Часть 25
На следующий день они договорились встретиться — без компании, просто вдвоём. Кира приехала в небольшое кафе на углу улицы, где раньше часто сидела с книгой или блокнотом. Внутри пахло корицей и молотым кофе. За столиком у окна уже ждал он — Даниил. Улыбнулся, встал, пододвинул ей стул. Всё, как в лучших воспоминаниях.
— Ты снова пьёшь капучино с карамелью? — спросил он, кивая на чашку.
— Ты помнишь? — удивилась Кира.
— Конечно. — Он посмотрел на неё как-то серьёзнее, чем обычно. — Я вообще многое помню.
Разговор сперва был лёгким — о детстве, поездках, их общей школе, даже о Лизе, которая до сих пор коллекционирует значки, и Роме, ставшем настоящим байкером. Но потом наступила тишина, в которой Даниил вдруг вздохнул и отвёл взгляд.
— Кира... я давно хотел это сказать. Ещё тогда. До твоего отъезда в Москву. Но не успел. Или не решился.
Она нахмурилась, чувствуя, как сердце стучит чаще.
— Что именно?
— Я тебя люблю, — тихо сказал он. — Всегда любил. Просто... сначала думал, что это просто привязанность. Потом — что ты слишком далеко. Потом ты уехала, и всё стало бессмысленно. А сейчас ты здесь. Рядом. И я... не могу уже делать вид, что во мне этого нет.
Кира молчала. Словно всё вокруг замерло — даже музыка в кафе показалась ей фоновой тишиной. Он ждал ответа, не перебивая. Она не отвернулась. Не отстранилась. Но и не сделала шаг ему навстречу.
— Даня... — произнесла она наконец. — Ты мне очень дорог. По-настоящему. Но... я сама не понимаю, что со мной сейчас. Я будто снова учусь дышать. Не хочу ранить тебя.
— Ты не ранишь, — перебил он мягко.
Она опустила глаза, разглядывая ободок кружки. Внутри царил хаос. Зачем она не сказала про Диму? Почему вообще не упомянула? Почему дала Данилу надежду, которую не уверена, что сможет поддержать?
Они вышли из кафе, и он снова коснулся её руки — коротко, будто невзначай. И она не отдёрнула её.
Позже, уже дома, Кира долго сидела с телефоном в руках, прежде чем наконец набрала Леру по видеосвязи.
— Ну? Чего ты такая? — Лера сидела на подоконнике в футболке с чаем в руках.
— Представь... Даниил признался мне, что любит меня. Всю жизнь, с детства. А я...
— ...а ты? — Лера наклонилась ближе к экрану.
— Я не знаю. Я молчала. Не отвергла. Но и не ответила. Понимаешь? Я растерялась. Просто замерла.
— Мда... — Лера прикусила губу. — А Диме ты об этом рассказывать собираешься?
— Нет. И, если честно... — Кира сделала паузу. — Я даже не знаю, что между мной и Димой. Он мне близок. Очень. Но мы ведь друзья. И всё так... трудно
— Ну да. Просто «очень близкие друзья». — Лера подняла бровь, но не стала добивать. — Ладно. Живи пока в этом хаосе. Только сама себе не соври. Это опаснее всего.
Спустя пару часов в общем чате с детскими друзьями кто-то написал:
Рома: «Ну что, как в старые времена? Скейт-парк завтра?»
Катя: «ДА! Устроим тусу. Пледы, кофе, песни и все дела.»
Даниил: «Я заберу Киру, если она не против.»
Кира, не раздумывая, написала:
Кира: «Конечно. До завтра :)»
На следующий день весна снова щедро делилась теплом. В скейт-парке уже собирались знакомые лица. Кто-то катался на доске, кто-то сидел на бетонной грани, болтая ногами. Атмосфера беззаботности была почти пьянящей. Кира чувствовала себя странно спокойно, будто снова стала той самой девчонкой в кедах и с рюкзаком на спине. Только в этот раз всё было иначе. Даниил подошёл к ней почти сразу — помог снять рюкзак, подал термос с чаем, сел рядом и будто невзначай положил ладонь рядом с её, почти касаясь. Она не отодвинулась. Он рассказывал что-то весёлое, вспоминал, как Кира всегда падала с доски, а потом храбро лезла на рампу снова. Смеялись все — было легко. Но в его взгляде была не только ностальгия. Была надежда. И, кажется, все это видели. Но никто не вмешивался. В какой-то момент он притянул её ближе, будто обнимая по-дружески, и она позволила. Склонилась к его плечу на пару мгновений. Просто... так вышло. Но в голове у Киры всё шумело. Неясные мысли, чувства, вспышки из Москвы, из недавних дней. Лицо Димы. Его руки. Его голос. И голос Даниила, рядом, сейчас. Его дыхание. Тепло его пальцев.
Она снова потерялась. Как будто две реальности тянули её в разные стороны. Одна — спокойная, тёплая, родная. Другая — резкая, глубокая, пугающе настоящая. А пока она просто сидела в скейт-парке, среди друзей, обнимаемая человеком, который любил её всю жизнь. И молчала. Молчала, потому что не знала, кому из них — и в первую очередь себе — она готова сказать правду.
————————————————————————
Вот такой поворотик 🙈