Научиться жить

На календаре 15 августа. Девять утра. Из-за бессонной ночи встать в это время я считала невозможным. В прочем, все ночи были одинаковыми, поэтому это не считалось аргументом. Каждую ночь, не пропуская ни одной, я спала максимум четыре часа. Казалось бы, прошло столько времени, но мысли из головы не выходили, угрызения совести не прекратились, выболевшее место внутри не хотело заживать.

Если думать, что мое не такое давнее психическое расстройство пройдет для моего здоровья даром, и ничего не измениться, то это будет похоже на какую-то параллельную реальность. Нет. Мое здоровье конкретно пошатнулось, пусть и последняя истерика была на похоронах у бабушки. Я ощущала постоянную боль где-то в груди, будто у меня вытащили оттуда какую-то деталь, которой явно теперь не хватало. Также у меня часто резко поднималось давление, из-за чего я несколько раз падала в обморок.

Я не особо понимала, что происходило со мной, но и узнавать у меня не было желания. Ощущая очередную боль, я просто говорила себе: «Я заслужила это. Ничего. Эта боль вовсе незначительна, сейчас все пройдет». Но эта боль не проходила. Наоборот, она будто назло мне, только усиливалась.

Сегодня в моих планах было зайти к Наташе и немного погулять. Я старалась, как можно, больше времени проводить на улице. Я думала, что мне не хватает чистого воздуха, из-за чего я иногда теряю сознание.

Ровно через час я спускалась по лестнице. Пройдя два этажа, остановилась. Мне показалось, что неподалеку что-то упало. Я прислушалась, но ничего больше не происходило. Подумав, что мне показалось, направилась к квартире Наташи.

Звонок в дверь. Тишина. Еще один. Топот у двери, скрип замков. И наконец радостное лицо женщины.
- Привет, проходи, - произнесла она.
Я улыбнулась в ответ и вошла в квартиру.

Наташа провела меня в гостиную – место, где обычно мы вместе коротали время. После той трагедии мы виделись около трех-четырех раз в неделю.

Женщина села на диван, я предпочла кресло. На журнальном столе возле дивана стоял ноутбук, лежали кипы бумаг. Наташа работала журналистом в одной не очень крупной редакции, но работы ей всегда хватало как дома, так и в офисе. И на удивление, ее это вовсе не угнетало.
- Что-то ты бледная, - рассматривая меня, сказала она. – Так и не спишь?
- Сплю. Одну четвертую часть ночи, - слабо улыбнувшись, ответила я.
- Я думаю, тебе все-таки нужно обратиться к врачу.

Я не любила, когда разговор заходил за эту тему. От постоянного обсуждения моего здоровья мне легче не становилось, а идти в больницу я не хотела.
- Я вчера разговаривала с мамой. Ну, точнее, мы переписывались. Она снова дала обещание, что приедут в сентябре, - переведя тему, проговорила я.
- Не веришь?
- С чего ты взяла?
- По голосу понятно, - усмехнувшись, ответила Наташа.

Я провела рукой по лицу, тяжело вздохнув.
- Не знаю. Я хочу им верить. Но у меня не получается. Я пытаюсь внушить себе, что они хотят меня увидеть, что они не бросили меня. Я оправдываю их разными способами. Но… если честно, я устала. Устала слушать их обещания и ждать.
- Это твое дело. Твои родители. Я не вправе утверждать тебе что-то, - пожав плечами, сказала она.

Разговор не завязывался. Наташа явно была чем-то озадачена.
- Что-то случилось? – спросила я, машинально приподняв одну бровь.
Женщина замялась, переведя взгляд на ноутбук.
- Я думаю над статьей. Никак не могу выбросить работу из головы. Ты прости, - улыбнувшись одним уголком рта, произнесла она.
- Ничего. Я привыкла, что ты очень трудолюбива. Я тогда пойду.

- Ты снова одна?

