Глава 5: «Я сумасшедшая»
Я ни разу не доверчивая девчонка. Я могу быть эмоциональной, вспыльчивой, холодной или рассудительной. Одним словом многогранной. Однако легкое доверие не входило в этот список. И это наталкивает на мысль, что я еще и сумасшедшая. Пару дней назад я сидела в паре сантиметров от убийцы, доверяя ему свои молчаливые эмоции. Позволила вытереть слезы и подарила искреннюю улыбку. А еще я верила ему. Верила каждому его слову, но тихие отголоски разума так и кричали: «он обманет! ты обожжешься по своей же вине, идиотка!». Спорить было не с чем. Если мое неведомое доверие предаст Оуэн, виноват будет не он. Но в его голосе и словах не было фальши. В глазах было что-то такое, чему объяснение я не могла найти. Глубокие карие глаза захватывали мое внимание, дарили понимание, искренность и доброту. Хотя я для него ничего не сделала. Я старалась избегать его взгляда, зная, что стоит только взглянуть и я застряну. Расстаю как мороженое под пеклом и готова буду дать ему сделать всё, что он захочет. Я сумасшедшая.
Я отложила помаду и внимательно заглянула в свои зеленые глаза через зеркало. Да, я осуждала сама себя через отражение. Вьющиеся огненные волосы были собраны в небрежный пучок на макушке. На мне была бежевая футболка-топ с воротничком от бренда «Поло» и черные брюки застегнутые ремнем. Откинувшись на спинку, я прищурила глаза отчего взгляд стал еще больше похож на лисий. Прикусив нижнюю губу, мои мысли вновь поплыли в сторону Хейга. Оуэн, черт возьми, Хейг прописался в моей голове и это становилось проблемой. Это и заметила Агнесс. Потому сегодня мы решили выбраться вдвоем погулять. Стоило немного развеяться, отдохнуть.
В комнату тихо постучали и в дверном проеме выглянула подруга. Она мягко улыбнулась и в ее серых глазах заплясали огоньки азарта. Кажется эти выходные она ждала больше, чем свои романы.
— Ты прекрасно выглядишь, Ника, – почти шепотом говорит она. Я разворачиваюсь к ней всем корпусом и отвечаю ей такой же робкой улыбкой.
— Впрочем, как и всегда! – договаривает Агнесс.
Я встаю со стула и подхожу к ней, заключая ее в свои объятья. Она обнимает меня и утыкается носом мне в шею. Я чувствую как ее горячее дыхание, в отличии от тела, обволакивает кожу. По телу пробегают мурашки и я слегка съеживаюсь. Чувствую, как подруга вдруг вздрагивает и нервно отстраняется. Ее большие глаза заглядывают в мои, словно ища какого то ответа.
— Итак, куда мы сегодня идем? – разрываю тишину я, попутно хватая с ручки двери свою сумочку.
— Как насчет набережной, нашей любимой кондитерской и приятной прогулки?
— Звучит безумно заманчиво!
Мы улыбаемся друг другу и спешим на выход. Уже через двадцать пять минут мы оказываемся в кондитерской. Это небольшая лавочка не далеко от самой набережной. Рядом так же находился парк и университет, в котором мы когда то вместе учились. Помещение было обставлено в стиле Бохо. Разнообразные вязанные ковры висели на стенах. Они были ярких принтов, некоторые были будто сшиты из разных лоскутков. На каждой стене, полке или углу висели зеленые листья цветов. Деревянными балками была обшита барная стойка. А еще в этой кондитерской проживал кот. Он уличный, но завсегдатай у владельцев. Они любили подкармливать того молоком и ветчиной. Кот выглядел весьма мило. Он был черной окраски, только на лапках у него были белые «носочки» и на груди белый «галстучек». Все его прозвали Борон. И пока мы стояли в очереди, пушистый хозяин лежал на одной из витрин и наслаждался поглаживанием от Агнесс.
Вскоре мы покинули кондитерскую и пошли вдоль набережной. Я взяла себе айс-латте с ванильным сиропом, а к напитку синнабон. Булочное изделие было как раз свежим, и творожный сыр буквально заставлял меня стонать от удовольствия. Агнесс же взяла себе фиалковую матчу и шоколадный круассан. Мы неторопливо шли по дороге изложенной плиткой и болтали. С одной стороны от нас протекала центральная река, с другой располагался сам парк. Зеленые деревья создавали теньки над лавочками. В некоторых местах можно было встретить ларьки с мороженым, сладкой ватой и попкорном. Детские площадки заполнены детьми и кричащими мамами, которые так волнуются за своих чад. Легкий и теплый ветер не давал нам спариться от жары и этот день однозначно можно считать одним из любимых. Агнесс держала меня под руку и мы шли, словно парочка престарелых. Не хватало мне трости. И это даже умиляло.
— А ведь всего пару лет назад мы здесь постоянно проводили время, – начала ностальгировать подруга. Я моментально прониклась воспоминаниям и улыбнулась.
— Да, по воспоминаниям, мы словно отсюда и не уходили никогда, – рассмеялась я.
— Я до сих пор помню, как ты по пьяни решила ночью искупаться в реке, – хохотнула в ответ Несса.
— Это была первая закрытая сессия! И прыгнула я не одна, а с Данте.
— Да вы оба были насквозь мокрыми!
