16 глава
В мои глаза упирается свет от фонарика, я чувствую, как затекли конечности и пересохло в горле. Надоедливый свет дрожит, и я открываю глаза:
- Ну привет, куколка, ‐ говорит лысый мужчина, улыбаясь и демонстрируя отсутствие нескольких зубов.
"Кретин", – думаю я, но вслух, конечно, ничего не говорю.
Он держит тот самый мучающий меня фонарик прямо над моим лицом и ехидно усмехается.
- Как спалось, куколка? ‐ повторяет он всё то же прозвище, обращаясь ко мне.
- Лучше бы ты меня так не называл, - невнятно мямлю я, но он, кажется, понимает, что я пытаюсь донести. - И хватит ехидничать.
То ли усталость после сна, то ли чрезмерное равнодушие позволяют мне говорить такие вещи, но, так или иначе, мою смелость бандит не оценивает.
- Лучше бы ты молчала и делала, что скажут. - кретин перестает улыбаться, до меня доносится запах пота и других мерзких вещей.
Я озираюсь по сторонам в поисках Марка, но комната, (предположительно подвал), где нас заперли, абсолютно пуста.
- Ищешь своего дружка? - снова ехидничает преступник, ‐ Он, как и ты, грубил нашим, и его унесли в другую комнату, собираются выбивать всю дурь.
Я подскочила, желая найти Марка и помочь, но мой собеседник грубо опустил меня на холодный пол, надавив ладонями на плечи.
- Куда подорвалась? Сиди, - приказал он, - Я бы тоже начал тебя лупить, но ты девка неплохая, поэтому лучше просто слушайся меня. - сказал он самодовольно.
Похоже кретину доставляет удовольствие иметь власть над кем-то, поэтому я решаюсь подыграть ему:
- Пить, прошу, - шепчу я, состроив несчастную рожицу. На самом деле, я действительно хочу пить, но в обычной ситуации настолько молить своих похитителей об этом точно не собираюсь. Сейчас же это выгодно.
Лысый, так я решила его прозвать, отправился куда-то и запер большую железную дверь на пружине, чтобы я не смогла сбежать. Пускай ни Марк, ни я не были за это время связаны, на полу лежала цепь с наручниками. Около двери я заметила стопку труб, аккуратно лежащих друг на друге, и нетерпеливо взяла одну из них. Диаметр у нее был меньше 50 сантиметров, но выглядела она масштабно. Прямо над трубами была металлическая ржавая лестница, которая вела на козырек над дверью подвала.
Я поспешно залезла туда вместе с трубой, стараясь не шуметь, хотя получалось плохо. Лицо вспыхнуло от страха, руки волнительно дрожали, сердце быстро-быстро стучало, словно хотело вырваться наружу. За дверью послышались глухие шаги, раздающиеся эхом в коридоре, и я приготовилась действовать, но шаги также быстро затихли где-то в другой комнате.
Я сидела недолго, но время тянулось безумно: либо это была реакция моего организма на подобные вещи, либо Лысый действительно долго плёлся набирать воду.
После неудачного подозрения, я игнорировала все шаги, слышащиеся в коридоре, но вот услышала долгожданный скрип двери под козырьком, на котором я сидела.
Лысый зашёл в комнату, раздражённо огляделся и тихо выругался на мой счет, собирался отправиться на мой поиски, но я остановила его.
- Ку-ку, - поприветствовала я преступника сверху и кинула трубу, точно приземлившуюся на его тело, надежно обхватив его.
- Тварь, я же велел тебе слушаться, - разочарованно начал Лысый, - Ты поплатишься.
Я услышала, что он набирает воздух в лёгкие, чтобы крикнуть, поэтому сказала:
- Крикнешь - возьму те металлические цепи, обмотаю вокруг твоего горла и туго-туго затяну.
Я не могла видеть, но догадалась, что ему стало страшно, из-за чего он не сказал больше ни слова.
- Где Марк? - спросила я, спустившись по лестнице с козырька. - Отвечай! - раздраженно прикрикнула я.
- В комнате, - отвечает Лысый не точно, - В коридоре, комната шестая.
Я заранее ставлю таймер на спрятанном телефоне на двадцать минут, надеясь, что это меня спасёт. Отсчёт начинается.
- Где мы находимся? - я толкаю трубу и собеседник в ней, качнувшись, падает вниз, застонав от боли.
- На заводе Главного. - осведомляет Лысый. - Я не знаю его имени, никто не знает, он просит называть его Главный. - нервно признается он.
