white crows

Ему нравится ее запах карамели, а ей его грубость.

Розэ

- Да блять. - Ругаюсь себе под нос, и в который раз чиркаю зажигалкой у рта. Устало выдыхаю и понимаю, что не покурю и буду вся на нервах. Выкидываю зажигалку куда-то в кусты, а сигареты прячу в карман куртки. Дует холодный ветер, пробирая до озноба. Слышу, как мои зубы постукивают, а тело покрыто миллионами мурашек, но мне плевать на это, и на то, что могу застудить себе что-то изрядно важное. Поправляю лямку своего кожаного рюкзачка, что сползло с плеча и захожу на территорию университета. Чувствую, что кто-то берет меня под локоть, а внутри зарождается желание придушить это Божье создание. Бля, и кто этот бессмертный. Поворачиваю голову к объекту моего раздражения. Кеси, дрянная сучка. - Привет всем наркоманкам - Говорит она мне. Я дергаю руку, на что та хмыкает. Ее глаза красные, господи, да она обдолбанная. - Классное платье - Добавляет она, на что я лишь киваю, потому что платье рили охуенное. Отпускаю голову вниз, сраный ветер.

Открываю дверь в здание и захожу внутрь, мышцы сразу расслабляются, что доставляет мне большое удовольствие. Снимаю куртку и пихаю ее в рюкзак попутно доставая телефон. Стягиваю вниз и так короткое платье, что приподнялось вверх и оголяло мои худые ноги.

- Ты нафига в таком состояние приперлась? - Спрашиваю у нее, и отхожу подальше. Ну и запах. От неё несёт как от алкаша со стажем: двадцать лет. - И не говори, что пришла получать знания. - Смеюсь я и она подхватывает мой смех.

- Просекла. Мамка спалила, что я месяц в универе не появлялась. С утра позвонила мне и сказала, что если я сегодня же не появлюсь здесь, то она заблокирует карточки.

Вот она, жизнь богатеньких детишек. Как только им говорят о том, что их лишат денег, так они становяться паиньками и на двух лапках, как собачки прыгают у ног своих богатеньких родителей, только лишь бы их не лишали лакомства. Аж тошно.

Иду по уже знакомому мне коридору, на стенах висят картины, которые до жути бесят меня. Даже я в возрасте пяти лет лучше рисовала, а вот эту мазню на полотне называют «шедевром». Заворачиваю за угол и коленкой открываю дверь в женский туалет. Вроде университет для богатеньких, так почему ручку еще не починили. Слышу, как за мной закрывается дверь на замок и рядом пролетает Кеси. А нет, починили. Она садится на подоконник вытягивая ноги, тем самым не давая мне сесть. Я улыбаюсь ее действиям, ребенок, честное слово. Кидаю сумку рядом с её.

- Двинься, жируха. - Скидываю ее ноги и сажусь рядом.

- Это я жируха?

- Ток не ной и дай зажигалку.

Открываю окно и тянусь к сумке за сигаретами. Хватаю ногой лямку рюкзака и тяну к себе, поднимаю ногу вверх и хватаю сумку. Быстренько достаю пачку мевиуса, а сумку выкидываю куда-то вниз. Она очень тихо приземляется, я даже не слышу шума от ее падения. Вытаскиваю косяк и сжимаю между зубов, тянусь к зажигалке и чиркаю у рта. Крепко затягиваю и глотаю седой дым. Никотин приятно ворвался в легкие, делаю вторую затяжку и выдыхаю белый клубок дым в открытое окно. Видел бы ты меня сейчас папа, ничего не осталось от тай малышки с косичкой и грызущий гранит науки. Я слегка улыбаюсь и смотрю на небо. Стук в дверь, мои мысли испаряются, как и дым в воздухе. Еще один стук.

- Вы, две дуры, откройте дверь пока я к декану не пошла, и не сказала о том, что вы из женского туалета устроили курилку.

- Опять это курица крашеная. - Закатила глаза Кеси. - Открой ей. - не отрываясь от этого вида из окна сказала подруге. Она спрыгнула и пошла к двери при этой потягивая. Щелчок и уборная превращается в курятник. Боже, курица кудахчет на много приятнее, чем её голос.
Я не обращаю внимание на неё, так же мирно сижу на подоконнике, свесив одну ногу вниз. Она подходит ко мне и пинает мой рюкзак, от чего тот отлетает в другой угол.

- Эй, я с тобой разговариваю.

