться, понятно, что у бедняги нет выбора, даже если она откажет им, они возьмут ее с собой силой и пустят по кругу, здесь это в порядке вещей. Эти пьяные засранцы правы, школьницам в этом месте делать нечего.
- Ммм? Что молчишь? - они начинаю настаивать, дело дрянь. Неужели никто из мужчин не видит этого, спросите вы. Увы, несмотря на громкую музыку, все давно заметили эту сцену, но все что они делают - лишь незаметно следят за происходящим.
Бедолага еще плотнее прижимается спиной к холодной стене клуба, ее крохотные ручки сжаты в кулачки, а на её лице непонятная улыбка. Я пытаюсь подойти ближе и вглядеться в черты её лица, которые кажутся мне знакомыми. Мои догадки подтвердились. Если сегодня эти парни уйдут с ней, их родная мать не узнает.Это Рома. Пусть мужское имя не смущает вас, я не имею ввиду одного из этих ублюдков, я имею ввиду девушку с двумя колосками. Как-то мы смотрели фильм и одна из героинь, которая играла девушку из рода Романовых, была похожа на эту особу. Сначала все начали называть ее Романовой, но потом от этой фамилии осталось только сокращение - Рома. Эти парни не знают, во что ввязались. Должно быть данная леди, по совместительству КМС по боксу, пришла сразу после тренировки, это объясняет темно-серый спортивный костюм и белые кроссовки, которые она надела. Надеюсь, что после того, как она обработает этих молодых людей, к нам опять не приедет наряд полиции.
Рома наконец отрывается от стены и подходит вплотную к тому темноволосому парню, который заговорил с ней первым. Она легким движением руки сбрасывает на пол спортивную сумку и пару перевязанных боксерских перчаток. Я всегда замечала что цвет её глаз очень необычен, официально такой цвет называю карим, но глаза Ромы очень темного цвета, почти черного, не редко в её глазах невозможно найти зрачка. И сейчас эти глаза пристально смотрят на растерявшегося парня, он пытается что-то промямлить, но не успевает, в его лицо влетает кулак , парень издает женский визг, хватается за разбитый кровоточащий нос и отходит на несколько шагов от девушки.
- СУЧКА! - он захлебывается в своих соплях и еле выдавливает из себя слова.
Проходит не больше двух минут и все уже лежат на полу, хватаясь за нудящий пах. Толпа просто ликует, многие начинают свистеть и аплодировать, повторюсь, это здесь в порядке вещей.
Снова дико кричащая музыка. Я поднимаю ладонь вверх и делаю ей несколько движений, Рома замечает меня и направляется в мою сторону. Вблизи она действительно похожа на школьницу, класса так десятого, она будет даже ниже меня, но на сколько я знаю, ей около двадцати двух лет.
- Чешир, - она дружелюбным голосом обращается ко мне, - давно не видела тебя, где пропадала?
- Много дел накопилось, надо было со всем разобраться. - я на мгновение задумываюсь, все мои "дела" отражаются в моей голове лицом одного сероглазого подонка, что начинает понемногу выводить меня из себя. Я переключаю свое внимание на давнюю знакомую и опять не могу понять куда она смотрит, заметив в моих глазах немой вопрос, она показывает мне, кто привлек ее внимание.
- Видишь тех двух парней за барной стойкой? - на том месте сидят три молодых человека среднего роста.
-Хах, - усмехаюсь я, - Тетю Рому на школоту потянуло?
- Зря ты так, знала бы ты, какие школьники в наше время умелые, - почему-то она действительно говорит, как старуха, - Вот недавно пересеклась с одним, так он так отлизал, я чуть не, - заметив, что вокруг много посторонних ушей, она снижает тон голоса, -Потом расскажу.
Да, школьники действительно могут потягаться со старшим поколением, сказала бы я, если бы Рома, в силу характера, не устроила бы мне допрос.
- Так что, Чешир, пошли снимем их? - может прозвучать немного странно, ведь такое обычно говорят парни, но всё же мы действительно каждый раз заводим романы на одну ночь.
- Нет. - после этой моей реплики Рома просто застывает и с недоумением смотрит на меня, не удивительно, я никогда не была против.
- Нет?? - она все-таки решает переспросить.
- Нет, - я перевожу на неё свой взгляд, - Сегодня хочу девушку.