Часть 26
Когда Кира вернулась домой, вечер уже затихал за окнами. Она зашла в дом, не включая свет, просто сбросила кеды у порога и, не раздеваясь, опустилась на край кровати. В голове шумело. Не от музыки в парке, не от смеха друзей. От того, что внутри снова открылся целый ворох вопросов, на которые она не знала ответа. Она устала от мыслей, от себя, от того, что с каждым днём становилось всё труднее понимать, чего она хочет на самом деле. Телефон пискнул — сообщение. На экране появилось имя, которое всегда вызывало лёгкую улыбку, но сейчас заставило сжаться что-то внутри.
Дима:
«Ты дома? Можно позвонить?.. Мне скучно.»
Кира долго смотрела на экран. Мысли были спутанными, тёплыми и холодными одновременно. Но она всё же набрала ответ:
Кира:
«Давай.»
Через минуту зазвонил видеозвонок. Она включила лампу на прикроватной тумбе. С экрана тут же высветился Дима: растрёпанный, в белой футболке, сидит где-то у себя на кухне, кружка в руке. Он улыбнулся:
— Привет.
— Привет, — слабо улыбнулась она.
Он посмотрел на неё внимательнее, чуть прищурился:
— Ты какая-то... усталая. День тяжёлый?
— Немного, — она пожала плечами, отводя взгляд. — Просто насыщенно получилось. Слишком много людей, эмоций.
— Питер опять всё перевернул?
Она кивнула, а он поставил кружку на стол:
— Хочешь, я тебя отвлеку?
— Можешь попробовать, — она уселась поудобнее, стараясь скрыть смятение.
— Тогда слушай, — он перешёл на нарочито серьёзный тон. — У меня сегодня был почти подвиг. Я починил розетку сам. Без пожара. Без электрика. И без скорой.
Кира хмыкнула:
— Ну всё, теперь я за тобой навеки. Самостоятельный, храбрый, почти инженер.
— Почти! — с гордостью кивнул он. — А ещё я сегодня купил мороженое и вспомнил, как ты морщишься от клубничного.
Она слабо улыбнулась, но глаза оставались тусклыми. Дима заметил это, и его голос стал мягче:
— Эй. Всё в порядке?
Она кивнула, не глядя в камеру:
— Просто... немного перегруз. Знаешь, как будто всё навалилось сразу. И память, и люди, и... я не знаю. Просто сложно.
— Понимаю, — тихо сказал он.
Кира снова посмотрела на экран. Его лицо было спокойным, почти родным.
— Спасибо, что позвонил, — тихо сказала она.
— Я скучал, — так же просто ответил он. — И просто захотел услышать тебя.
Она кивнула, опуская подбородок на колени. Волосы упали на лицо, и она чуть усмехнулась:
— Ты иногда бываешь чересчур тёплым, знаешь?
— А ты иногда бываешь чересчур закрытой, — усмехнулся он в ответ. — Баланс, Кира.
— Возможно.
Между ними повисла тишина, но она была не неловкой — скорее, усталой. Как после долгой дороги.
— Завтра работа? — спросила она.
— Да. Рано вставать.
— Тогда не буду тебя долго отвлекать.
— Спокойной ночи, Дим.
— Спокойной, Кир.
Он отключился, и экран стал чёрным. Она ещё долго смотрела в отражение на стекле, прежде чем выключить лампу и лечь, укутавшись с головой. Не плакала. Просто дышала, глубоко, пытаясь найти в себе опору.