Зря ты это, зря. Окурок летит куда-то вниз, а в мой кулак уже намотаны ее волосы, какие они жесткие. Вопрос, ну нахера столько лака выливать на свою помойную бошку. Ничего, мы сейчас это исправим. - Отпусти, тварь. - Вопит она, пытаяся вырваться, но ее попытки увенчались тем, что клочок от её волос оказался у меня в руках. Быстро выкинув его и схватив эту швабру опять, потащила к кабинкам. - Поздоровайся со своим другом, соска. - В следуйщую секунду ее бошка оказывается в унитазе. Я нажимаю на слив и быстро отхожу от неё, победно улыбаясь. Ее вопли заполняют все помещение, она отползает от унитаза не в силах встать. - Ты-ты думаешь я это так оставлю? Да я, да я уничтожу тебя. - Истерически кричит она. К ней подбежали ее подружки и пытаются поднять, но, видимо, эта корова на столько тяжелая, что ее подружка шлепнулась вместе с ней. Как же это жалко выглядит. Я толкаю её вторую подружку и сажусь на корточки, в платье, да, именно в платье. Она начинает отползать от меня. Правильно, бойся меня. Беру её лицо в руку и чувствую как она дрожит. - Сейчас раскрой все свои ушный раковины и слушай меня внимательно, вникая в каждое мое слово. Тронешь еще хоть раз мою вещь, я тебя, блядина, собакам скормлю, а я скормлю. И поверь мне, никакой твой пузатенький папик тебе не поможет. - Отпускаю ее гадкое лицо и встаю с корточек.

Поднимаю свою сумку и отряхиваю её как-будто на ней есть грязь. Последний раз окинув ее взглядом мы с Кеси вышли из уборной. Смотрю на свои черные берцы, которые были забрызганы водой. Эта шваль все таки забрызгала их. Делаю глубокий вдох, чтобы не вернуться и не пришить её на последок.

Мое прибывание в этом университете закончено - это лишь вопрос времени, когда меня попрут. Я уверенна, что она уже звонит своим хахалям и жалуется на то, что ее пустую бошку окунули в унитаз.

Прощаюсь с подругой и захожу в аудиторию. Прохожу в конец и сажусь чуть ли не на последний ряд. Звенит звонок и только через минут десять приходит препод. Он демонстративно кидает свою сумку на стол и проходиться взглядом по всем здесь сидящим. - Розанна Пак, к декану, живо. - Орет он. Я без каких-либо выкрутасов поднимаюсь и выхожу из аудитории. При этом оставив своих однокурсников в недоумение из-за этой ситуации.

Любой другой бы наверна сейчас парился, но мне было глубоко похуй на все это дерьмо, главное, что я поставила эту курицу на место, и с удовольствием повторила бы это.

Захожу в приемную, где сидит секретарша. Она копается в каких-то бумажках, но увидев меня она отрывается от них, и ждет, когда я поздороваюсь. Выкуси, Мисс «залезу без мыло в жопу к своему боссу». Я прохожу мимо, делая вид, что она пустое место и за столом никто не сидит. Стучусь два раза в дверь и захожу в кабинет. - Я не разрешал входить, что за бесцеремонность, выйде и зайди, когда я разрешу. - Возмущенным голосом говорит мне Мистер Браун. Я смотрю на него, о боже, дай мне сил. Выхожу и стучусь опять, слышу ели слышное: «Входи». Захожу в кабинет под его пристольным взглядом и скажусь на стул, скрещивая ноги. Он поправляет свой галстук, который был видимо очень сильно затянут и доставлял ему дискомфорт.

- Мне тут доложили, что ты из женского туалета устроила курилку. Это правда?

Не поняла сейчас.

- Вы ради этого меня вызвали? - Как-то аккуратно спрашиваю его.

- Да, Розанна, или вы еще что-то натворили? - Он слегка повышает тон.

Значит она не рассказала ему. Блять, от этого еще хуже. Она явно теперь что-то выкинет, не зря же она смолчала.

- Знаете. - Мистер Браун отрывает меня от моих мыслей. - Я вас не отчислю, хотя очень сильно этого хочется. - Да кто тебя держит? Отчисли меня, и концы с концами. - Вместо отчисления вы будете в конце пар оставаться и помогать в уборке университета до конца учебного года. И с этого дня вы входите в состав волонтерской группы. - Я мысленно уже убила себя, лучше бы ты меня отчислил. Я в волонтеры, кто бы мне помог со всей моей жизненой парашей. - Вы можете идти. И, Розанна, я надеюсь вы понимаете, что еще одна такая выходка и мы с вами попрощаемся. - Я киваю и поднимаюсь со стула. Он провожает меня взглядом, пока я не скрываюсь за дверью.