- Сколько вас?
- Я один, все разъехались... - начинает Лысый.
- Врёшь, - говорю я, несильно ударяя его цепью по торчащим из трубы ногам. - Ты говорил, что Марка бьют, но в это время был со мной.
- Их м-много. Но почти все работники. - заикается мужчина.
- Теперь ты бесполезен. Я ухожу, но если будешь кричать, я вернусь и сделаю, что обещала.
Я горжусь своей маленькой победой над одним из преступников, поглядывая на таймер в телефоне. У меня чуть больше 18 минут.
Если Завод значимый и известный, то мой план сработает, как я и планировала.
Я тихо крадусь к двери #6, эта цифра выведена на железе красной краской(или не краской). Немного открыв её, я подглядываю через щель в комнату и замечаю Марка, связанного на полу, и двух людей около него.
- Сейчас или никогда, - убеждаю я себя шёпотом и открываю дверь.
- Зря ты это сделала, крошка, - заметив меня, угрожающе идет в мою сторону один из преступников. - Ну, сейчас развлечемся.
Я тяну за собой небольшую цепь и с размаху ударяю ей по ногам парня.
- Ах ты сука, вяжем её, Битый, - обращается он к парня, покрытому татуировками.
Мне прилетает пощёчина и я падаю на пол. Пейдж, всё это время пребывавший без сознания, начинает пробуждаться от громких звуков, и со страхом смотрит, как на меня идут двое амбалов.
- Что вам нужно от меня? Зачем вы нас похитили? - вытягивает Марк из себя слова сквозь усталость.
- А тебе возьми и скажи, - начинает ржать Битый, - Tu ne connais pas le français et c'est très bien.
Моя правая сторона лица горит от минувшего удара, я замечаю хитрую улыбку на лице Марка.
- Nous avons besoin d'argent, - говорит Битый, хищно наклонившись над Марком, опираясь на колени.
- Сколько вам нужно? - гордо спрашивает Марк, по всей видимости, поняв, о чем говорит преступник.
На лице Битого появляется удивление, но он быстро берет себя в руки и также уверенно, как говорил на французском, отвечает:
- Миллион.
- Миллион долларов? Это столько я стою? - восклицает Марк, усмехаясь.
- О, мальчик, ты стоишь гораздо, гораздо дешевле.
Марк пытается подорваться, чтобы отомстить за эти слова, но его "успокаивают" ударом по лицу.
Я вскрикиваю и плетусь к нему, но меня также успешно бьют в живот. Я ложусь около Пейджа и мы неумело прикрываем друг друга, из-за чего нас пинают еще сильнее.
- Подождите, - загадочно говорю я. - Достаньте телефон в моем кармане, - я сделать это не в состоянии из-за боли, но они быстро вытаскивают лишнюю технику. - Видите таймер? Через столько времени сюда прибудут наши охранники. И их будет очень много, поверьте мне.
- Блефует, скотина. - усмехается Битый, - Она бы не смогла никому позвонить, тут нету связи. - уверяет он своего дружка, рассматривая мой кнопочный телефон.
После случая с фотоаппаратом я почти всегда носила с собой дешевую технику вместо привычной.
- Вы думаете, вы самые умные? Тот охранник в парке ушел и успел вызвать подкрепление. Мой телефон отслеживали. - хитро выкручиваюсь я, - Это ведь целый Завод, а не какое-то крохотное здание, его трудно не заметить. - пользуюсь я своими знаниями, полученными от Лысого.
"Только бы поверили!", - думаю я, вглядываясь в лица преступников, ища в них опасение.
Парни переглядываются, кивают друг другу, и один из них куда-то убегает, а второй неторопливо стремится к нам.
- Уроды. - яростно обращается он к нам, - Сейчас мы вызываем вам скорую помощь и говорим, что на вас напал маньяк, и мы вам помогли, а вы подтверждаете это. Усекли? - мы с Марком переглядываемся и киваем. - Но это не значит, что мы не вернемся. - злобно усмехается Битый.
Я еще ближе подползаю к Марку и облегченно наваливаюсь на мужскую грудь. Этот жест, такой дружеский и спокойный, показался нам обоим крайне интимным и личным.
Из-за боли и непрекращающейся усталости мы с Марком начали засыпать. Где-то вдалеке гудели сирены скорой помощи, а мой друг слабо гладил меня по волосам, словно убаюкивая.
Неприятности сближают.