Я остановилась уже на выходе из гостиной, развернувшись к ней лицом.
- Ну,… да, - немного замявшись, ответила я. – За эту ночь друзей у меня как-то не появилось. Не знаю, - неуверенно пожав плечами, добавила я.
Вопрос ввел меня в небольшой ступор. Ранее она никогда не спрашивала меня о друзьях и об общении в целом. Хоть я несколько раз и замечала ее скрытый интерес к этому.

Наташа, кажется, хотела что-то сказать и уже набрала воздуха, но почему-то осеклась и задумалась на секунду.
- Удачи, - все, что произнесла она.
Я кивнула и направилась к выходу.

Оказавшись на улице, мне стало легче. Я всегда чувствовала себя лучше на чистом воздухе, нежели в помещении. Почему-то меньше болело в груди и реже кружилась голова.
Но сегодня я не могла полностью расслабиться. Из головы не выходил такой резкий и неожиданный вопрос Наташи.

На протяжении уже двух месяцев я ни с кем не общалась. Первое время после моего срыва мне было стыдно начать разговор с друзьями. Я все же ощущала свою вину, хоть и не хотела принимать это. После мне было просто не до этого. А сейчас я уже привыкла быть одна.

Я присела на скамейку. В голову неожиданно пришли воспоминания о моем дне рождении. Это был последний день, когда я вела себя уравновешенно и когда у меня еще не было проблем со здоровьем. Тогда я была беззаботной и даже не могла представить то, что через два месяца останусь совершенно одна.
Я видела этот день, как будто смотрела на экран телевизора. Вот мы стоим в парке, решая проблемы Кости и Яны. Вот мы несемся по набережной с дребезжащей коляской из супермаркета. Я, такая жизнерадостная и веселая, бегаю за Мишей, резвясь, как ребенок.
Я вспоминала все это, будто не я тогда так звонко смеялась, не я мечтала о будущем, и не со мной были такие прекрасные и светлые люди. Все это было, как во сне. Точно не реальность.

Я невольно задала себе вопрос: «Если бы в мою жизнь снова вернулись эти люди, если бы они меня простили, наше общение было бы такое же, как раньше?».

Я приподняла голову и посмотрела на высотку. Я не хочу отвечать на вопросы. Я хочу проверить это на деле.

Встав со скамейки, направилась к тому самому подъезду, где два месяца назад огрызалась и грубила своим друзьям. Я не знала, что мною управляло в этот момент, но я не думала о последствиях, не предполагала, как к моему резкому появлению отнесутся они. Просто шла, отбросив все переживания на потом.

Не успев дойти буквально двадцати шагов до подъезда, прозвенела мелодия домофона и дверь отворилась.
Не знаю, можно ли это считать юмором Всевышнего, но это оказалась та самая девушка. Девушка, которую я знала более десяти лет. Девушка, которую я довела до слез два месяца назад.

Яна остановилась, удивленно и растерянно смотря на меня. Она явно не ожидала меня здесь увидеть. Я же пыталась составить хоть какую-то фразу у себя в голове, но уже было поздно.
- Привет, - все, что смогла выговорить я.
- Привет, - все также недоумевая, ответила она.
- Я хочу поговорить. Пожалуйста, - сквозь зубы процедила я, пытаясь сдерживать слезы.

Мой организм будто прочувствовал всю ситуацию и начал бить тревогу. Он это делал просто: добавлял к моему и так не лучшему состоянию еще немного боли. Теперь, помимо боли в груди, я ощущала боль в голове и в животе.

- Ты уверенна? Не услышу ли я снова крики в свою сторону? – приподняв один уголок рта, недоверчиво спросила она.

По интонации я понимала, что подруга держит на меня обиду. Что же, она вполне имеет на это право. Она вполне может отказать мне в разговоре. После того состояния, до которого я ее довела, она даже имела право меня ударить.
- Уверенна. Просто дай мне маленький шанс, - стараясь внушить доверие, проговорила я, улыбнувшись.
- Хорошо. Но сейчас я очень спешу, поэтому давай позже.