Мы продолжали свою прогулку, наслаждаясь каждой секундой. Изредка дурачились как дети, бегая друг от друга, потому что напоминали о постыдных поступках. Смеялись и останавливались, присаживаясь на памятные лавочки. Время с Агнесс всегда было таким легким и быстро проходящим. Мне всегда казалось, словно она неосознанно куда-то торопится. Словно ее время на исходе и она вот-вот испарится. От таких мыслей я вдруг продрогла и ближе прижала ее к себе.
О чем ты только думаешь? Прекрати нагнетать!
Солнце по-тихоньку начинало садиться, а мы дошли до парка с аттракционами. Все они горели яркими огнями, слышны были крики, смех и музыка. Сегодня был выходной, потому такое большое количество людей было оправдано. Мы с подругой синхронно переглянулись смотря друг на друга и натягивая улыбки. Даже без разговоров мы поняли, что мимо аттракционов мы не пройдем. Первым делом мы вместе пошли к американским горкам. Три петли мы пережили с дикими криками и матами. Но веселье только поднималось. Хохоча после горок, мы следом пошли на аттракцион с названием «Молоточки», и пожалели, что с карманов не выложили мелочь. Кажется пока мы зависали вверх тормашками, некоторые подбегали и собирали копейки каждого, кто не сделал того же. Голова шла кругом, щеки болели от улыбки. Между аттракционами, мы подбежали к палаточке и купили друг другу по забавному ободку. На мне были светящиеся рожки, а на Агнесс заячьи ушки. Мы прокатились еще на некоторых аттракционах и последней целью стало обзорное колесо. Мы медленно подымались в полностью стеклянной кабинке. Сидели напротив друг друга и улыбаясь смотрели в глаза. Я первая отвела взгляд, смотря как город становится более маленьким. Сколько огней горят. Машины проезжают, люди проходят. Жизнь кипит. И где-то среди них он. Чем он сейчас занимается? О чем думает? Интересно, что для него значил тот день в зале..
— О ком то думаешь? – прерывает тишину Агнесс.
— Что? – я выхожу из мыслей и смотрю на подругу.
— О ком ты думаешь?
— Я не..
— Ника, я ведь вижу тебя. Я знаю твой взгляд, когда ты просто смотришь в пустоту, когда думаешь о чем то или о ком то.
— Да, кажется мне ни от кого не скрыть свои эмоции и чувства. Я прямо таки открытая книга!
— Разве это плохо? Ты открытая, и яркая. Но я бы не назвала тебя открытой книгой. Ты сама решаешь, кому показать свои эмоции и чувства. Неужели кто-то еще удосужился такой чести? – будто бы нервно спросила она. Я перевела взгляд на город и облокотила голову на стекло. Мы уже были на самой верхушке.
— Я чувствую себя сумасшедшей, Несс. Я верю ему. Каждому его слову, и это будто.. не правильно.
— Почему? – она без слов поняла о ком я говорю.
— Потому что уже доказано, что он убийца! Но стоило ему сказать мне, прямо в глаза, что это не так, как я тут же поверила. Хотела и хочу верить.
— Это было доказано на бумагах. Но не доказано для тебя. Иначе бы ты не решила ввязаться в эту авантюру.
— Но это не объясняет, почему я так бесповоротно верю ему.
— Потому что он сказал это тебе глаза в глаза, и ты не увидела никакой вражды, заминки и лжи. Ты имеешь право довериться своим ощущениям, но лишним убедиться в них не будет.
Я неопределенно пожала плечами и выжато улыбнулась. Во мне все еще бились непонятные чувства, словно что-то не так. Словно что-то упускается.
Мы вышли с кабины и пошли к выходу. Вновь взявшись под руки, вернулись к будничным диалогам и обе мечтали оказаться в прохладной и свежей постели. Дороги уже пустовали, и улицы затихали. Светофор дал нам зеленый свет и мы не торопясь стали переходить дорогу. В один момент в ушах послышался свист шин. Этот звук я бы не забыла никогда. Меня охватило оцепенение и я встала как вкопанная, быстро притягивая к себе подругу. Уже через пару секунд мимо нас пролетает машина, что с легкостью могла превратить нас в фарш. Во мне закипает злость и я поворачиваю голову в сторону автомобиля. Машина марки Мазда MX-6 останавливается в нескольких метрах от нас. Переднее стекло медленно опускается и оттуда высовывается водитель. Парень моего возраста, черные волосы зачесанные назад, чуть припухлые губы и идеальный ряд белых зубов. Ухмылка на его лице заставляет выгнуться мою бровь. Он слегка спускает солнечные очки с переносицы. Черные глаза прожигают во мне дыру. Он проводит языком по зубам и подмигивает мне. Я отвечаю ему средним пальцем, на что тот лишь хохочет.
— Мы едем или не-ет? – слышу протяжный крик некой девицы из авто. После её слов, он вновь надевает очки и прячется за стеклом. Машина трогается с свистом и исчезает за поворотом.
— Доминика! Доминика! – доносятся до меня крики подруги и я поворачиваюсь к ней. Её слегка трясет, а в уголках глаз накапливаются бусинки слез.
— Это был он? Это Оуэн?
Я поджимаю губы и смотрю в сторону бесследно уехавшей Мазды черного цвета. Сжимаю кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладонь, отдавая колкой болью. Сердце глухо стучит, и я медленно верчу головой из стороны в сторону.
Какого черта сейчас произошло?