Я недооценила тебя, чертова ты соска. Кто бы мог подумать, что у этой перекаченной куклы есть еще и мозг, помимо сделанных сисек. Теперь мне придется убираться за этими уродами, пиздец. Ловлю себя на мысле, что надо покурить и успокоиться.

Выхожу из университета и иду к стоянке, где обычно курят все. Достаю пачку и шарюсь по карманам в поиске зажигалке, да нет, я что ее просрала. Выворачиваю карманы сумки, и нахожу ее в какой-то складке с каким-то мусором. Проважу по колесику и сигарета начинает гореть. Пепел падает на асфальт, а во рту привкус табака с карамелькой. Люблю сигареты со вкусом карамели или вишни. Мимо пролетает черная мазерати. С треском шин она останавливается, припорковываясь напротив тачки на которую я облокотилась. Долго думать не пришлось, кто же владелиц этой машины. Парень со светлыми волосами вылез из неё, не обращая на меня внимания.

- Я на столько пиздат, что ты не можешь оторваться от меня. - говорит, не смотря на меня.

- Я не на тебя смотрю, кретин. - отчеканиваю, отворачиваюсь от него и делаю затяжку, слышу его смешок, а после шаги. Он идет ко мне. Кто тебя просил ему отвечать, дура, пожалей свое тело, что покрыто синякам из-за него. У тебя еще старые синяки не отошли, они ноуют и каждый день дают о себе знать. Гребаная мазахистка.

- Это был риторический вопрос, идиотка. - Он облокотился спиной о машину, что стояла напротив меня. Расстояние между нами было критически неправельное, близко. Слишком близко мы были к друг другу. Я чувствую запах его одеколона, дорагого, но очень приятного. Кусаю губу, а после провожу по ней языком, чувствую на языке что-то металическое. Опять разодрала губу, идиотская привычка кусать губы когда нервничаю.

- Интересно, как ты еще не подохла?

Я прикусываю язык, чтобы не сказать ему пару ласковых. Молчи, просто молчи.

- Гребаная помойка, как тебя мужики вообще трогают и трахают. Я уверен, что на твоих руках нету и живого места. Сколько раз в день ты колишься? - Как яд выплевывает он, пытаясь задеть меня.

Как там говориться, лучшая защита - это нападение.

- А что же ты трогаешь меня, помойку такую? Ты думаешь я не чувствую твое возбуждение, когда ты всем телом вжимаешь меня в стену? Ты жалок, Чимин. - Улыбаюсь какой-то мерзкой улыбкой, и издаю смешок. Венка на его шее вздулась, а кулаки сжались до такой степени, что были видны белые и побитые костяшки. Он опять избил кого-то. Садист.

Лопатки обжигает дикая боль, он просто вдолбил меня в эту машину. Он сжимает мою шею с такой силой, что мне кажется он ее сейчас сломает. Я уверенна на все сраных сто процентов, что мое лицо сейчас красное из-за нехватки кислорода.

- Блять, какая ты жалкая.
Удар о стекло машины. Голова болит, а в глазах начинает темнеть. Слышу его ели слышный смешок. Он отпустил меня. Не падай. Покажи ему, что ты не гребаная слабачка. Держусь за ручку машины, чтобы не ебнуться прямо здесь. Откашливаюсь.

Он уходит, этот ублюдок уходит

Автор

- Мистер Браун, можно. - Парень со светлыми волосами заходит в кабинет декана. - Пак, заходи. - Мужчина с проросшими седыми волосами улыбается парню, и указывает на стул. - Чем же я обязан твоему приходу? - С легкой лукавостью в глазах спрашивает у молодого человека, что сидит напротив него. Он смотрит на него и понимает то, как он сильно похожь на его давнейшего друга. Можно даже сказать, что он его идентичная копия. - У меня для вас информация. - Парень расплываеться в ядовитой улыбке, а в глазах играют чертики. Мужчина заглаживает волосы назад, а руки сцепляет в замочек. - Интересно. - Только и говорит он.
- Одна студентка, Розанна Пак, курит в женском туалете, закрывает дверь на замок и не впускает других. Вам стоет с этим что-то сделать. - Как-то двусмысленно говорит парень. Мужчина смотрет на него внимательно, пытаясь понять что-то.

- Зачем тебе это, Чимин? - Он кладет руки на стол, а его тон говорит лишь о серьезности его вопроса.

- Мистер Браун, я же не спрашиваю зачем вам столько любовниц. А вот вашей жене было бы интересно. - Наклоняясь к столу говорит ему светловолосый бес.

- Накажите ее, иначе будет плохо вам. - Уже в своей привычной грубой форме говорит парень.

Он встает и уходит.

Курить, ему нужно покурить

Где тут ближайший супермаркет?