Мне показалось, что она пытается как-то отговориться, отказаться от встречи. Ей явно не хотелось со мной разговаривать. Но я не собиралась сдаваться.
- В пять часов в нашем парке. Приходи… пожалуйста, - смотря в глаза, произнесла я.
- Ладно.

Яна обошла меня и направилась к выходу со двора. Я смотрела ей вслед. Все же, я довольна результатом. Пусть, она обиделась на меня и не хочет даже ощущать мое присутствие, но она уже пошла на разговор. Я знаю, что безумно виновата перед ней. Но, как мне кажется, еще не поздно все изменить.

Из размышлений меня вывел странный и громкий звук крушения стекла. После моих истерик, когда я часто разбивала что-то, этот звук казался мне самым ужасным на свете. Я уже второй раз за сегодня слышу подобное. В голову начали закрадываться мысли о галлюцинациях. Я повернула голову и не поверила своим глазам.

Пятиэтажка. Последний этаж, на балконе выпала одна из рам. Парень висел, держась руками за балку. Я поняла, что через минуту он просто упадет.

Не знаю, откуда в тот момент у меня появились силы. Неожиданно для самой себя, я рванула с места. Подбежав к дому, пыталась придумать выход из ситуации.

На глаза попала пожарная лестница, тянувшееся до последнего этажа. Это было жутко опасно, но для колебаний времени не оставалось.
Кое-как допрыгнув до первой ступеньки лестницы, полезла вверх. Я старалась не смотреть вниз, поскольку знала, что тогда не смогу продолжать путь. Боязнь высоты у меня была еще с детства.

Поднялась до последнего этажа. Осталось придумать, как перевести парня на лестницу. Смотря на его соскальзывающие пальцы, поняла, что нужно действовать.
- Руку давай! – крикнула я, протянув правую руку в сторону парня.

Мне было безумно страшно свалиться самой. Я держалась одной рукой за лестницу, которая вдобавок еще и покачивалась. Не особо понимала, как я перетащу его, если между балконом и мной было около полутора метра. До последнего надеялась на длинные ноги этого парня.

- Как ты собираешься это сделать? – прокряхтел он, перехватывая балку ладонями.
- Господи, неужели, ты так сильно хочешь упасть, что еще задаешь вопросы!? – кипятилась я.

Парень набрал воздуха и протянул руку, посильнее оттолкнувшись. Я еле-еле достала до нее, а он чуть не свалился. Потерпевший наконец-то догадался протянуть ногу и поставить ее на лестницу. Он зацепился левой рукой, и теперь был ровно на половину тела спасен.

Я сначала растерялась, а после поняла, что если не спущусь, освободив ему место, то он просто залезет поверх меня. Обойдя его конечности, спустилась на несколько ступенек вниз, а убедившись, что он перебрался на лестницу полностью, поползла до земли. Именно поползла. Почему-то сейчас я осознала всю опасность ситуации, и ноги начали предательски дрожать, не попадая на ступеньки.

Наконец-то оказавшись на земле, я начала жадно глотать воздух. В груди сжалось все так, что я еле держалась на ногах. Я пыталась сказать своему организму, что не место капризничать, но он и слушать не хотел.

Чтобы удержаться на ногах, я облокотилась на стену дома, продолжая задыхаться. Тем временем парень уже спустился.
- Спасибо тебе, - пытаясь отдышаться, произнес он. – Эй, тебе плохо?

Я вытянула ладонь, показывая, что сейчас все пройдет. Но как назло, всегда, когда я думала, что скоро все закончится, боль начинала только увеличиваться. Я стиснула зубы так, что, по-моему, они скрипнули.

- Эээй, - растерянно протянул парень. Он явно ощущал себя в этой ситуации неудобно, ибо не знал, что нужно сделать.

Вдруг перед глазами все помутнело. Я потеряла сознание, перед этим подумав, что это очень некстати.